Цвет одержимости

      — Ну за что?!       Бэкхён от отчаяния пинает стойку представителей авиакомпании. Девушка, сидящая за ней, смотрит неодобрительно.       — Да ладно тебе, шеф, в первый раз, что ли? — говорит стоящий рядом Крис, обмахивающийся веером.       — Вообще-то да!       — Ну упс. Когда-нибудь это все равно бы случилось.       — В твоем чемодане был весь запас пленки! — возмущается Бэкхён.       — Не весь, — подает голос Чондэ, сидящий на скамейке под кондиционером. — Я всем напихал. Только Крису больше всего досталось.       — Спасибо, друг. Десяток коробок на две недели нам, конечно же, хватит, — язвит Бэкхён.       — Клал бы свою пленку к себе, проблем бы не было, — беззаботно замечает Крис.       — Мы это уже проходили. Где там нас повязали с подозрениями в шпионаже? В Египте? — возражает Чондэ.       — В Алжире, — поправляет Бэкхён. — Бессердечные вы, уйду я от вас.       — Сейчас Минсок найдет нашего менеджера, и они все порешают, — пытается успокоить его Чондэ.       — Надеюсь.       Бэкхён заходит в «Твиттер» и ноет о несправедливости жизни. Подписчики тут же начинают его жалеть, лайкать и репостить твитт, в общем, поднимают настроение как могут. Плюс Крис на своем аккаунте их всех беззлобно подстебывает. Бэкхён — автор и лицо блога о путешествиях «Сити Лайтс». Он снимает видео для «Ютуб» вместе с друзьями. Их детище весьма популярно, не в последнюю очередь благодаря старой фотокамере, пленку для которой вместе с багажом Криса отправили в Малайзию вместо Таиланда. Эта поездка с самого начала стала несчастливой. Они должны были ехать в Норвегию, все было оплачено, но Минсоку пришло письмо от отеля на острове Самет с заманчивым предложением, и Бэкхён сказал: «Мне нужно туда срочно!» И наплевать, что в Норвегию они за свои деньги летели, и что сейчас самое хорошее время, чтобы попасть на фьорды, и что Таиланд никуда не денется. И неважно, что им на подготовку к путешествию нужно минимум две недели, а план поездок расписан на месяцы вперед. И вообще без разницы, что сейчас в Таиланде низкий сезон. А все потому, что отель называется «Блумин Далия».       Начало новой твиттерской войны прерывает Минсок, вернувшийся с молоденьким тайцем в белой рубашке с короткими рукавами и баннером с названием блога. Видимо, это и есть тот самый личный менеджер для VIP-гостей, который их будет сопровождать две недели. Хотя что делать две недели на небольшом острове, где достопримечательностей не так много, а тюлений пляжный отдых быстро приедается — загадка. Но представители отеля настаивали именно на таком сроке.       — Добрый день, извините, что такая неприятность случилась, — говорит парень на чистом корейском, кланяясь каждому. — Меня зовут Читтапон Личайяпорнкул, я буду вас сопровождать.       Расплавленный мозг Бэкхёна не готов запоминать такую сложную информацию. Судя по лицам остальных, они тоже.       — Можно просто Тэн, — с дежурной улыбкой добавляет менеджер.       — Спасибо, — благодарит Бэкхён. — Вы поможете разобраться с сумкой?       — Для этого я здесь.       Тэн идет к стойке и начинает тараторить на тайском. Минсок окидывает парней взглядом. Несмотря на включенные кондиционеры, всем все равно жарко и душно. Бэкхён ощущает себя растаявшим мороженым. Видок у него должен быть соответствующим.       — Вы еще не передрались тут без меня? — спрашивает Минсок.       — Если бы, — вздыхает Бэкхён.       — Чондэ, сколько пленки осталось?       — Понятия не имею, я не считал.       — Выворачиваем карманы, господа. Будем вести учет.       Чондэ сразу предоставляет три упаковки. Бэкхён обыскивает весь чемодан, но находит только одну. У Минсока оказывается сразу пять. Крис возится дольше всех — несмотря на то, что багаж потеряли, у него в ручной клади вся техника, на которую они снимают, а это сумки три. И в каждой по две пленки.       — Пятнадцать по двенадцать, итого сто восемьдесят фото. Получается по двенадцать кадров в день, — считает Минсок.       — Двенадцать... — обмирает Бэкхён. — Нам не хватит. Мы же минимум по двадцать щелкаем.       — Не мы, а ты, — поправляет Минсок. — И я бы хотел напомнить, что мы могли бы сейчас быть в прохладном климате, без напряга, без потери денег, но не буду.       — Потерять багаж можно в любом городе, — огрызается Бэкхён.       — Ой, Минсок, брось, — влезает Чондэ. — Будет, значит, больше смотреть по сторонам и любоваться видами, а не прилипнет к своей «Лейке» на все время. Плюс у нас будет больше свободного времени.       — А если купить в городе? — предлагает Крис.       — Ты попробуй найти для этой рухляди хоть что-то, — ворчит Минсок. — Ладно, я посмотрю.       — Это не рухлядь, а раритет! — возмущается Бэкхён, прижав к себе кофр с бесценной «Лейкой».       Минсок вяло отмахивается. Ему не нравится жара, поэтому он вредничает. Достав из кармана брюк ручной вентилятор, он обдувает себе лицо. Бэкхён ему завидует — веера и вентиляторы он засунул на самое дно, а перерывать все заново лень и слишком жарко. Тэн возвращается и зовет их пройти в автобус.       — Авиакомпания извиняется и обещает доставить багаж в течение пяти дней, — говорит менеджер.       — Пять? Ну хорошо, еще жить можно. Если пять, то это по тридцать шесть фотографий в день, — быстро считает Бэкхён.       — Ты только за свою пленку беспокоишься? У меня вся одежда уехала. Знаешь, сколько этот гардероб стоил?       — И к счастью! Мне хотя бы не будет стыдно за твой модный терроризм.       — А ты как будто из деревни вылез. Панамы уже не в моде.       — Я неотразим в любом виде.       — Тогда запости селфи в «Инстаграм». Вот как есть: усталый, мокрый, с красной рожей.       — Ой, да ну тебя.       Так, беззлобно переругиваясь, они выходят на парковку. В автобусе холодно, пахнет свежестью и нежными цветами. Парни с наслаждением разваливаются в креслах. Чондэ ластится к Минсоку, несмотря на то, что всем жарко от прикосновений, но тот терпит. Любовь зла, холодолюбивый Минсок прощает все своему парню. Бэкхён им по-белому завидует. Любви хочется, но со всеми делами и поездками времени нет. Нет, он пробовал встречаться, но все парни оказывались какими-то не такими. Чондэ шутит, что они не похожи на парня с фото. Но там такое фото, что ничего не видно, только задницу. Искать любимого человека по заднице — это совсем маразм.       Автобус трогается.       — Я связался с твоим любимым магазином, доставка пленки займет десять дней, — говорит Минсок.       — Лучше дождаться багаж Криса.       — Ну эй!       — Мы сможем доставить все необходимое послезавтра, — предлагает Тэн.       — Это нереально, — удивляется Минсок. — Для этой модели не каждая пленка подойдет.       — Мы гарантируем любую доставку в течение двух дней, — уверенно говорит менеджер. — Просто скажите, что вам нужно.       — И сколько это будет стоить? — уточняет Крис.       — Для гостей нашего отеля — нисколько. Возьму на себя смелость и предложу эту услугу в качестве подарка. Просите все, что захотите.       Парни понимающе переглядываются.       — Взяток не берем, — заявляет Минсок.       — Да, я лучше одолжу у парней одежду, — кивает Крис.       — Ты ж не влезешь.       — Шеф носит на три размера больше. Как-нибудь перетерплю его безвкусицу.       — Это не взятка, — с улыбкой возражает Тэн. — Нам нужно хоть как-то занять курьера.       — Курьера?       — Вы что-нибудь слышали об отеле «Блумин Далия»?       Бэкхён пожимает плечами. Ему хватило названия и фотографий, чтобы принять решение. Отель называется так же, как один из официальных цветов каталогов «Пантон» — нежный розовый с персиковым оттенком. В этот цвет выкрашены гостевые виллы и бунгало. На фоне зеленого тропического леса и белоснежного песка номера выглядят просто райским местом, особенно на фоне заката. Этот цвет для Бэкхёна имеет сакраментальное значение. На первой фотографии, сделанной им на старую «Лейку», изображен розовый коктейль в рюмке для шампанского на фоне пляжного бара. Этот кадр стал откровением для него, и теперь Бэкхён все время пытается найти тот самый коктейль и испытать те же ощущения, что идут от фото. Казалось бы, можно на любом пляже заказать, но нет. Ему нужен тот самый коктейль, тот самый бар и те самые ощущения, а вся загвоздка в том, что Бэкхён не знает, что это за напиток и бар, и что за момент его будущего показывает фотография.       