Процент невероятного события I_Cedric Diggory Love story

      После прогулки мне пришлось попрощаться с семейством Диггори, чтобы успеть на экзамен по истории магии. Но сегодня нам повезло: наш «увлекательный» мистер Бинс, который по-прежнему звал меня Фанкорт вместо Форд, быстро провел наш срез, специально выделив для него конец урока. Это наверное был единственный предмет, который был максимально однообразным из всей школьной программы. Даже Трелони старалась придумать что-нибудь новенькое каждый урок!       Я спустилась в библиотеку к Гермионе, чтобы обсудить наши оценки по Бинсу, как договаривались заранее, но ее там не было. Между прочим, мне так и не удалось поговорить с ней на счет ее исчезновения на мосту, и я решила, при случае, все-таки выпытать у нее эту секретную технику. После своего странного сна, я бы даже не удивилась что она пользуется таким же прибором, способным возвращать ее назад во времени. Хотя на мой взгляд, применять его в Хогвартсе было бы рискованно. Да и где она могла его найти? Чушь, наверное.       День довольно быстро пролетел на оставшихся парах. Все учителя поголовно шли навстречу ученикам, понимая что сегодня есть кое-что поважнее их уроков, и не давали тяжелых заданий. Исключением был только Снегг, разумеется. Но больше чем зельевар меня беспокоил наш преподаватель по ЗОТИ. Временами он делал вещи, слишком странные для учителя. Но чаще мы просто сражались с боггартом, тренировали патронус и участвовали в дуэлях. Я кстати удивлялась, почему мне из всех патронусов попался ирландский волкодав, хоть по природе я была кошатницей. А вот Седрику повезло больше – у него был лис, да и получалось у него заклинание лучше, чем у меня. Вот только сегодня произошло что-то странное с моим патронусом: он светился не голубым, а розовым! Не знаю, прав ли был Грозный Глаз Грюм на тот счет, что я просто бестолково выполнила призыв, но главное что мой розовый волкодав с задачей справился. Зато девочки с факультета были в полном восторге, когда он пробегал мимо них. Говорили, что он олицетворение нежности и в то же время силы. Вот уж не знаю, было ли это как-то связано с тем, что случилось сегодня на веранде, но я задумалась, что можно было бы это как-нибудь проверить.       Вечером мы все встретились уже на ужине в главном зале. Наши гости из Дурмстранга и Шармбатона то и дело переглядывались с теми, с кем успели подружиться за этот год. Я заметила, как Виктор Крам весь ужин не отрывался от Гермионы, хоть она, в свою очередь, взглянула в его сторону всего пару раз. Несмотря на то, что в зале чувствовалась праздничная обстановка, я не могла заставить себя ничего поесть. Все время думала о предстоящем испытании и то и дело косилась на стол Пуффендуя. Седрик же просто сиял, что-то бурно обсуждая в компании своих друзей. Наверное, он уже предвкушал победу. Но я все же надеялась, что он послушает меня. Ведь если сон действительно был правдой…       Дамблдор поднялся и произнес вступительную речь.Присутствующий сегодня Министр Магии Корнелиус Фадж лишь молча наблюдал за ним, и был мрачнее чем Каркаров и Снегг. Но вот и наступил тот самый момент. Сначала закричал стол Шармбатона, затем Дурмстранга, и наконец Пуффендуя и Гриффиндора. Только сейчас я задумалась, что ведь Гарри рискует не меньше их, а ему всего четырнадцать. Он улыбался своим друзьям, которые выкрикивали ему слова поддержки, скрывая внутри себя свое волнение.       Седрик, стол которого находился ближе всех, медлил с выходом на середину, чтобы другие участники смогли оказаться там вместе с ним. Все желающие давали ему напутственные слова, пока ученики вставали со скамей, аплодируя и улыбаясь. Сейчас я вновь испытала то чувство, как после второго испытания – гордость, что вот он Чемпион Хогвартса, лучший из лучших. И он мой. Участники турнира медленно двинулись вперед, подавая знаки бушующей толпе.       