Процент невероятного события I_Cedric Diggory Love story

      Ночью все уснули кто где мог, ведь сил на то, чтобы устроиться нормально уже не оставалось. Я еще около получаса сидела на стуле возле кровати Седрика, глядя то на него, то в ночное небо, и слушая тихий шепот миссис Уизли и мадам Помфри. После того как Рон, Гермиона и Билл (брат Рона) уснули, ко мне подошел черный пес Гарри и, опершись передними лапами о мои колени, взглянул на Седрика, тихонько заскулив.       - Мне тоже жаль его, песик, - сказала я, погладив его по голове. Только сейчас я заметила насколько он был огромен и необычен: его морда была размером с мою голову, а желтые глаза смотрели на меня будто человеческим взглядом. Побыв со мной еще немного, он вернулся к Гарри и лег у него в ногах. Удивительно, что мадам Помфри не согнала его с постели. Наверное, если бы не настояние Дамблдора, этот пес уже бы огреб тряпкой или метлой.       Положив голову на запястье, я взяла Седрика за здоровую руку и заснула. Это было приятным ощущением – знать, что он рядом, чувствовать его и наслаждаться спокойствием. Этой ночью не было кошмаров, никаких снов о Гарри и Гермионе, ничего. Абсолютная безмятежность.       Утром меня разбудило чье-то прикосновение. Обычно, так делала моя мама, пробуждая меня к завтраку. Открыв глаза, я обнаружила, что Седрик уже не спал. Он гладил меня по голове и, слегка склонившись на бок, улыбался.       - Ты такая красивая! – прошептал он, и в этих трех словах прозвучало столько нежности! Я усмехнулась, приподнявшись, и прижалась щекой к его ладони. Хоть она и была шершавой от ссадин, но все же такой теплой и… родной. Седрик метнул взгляд позади меня, а затем слегка потянул меня к себе, чтобы я поцеловала его. Это была еще одна шалость Диггори и Форд – целоваться в больничном крыле, прячась от мадам Помфри.       - Как ты? – спросила я. – Твоя рука…       Седрик обреченно приподнял загипсованную конечность.       - Надеюсь, до следующего сезона заживет, - сказал он, сделав брови домиком. – А то Пуффендуйской сборной придется искать ловца и капитана.       - Еще чего! – я слегка толкнула его в бок и он усмехнулся.       - Что, уже расслабиться нельзя?       - Не-а, - улыбнулась я и опустила глаза, решаясь спросить об испытании. – Сед, а что случилось там – в лабиринте?       Лицо Седрика сразу переменилось и, нахмурившись, он откинулся на подушку, принявшись рассматривать потолок.       - Прости, если не хочешь говорить об этом…       - Нет, я скажу, - перебил он, все еще не глядя на меня. – Сначала все было как нам и говорили: испытания, загадки, существа. Затем я услышал крик Флер: не знаю, что с ней случилось, но я понял, что она выбыла. Потом на моем пути оказался Крам и…, - он замолчал, и сразу приподнялся, чтобы осмотреть другие кровати. – Кстати, где он? Где Виктор?       - Тише-тише, - успокоила его я, напоминая, что такие резкие подъемы ему сейчас ни к чему. – Его, кажется, выписали еще вчера.       - Что? – Диггори был обеспокоен. – И как он выглядел? Адекватно?       - Да, вполне нормально, - растерянно ответила я. – Кажется, он был расстроен, но физически не пострадал.       - Еще бы! – сердито хмыкнул Седрик.       - Да что случилось то? – не удержалась я.       Диггори вздохнул, прежде чем продолжить.       - На него что-то нашло в лабиринте. Он напал на меня, причем используя запретные заклятия! – сказал он. Я была шокирована этим открытием. – Не знаю, какова была причина, но если бы не Гарри…       - Гарри спас тебя? – удивилась я.       - Да, дважды. А как он? – Седрик снова осмотрелся.       - Он за ширмой, - кивнула я налево. – Пока спит. Ему тоже сильно досталось.       - Поле того как он разобрался с Крамом мы разминулись, пока не оказались вместе у кубка. Там на меня напал огромный паук Хагрида, - Седрик усмехнулся. – Да соплохвосты по сравнению с ним просто щенки!       За ширмой раздалось негромкое бурчание пса Гарри, видимо уже проснувшегося, но все еще лежащего у того в ногах.       - Это что – собака? – ошарашено спросил Седрик, глядя на ширму.       Я кивнула и рассказала ему про Дамблдора.       - В общем, в ходе сражения с пауком, Гарри сильно ранило в ногу, и я не мог оставить его в таком положении, особенно после всего, что он для меня сделал, - продолжил Седрик. Я понимающе кивнула. – Мы с ним долго спорили о том, кто должен взять кубок, пока Гарри не предложил взять его вдвоем. Все-таки, представляя Хогвартс, мы могли разделить эту победу на двоих.       - И… что случилось потом? – я уже сгорала от нетерпения.       - Потом я помог Гарри дойти до кубка, занес свободную руку над ручкой, и когда он досчитал до трех… я не взялся. В следующее же мгновение меня отбросило в сторону с такой силой, что я несколько раз провернулся вокруг себя и упал всем телом на руку, - Сед еще раз приподнял гипс. – В глазах потемнело от боли, но я нашел в себе силы подняться. Мне нужно было найти Гарри и узнать что с ним. Но его нигде не было. И кубка тоже, - я задержала дыхание. – Естественно я понял, что такого быть не должно и, обождав какое-то время, на случай если он вернется, принял решение трансгрессировать к Дамблдору чтобы успеть сообщить ему об этом, пока еще мог стоять на ногах. Очнулся я уже здесь.       - Это очень странно, - прошептала я. – Когда я увидела тебя на трибунах, сразу помчалась в больничное крыло. А потом я увидела и Гарри, только он был на краю лабиринта, и выглядел просто ужасно…       - А что Дамблдор?       - Он был там, но его сразу же окружила толпа учителей и студентов и он не заметил, как профессор Грюм забрал Гарри с собой и увел его в замок, - я покосилась на спящего Грюма в конце комнаты.       - Зачем? – не понял Диггори.       - Вот именно – зачем?       Седрик нахмурился, а затем снова усмехнулся, опустив глаза.       - Знаешь, я был рад увидеть тебя здесь. И вчера и сегодня, - он посмотрел на меня. – Спасибо, что осталась.       - А ты думал так легко от меня отделаться? – усмехнулась я в ответ. – Ну уж нет, Диггори. Кстати, твои родители тоже были здесь. Сказали, что заглянут сегодня.       - Хорошо, - улыбнулся Седрик и снова откинулся на подушку, закрыв глаза. Даже сейчас, с бледной кожей, разбитой губой и темными кругами вокруг глаз он казался таким красивым.       - Сед, - тихо начала я, поправив ему одеяло. – А почему ты не взял кубок вместе с Гарри?       Седрик помолчал, а затем снова расплылся в улыбке, похожий на довольного кота:       - Это было справедливо, да и к тому же… Я дал слово своей девушке, - мое сердце екнуло, и я тут же засмущалась, как будто это было чем-то сокровенным.       - Спасибо, - я чмокнула его на прощание, поднявшись со стула. Нужно было дать ему время отдохнуть от меня и разговоров.       - Тэй, - позвал он, когда я проходила мимо кровати. – Только не ходи ужин без меня!       - Я тебе и в обед не дам разлеживаться! – пошутила я и двинулась к выходу, чувствуя, как внутри меня расходится приятное тепло.       