И вот он срывается в отель в Таиланде из-за совпадения с цветом, в надежде, что уж тут-то он найдет воспоминание с коктейлем. Отменил поездку, к которой они долго готовились, Крис даже оборудование частично сменил. Минсок больше всех недоволен, Норвегией он грезил. Он даже слегка саботировал подготовку, отказавшись вместе с Чондэ и Бэкхёном заниматься исследованием местности. Только решил организационные моменты. Так что полной картины про Самет у них нет, но зато есть личный помощник от отеля. Вообще им предложили шикарный бартер, тут даже Минсок не может капризничать: две недели вместо трех дней, вилла класса люкс (и отдельный номер в бунгало классом пониже для Минсока, который своим привычкам не изменяет), личный помощник, доступ ко всем развлечениям, отдельный катер, если они захотят съездить куда-то еще. В обмен: пять влогов, три разговорных видео, посты в «Инстаграм» на протяжении месяца и высказывание честного мнения. Звучит, как сыр в мышеловке, но уж больно соблазнительный сыр.       Хотя есть одна странность, которая ставит Бэкхёна в тупик. Многие в отзывах на отель отмечают, что он наполнен волшебной атмосферой, не свойственной роскошным отелям. Будто все твои желания исполняются по мановению волшебной палочки, проблемы улетучиваются сами собой и всегда преследует хорошее настроение. А кто-то пишет, что это не дорогой отдых, а какой-то цирк на выезде с липовой гадалкой, пошлыми выступлениями катоев и привкусом Лас-Вегаса без казино, но с надувательством. Такие два диаметральных мнения превалируют, середину ни Чондэ, ни Бэкхён, ни даже снизошедший до них Минсок, не нашли. Но больше всего отзывов именно про волшебность отеля и про то, какие удивительные вещи случались с людьми. Отдыхающие не боялись поделиться сокровенным, и это вдохновляет больше, чем негатив.       — Когда директор Ким выкупил отель и переименовал его в «Блумин Далия», то решил сделать это место особенным, — рассказывает Тэн. — Когда мы приедем, вы поймете, что я имею в виду. Это место располагает к тому, чтобы случалось что-то необычное. Один только пляж чего стоит, где даже в высокий сезон можно чувствовать себя в одиночестве. А некоторые наши сотрудники так вдохновлены, что творят удивительные вещи.       — Ничего не понятно, — качает головой Бэкхён.       — Нас будут ждать фокусники, вытаскивающие кроликов из шляп? — иронизирует Минсок.       — Нет, ничего такого, если только наши дамы не захотят устроить вечер фокусов, — улыбается менеджер. — Просто работники вдохновленно делают работу, от этого она выполняется лучше. Наш курьер действительно может добыть все что угодно в рекордные сроки. Просто дайте мне список.       — Такое ощущение, что вы хотите его сплавить куда подальше, — замечает Чондэ.       Менеджер оскорбленно поджимает губы, но взгляд чуть-чуть отводит. Бэкхён пожимает плечами и смотрит на Минсока: может, воспользоваться щедростью, пока дают? Он тоже разводит руками, но кивает на Криса. Тот уже достает портмоне и вытаскивает список.       — Зачеркнутое не надо. Все остальное на ваше усмотрение, — Крис протягивает бумажку Тэну.       — Ого, вы уже все написали.       — Не совсем. — Парни дружно ухмыляются. — Небольшой совет: когда собираетесь в путешествие, пишите список на бумажке, отмечайте, что куда положили, а потом возьмите с собой, чтобы знать, где что лежит и что вам нужно собрать, когда будете возвращаться.       Бэкхён с тоской вспоминает, как в первый год блогерства потерял несколько тысяч долларов из-за такой ерунды, как списки. Они были молодые и глупые, не читали чужих советов и не слушали умных людей. Зато собрали все шишки, рассказали о них, и теперь можно надеяться, что новые путешественники не будут наступать на те же грабли.       — Пожалуйста, буклеты, — говорит Тэн, протягивая рекламу. — Из них вы можете узнать, чем заняться на острове вообще и в «Блумин Далия» в частности, но они немного вводят в заблуждение. И не стесняйтесь задавать вопросы.       — Как заблуждают? — уточняет Бэкхён.       — Вы можете подумать, что приедете в другой мир, где можно встретить дракона, а на самом деле в плане отдыха наш отель мало чем отличается от подобных. Просто есть атмосфера.       