I want to believe you...

За последние, наверное, самые счастливые три года жизни с альфой Чимин привык засыпать и просыпаться под ровное сердцебиение возлюбленного, научился жить, а не существовать, понял, чего ему не хватало все время. Но к одному факту он привыкнуть не мог год - регулярный цикл течки. Чимин конкретно забегал по клиникам после третьей течки, когда неожиданно для себя почувствовал узел, что мог связать судьбы двух людей ребёнком. Увы, результаты анализов оказались плачевны - после череды насилия организм омеги отказывается что-либо принимать в себя. Пак прекрасно помнил те, неутешительные слова: "Мы сожалеем, мистер Пак. Вы бесплодны. Знаете, в таких случаях, как показывала личная практика, парам с подобными проблемами удавалось зачать дитя, но с риском врождённых патологий и преждевременных родов". Чонгук же в свою очередь не мог понять, что вновь произошло с его омегой: остаточные явления от насилия отца, депрессия, у него появился другой? "Чимин, что-то случилось? Ты сам не свой", - задавал одни и те же вопросы он, на что получал лишь: "Со мной всё хорошо, нет причин для беспокойств". А причины были. Год назад. - Хосок, прошу, пусть меня кто-нибудь заменит на сцене, - молчит омега своего друга, - я, видимо, не посмотрел срок годности йогурта, которым заправил фруктовый салат недавно, - Чимин бледен, как бумажный лист, прозрачен, словно призрак, и выглядит точно так же, как лет, например, шесть назад, когда папаша, не жалея сил, избивал сына. - Чимин, прости, мне правда жаль, но я никого не могу сейчас вызвать для замены, - у Хосока кошки на душе скребут, ведь он отправляет полуживого друга прямиком на сцену, в самый пик работы клуба. - Давай, я тебя пока в конец программы переставлю, хорошо? Вдруг тебе легче станет? Но легче не стало. Пару таблеток от тошноты и Пак уже на сцене. Первые три восьмёрки дались очень хорошо, а потом… омега падает на пол, теряя сознание. Сидящий в зале Чон мигом подбегает к любви всей своей жизни, пытаясь самостоятельно привести Чимина в чувства. Бестолку. - Кто-нибудь! Вызовите 911! - кричит альфа, практически теряя надежду на лучшее, весь с каждой секундой Чимин становится всё бледнее, меньше и прозрачнее. Он не слышит, как кто-то кричит о том, что уже позвонил по нужному номеру и бригада первой помощи уже направляется к ним. Он не понимает, в каком месте находится, пока держит за руку омегу, что пытается держаться за жизнь в карете "скорой". Не помнит, как перед ним закрыли дверь в отделение реанимации. Рядом мельтешил нервный Хосок, который проклинал себя за то, что позволил Чимину выйти на сцену. Младший даже не засекал то, сколько времени его вопросы попросту игнорировались медперсоналом. Мысли одна за другой пробирались в голову, затмевая собой всё хорошо, что было. Дверь реанимационной распахивается, к альфе подходит уже немолодой человек в синем костюме. - Не ожидал увидеть тебя у этой двери, Чонгук, - произносит до боли в сердце знакомый голос. Отец. "Так вот, где он сейчас работает", - даже в такой, казалось бы, сложной ситуации Гук находит место своим простым шуткам, разбавляющих некоторое напряжение. - Можешь не отвечать. Там, в 149 палате, лежит единственный новый пациент. Мне тебя жаль, Гук. Мужчина садится рядом, обнимая, как раньше, сына одной рукой плечо. Он замечает, как сильно изменился Чонгук. Но что-то в нем осталось с детства - надежда на лучшее во что бы то ни стало. Мужчину удивляет стойкость Гука, его решительность и непокорность. Может, за это он его любит? - Можешь не говорить о том, кем является тебе тот омега. Я не знаю, что с ним могло стрястись такого, чтобы потерять ребёнка на седьмой неделе беременности. Мы просто уже были бессильны, сын, - Чонгук не может понять, что его потрясло сильнее: слово "сын" из уст отца или же то, что они с Чимином потеряли ребёнка? Он обнимает своего