***

      Флер выписали самой первой, и она была рада вновь увидеться с мамой и сестрой. Однако теперь она косилась на Виктора, и старалась обходить его стороной. Крам в свою очередь стал очень замкнут и мрачен, и когда выписывали Седрика, он пришел просить у него прощения. Честно говоря, никто из нас так и не понял, что это с ним было, кроме, разве что, Гарри, который смотрел на него с пониманием, но объяснять нам ничего не стал.       Родители всех чемпионов разъехались через несколько дней после окончания Турнира. Амос Диггори встретился со мной перед отъездом и предложил мне погостить у них дома этим летом. Взглянув на Линетту, чтобы получить ее одобрение, я с радостью (и, конечно же, с крайним смущением!) согласилась, прекрасно понимая, что теперь буду считать дни до этого момента. Как только Седрика выписали из больничного крыла мы стали везде ходить вместе. Причем теперь я старалась ходить по правую сторону от него, чтобы никто случайно не задел его руку, на что Диггори-младший возмущался, что не может брать меня за руку. После выписки Седрик поговорил с Гарри и еще раз поблагодарил его за помощь в турнире. Он пытался узнать у него что же случилось в лабиринте, но Поттер говорил что сам ничего не понял. Как будто его просто телепортировало из центра на край. Мне что-то с трудом верилось в это, но по приказу Дамблдора, мы старались не докучать Гарри своими расспросами. Он даже не появлялся в большом зале, видимо, предпочитая питаться в одиночестве. Я время от времени осведомлялась у Гермионы о его самочувствии, но она все время твердила что для него весь турнир был серьезным стрессом и ему просто нужно время прийти в себя. Когда я достала таки ее своими расспросами про исчезновение, она решилась открыть мне тайну маховика времени (после того как я напомнила ей, что про мантию Гарри я уже знаю). Это устройство удивительно было похоже на то, что было в моих снах, но я не стала говорить ей об этом. В конце концов, я сама еще не была уверена: сон это или нет.       В последний день в Хогвартсе, зайдя с Седриком в зал, мы обнаружили, что впервые он был украшен одновременно цветами двух факультетов: красным с золотом и канареечным с черным. Стол Пуффендуя разразился криками и свистом, завидев Седрика. Он улыбнулся им в ответ и махнул здоровой рукой.       - Не взялся за кубок говоришь? – шепнула я.       - Честно словно! - шепнул в ответ Диггори. Уже по привычке проводив меня до места, он направился к своему столу, где его уже ждали с нетерпением. Я обернулась в поисках любимой троицы, но их все еще не было. Наконец, когда Гарри переступил порог зала, стол Гриффиндора разразился не менее громким приветствием своего чемпиона. Слегка смутившись, Гарри также ответил рукой своим друзьям и сел напротив близнецов Уизли. Профессор Дамблдор поднялся с места и призвал всех к тишине, постукивая по кубку в руке.       - Закончился еще один учебный год, - начал он, оглядев присутствующих. - Для некоторых из нас он мог показаться труднейшим из всех, что были до этого. В первую очередь, я, конечно же, хочу поздравить наших чемпионов, которые прошли этот сложнейший путь от начала и до конца. Попрошу встать всех четырех участников Турнира! – Виктор, Флер, Гарри и Седрик поднялись с мест, и зал тут же залился аплодисментами. – Вам хватило смелости и мужества бросить вызов этому испытанию. От лица собравшихся, я хочу поблагодарить вас за достойное представление каждой из ваших школ!       После этих слов я прошлась глазами по преподавательскому столу и, к своему удивлению, не увидела там директора Дурмстранга. Как же так? Каркаров никогда бы не пропустил такой торжественный момент.       - А теперь, с великим удовольствием, я хочу назвать имя победителя Турнира трех волшебников – Гарри Поттера! – стол Гриффиндора вновь взорвался криками. Дамблдор позволил студентам продлить радость победы. – Несмотря на свой юный возраст и меньший уровень подготовки, он достойно прошел испытания и принес победу своей школе. Однако, - Дамблдор повернулся в сторону стола Пуффендуя, - юный волшебник не справился бы без помощи друга, с которым они, даже будучи соперниками, шли рука об руку до самого конца. И по просьбе победителя, я разделяю первой место пополам с лучшим учеником Школы Хогвартс – Седриком Диггори! – теперь взорвался и стол Пуффендуя. – Давайте выпьем в честь победителей!       Студенты с радостью подняли кубки и сразу же осушили их до дна. Некоторое время все ученики продолжали скандировать «Гарри!» и «Седрик!», ударяя кулаками по столу. Чуть погодя, позволив участникам сесть, а залу угомониться, Дамблдор отставил кубок и начал уже более тревожным голосом.       - Дорогие друзья, мне хотелось бы завершить сегодняшний вечер на этой прекрасной радостной ноте, - он еще раз обвел студентов глазами. – Но должен сообщить вам о большой опасности, которая произошла в лабиринте. В Министерстве магии не хотят, чтобы я говорил вам это. Возможно, ваши родители придут в ужас от того, что я вам скажу, - он таинственно замолчал. – Но Волан-де-Морт вернулся.       По залу прошелся шепот. От ужаса я чуть не уронила кубок с соком прямо в тарелку, ошарашено глядя по сторонам.       - Кубок турнира, которым завладел Гарри Поттер – оказался ловушкой. Тот человек, кто подстроил это, уже понес наказание за содеянное, - Дамблдор дал залу утихнуть. – Гарри удалось ускользнуть от Волан-де-Морта, тем самым проявив мастерство и храбрость, которыми владеет не каждый взрослый волшебник. Хотелось бы напомнить, что цель Турнира Трех Волшебников – укреплять взаимопонимание среди волшебников всего мира. А в свете случившегося – то есть возвращения лорда Волан-де-Морта – такое взаимопонимание становится, как никогда важным.       Я покосилась глазами на Виктора Крама. Чемпион Дурмстранга сидел, не спуская глаз с Дамблдора, опасаясь, что тот сейчас скажет что-то и о нем. Но директор лишь подытожил, что каждый гость этого зала будет с радостью встречен здесь всегда, и именно на поддержке и взаимопонимании будет строиться сила, которая сможет противостоять опасности и злу.       

***

      Вещи были собраны, а чемоданы упакованы. Я стояла в стороне переполненного холла, наблюдая как четверокурсники толкались в ожидании карет.       - Ты останешься здесь? – спросил Седрик, обнимая меня за плечи.       - Мне спешить некуда, - ответила я и обернулась к нему. – Действительно, мне впервые не хочется уезжать домой, - я усмехнулась, глядя в любимые серые глаза.       - Тогда поехали сразу ко мне, - усмехнулся Седрик и подмигнул мне. – Признаться, я и не думал, что знакомство с родителями пройдет так гладко.       - Ты сомневался во мне? – я удивленно уставилась на него.       - Нет, просто… это так волнительно. Они же понимают, чем все может кончиться.       - И чем же? – я сделала вид, что не понимаю, к чему он ведет. Седрик смущенно отвернулся.       - Не будь у меня сейчас загипсована рука…       Я хихикнула, целуя его в щеку:       - У нас с тобой еще будет время вернуться к этому, правда?       Седрик улыбнулся мне в ответ, с благодарностью, что я оставила его в покое со своими расспросами. Кто-то из пуффендуйцев подбежал, чтобы забрать его вещи и погрузить в карету. Мой чемодан Седрик взялся везти самому здоровой рукой. Что же с него взять? Диггори хотел оставаться джентльменом до самого конца. Уже в купе я отдала ему оригинал нашей с ним фотографии, что когда-то забрала у Риты Скитер.       - Пусть это будет у тебя, - сказала я, с трепетом глядя, как он прижимает фотографию к сердцу.       - Тэй, - сказал он мне перед выходом с экспресса, – ты только открывай окна для Роки. Он ведь будет ждать. Всегда.