Бэкхён пролистывает брошюру. Громкие рекламные слоганы, красивые обещания, это все он никогда не читает — маркетинговое образование не дает очароваться. Чондэ с Крисом в этом плане более впечатлительны и готовы кидаться в любую активность.       — А катоев после шоу можно в номер приглашать? — спрашивает Крис.       — Нашим сотрудникам запрещено заводить отношения с гостями, — чопорно говорит Тэн.       — Жаль.       Взгляд Бэкхёна цепляется за фотографию кислотно-голубого коктейля. Подпись к ней гласит: «Коктейльное шоу Лои! Коктейли нашего мистического бартендера всегда приходятся к месту. Расскажите свои пожелания, и вам предложат напиток, который сделает вас счастливым на эту ночь». Пульс Бэкхёна учащается. Это ведь то самое? Он просто может описать тот коктейль и надеяться на чудо? Идеально. «Каждый вторник в ресторане «Фэир Аква» ждите таинственное коктейльное шоу. Только один вечер в неделю гарантированная встреча с бартендером, за которым охотится сама Вселенная».       — Что за коктейльное шоу? — Чондэ опережает Бэкхёна с вопросом.       — О, это очень любопытная вещь. Наш бартендер, глядя на вас, может понять, что вам нужно в данный момент, чтобы обрести счастье. Небольшое, бытовое, совсем незаметное, но счастье. Не так, что на вас свалится миллион долларов, как можно из рекламы подумать.       — Хочу, — говорит Бэкхён. — Обязательно включим в программу.       — А что значит таинственное? Как Вселенная может охотиться? И что, он всех за вечер удовлетворяет? — сыплет вопросами Чондэ.       — Лои носит маску. По легенде он прячется от Вселенной, потому что знает тайные связи, которые помогают ему делать людей счастливыми. Но Вселенная требует равновесия, поэтому если он раскроет себя, то его накажут за великодушие.       — А на самом деле?       Тэн неловко улыбается.       — Да ладно, такой бред не может существовать на самом деле, — фыркает Минсок.       — Но камера шефа существует, — возражает Крис.       Минсок с шумом выдыхает воздух.       — Ну да, на самом деле это маркетинг, — соглашается менеджер. — Но тут еще директор запретил Лои устраивать шоу чаще. Так что вы вполне можете встретить его в баре на территории отеля, но уже без маски.       — Зачем запретил? — спрашивает Бэкхён. — И да, он правда за вечер всех напоит?       — Потому что слишком много желающих. Лои устает очень сильно на этих шоу, и директор его оберегает. Но вы не волнуйтесь. Я вас запишу, без коктейля не уедете, — Тэн делает пометку в планшете. — Ваши карточки отдельно положим, вне очереди и жребия.       — А в простом баре этих желающих нет, что ли? — хмыкает Минсок.       — Никто его не узнает. В обычное время свое вдохновение Лои не тратит. Практически не тратит, — поправляется менеджер. — Одно дело просто выполнить заказ, другое — понять, что сделать для человека, чтобы он поймал свое счастье.       Бэкхён слушает краем уха, сделав умное лицо, а у самого мысли скачут в чехарде от предвкушения. Шоу послезавтра, терпеть немного, но он уже сегодня готов совершить рейд по барам и в каждом заказывать «то, не знаю что». Он любовно поглаживает кофр с «Лейкой». А почему бы сейчас не щелкнуть что-нибудь. Бэкхён отодвигает шторку на окне и вздыхает. Типичный Таиланд, он и в первые две поездки надоел. Вот если бы это были джунгли или морское побережье... Но будущие воспоминания сами себя не сфотографируют! Он расчехляет камеру, однако его останавливает кашель Минсока.       — Двенадцать в день, — напоминает тот.       — Да я всего одну! — возмущается Бэкхён. — И потом, через день у нас будет запас.       — Я предпочту ожидать худшее.       — Извините, что спрашиваю, но это та самая, да? — вмешивается Тэн.       — Она, моя малышка.       