CRIMSON

      Этот дом в одном из старых московских переулков выделялся на фоне общей архитектуры и в тоже самое время очень странно гармонировал с ней. Удивительное сочетание стекла, бетона и красной плитки, плавности линий и чётких границ, современный хай-тек с элементами готики. Затемнённые зеркальные стёкла, высокие пролёты этажей, подъезд для автомобилей к самым дверям и въезд на подземную парковку. Колонны по бокам здания, изогнутая крыша над подъездом, а в центре словно высокий стеклянный кристалл, обрамлённый в оправу из бетона, вздымается до 4 этажа и заканчивается остроконечным куполом. Второй и третий этажи казались узкими полосками на фоне высоких первого и четвёртого. Весь четвёртый этаж был застеклён и по периметру проходила узкая полоска балкона.       Всегда тёмный и загадочный, сейчас дом сиял огнями, словно был наполнен жизнью. У входа в подъезд и рядом с въездом в подземный гараж стояло с десяток высоких и крепких мужчин в одинаковой форме. Их серьёзные лица и напряжённые позы не оставляли ни грамма сомнения, что эти люди сделают всё, чтобы не случилось ничего непредвиденного и чтобы посетители дома могли чувствовать себя в спокойствии и безопасности.       Чёрный длинный лимузин остановился на углу переулка, ожидая своей очереди на въезд в подземную парковку. И я оглядел дом семьи Тордои. За стёклами первого этажа угадывался большой холл, в котором так же находилось несколько охранников. Внутри кристалла сияла, освещённая огнями, широкая винтовая лестница, по которой сейчас поднималось несколько гостей в нарядных платьях. С четвёртого этажа лился мягкий свет. Именно там, в зимнем саду, занимавшим всю площадь огромного дома, сейчас принимали гостей семья Тордои.       Я с интересом ждал посещения дома, зная о любви Тордои ко всему новому, необычному и поэтому не всегда понятному с первого взгляда в сочетании с традиционными формами. Пафос и разгильдяйство в одном флаконе – это была отличительная черта этой семьи. И сейчас я предвкушал увидеть что-то интересное, бросающее вызов традициям и в то же время с аристократической ноткой.       Я вынужденно закончил изучение внешнего вида дома, когда лимузин въехал на подземную парковку. Лимузин остановился у ярко освещённой арки и дворецкий открыл дверь. И первое, что бросилось мне в глаза – это кожаная одежда дворецкого, сшитая с таким изяществом, словно это был шёлковая ливрея. Я усмехнулся и порадовался за себя, что решил одеть черный пиджак с чёрной хлопковой рубашкой и облегающими чёрными джинсами. Рубашку я с небрежной замятостью выпустил из штанов и расстегнул несколько верхних пуговиц, выставляя на обозрение толстую цепочку с большим кулоном из обсидиана. На лацкане пиджака тёмным силуэтом угадывался черный паук с бриллиантовыми глазами.       Я вышел из машины, подав руку Лейле, следующей за мной. Затем из машины вышел Пьер, Джиллиан и тётушка Виктория. Последним к нам присоединился Тони. Мы поднялись по мраморным ступенькам, убранным тёмно-красной ковровой дорожкой, поднимаясь на первый этаж и выходя к широкой винтовой лестнице. Возле ступенек, прислонившись к перилам стоял младший сын Амелии Тордои - Маркус. Я узнал его по единственной рыжей пряди среди тёмных почти черных волос. Последний раз я видел его подростком, но уже тогда он любил выделяться из темноволосой семьи своей рыжей прядью. Сейчас, оглядев его с ног до головы, я снова убедился в его непослушном и бунтарском характере. Коричневая кожаная куртка с отделкой бисером и металлом, джинсы и футболка с хулиганской надписью.       Маркус в удивлении распахнул свои чёрные глаза, заметив всю нашу семью, а затем взял себя в руки и радостно улыбнулся.       - Неужели вся московская ветвь клана Вентура сегодня почтила нас своим присутствием?!       - Маркус, а ты подрос! – сказал я, улыбаясь и протягивая ему цепочки с чёрными металлическими карточками приглашений.       Маркус взял карточки и тут заметил Тони, стоявшего позади всех нас. Если до этого его улыбка была радостной, то сейчас он просто засветился от счастья. Тони был не намного старше Маркуса, но именно с Маркусом они стали закадычными друзьями после всех неприятных событий, свидетелем которых оказался Маркус. И именно Маркус, которого я тогда обучал фехтованию, упросил меня вмешаться и помочь одному из его знакомых, которого подставили и несправедливо обвинили в нарушении Кодекса.       