gangster’s captive

Josef Salvat - Hustler

В руке стакан с виски, который гангстер слегка покачивал, наблюдая за тем, как янтарная жидкость бьется об стекло. Опираясь на резные перила просторного балкона библиотеки, мужчина втягивал дым в легкие из сигареты, удерживаемой между пальцами, и продолжал завороженно смотреть на темнеющее небо сквозь жидкость в стакане. Такие тихие вечера напоминали ему о том, как в детстве он изучал созвездия, выбираясь на крышу особняка, когда все засыпали. В одну из таких ночей его занятие было прервано шумом неожиданно раздвигаемых ворот. Гарри перерисовывал хвост Ориона, когда тишину, привычную второму часу ночи, разрезали глухие стуки. Парень резко вскинул голову, отставляя карандаш и настороженно поднимаясь на ноги. Стуки не прекращались, кто-то продолжал отчаянно колотить железные ворота особняка Стайлсов, пока свет не загорелся в окнах гостиной на первом этаже. Его родители проснулись. Кудрявый мальчик тут же рванул за дымоход на крыше, свое полюбившееся укрытие: из него было видно все, что происходило на их участке, а сам Гарри остался бы незамеченным. В течение минуты не происходило абсолютно ничего, но потом несколько событий случились одновременно, слишком резко и запутанно, отпечатавшись в памяти подростка клеймом. Бешеные стуки прекратились. Ворота разъехались в стороны, охранники отступили назад, убирая оружие, выставленное перед собой, обратно за пояс. Стоило небольшому зазору образоваться между железными дверями, как через него во двор влетела пулей женская фигура, навстречу которой уже мчался силуэт в коротком черном пеньюаре… в котором Гарри узнал свою мать. — Джей? Джей! — Энн Стайлс бежала со всех ног, запахиваясь на ходу в темную ткань, к женщине, которая больше не двигалась ей навстречу, лишь стояла на месте, придерживая свой живот. «Беременная, » — отметил мысленно Гарри, теперь с большим любопытством наблюдая за незнакомкой. Ему стало противно на душе от того, что что-то вынудило женщину в положении уносить ноги в такой поздний час, нагружая свое и без того слабое тело. В какой-то момент Джей потеряла равновесие: её колени подкосились, больше не способные удерживать тело, и женщина рухнула бы на землю, если бы не вовремя подоспевшая Энн. Та сразу подхватила женщину под локти, помогая держаться на ногах, и обеспокоенно смотрела в искаженное от испытываемой боли лицо. — Я так больше не могу, Энн, прошу тебя, — Джей почти кричала, вцепившись в плечи матери кудрявого парня. В голосе слышались еле сдерживаемые рыдания, потрёпанный вид оставлял лишь догадываться, от чего бежала женщина так отчаянно. — Помоги мне, прошу… Гарри зажмурился, отворачиваясь от душераздирающей картины, и прижался спиной к дымоходу, переводя дыхание. От напуганного вида незнакомки всё внутри младшего сжималось, а к горлу подкатывал ком обиды и сострадания — ведь так не должно случаться. Какие изверги могли заставить страдать невинную беременную женщину? Неужели они не подумали о ребенке? А если на неё напали бешеные псы? Неужели никто не вызвался помочь? Закрыв глаза, мужчина отогнал воспоминания, проплывающие перед глазами сотней ярких кадров и отрывков из разговоров. Он поднял правую руку, проверяя время на часах и устало вздыхая. Возможно, он перегнул в этот раз. Луи должен был научиться мириться с болью, душевной и телесной, а Стайлс не терял времени, продолжая наказывать его за бессмысленные мелочи. Становясь тираном в светлых детских глазах. Так должен был думать Луи. Так было бы лучше для всех. В какой-то момент — Стайлс знал, что рано или поздно он настанет — мальчику придется заступиться за себя и вынести мириады потерь. И все же ему хотелось, чтобы малыш сам понял, в каком мире он находился сейчас и какие в нем правила следовало соблюдать, чтобы не лишиться головы. Томлинсон должен был знать об ужасах последствий, даже если ему придется вынести их на собственной шкуре.

