Небо в алмазах

На город плавно опускалась ночь. Парень в тёмном стоял в тени деревьев, не далеко от особняка очередного богача, в ожидании, когда он свалит из дома. Широкий капюшон скрывал лицо блондина, покручивающего самодельную папироску в пальцах с дешёвым, горьким табаком. В голове прокручивались отрывки прожитой жизни. Помнится, как он впервые понял, в каком мире живёт. Понял, что скрывает этот высокий каменный забор. Элита и чернь. Их мир делился лишь на две категории. Не было середины, не могло быть нейтралитета. Их вражда и неприязнь была слишком велика, чтоб кто-то мог принять нейтралитет. Ты либо там, либо там. Впрочем, выбирать тоже не приходилось. Все решал статус родителей и место рождения. В черте забора находилось всё самое лучшее: там была развита индустрия развлечений для богачей, роскошные дамы и мужчины, лучшие ткани, украшения, еда, напитки, жилье и машины. За забором - заводы, грязь и нищета. Ни транспорта, не считая великов, мопедов, самокатов и скейтов, ни нормального алкоголя, лишь разбодяженное пойло, остатки с заводов, что не ушло к элите, ни нормальной электроники. У них даже воздух различался. И было кучу надзирателей, которые тщательно следили за тем, чтоб нищеброды не смели поживиться или утащить что-то ценное, хорошее, что должно принадлежать элите. Даже если это самоделка из барахла. Если оно не слишком хорошо для богачей, но слишком хорошо для нищебродов - при нахождении это конфисковали и отправляли в утилит. Был определённый пункт перевозки сырья, поставка производимого на заводах в элитную часть. Всё было строго, доставили, передали и убрались обратно в свои низы. Ни единого шанса попасть в этот цветник. Но только не у Торо. Его родители были простыми рабочими на заводе, там они и оставили свои жизни. Но, несмотря на это, они отдавали всю свою любовь единственному сыну, что дал им Бог, как говорила не молодая мать, которая больше не смогла заиметь детей из-за посаженного на заводе здоровья. Мальчишку день за днём жизни учили улицы и в Бога он уже давно перестал верить. Народ у них не особо сплоченный был. Если сказать точнее, были группы людей, что помогали друг другу по возможности, но, в целом, каждый выживал, как мог, а потому, и воровство в отдельных частях их зоны процветало. Те, кто не имел ничего, воровали у тех, кто имел чуть больше. В одном из таких районов мальчишка и проживал. Прозванный народом "Робин Гуд", он вершил безжалостно зло для богачей, разворовывая их добро и портя имущество по максимуму, и добро для своих, разнося награбленное по самым неблагоприятным их районам, чтоб хоть как-то людям помочь. Те, в свою очередь, не сдавали своего героя даже под пытками, а всё полученное от него, хранили в тайне, чтоб тут же этого не лишиться. Так и выживали. Была в их зоне и группировка, что находилась в более благополучном районе, прозванная "Совесть элиты". По слухам, они занимались наказанием особо провинившихся перед народом богачей, просто грабя их и ничего более. По мнению Эмиля - они были слишком мягки, а потому, он действовал в одиночку, хоть порой и давалось ему это с трудом, и возвращался он с "охоты" израненный очередной навороченной системой безопасности, с которой пацан ещё не научился управляться, или покусанный зверскими боевыми собаками. Хоть он и не стоял на месте, сам развивался и придумывал новые уловки, но и элита не тормозила. Наслышанные и о Робине, и о группировке, они всё усиливали охрану. И вот, очередная, еженедельная вылазка. Торо никогда не выходил на дело в определённый день. Это всегда были разные. И вот, в этот раз была выбрана суббота, когда состоялся приём у одного из богачей и многие покинули свои дома ради него. Чем Эмиль и воспользовался. Машина, наконец, выехала за пределы территории особняка и блондин начал действовать, достав ноут. Минуты три он возился с навороченной системой безопасности, после