отца, да так крепко, что слышит, как рвётся ткань джинсовки. Горькие слезы боли катятся по молодому красивому лицу, впитываясь в синюю ткань больничной формы дежурного врача. - Если произошёл выкидыш, значит Чимин бесплоден? И это не лечится? - по одному лишь взгляду отца понятно, что омега его же сына не сможет выносить здорового кроху. Теперь пазл начинает выстраиваться: таблетки не противозачаточные, анализы не на обычное обследование на работе, спрятанные выписки от врачей - страшный диагноз, ужасная ноша, которую Пак нёс в одиночку, имея при этом под боком альфу. Тяжелее осознавать Гуку то, что он вряд ли когда-то увидит Чимина с округлым животиком, не проснётся от тихо: "Гук-и, малыш хочет рыбку соленую". Не того хотел альфа, не о том мечтал. Он поднимается с кресла, слыша глухой стук какого-то предмета об пол. Стоит ему обернуться, как он замечает бархатную коробочку. Верно. После выступления Чон хотел публично сделать Чимину предложение руки и сердца. Увы, все с самого начала пошло не по плану. Он забирает упавшую вещь, открывает крышечку и смотрит на аккуратное серебряное украшение. Такое изящное, маленькое, такое идеально подходящее Чимину. Младший решил, что будет рядом с Паком во что бы то ни стало. Пак не пускал в палату никого, кроме медперсонала. Он попросту не мог видеть сейчас Чонгука. Ему было страшно. Но у Чонгука на это был свой план. С помощью связей отца, он прошёл в палату в качестве одного из новеньких медбратьев и то, что он увидел повергло его в шок: Чимин за пару дней похудел так сильно, будто 3 недели пил только воду, множественные трубки и катетеры окружали его малыша. В то самое время Чимин сам понял, что вновь потерял ребёнка. - Как ты себя чувствуешь? - Гук откинул всякий образ и подошёл к возлюбленному. Рука Пака вновь холодная, бледная, но при этом такая родная. Лёгкий, непринужденный запах Чонгука окутал Чимина, позволяя тому расслабиться. - Глупый вопрос, после того, как мы потеряли ребёнка, - верно, не один Чимин потерял своего кроху, для них обоих это тяжёлая ноша, с которой они должны справиться вдвоём. Кажется, это было ещё одно подтверждение того, что Чимин не ошибся в выборе альфы. - Как бы не было плохо, я буду рядом, - слова Гука греют душу Чимина, заставляя его улыбаться через слезы. Улыбка искренняя, милая, очаровательная. - Возможно, до меня долго доходило осознание того, что я бы хотел скрепить с тобой не только свою сущность, - альфа улыбается и шарится по карманом в поиске того самого кольца, - но и наши тела, так скажем, - он нервничает, когда открывает коробочку, видит, как Чимин в ожидании замирает и вовсе не дышит, - поэтому Пак Чимин, ты примешь моё предложение руки и сердца? Ответ для обоих известен, они оба об этом мечтали. Чонгук вот-вот наравится надеть кольцо на палец Чимина, как слышит неуверенное: - Я думаю, время для этого ещё не пришло, Гук-и… - Пак так и не понял, что сам сказал, но тёплая рука Чонгука так и продолжала греть его, холодную, руку, а взгляд из-за отказала не помрачнел, наоборот он стал ещё нежнее, будто родилась ещё одна галактика. Гладкое серебряное кольцо без особых трудностей надевается на палец. - Оно так красиво смотрится на твоём пальце, - тихо произносит альфа. - Я буду ждать твоего счастливого "да", Чимин. Даже если ты мне сейчас отказал, то это не значит, что я буду любить тебя меньше или сразу же тебя брошу, нет. Значит, мне надо больше стараться для тебя, для нашего будущего. И этого достаточно. Они всегда будут счастливы лишь друг с другом. Думаю, не стоит говорить о том, что любовь помогла Чимину быстрее выйти из больницы, а новый курс таблеток вроде бы начал помогать, ибо течки стали приносить с каждым разом все больший дискомфорт. Частые консультации с отцом Чонгука значительно улучшили состояния обоих: Чимину в плане здоровья, а Чонгуку, непосредственно, отношения