Проходя мимо, Седрик ухитрился чмокнуть меня в щеку, чего я от него даже не ожидала в такой торжественный момент, и это вызвало взрыв оваций и без того ликующей толпы. Конечно, молодых хлебом не корми - дай посмотреть на открытые эмоции. Я метнула смущенный взгляд на стол преподавателей, и первым делом увидела как Дамблдор уже занес руку чтобы утихомирить гул, писк и вой студентов, но он, улыбнувшись, не стал этого делать. Снегг буркнул что-то наподобие «Позорники», остальные же просто не обращали на это внимания.Сливаясь с бушующей толпой, я позволила ей нести меня до самого игрового поля, где мы уже спокойно стали занимать свои места на трибунах. Я взглянула вниз на лабиринт и ужаснулась тому, какой он был жуткий и огромный. С такого расстояния, как располагались трибуны, нам было почти не разглядеть самих участников.       Когда все заняли свои места, Бэгмен сообщил, что по праву победителей предыдущих этапов, первыми войдут Гарри и Седрик, у которых было по 85 очков. Послышался первый свисток и толпа снова взвыла. Но я кричать не могла. Скорее наоборот, я максимально сжалась и, закрыв глаза, сосредоточилась на том, чтобы все прошло хорошо. Жаль я не могла видеть его глазами!       Послышались первые вздохи: видимо лучи от заклинаний показывали местность, где сейчас находились герои. Прозвучал еще один свисток и в лабиринт забежал Виктор Крам. Вспомнив, как он пытался превратиться в акулу на втором задании, я подумала, что ему ничего не мешало бы придумать что-то подобное и для третьего задания. Подчинить себе какого-нибудь Хагридского зверька и верхом на нем добраться до своих соперников. Третий свисток, и в игру вступила Флер Делакур. Бедная француженка долго не могла прийти в себя после того, как не выполнила второе задание и чуть не лишилась (по ее мнению) сестры. Ходили слухи, что она даже хотела прекратить испытание, но мадам Максим отговорила ее от этой глупой затеи. И снова послышались волнения в толпе. Я затряслась от страха, не в силах глянуть вниз на живую изгородь. Даже если бы я все равно там ничего не увидела, так как действие было далеко и сумерки сменились темным полотном, мое воображение дополнило бы все за меня.       - Ты обещал, Сед. Господи, ты обещал, - повторяла я себе под нос как мантру.       Я открыла глаза и увидела, что над темными зарослями то тут, то там возникали синие и зеленые лучи от заклинаний, но в этой густоте было не разобрать волшебников, кто их произносил. Казалось, это тянулось бесконечно долго: время над стадионом расплывалось и будто искажалось. И вдруг послышался… крик? Очень приглушенный, но это явно был крик.       Раздался хлопок и в небе над полем сверкнула вспышка, вскоре распавшаяся на догорающие красные искры. Когда я метнула взгляд на центральные трибуны, Дамблдора и некоторых профессоров там уже не было. Затем прошло еще около минуты и они вновь появились на местах. Интересно, кто же это был? Может Гарри? Он ведь был менее опытен по сравнению с остальными чемпионами. Или все-таки Флер, которая держалась последней?       Минут десять ничего не происходило. Многие ученики стали выглядывать с трибун, притихнув в ожидании и тревоге. Затем голубые лучи появились вновь. Теперь все они приближались к центру лабиринта. Два из них оказались совсем рядом и снова послышался чей-то приглушенный крик. «Пожалуйста, только не Седрик!». Синие и зеленые лучи сошлись в одном месте и казалось что теперь чемпионы сражались друг с другом.       