чего, наконец, проник в дом, по пути обезвредив ещё пару ловушек. Осмотревшись, белокурый лишь усмехнулся, сняв капюшон и, скрипнув кожаными перчатками, приступил сгребать в шахтовый мешок все, что умещалось на руке и имело значительную стоимость или пользу. Шкатулка, драгоценности, довольная улыбка. Однако ж, все было не так просто. И странное чувство опасности не покидало воришку. Не зря. Мужчина притаился в гостиной на кресле и, оставшись незамеченным, внимательно наблюдал за тенью в капюшоне, что действовала очень ловко. Он ещё какое-то время не подавал признаков жизни, пока незнакомец продолжал бессовестно грабить его дом. Когда это зрелище ему наскучило он молча включил свет и улыбнулся, заметив блеск в серых глазах, направленных на него. Резко осветившаяся комната настольной лампой заставляет юношу рывком обернуться, волком уставившись на хозяина дома, а в этом сомнений не возникло, сцепив зубы на застежке серьги. Глаза цвета стали следили за мощной фигурой, а мозг быстро соображал, что откинуть, чтоб достать нож. Хозяину дома же пришлось отметить, что мальчишка был хорош не только своими действиями, но и внешне. Довольный взгляд прошёлся по лицу и опустился ниже, но потом все же застыл на серьге в зубах. - Неплохо, - вынес вердикт брюнет. Он сидел в дорогом костюме, явно пошитом на заказ, откинувшись на спинку кресла и закинув одну ногу на другую. Мускулистые широкие плечи и грудь мерно вздымалась, а собранные на затылке длинные волосы свободно спадали на плечи. Он был ухожен и хорош собой, как и полагалось в их обществе. Взгляд зелёных глаз встретился с взглядом юноши и мужчина встал, стремительно пересекая комнату. Серьга плавно извлекается из чужих зубов, а вторая забирается из рук блондина, чтобы потом обе отправить в карман пиджака. На остальное награбленное он не обратил внимания. - Что предпочитаешь? Коньяк, виски, бренди, вино, ликер, ром, джин, текила... Или может ещё что-то? - он прошел к бару и достал два стакана. Себе он налил выдержанный дорогой виски, а сам, в ожидании, уставился на парнишку. Эмиль напрягся, когда мужчина подошёл, зубы расцепил не сразу, но, всё же, поддался. Дёрнул слегка бровью на предложение, а потом нахмурился и фыркнул. Было странно, что этот богатей не начал верещать, что в его доме грабитель, не схватился за телефон или за оружие, ну, или просто в морду ему не дал. Однако, раз ничего из вышеперечисленного не произошло, то и задерживаться не стоило. Эти мешки с деньгами порой весьма хитры бывают, не у всех мозги атрофированы. А раз этот бугай так спокоен, значит, козырь в рукаве у него есть и, возможно, не один. А сегодня Торо совсем не хотел задерживаться, желая ещё на могилки родителей поспеть, помянуть, так что, сегодня на неприятности он не собирался нарываться. - За предложенным вернусь позднее, раз так гостеприимен, можешь бутылки лентой обвязать, - ухмыльнулся он, направившись на выход, прихватил с собой золотое яйцо феберже, нагло, без стеснения. - Наглый и смышленый. Мне нравится. - Мужчина усмехнулся и сделал глоток виски, прежде чем обернуться. - Я бы на твоём месте так не спешил. - с некой иронией в голосе заговорил он. - Видишь ли я ждал тебя, а потому позволил тебе лишь войти, но не выйти. На данный момент, гостиная - единственное безопасное место в этом доме. Но, если ты на столько горишь желанием покинуть его, что ж... Держать не стану. Он вернулся в кресло и, довольно улыбнувшись, посмотрел на юношу. Белокурый затормозил перед самыми двойными дверьми, с ручной резьбой, из белого дуба. Губа не дура. Элита. Несколько секунд посмотрев в паркетный пол, он плавно поднял взор на выход. - И... Что же меня ждёт за этими дверьми, если не секрет? Ловушки или вооружённая охрана? - спокойно спросил он, прекрасно понимая, что он ничерта не супермен и при втором варианте точно не сунется на выход. Мужчина пожал плечами, сделав