Пока все сдержанно здоровались с третьим сыном семьи Тордои, я дождался, когда все поднимутся на несколько ступенек вперёд и кивнул Тони, показывая, что он может остаться со своим другом, чем заслужил ещё две счастливых улыбки. Поднимаясь, я уже слышал их возбуждённые голоса и понадеялся, что не случится ничего из ряда вон выходящего. Хотя, когда имеешь дело с семьёй Тордои можно ожидать всего самого необычного. В чём я и убедился, когда поднялся на четвёртый этаж.       - Добрый вечер, Дамы и Господа! – поприветствовала нас глава дома Тордои – Амелия Тордои.       Это была высокая и, несмотря на уже солидный для вампира возраст, всё ещё очень красивая женщина. Длинные черные волосы тяжёлыми локонами спускались по спине до талии. Черное кожаное платье облегало её фигуру, как вторая кожа. Только подойдя ближе я рассмотрел, что платье покрыто черными маленькими чешуйками, которые слегка шуршали при малейшем движении. И змеиная грация Амелии настолько завораживала, что я долго не мог поверить в то, что передо мной вампир, а не самый настоящий черный аспид.       "И не скажешь, что она перешагнула 700-летний рубеж" – послала мне мысль Лейла и я мгновенно ответил: "Завидуешь?". Услышав её мысленное фырканье, я улыбнулся и обратился к хозяйке дома.       - Амелия, я и вся моя семья безмерно рады Вашему приглашению, - я склонился в поцелуе над её протянутой рукой.       Так как я был старшим сыном, то после смерти отца считался формальным главой рода, хотя в действительности все обязанности легли на плечи моего младшего брата. Но при всём моём желании по нашим законам я не мог снять кольцо-печать, который носил на своём большом пальце правой руки, и отдать его Пьеру.       - Даниэль, - на щеках Амелии выступил румянец. – Сегодня поистине волшебный день! Если моя дочь сегодня – Принцесса, то ты поистине Король этой ночи! И я не могу выразить словами всей своей радости от того, что своим присутствием нас почтил столь высокий гость!       - Вы отводите слишком большую роль моей скромной персоне, - я склонил голову перед Амелией, старательно изображая смущение, удостаиваясь её улыбки.       Амелия поздоровалась с Лейлой и мы рука об руку вступили в зал. Пьер, который по праву младшего обязан был следовать за мной и пропустивший меня вперёд ещё на лестнице, сейчас поднялся на этаж и я услышал удивлённый возглас Амелии, не ожидавшей увидеть его у себя. Пьер избегал всяческих приёмов как чумы и поэтому был настолько редким гостем, что его присутствие надолго выбивало всех из колеи и многие до сих пор не знали, что он из себя представляет. О нём могли судить только по его успехам в бизнесе. Но никто не знал, чем он жил, какой у него был характер, с кем он встречался и чем увлекался, что порождало огромное количество противоречивых слухов и домыслов.       - Она возьмёт его в оборот, - прошептала мне на ухо Лейла, хихикнув.       - Да, ему придётся не сладко, - подтвердил я, оглядывая зал и всех присутствующих в зале вампиров.       Огромное пространство, ограниченное лишь стеклом с прозрачным потолком, взмывавшем в высь и открывавшим вид на изумительное ночное небо с блестевшими на нём звёздами. Мягкий приглушённый свет разливался приятными волнами по залу от светильников, расположенных на металлических колоннах, поддерживающих свод и увитых зелёными лианами. Вдоль стен из живой изгороди созданы множество закутков с диванами и столиками. Центральное пространство оставлено было свободным для вечерних танцев и у дальней стены на небольшом возвышении стояли музыкальные инструменты. Музыкантов пока не было видно, так как не все гости ещё собрались.       Я заметил, что не все столики были заняты и много ещё пустовало. От одного из занятых столиков к нам направлялся Доминик – средний сын семьи Тордои. Я заметил, как меняется его вымученная улыбка на откровенно доброжелательную, когда он заметил нас. "Ещё бы," - подумал я про себя. Только что он усадил семью Малкиэль во главе со старым брюзгой Алистером. А тот, несомненно, уже поиздевался над отсутствием должного вкуса и такта у семьи Тордои.       Доминик радушно поздоровался со мной, но тут же всё внимание переключил на Лейлу. Он буквально пожирал её своими зелёными глазами, ставшими сейчас похожими на тёмные изумруды. Я давно подозревал, что Лейла была предметом его мечтаний, но из-за её холодности в обращении с ним, он так и не решился сделать ни одного шага. Не смотря на то, что вампир с вампиром не может иметь детей, но встречаться, любить или жить вместе нам никто не запрещал. Тем более человеческие партнёры имеют ограниченную продолжительности жизни, поэтому довольно часто встречались союзы между вампирами разных кланов, особенно, если у обоих уже были дети вампиры, продолжающие род. А у Лейлы детей пока не было и это тоже останавливало его в открытом проявлении чувств.       