с отцом. Настоящее время. Признаться честно, Чимин привык к ласковым прозвищам Чонгука. Они все ещё не были расписаны в загсе, но называли друг друга мужьями. Так глупо, но так очаровательно, ведь с годами их связь все крепчала и крепчала. Чимин вновь стал думать о детях, ведь в последний год стал частым гостем у Тэхена, Юнги. Их малыш, которого они назвали Тэхваном, быстро рос и радовал молодых родителей. Пак же назывался его дядей и подолгу мог сидеть с крохой. Юнги с сочувствием относился к старшему, потому что знал о его проблемах со здоровьем. - Чимин, вы пытались сделать эко? - пусть Мин и не мог нормально воспринимать другие способы зачатия, но в ситуации Чимина это могло быть спасением. - От этого риск остаться бесплодным наоборот повышается, Юнги-я, - Пак, улыбаясь Юнги, взял на руки Тэхвана, ведь Мин вновь в очень интересном положении. "Размножаются как кролики, ей богу", - подобная мысль пронеслась в голове Пака. - Я надеюсь, что мы своими силами сможем сделать малыша. Сделать… так странно звучит, ты так не думаешь? - Нет. Хотя это действительно странно, - произносит Мин, откусывая кислое яблоко. Ох, что с людьми делает беременность. - А когда ты в последнее время проверялся? Вновь щёчки появились, да и ты много чего из вещей купил, - омега с запахом винограда смотрит на большое количество пакетов в руке старшего и удивляется тому, как ему ещё хватает сил все нести на руках. - Дай подумать… Последнее обследование было около полугода назад, а что? Я не думаю, что мне стоит каждый месяц ходить и смотреть на одни и те же результаты. - А тест на беременность? Может стоит попробовать? - не дожидаясь ответа, Мин заходит в аптеку, где берет три теста от разных фирм. Фармацевту он явно поднял настроение: омега явно на 5 месяце беременности покупает тесты, чтобы удостовериться в её наличии? - Значит так, утром делаешь все и присылаешь фотографию мне, я хочу узнать об этом! - радостно произносит он, отдавая тесты Чимину. "Бред, но стоит попробовать, как раз задержка", - думает Пак. По приходе домой он тут же не выдерживает и идёт в ванную, чтобы опробовать один из тестов. Каково было удивление, когда на нем начал проявляться "плюс" и "беременность 5-6 недель". - Да бред какой-то! - выплескивает омега, глядя на несчастный пластик. Состояние шока, радости и паники смешивается в один странный коктейль, но стоит Паку расслабиться и успокоиться, он начинает чувствовать теперь что-то иное в своём организме. Еле ощутимое сердцебиение. Кажется, в его жизни настала белая затяжная полоса. Он выбегает из ванной, направляясь на поиски альфы, находя того на кухне за чашкой кофе, с ходу говоря: - Я беременный! До Чонгука доходило слишком долго. Прошли не все фазы принятия неизбежного: отрицание, перегрузка и само принятие. И все эти стадии были видны по лицу альфы. Он понимает, что это уже не шутки, раз по щекам Чимина текут непрошенные слезы, щеки вот-вот лопнут от улыбки, а сам он протягивает альфе тот самый тест. - Чонгук, я согласен выйти за тебя! Да боже, скажи уже хоть что-нибудь! - омега в нетерпение целует своего будущего мужа, по-хозяйски усаживаясь на его бедра. - Этого малыша мы точно не потеряем, Гук-и, - голова Пака покоится на груди Чонгука. Он прикрывает глаза, слыша учащенное сердцебиение альфы и его тихие всхлипы. Сильные руки лишь крепче обнимают, а губы шепчут лишь слова сильной любви. Переломный момент, изменивший судьбы обоих. Одна встреча, что может изменить жизнь. Одна судьба на двоих. Одна клятва в вечной любви. Одно "доверься мне". Наша жизнь - сплошной момент, который можно легко пропустить. Лишь мгновение, ради которого стоит открывать глаза каждый день, улыбаться и плакать, радоваться и грустить, ведь в один день может все измениться. Одна встреча станет решающей, когда вы скажете, что хотите верить кому-то. I want to believe you… The end.