Когда Бэкхён нашел в вещах деда разваливающуюся камеру, то хотел сначала выбросить вместе с остальным хламом. Его остановил Чондэ, предложивший поиграть в фотографов-любителей и попробовать пройти все этапы создания фото. То есть найти пленку, сделать фото и самим попытаться проявить. Они развлекались с камерой, пока пленка не кончилась, а потом, когда проявили снимки, то на карточках не было ничего из того, что они видели в видоискатель. И если некоторые кадры как-то соотносились с привычным окружением, то некоторые фото были совсем из других мест. Сначала парни подумали, что пленка испорчена, но стоило Бэкхёну взять в руки ту, первую по счету фотографию — как он почувствовал ритмичные басы музыки, освежающий бриз на разгоряченных щеках, запах соленого моря, персиковый привкус на языке и жгучую остроту алкоголя. Его это напугало, но после продолжительных попыток Бэкхён понял, что чувствует происходящее на каждой своей фотографии, сделанной с помощью этой камеры. Порывшись в вещах деда, он нашел его дневник, где было написано про фотоаппарат. Эта неказистая «Лейка», как оказалось, фотографировала будущие воспоминания. Именно в такой формулировке, а не просто «кадры будущего». Будущее — вещь переменчивая, а воспоминания — это то, что уже случалось. И раз они оказались запечатлены на пленке, то точно случатся в будущем.       С тех пор это его навязчивая идея — найти то, что изображено на фото. Все снимки дарят ощущение тепла, радости и уюта, что бы на них ни было. Бэкхён решил снимать блог о путешествиях, чтобы оправдать свои поездки, собрал друзей, и они стали вкалывать. Получилось очень даже хорошо — он популярен, у него есть рекламные контакты, вместе с ним путешествуют друзья, он видел множество разных мест, а еще он каждый раз пополняет собрание будущих воспоминаний. Еще бы они сбывались так же часто, как у друзей, жизнь можно было бы считать удавшейся. Зато, в отличие от остальных, Бэкхён может прочувствовать момент запечатленного кадра, правда, только с собственными фото. Но все равно это необычное свойство камеры стало одной из фишек блога. Из каждой поездки он выкладывает новые снимки воспоминаний, описывает свои ощущения и пытается угадать, что бы это могло быть. Вокруг реальности происходящего постоянно собираются комментарии, а Бэкхён дает всем желающим возможность сфотографировать что-то, а потом самостоятельно проявить, чтобы никто в подлоге не обвинил. И с каждым разом ему все больше и больше верят.       — Наверное, мне нельзя попробовать? — спрашивает Тэн.       Бэкхён строит умилительную мордашку, чтобы разжалобить Минсока. Тот закатывает глаза.       — Это Бэкхёну нельзя, а всем остальным можно.       Сделав вид, что он ничего не слышал, Бэкхён достает камеру и показывает менеджеру, что делать.       — Лучше бы выбрать какой-то красивый кадр…       — Разве это важно? Все равно же изменится, — удивляется Тэн.       — Иногда разница незначительна, — влезает Чондэ. — Воспоминание может оказаться из ближайшего будущего. Хотя у нас еще ни разу не было такого, чтобы это будущее случилось до того, как проявится пленка.       — Но перестраховаться не мешает, — добавляет Бэкхён. — Вдруг это будет воспоминание, когда вы опять повезете кого-то в отель?       Менеджер с осторожностью приникает к видоискателю. Он разворачивается к лобовому стеклу и фотографирует вид из окна. Унылый пейзаж с развалившимися одноэтажными домиками, серым асфальтом, при взгляде на который становится душно, и с редкими пальмами вдоль дороги.       Тэн с благоговением возвращает «Лейку».       — Поздравляю! Завтра-послезавтра получите свое будущее воспоминание, — говорит Бэкхён, убирая камеру.       — Если вы купили нам реактивы, как мы просили, — добавляет Чондэ.       — Директор Ким недавно решил обустроить в отеле фотостудию. Она еще не до конца готова для приема клиентов, но с радостью предоставим все необходимое.       — Нормально, а почему заранее не сказали? Мне бы не пришлось тащить оборудование, — возмущается Чондэ. — Может, у вас и запас пленки найдется?       — Директор Ким еще не нанял фотографа, поэтому у нас нет того, что требует индивидуального подхода, — с вежливой улыбкой поясняет Тэн.       Минсок включается в обсуждение организационных моментов. Бэкхён пользуется случаем и пытается привести себя в порядок, чтобы уже начать что-то снимать. Не на монструозную технику Криса, которая покажет все несовершенства, а на телефон, для быстрого контента. На самом деле ему не очень нравятся все эти съемки, он все еще чувствует себя дураком, когда ходит с селфи-палкой, хотя к большой камере привык и умеет с ней работать. Но из них четверых только Крис смотрится в кадре лучше, чем Бэкхён, да и то до той секунды, как начинает двигаться. Чего только не натерпишься ради мечты.