Прошло еще немного времени, все стихло, в лабиринте не было движения, а затем в небе появилась вторая вспышка.       - Черт! Черт! Черт!!! – прошипела я, закусив кулаки. И снова некоторые профессора исчезли, но на этот раз они не возвращались довольно долго.       «Там случилось что-то серьезное», - мелькнуло у меня в голове и я снова закрыла глаза, бормоча себя под нос, что Седрик обязан сдержать свое обещание. Иначе это конец. Я не смогу жить дальше, если потеряю его. Только не так, пожалуйста! Только не сейчас! Если мои сны были правдой, то вот же я – здесь! Лишь бы он спасся. Профессора вернулись, но никого из участников я рядом с ними не заметила. Куда они их уводили? К мадам Помфри?       - Черт, Седрик, что б тебя! – буркнула я, кусая себя за костяшку пальца. – Ты же не сдашься. Но ты должен! Прошу тебя! Хотя бы раз.       И вот я вижу как два луча столкнулись прямо на середине. Кубок был рядом, неужели они сражались за него друг с другом? Показалось что-то огромное и черное, и издалека можно было подумать, что на них бросилась сама изгородь. Оставшиеся два чемпиона сражались с черной тварью довольно долго, пока все снова не стихло. Трибуны вновь притаились в ожидании, кто же станет победителем Турнира. Кто же остался? Почему они колебались?       Яркая зеленая волна прокатилась из центра лабиринта, вызвав тем самым новый вздох толпы, однако я задержала дыхание. Что там? Кто же там? Скажите хоть кто-нибудь!       Дамблдор поднялся с места, вглядываясь в темноту зарослей. Кажется, что-то пошло не так. Еще бы! – подвергать студентов такой опасности! За ним повставали и другие профессора. Даже Бэгмен и Фадж не удержались на месте. И тут на центральных трибунах рядом с ними возник Седрик.       - Профессор! – закричал он Дамблдору. Выглядел он просто ужасно! Бледный, в разорванной форме, весь в ссадинах и крови. По стадиону прокатилось шепотом его имя. Едва держась на ногах, Седрик сообщил что-то важное директору, а затем потерял сознание.       - Сед! – я машинально вскочила с места, понимая, что ничем ему сейчас помочь не смогу. Дамблдор и Макгонагалл взяли Седрика под руки и вместе с профессором Стебль трангрессировали с трибун. Теперь уже точно в больничное крыло. Я помчалась с рядов, чтобы догнать их. Жаль трансгрессии не учат на четвертом курсе! Почти сбегая по ступенькам, я выбегаю за пределы поля и тут происходит новый легкий толчок и толпа снова взвывает. Так как я не вижу что там происходит, мне остается только бежать дальше. Но уже обойдя добрую половину стадиона, я вижу как Дамблдор, Фадж и еще несколько профессоров столпились над телом темноволосого парня. Мое тело замирает когда я узнаю в нем Гарри.       - Нет! – выкрикиваю я и бегу к ним со всех ног. Он лежит лицом к земле, еще в сознании, но выглядит также плохо как Седрик, если не хуже. Его аккуратно разворачивают, а он все еще держит в руках кубок Турнира и пытается что-то сказать директору. Ближе подступить мне не удается и я только вижу, как рука его ослабевает и кубок откатывается в сторону. Уже в следующее мгновение к нему подкрадывается профессор Грюм, и, пользуясь замешательством других учителей, берет Гарри за руку и вместе с ним двигается в сторону замка. Я обернулась на толпу студентов, которые успели сбежаться с трибун и окружили Дамблдора, крича и задаваясь вопросами что же произошло. Но никто из присутствующих не может дать ясного ответа. Холод и страх прокатывается по моему телу. Нужно двигаться в больничное крыло, но ноги меня не слушаются.Я чувствую, как чья-то рука опускается на мое плечо и, обернувшись, замечаю перед собой Гермиону.       - Герми! – выдыхаю я. – Гарри… он победил.       - Куда он делся? - спрашивает она и оглядывается. Рон стоит рядом, тоже встревоженный, как и она.       - Он же только что… ушел с Грюмом, - отвечаю я, и теперь до меня доходит, что что-то тут не так. Куда они пошли? И почему не дождались приказа Дамблдора?       - Где Гарри Поттер? – громко спрашивает он, чтобы перекричать толпу. Они все расступаются, выглядывая его на том месте, где он был еще пару минут назад.       - Тэйлор сказала его забрал профессор Грюм! – кричит ему Гермиона, понимая, что я не смогу сказать этого.       Дамблдор с ужасом кидает взгляд на Макгонагалл и Снегга, и они немедля двигаются в сторону замка. Сейчас они не трансгрессируют, потому что не знают точно, куда Грозный Глаз мог отвести его.       - Что нам делать? – спрашиваю я Гермиону, глядящую им вслед.       - Пойдем за ними! - отвечает она и тянет меня за руку. Медленно, словно в шоковом состоянии, я заставляю себя идти за ней и Роном, а потом мы переходим на бег.       - Нас не пустят! – крикнул Рон, чтобы мы услышали.       - Ну и что! Нужно узнать что с Гарри! – крикнула ему в ответ Гермиона и с того момента мы не говорим ни слова, пока не добираемся до дверей Больничного крыла. Рванув за ручку, первым в палаты врывается Рон, я иду последней. В тусклом свете ламп я замечаю Виктора Крама, уже сидящего на постели с каким-то флаконом в руках. Он глотками отпивает серо-зеленую жидкость и каждый раз морщится. Через две койки от него лежит Флер, но глаза ее закрыты. Видимо ей дали выспаться хотя бы на несколько часов. Было ясно, что в зависимости от того, что случилось с ними в лабиринте, оставаться им в Хогвартсе могло быть опасно. На противоположной стороне что-то происходило за ширмой, пока оттуда не показалась мадам Помфри.       - Седрик, - прошептала я и подбежала к ней как можно тише, чтобы не потревожить Флер.       - Мисс Форд, - мадам Помфри остановила меня за плечи, не дав даже заглянуть к нему. - Вам не стоит сейчас его беспокоить, я дала ему снотворное.       - Пожалуйста, - прохрипел он из-за ширмы и руки целительницы, хоть и нехотя, отпустили меня. Обогнув препятствие я подбежала к Седрику. Уже омытый от крови, он все равно выглядел пугающе болезненно. В его глазах вместо привычного блеска была тусклая пелена, будто ему пришлось пережить сильное потрясение. Скорее всего, так и было. На правой руке, что лежала у него на груди, виднелся гипс или что-то наподобие него. Мне не терпелось узнать, что все-таки произошло на испытании, но тревожить его своими вопросами было глупо.       - Сед, - я села на край кровати и взяла его за левую руку. Из последних сил он подернул губами, пытаясь улыбнуться мне. Моргнув, и выпустив на свободу слезы счастья, я поцеловала его в лоб, радуясь что он остался жив. Еще несколько секунд он сжимал мою ладонь, а потом его рука обмякла и Седрик провалился в сон. Дрожащими от волнения пальцами я поправила челку вокруг его лица и улыбнулась. Боже мой, неужели мы пережили это?       Позади меня раздавались голоса, уже превышающие шепот. Гермиона и Рон пытались узнать у мадам Помфри куда отвели Гарри.       - Я его не видела, как и профессора Грюма! – защищалась она. – Это, наверное, какая-то ошибка! Профессор Дамблдор сам велел отправлять всех участников сюда!       Я заметила, что Крама уже не было. Видимо мадам Помфри его уже отпустила. И тут дверь снова открылась и в больничное крыло вошел Северус Снегг. Я не видела его за ширмой, но могла поклясться, что это были его шаги. И правда, он подошел к беседующей троице и, сверив недовольным взглядом Уизли и Грейнджер, попросил мадам Помфри спуститься в кабинет профессора Грюма.       - Что произошло? – не удержалась Гермиона, но Снегг ей не ответил, стараясь как можно скорее покинуть палаты вместе с целителем. Я встала с кровати Седрика и подошла к друзьям.       - Как он? – спросила Гермиона, кидая взгляд на ширму.       - Кажется, он многое пережил, но он поправится, - ответила я с благодарностью за ее заботу. Мы обнялись и я почувствовала как Гермиона сотряслась под моими руками.       - Мне так страшно, Тэй. Что там с Гарри?       - Я думаю мы скоро это узнаем, - только и смогла ответить я и посмотрела на Рона. Он сидел рядом на пустой кровати, понурив голову. Как настоящий мужчина он не выдавал своих эмоций, но это не значило, что он не переживал. Я отпустила Гермиону и обняла его, не знаю зачем. Мне показалось, что в такой момент поддержка нужна каждому из нас.       Прошло по меньшей мере минут пятнадцать, прежде чем мадам Помфри вернулась вместе со Снеггом. Он тащил на себе тело профессора Грюма, который выглядел очень плохо, будто его долгое время пытали. Уложив бедолагу на самой дальней койке, Снегг что-то шепнул Поппи и снова вышел из Больничного крыла. Когда мадам Помфри открепила деревянную ногу, я поежилась. А затем она извлекла и волшебный глаз, и над моим ухом сразу послышался тихий возглас Рона:       - Фу-у! Гадость! Я и не думал, что они снимаются!       Еще через десять минут в комнате появились взбудораженные миссис Уизли с сыном, которого я видела сегодня утром, и родители Седрика. Мадам Помфри успела только сказать последним, что их сын спит, как на нее тут же набросилась миссис Уизли:       - Где Гарри? Что с ним?       Рон и Гермиона двинулись к ней, а я подошла к мистеру и миссис Диггори, которые встали напротив кровати сына.       - Как он? Седрик спал, когда вы пришли? – лицо Линетты было бледным и она еле сдерживала слезы, глядя на него. Амос стоял рядом, мрачный как смерть, не говоря ни слова.       - Он уже засыпал, - ответила я. – Я успела побыть с ним немного, пока он был в сознании.       - Спасибо, Тэйлор, - прошептала она, аккуратно стирая платком слезинки в уголках глаз и, развернувшись ко мне, погладила меня по плечу.       - Мы будем здесь до завтра, - произнес мистер Диггори, - но нам вряд ли разрешат заночевать в палате.       - Я буду с ним, - сказала я, хотя сама еще не была уверена, что мне позволят. Да и пусть! Я найду способ как остаться рядом.       Амос слабо улыбнулся мне и, приобняв супругу, вышел из палат.       - Я правда не знаю, где он! – продолжала оправдываться бедная мадам Помфри, и тут дверь Больничного крыла открылась в очередной раз и за ней показался Гарри, а следом за ним профессор Дамблдор.       Подождите, это что – собака? Черный пес шел за ними следом, не отрывая от Поттера взгляда. Дамблдор остановил уже бросившуюся к ним миссис Уизли, попросив дать Гарри время прийти в себя, и сразу же ответил на вопрос мадам Помфри, что эта собака останется здесь. Мадам Помфри поставила вторую ширму перед соседней с Седриком кроватью и мы все дождались, пока он переоденется в пижаму. После этого Дамблдор попрощался с ним и все, кто ожидал Гарри, расселись по обе стороны от его кровати.       - Со мной все в порядке, - ответил он на встревоженные взгляды собравшихся. – Я просто устал.       Я стояла поодаль, держась за ширму Седрика. Что бы Гарри не говорил, но выглядел он удручающе. Мадам Помфри вернулась из своего кабинета, неся в руках бутылочку пурпурного зелья и кубок. Как только Гарри опустошил его, он тут же погрузился в сон.       - Мадам Помфри, - позвала я. – Не разрешите ли остаться нам здесь на ночь? Я обещала родителям Седрика.       Она взглянула в сторону целой толпы, окружившей Гарри и вздохнула:       - А у меня есть выбор?