<><><>

Время шло, уже около получаса скорость вибратора была одинаково медленной, а в голову подростка закрадывались мысли о том, что о нем забыли. Верить в это очень не хотелось, потому что провести остаток суток в таком состоянии… Луи бы просто не выдержал. Слезы давно перестали течь по щекам, ведь их больше просто-напросто не осталось. Даже стоны, слетавшие с окровавленных губ, были вынужденными и звучали измученно. Сложно было сказать, сколько времени прошло с момента, как Стайлс оставил его в своем кабинете прямо на столе, отчего уже ныла спина, ребенок просто мечтал, чтобы это поскорее закончилось. Словно услышав его мольбы, Гарри в следующую же минуту распахнул дверь, проходя в кабинет с тлеющей сигаретой в зубах. Мальчик так яростно заерзал на месте от его появления, что гангстеру на секунду показалось, будто шатен сейчас запрыгнет на него от счастья. Только проблема была в том, что он не мог. Его измученный вид заставил давно утерянное чувство совести заскрести в грудной клетке мужчины, но тот не подал виду, смотря в ответ в усталые потухшие глаза и опуская руки к промежности малыша. Мягко взяв в ладонь вздувшийся от так и не подступившей разрядки член, кудрявый проскользнул пальцами до основания, где подцепил эрекционное кольцо и освободил от него орган под протяжный вздох пленника. Луи был распластан на письменном столе Стайлса словно тряпичная кукла, не шевелясь и не издавая звуков, лишь следя за мужчиной своими огромными детскими глазами, обрамленными слипшимися от слез ресницами. Гарри поджал губы, убирая кольцо обратно в ящик, и аккуратно вытащил вибратор из парня, бросая его на стол. Закатав рукава рубашки, мужчина просунул руки под спину и бедра мальчика, в следующее мгновение поднимая его обмякшее тело с плоской твердой поверхности, тут же прижимая к груди. Не хватало только, чтобы он уронил Томлинсона. Подростку хватило лишь одного малейшего трения о ткань дорогой рубашки, чтобы получить оргазм, блаженно протягивая гласные буквы, вылетающие из горла: стон облегчения. Прикрытые веки подрагивали, как и все остальное тело, а пальчики на бессильных руках сжимались и разжимались, будто пытаясь ухватиться за воздух. Кое-как подняв ладони к груди старшего, Луи разместил их на одежде, заглядывая в густые леса в глазах мужчины напротив: отчаяние сменилось легким и воздушным чувством окрыления, а ритм сердца наконец стал приходить в порядок. — Пожалуйста… — хриплым звонким голоском вытянул мальчик, борясь с недостатком влаги в горле. — Пожалуйста, с-сэр… Мужчина сглотнул от вида перепачканной в чужой сперме рубашки и пошел дальше по коридору. Дверь в комнату Луи была оставлена приоткрытой по просьбе гангстера ранее, поэтому ему осталось лишь толкнуть ее вперед, проходя в уютное и немного прохладное помещение. Мальчик в руках Стайлса медленно хлопал слипающимися усталыми глазами, держась пальцами за его воротник. Малыш резко дернулся, прижавшись ближе к груди гангстера, будто искал тепла, и мужчина в замешательстве поднял голову, только сейчас замечая распахнутое окно спальни. Боясь того, что подросток простудится (что было странно даже по мнению Гарри, учитывая то, через что он заставил шатена пройти), он как можно быстрее дотащил Томлинсона к кровати, где тут же осторожно уложил на прохладные простыни. Промычав что-то неразборчивое во сне, голубоглазый мгновенно свернулся в клубочек, обняв себя руками и притянув колени как можно ближе к груди. А гангстер подошёл и закрыл окно, после чего просто стоял в стороне, ощущая распирающее желание прижать такого маленького и уязвимого Луи к себе и просто лежать с ним на своей груди до конца. Он не мог. Не сейчас. Устало потерев лицо ладонями, Гарри опустился на край кровати, у ног мальчика. С тяжелым вздохом мужчина уставился перед собой, перебирая в голове все события прошедшего месяца, с самого появления Луи в его жизни. В основном это были мольбы, слезы, унижения, ярость… возбуждение, наказания, публичные домогательства. Стайлс даже усмехнулся на последнее, вспомнив смущение шатена, когда касался его в самых чувствительных точках тела во время фотосессии у Глен. Это все было запланировано, но он не мог взвалить всю информацию на мальчика сейчас. Луи не был готов к правде. И, как бы ему не хотелось этого не делать, гангстер вынужден был заставить мальчишку ненавидеть его, прежде чем тот научится давать отпор. Повернув голову, кудрявый уловил сонное шмыганье голубоглазого, сжавшего пальцы на собственных плечах. Старший потянулся к краю одеяла, укрывая им ребёнка, который тут же расслабился во сне, убирая руки с себя и укладывая на постель у своего лица. Поддавшись неконтролируемому порыву, гангстер аккуратно взял ладонь Томлинсона в свою, подняв с постели и прижавшись к ней опухшими, немного потресканными губами. Он сидел так около минуты, вдыхая запах кожи мальчика, думая о тысячах вселенных, в которых они могли бы встретиться при иных обстоятельствах. Начать все правильно. «Не в этой жизни, » — подумал мужчина, отпуская чужую ладонь, и поднялся с кровати, покидая комнату, плотно закрыв за собой дверь.

