Боги Не Шиноби

Вспышка света, грохот, пыль, Мир привычный стал как быль. Где мы? Что за странный край? Шепчет ветер: «Не скучай…» Небосвод чужой, далёк, Каждый шорох — новый срок. Затерялись, нет пути, Как же нам себя найти?

Их путешествие длилось почти три недели. За это время четвёрка успела перессориться, причиной чему стало самоуверенное поведение Саске, возомнившего себя лучшим знатоком местности. Приближающийся день рождения Саске лишь подливал масла в огонь, а попытки Лии наладить с ним разговор ни к чему не приводили. Миновав лесостепь, они вышли к живописному месту: поле, окружённое редкими хвойными деревьями Куннингамиями, на которых росли зелёные небольшие шишечки больше похожие на колючие шарики. Здесь среди бесконечной зелёной степени они и решили разбить лагерь, что означало скорое пересечение границы Страны Огня. Пока мальчики безуспешно пытались соорудить нечто, отдалённо напоминающее палатку, Хината и Лия любовались чистым вечерним небом, находя в нём умиротворение. Лие в детстве казалось, что на небосклоне уже написана её судьба, но как расшифровать этот язык? С возрастом красота миллиардов звёзд разной величины и яркости лишь усиливала её влечение к ним. Даже после смерти Рин она нашла на небе звезду, напоминавшую ей об ушедшей подруге, и назвала её Рин. Воспоминания детства нахлынули сами собой. Пока Лия заканчивала обустройство лагеря, она вспомнила, как они с Рин любили сидеть на энгаве и рассматривать небо: ночное, после грозы, закаты и рассветы. В детстве это была единственная картина, дарившая им вдохновение и веру в новое, помогая забыть старое. — Ну что, голубки, долго ещё будете спорить, кто с какой стороны будет лежать? — Лия хлопнула себя по ногам и поднялась с колен, закончив приготовления ко сну. Хината взглянула на них через плечо, но тут же отвела взгляд, не желая никого нервировать. Ей всегда было некомфортно смотреть людям в глаза, особенно после пристальных взглядов отца и его советников в детстве. — А где Нидхёгг? — Саске поспешил сменить тему. Он не хотел, чтобы Лия снова начала их воспитывать. Конечно, он любил с ней спорить и провоцировать конфликты, но сегодня они все изрядно устали. К тому же, они проигнорировали небольшую деревушку, мимо которой проходили, чтобы не выбиться из графика «тура». — Чего ты на меня смотришь? — Узумаки уставился на Саске. Саске в ответ лишь наблюдал. На плече Наруто, неторопливо перебирая лапками, полз крупный паук. Саске не любил этих многоногих тварей — змеи казались ему куда приятнее. Прикосновения к ним вызывали отвращение. Наруто, хмуро покосившись на Учиху, пытался понять, что тот задумал. Опять провоцирует? — Наруто, у тебя паук на плече, — наконец произнесла Хьюга, указывая пальцем на незваного гостя. Наруто вскрикнул, но тут же среагировал, прихлопнув насекомое. Саске же сидел с довольной ухмылкой. Какое представление могло бы получиться, но и так вышло неплохо. — Мы будем ужинать или сразу спать? Чем ближе к границе, тем быстрее темнеет, — заметила Лия, вглядываясь в вечерний лес. — А что у нас осталось? — спросил Саске. — Рыба, что ели утром. Каждому по кусочку. Утром перекусим фруктами и отправимся дальше. Обязательно заглянем куда-нибудь за припасами. При упоминании еды и возможности перекусить, живот Наруто заурчал. Он уже предвкушал лапшу, пусть и не свою любимую. Никто не возражал. Все уселись у костра для вечерней трапезы. — Так где же Нидхёгг? — спросил Наруто. Лия огляделась. Она не видела его, но чувствовала его присутствие поблизости, так что волноваться не стоило. — Летает. Охотиться. Он же дракон, Нару, — ответила Лия, протягивая ему очередную порцию рыбы. Откуда она её только достала, неужели отдавала своё? Наруто слышал что-то такое что она небольшая любительница морской кухни, но от его размышлений отвлекла следующая мысль Лии. — Они свободные существа. Вряд ли такое могущественное создание можно контролировать. Сейчас он маленький, но через пару лет… — Он уже стал больше за время нашего пути, — заметила Хината, тут же смутившись под пристальными взглядами всех троих. Она говорила немного, поэтому услышать Хьюгу становилось какой-то редкой роскошью. Пару раз они пробовали потренироваться с Лией, но досконально к тренировкам не подступали. Зато старшая Учиха была единственной, с кем Хината так много разговаривала. — Ладно, я спать. — Не спуская взгляда с Хинаты, развернулся к своему месту Саске. Его почему-то напрягало присутствие той, и Лия не могла в точности догадаться почему. Её брат вёл себя слишком отстранённо. — Наверное, Саске прав, нам всем пора спать, чтобы завтра встать пораньше. — Хината улыбнулась. Казалось, это Лии или нет, но вроде её щёки стали пунцового оттенка при упоминании младшего Учиха. Хотя, возможно, костёр рисовал такие причудливые иллюзии, в которые ей самой хотелось верить. Для Лии давно стало всё понятно: своё личное счастье ей не построить. Но пусть те, кто её окружают, будут счастливы, и она в свою очередь всё постарается для этого сделать. Бухнувшись на матрас, Лия сегодня была совсем уставшей. За весь день они останавливались раза три, и то, чтобы передохнуть. Мальчики всю вторую половину дня вели себя так хорошо, из-за чего не следовало