ещё один неспешный глоток. - Кто знает? - тихо проговорил хозяин особняка, - Может и ловушка, может и охрана, а может и что пострашнее. А может и все вместе взятое? - снова пауза и брюнет прикуривает сигару. - Ты умен и очень ловок, но от чего-то продумываешь только как попадешь в дом, а, вот, как из него выбраться... Тебе стоит быть более внимательным к некоторым вещам. Иначе бы ты заметил, что в выехавшем автомобиле никого не было кроме водителя. А это может означать только одно... Я остался здесь ждать тебя. - Если бы твоя машина не была тонирована в ноль, я бы обязательно это заметил, - огрызнулся Эми на умника. Пепельный блондин некоторое время стоял молча, хмуро сверля двери сталью глаз, а потом, всё же обернулся, - В подобной ситуации ещё не приходилось оказываться, а, потому, проблем с отступлением не было, - он плавно окинул взором мужчину, а потом подошёл к нему, поправив лямку рюкзака на плече, не выпуская мешок. Тонкие пальцы, облаченные в перчатки, ловко извлекают сигару из чужих губ, тут же зажимая её собственными. Просмакованная тяга, с мельчайшим прочувствованием тонких ноток сладости дорогого табака, и он с наслаждением выдыхает, уходя к окну, - Сейчас у меня в голове три вопроса: откуда ты знал, что я приду именно сегодня и именно к тебе; зачем ты меня ждал и, как отсюда убраться... - юноша снова затянулся, перехватив сигару пальцами, убрав её ото рта и выглядывая в окно, чтоб оценить ситуацию и просчитать возможные пути отступления. Мужчина лишь усмехнулся таким действиям, он достал новое табачное изделие и прикурил. - На все есть объяснение, - коротко ответил он, - Чтобы твои мысли не занимал самый важный вопрос, отвечу на него сразу. Никак. Я тебя сам отпущу, к тому же со всем награбленным, но только после того как ты перестанешь мельтешить и успокоишься. Брюнет даже не смотрел в сторону юноши, не боясь что тот может напасть. - Я не знал что ты приедешь, но я увидел тебя в тени, - затяжка дымом, глоток алкоголя. - Хм... В тени... Я полагал, что я весьма неприметно одет и сливаюсь с растительностью... Оказалось, есть среди богатеев и те, кто по кустам смотрит, - он оглянулся на мужчину, подумал немного и всё же прошёл к креслу у камина, по пути забрав виски у хозяина дома, сев в него, - Так... И что же заставило тебя меня дождаться? У меня даже идей никаких нет, с учётом того, что ты великодушно собираешься меня отпустить, ещё и с награбленным. Кстати об этом. Серьги то тоже у меня в руках уже были... Или сильно дороги, что зажучил? - усмехнулся он, сделав глоток, а потом затянувшись. Боже, как же ласкали горло и нос эти аромат и вкус. Дурманили, пьянили своей натуральностью, глубиной. Мужчина снова хмыкнул на действия сорванца. Он встал и налил себе виски в чистый вокал, а потом вернулся на свое место. - Ключевое слово "были", - на губах усмешка, но в ней не таилось ничего злого, - Про серьги можешь забыть. Их ты не получишь. Для начала, представлюсь, но, возможно, ты узнаешь о своих "жертвах" прежде, чем пробираться к ним в дом? Тем не менее... Рафаэль Гарсия - последний наследник рода Гарсия. Раф взглянул на юношу и приподнял брови, наверняка же он слышал о нем. Даже за стеной о его роде знали как об одном из самых влиятельных в их кругах. - Ты весьма смел, раз все же решился прийти в мой дом. У меня есть к тебе предложение, но, прежде чем его озвучить, мне хотелось бы знать, как тебя зовут, юный Робин Гуд? Юноша безразлично посмотрел на брюнета, сделал ещё глоток виски. - Решил в очередной раз подчеркнуть свою статусность? - дёрнул воришка бровью и затянулся неспешно, - Для меня, ты лишь мешок денег. Чем статуснее - тем больше. Так что, не вижу, в чем тут смелость нужна. Вам нечего бояться на вашей верхушке, из-за этого каменного забора высоченного, вы даже не видите, что творится за его пределами. Вы пользуетесь предоставленными вам благами, которые