<><><>

Ночь, дремучая и темная, прошла так быстро, что спросонок Луи показалось, будто он только-только заснул. Однако, за окном уже светило недавно вставшее солнышко, пробивающееся сквозь прозрачное стекло и падающее прямо на лицо подростка, заставляя того открыть глаза. Новый день — новые мучения. Пять секунд погодя малыш встрепенулся — вчерашний день был ужасным, ведь над ним ставили мерзкие сексуальные опыты, как ему показалось. Так где все сейчас? Сдернув с себя одеяло, мальчик заметил полностью нагое тело, на котором не осталось ни следа прошлого дня. Так значит его сон был явью? Гарри действительно пришел к нему, освободил из плена игрушек и отнес в кровать? Честно говоря, Луи даже не надеялся на это, поскольку Стайлс не казался тем человеком, который будет неравнодушен.

<><><>

— Он уже был на складе? Мужчина мрачно покачал головой, отставив стопку документов перед собой в сторону и скрестив руки на столе. — Я не знаю, выдержит ли он это. Он слишком… — хрупкий. — Не важно, — он вздохнул, откидываясь на спинку кресла, и посмотрел на Лиама. Ассистент почесывал затылок, вскинув брови в раздумии, пока не поднял выразительный взгляд на босса. — Сэр, — начал кареглазый, поправив рукав рубашки, — я понимаю, что мальчик еще слишком слаб, но… Он оборвался, чтобы прочистить горло, и поджал губы, собираясь с мыслями, перед тем как вывалить оставшуюся часть сведений. — Недавно мы получили вести о том, что главарь итальянской мафии собирается наведаться в Бирмингем. — На этом Пейн сделал паузу, давая кудрявому мужчине время обработать услышанную информацию. Прибытие Энцо Кастелли в Англию угрожало бизнесу любого богача здесь. Этот ублюдок умел добиваться своего. — У нас не так много времени. Прошипев раздраженное «дерьмо» себе под нос, Стайлс резко поднялся с места, а Лиам последовал его примеру, смотря на гангстера выжидающе. — Значит так, — мужчина прочесал свои кудри назад рукой, кивнув самому себе. — Мне нужны адрес отеля, в котором останется Кастелли, количество людей, которые будут его сопровождать, и аэропорт, в котором он высадится. — На этом Гарри остановился, пока не получил кивок от Пейна, — но прямо сейчас мне нужно, чтобы кто-то проведал Луи и сообщил мне о его состоянии. Скажи Тэду привести его на склад после обеда. Лиам усмехнулся, снова кивая, и одобрительно посмотрел на гангстера, кивнув «будет исполнено, сэр».