никаких разборок. Завтра они не только заглянут в деревушку, а, возможно, там они снимут небольшой домик. Путешествие включает в себя не только дальнюю дорогу на пути к разрешению тайны происхождения Лии. Остановки, осмотр новых местностей и, возможно, знакомства с новыми культурами и даже диалектами входили обязательно в планы. На пути в страну, скрытую в водопаде, им предстоит ещё много всего испытать. И первое испытание лично для Лии начнётся прямо сейчас. Лия долго не могла уснуть, перевернувшись на один бок, потом на другой, сон так и не шёл. Хотя предстояло просыпаться очень рано. Поэтому она рисковала выглядеть под утро настоящим зомби. В голове крутилась только одна мысль: что же стало с Обито? Почему он стал меняться и влияют ли на что-то эти изменения? Каковы будут последствия, если он что-то задумал? Да, это было страшно всё представить, особенно учитывая, что Учиха планирует стать Хокаге. Но перед тем, как погрузиться в сон, девушка долго думала над всем, с чем ей, скорее всего, предстоит разобраться по возвращении домой. Но не только Лии не спалось. Наруто с момента, как они вышли в путешествие, тоже кое-что начал за собой замечать… Замечать что-то неправильное, что-то такое, что ему никак и никогда не достичь. Перед этим казалось, что до статуса Хокаге рукой подать, но только не до Лии Учиха. Он смотрел на неё полночи, пока совсем не осталось сил. И Наруто Узумаки очень и очень хотелось у неё спросить, какие мысли её тревожат, может, он бы понял… Попытался бы… Но как же ему быть, почему вот так вот это происходит? Ему никогда не стать таким крутым, как Шисуи или Обито, и вообще он не из её клана, он простой, обыкновенный и сирота. Но он постарается это всё обратить в свою силу. В эту ночь, смотря на спящую Лию Учиху, голову мальчика посещали совсем не маленькие мысли, если бы кто-то знал, о чём на самом деле думает Наруто Узумаки, может быть, на него стали бы смотреть по-другому даже в деревне, но сам мальчик даже об этом не задумывался, он смотрел только на неё, как она спокойно обратила свои глаза на звёзды. Он знает, слышал, что она пережила ранее, но чем ей помочь? Наруто эта безысходность сейчас гложит. Он просто ребёнок, который будет в дальнейшем смотреть ей в путь, когда-нибудь ему придётся перерасти эти чувства. Сможет ли он? Это вопрос другого времени. Лия, повернув голову, заметила перед собой какой-то странный белый гриб, точнее, что-то, напоминавшее ей его. Хотя, что может создать мать-природа, может, и правда это было такое экзотическое растение. Больше напоминавшее человеческую голову. Девушка уже начала думать, что ей это только чудится всё от недосыпания, но нет, это самое растение начало поворачиваться. И даже наклонило голову в бок. Куноичи инстинктивно потянулась к кунаю, который лежал под ней. Когда объект, напоминавший гриб и человеческую голову, повернулся к ней, она заметила, что его единственный глаз был закрыт, а другая часть лица напоминала какую-то кашу. Существо оставалось в таком положении несколько секунд, но всё казалось чертовски долгим. А будить и наводить шум пока не хотелось. Для начала надо было выяснить, что это такое. А после решить, как действовать. Она не чувствовала исходящей чакры от него или какой-либо силы ещё. Лия привстала на локтях и с любопытством стала разглядывать странное растение, аккуратно, словно это она его пыталась не разбудить, хотя отчасти, скорее, так оно и было. — Что же ты такое? — прошептала девушка. Но, как ни странно, ответ последовал незамедлительно, как и это столь странное растение, наполовину человек, открыло свой глаз: — Я Зецу. Обито отправил меня к тебе, чтобы я присматривал за тобой, — раздался голос, словно со дна колодца. Учиха вскрикнула и быстро закрыла рот ладонью, чтобы не напугать детей своими галлюцинациями или излишними опасениями. Видимо, расставания с парнем и долгая разлука с близкими дали о себе знать в её подсознании. Иначе как объяснить, кто или что сейчас перед ней? — Ты настоящий? Или… — девушка огляделась вокруг и снова на пару сантиметров приблизилась к тому, с кем, по всей видимости, начинала диалог, хоть это и выглядело абсурдно. — Да не утрируй. Обито, когда меня впервые увидел, тоже испугался. Вы все такие, Учиха, пугливые? И легенды о том, какие вы крутые, неправда? Скажи, девочка?! Кажется, Лия медленно, но верно начинала сходить с ума. Она не думала, что всё так для неё закончится, и не собственные чувства обретут визуализированную форму, которая её же и будет изнурять. — Эй, девочка, я настоящий! — снова раздался этот голос. Нет! Нет! Нет! Это последствия стресса, она не сходит с ума, у неё не было подобного раньше. А значит, всё поправимо, и надо просто лечь спать. Закрыть глаза, и эти видения уйдут и останутся только во сне. — Вижу, ты не в себе. Ладно. Привыкнешь. И Учиха тут же посмотрела, где торчала голова существа, но там её не было. Она выдохнула. Видно, и впрямь её сознание настолько расшалилось не на шутку, но, благо, всё закончилось. Она легла, успокоившись, снова на своё место и попыталась уснуть, и, как удачно, в сон ей почти сразу же удалось провалиться. И только её «видение» в глубине леса наблюдал за ней, облачённый в красно-чёрное.