Он проводил нас к нашему столику, утопавшему в зелени и цветах. Пока мы усаживались, он перетаптывался с ноги на ногу, так и не решаясь заговорить и не дождавшись ни одного поощрительного знака или взгляда от Лейлы, был вынужден извиниться, сославшись на то, что должен встречать других гостей.       - Жестокая, - сказал я Лейле, на что она возмущённо фыркнула.       - Я не жестокая, мне просто не интересны его ухаживания.       Я рассмеялся и всплеснул руками в пафосном сожалении.       - А мальчик так старается!       Лейла запустила в меня подушкой, лежавшей на диване рядом с ней.       - Мальчик не старается, он ошибается! – рассерженно сказала Лейла. – Я просто напоминаю ему его жену Вангу и поэтому он вообразил себе, что влюблён в меня. Мне не интересны его ухаживания, тем более, что я ещё не нашла свою пару.       Лейла на минуту замолчала, и я заметил, как её глаза потемнели.       - Кстати, насчёт пары…, - начала она низким угрожающим голосом.       - Не надо! – воскликнул я. – Не начинай этот бесполезный разговор.       - А что насчёт пары? – спросил Пьер, подходя к нашему столу.       - ТЕБЯ это тоже касается! – угрожающе ответила Лейла Пьеру. – Вам уже сколько лет, а оба всё так и без детей! О чём вы думаете вообще!       - Лейла, детка, - вставила своё слово тётушка Валерия, усаживаясь рядом с ней на диван. – Боюсь, что это бесполезно. Один – трудоголик отъявленный, а второй – бабник, каких ещё ни один клан не видывал. Для одного вообще женщин не существует, а для второго женщины – это только способ снять сексуальное напряжение и ничего более. Хотя Даниэль всерьёз рискует отдать права главы клана Зулейке. Она уже в том возрасте, когда ищут пару, а если эти два балбеса не найдут никого в ближайшую сотню лет, то Зулейка законно вступит в наследие.       - Мам, прекрати давить на них, - сказал Джиллиан усаживаясь рядом с Пьером. – Сами разберутся, время ещё есть. Зулейка сейчас в Эмиратах и отрывается на всю катушку с Даррелом Малкиель и близнецами Трейзер, и потомством обзаводится точно не собирается в ближайшее время.       Джиллиан положил рядом с собой футляр от саксофона и закинул ногу на ногу, разглядывая зал.       - С Огастусом и Ульрисой? – удивлённо спросила Валерия. – А они там что забыли?       - Не знаю, что ОНИ там забыли, но, вот, сыновья Доминика Сеттон и Рей вернулись только на днях от них, чтобы отпраздновать день совершеннолетия Кассандры, - сказал Джиллиан. – И на сколько я знаю, в подарок ей от Зулейки они привезли что-то огромное и тяжёлое. Зулейка сказала, что мы сами всё увидим, когда те будут вручать его Касси.       - Вообще-то, я уже нашёл свою Пару, - тихо сказал Пьер и с интересом посмотрел на ногти левой руки.       - ЧТО? – мой голос слился с голосами Валерии и Джиллиана.       Лейла улыбнулась уголками губ.       - Как это нашёл? – спросила Валерии.       - И когда только успел? – не удержал я сарказма в своём голосе.       - Хм? А поподробнее! – спросил за всех Джиллиан.       - Э…, - протянул Пьер, удивлённо переводя взгляд на каждого, а затем посмотрел на Лейлу, прося у неё поддержки, но она только пожала плечами и отвернулась.       - Вот как? – спросил я, приподнимая одну бровь, заметив переглядывания Пьера и Лейлы.       Пьер вздохнул.       - Ну, это знакомая Лейлы и мы случайно встретились у неё в салоне.       - И? – спросила Валерия. – Где же тогда твоя девушка? Почему она не снами?       - Она меня испугалась, - тихо ответил Пьер.       Я расхохотался, откидываясь на спинку дивана и тут же удостоился убийственного взгляда от брата.       - Я бы на её месте тоже бы испугался! – сказал я. – Что ей сказал? Что-то типа: ты – моя пара и свадьба будет завтра в Гонолулу? Ты ж в отношениях с женщинами прямой, как рельса!       Пьер зарычал, злобно сверкая глазами.       - Больше я ничего не скажу. Тебе-то уж точно, - Пьер откинулся на диван и я с удовольствием понаблюдал за его обиженным сопением.       - Оу! Да, я просто умру от любопытства!       - Даниэль! – возмущённо сказала Валерия. – Прекрати уже издеваться над братом! Как маленькие до сих пор, честное слово!       Джиллиан издал тихий смешок. Я вздохнул.       - Да, ладно вам, уж и пошутить нельзя, - сказал я в притворной обиде. – Пойду, подействую на нервы кому-нибудь ещё!       Я поднялся с дивана и направился в глубь зала, намереваясь поздороваться с главами других кланов.