были созданы чернью, как вы привыкли нас называть. Мы свои жизни ради этого уничтожаем. Но ни капли сами из того не получаем. Так чего нам смелиться? Либо сдохнуть, либо грызться. Другого варианта у нас нет. И, если я сдохну во время грызни, это, хотя бы, будет достойно, - хмыкнул он, глянув на незажженный камин. Вспомнилось, как они семьёй в своей картонной халупе у костра грелись холодными вечерами и ночами. Холодная сталь снова режет по верзиле, безразлично, холодно, сухо, - Я к тебе в трусы не лезу и ты ко мне в жопу не заглядывай. Робин Гуд. Большего тебе знать не нужно. Говори, что тебе от меня нужно и отпускай, а то мой зад начинает привыкать к мягкости кресла. Ничего приятного. - Ты ошибаешься... - коротко ответил мужчина, но пояснять ничего не стал. Он оставался спокойным, несмотря на грубость гостя. Гарсия сделал ещё один глоток, будто что-то обдумываю, - У меня к тебе предложение. Работа, за которую я буду тебе очень хорошо платить. К тому же будет возможность поживиться на славу. Но и тут есть пару условий. Ты не наглеешь и не выдаешь себя, держишь в руках. Тебе придется научиться хорошему тону, манерам. И самое главное. Придется согласиться на сотрудничество с Совестью. А уже там никакой импровизации и непослушания. Ты должен будешь четко выполнять приказы, - снова неспешный глоток алкоголя и очередная затяжка сигарой. Он кинул пачку сигарет блондину, а следом и зажигалку. - Ну так как? С каждым словом юноша хмурился всё сильнее, выжидая подвоха. И... Вот он! Совесть. Да, конечно! Подвох. - Какой мне интерес с этими слюнтяями работать, да ещё и правилам подчиняться, когда я итак на славу разживаюсь добром и людям помогаю? - на счёт разживаться, он, конечно, приврал. Сам, ведь, сидел в старых, потрепанных кедах, бесформенной толстовке и джинсах, да и перчатки наладом дышали, хоть ещё и силились поскрипеть нарочитой новизной. И тут, когда юноша хотел уже было подняться, утопив сигару в виски и упершись руками в подлокотники, замер. Взор плавно скользит на лицо мужчины и в глазах застывает немой вопрос, полный непонимания, при чем достаточно пугливого и настороженного, - А... Прости... Какое ты отношение к Совести имеешь? Мужчина скептически приподнял брови, ещё раз внимательно посмотрев на юношу. На губах появляется улыбка и Рафаэль встаёт со своего места. - Расскажу лишь тогда, когда узнаю твое настоящее имя. Должен же быть и у меня козырь в рукаве, на случай если ты решишь пойти против меня. Хотя... - взгляд зелёных глаз вновь скользит по лицу, - Я теперь знаю как ты выглядишь, а значит, легко смогу найти. Но это ни к чему, - мужчина снова наполнил свой бокал и сделал большой глоток, - Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это сразу как ты пробрался в дом, - на губах снова усмешка и мужчина поворачивается лицом к гостю, - Ну, так, что? Мы сотрудничаем и доверяем друг другу, или же разбежимся прямо сейчас. Только... При любом исходе ты больше не смеешь красть у меня, ничего не берешь, если я не позволил, ничего ценного. - Сотрудничать? То есть... Ты и правда имеешь какое-то отношение к Совести? - юноша дёрнул бровью и усмехнулся, - М-да, будет много смеха, если об этом узнает кто-то из твоего благочестивого окружения, - он встал с места, усмехаясь и глянул на брюнета, который лишь усмехнулся на слова юноши. Ему всё равно никто бы не поверил, к тому же так он может выдать лишь себя, - Серёжки не отдашь? - ещё раз уточнил белокурый и цокнул возмущённо, получив отрицательный ответ и направившись к выходу, - Жмот, - парнишка открыл двери и махнул на прощание рукой мужчине, не оборачиваясь, - Аривидерчи, сеньер помидор. Ауфидерзейн. Как и было обещенно, особняк воришка покинул без труда, а там и пределы территории элиты. Рафаэль проводил юношу задумчивым взглядом и сам направился к выходу. Гарсия уже опоздал на прием, больше нельзя заставлять ждать.