<><><>

Луи, в ступоре сидя на своей кровати, пытался осознать весь вчерашний день. Он был настолько сумбурным, что сложно было отличить фантазию от реальности. Но одно он помнил точно — невероятное желание кончить, но невозможность сделать это так долго из-за чертового кольца, сдавливавшего член прямо у основания. Такое нельзя забыть. Воспоминания вызывали у мальчика мурашки, пробегающиеся по коже, от пят до самой шеи, на которой все еще ощущалась ладонь Стайлса. От размышлений Луи отвлек звук открывающейся двери. Обернувшись в сторону входа, он увидел мужчину: крепкого, высокого. И голубоглазый мог поклясться, что уже кучу раз видел его в этом доме рядом с кудрявым, только вот он так и не понял, кем они друг другу приходились. — П-почему вы здесь?.. — сорванным голосом прошептал мальчик: его брови свелись к переносице, а ладонь инстинктивно сжала одеяло, укрывавшее нагое тело. Лиам закрыл за собой дверь свободной рукой, в которой не держал стакан с водой, немного нахмурившись от реакции мальчика, но в итоге одарил его понимающим взглядом. Страх голубоглазого был обоснован всем тем, что произошло с ним за последний месяц. Его доверие к людям стерлось подобно мелу с доски, Пейн был уверен: он ничуть не удивился тому, что мальчишка напрягся при его появлении. У ассистента только мимолетно кольнуло в груди от того, как ужасно неправильно все сложилось для Луи. — Не беспокойся, я без оружия, — сразу успокоил кареглазый Томлинсона, подняв руки в примирительном жесте. — Просто пришёл узнать о твоём самочувствии, — добавил он, не спеша сдвигаться с места, и посмотрел помятому ото сна парню прямо в глаза. Такой жест часто убеждал людей в правдивости слов собеседника — это был один из тысячи трюков, которым Лиам научился за все время работы со Стайлсом, и в данный момент он не жалел о том, что был способен убедить лишь взглядом. Мужчина не гордился своей способностью манипулировать эмоциями и восприятием людей, но это, по сути своей, являлось его работой. — Я думал, в этом доме всем наплевать на то, как я себя чувствую, — пробубнив это себе под нос, Луи все еще нахмуренно, но с уже чуть большим доверием смотрел на кареглазого британца. В голове пробежала мысль о том, что мужчину мог послать сюда сам Гарри, потому что тот знал, что мальчик перенес еще вчера. Только вот Луи сразу отбросил это предположение: оно звучало ну очень уж неправдоподобно у него в голове. — И какая вам с этого выгода? Лиам склонил голову и пораженно улыбнулся на это. «Смышленный.» Он опустил свои руки и подошел к стулу у кровати мальчика, рядом с тумбочкой, чувствуя прожигающий взгляд на спине, пока ставил стакан на плоскую поверхность. Поправив пиджак, он сел на стул, закинув ногу на ногу, и сцепил руки в замок на колене, одаривая любопытным взглядом смятенного шатена. — Никакой выгоды, Луи. У тебя нет ничего, что могло бы мне понадобиться. Пейн снова улыбнулся, подчеркивая иронию в своих словах, и откашлялся, потянувшись в карман пиджака. Доставая из кармана блистер с таблетками, он заметил дернувшийся вниз уголок губ Томлинсона. Мужчина тут же покачал головой, отрицая поспешные выводы, которые уже складывались в голове шатена. — Это от головной боли, — пояснил он, поставив упаковку на тумбу рядом со стаканом, — тут никто не собирается отравлять тебя, расслабься. — У меня не болит голова, — твердо ответил Томлинсон, оглядывая таблетки скептическим взглядом. Отчего-то он был настроен слишком недоброжелательно по отношению к человеку, о котором мало что знал. Вероятнее всего, это было из-за его связи с зеленоглазым маньяком, что отравил жизнь мальчишки своим особым ядом. Хах, а этот высоченный парень ведь сказал, что они не собираются его травить. Как иронично. Пожав плечами, Пейн как бы говорит «твое дело», больше не настаивая ни на чем. Он выпрямляется и устремляет на Луи дружелюбный взгляд, не выражающий ничего более. Натренированный. — А что болит? — мужчина невозмутимо спрашивает, пытаясь вывести шатена на хоть какой-то разговор. Лиам понимал, что с ним не будут общаться спокойно и расслабленно: напряжение и подозрение чувствовались в каждом коротком вдохе Томлинсона, выдавались его трясущимися ладонями, бродящими по постельному белью будто в поисках спасительного рычага, который отмотал бы время вспять. Откашлявшись, ассистент сдержал собственный сочувственный вздох. Подростку вряд ли сейчас понравилась бы жалость с чьей-либо стороны. Простыни, невесомо касающиеся кожи, были словно защитным барьером от зла, которое могли причинить мальчику жители особняка. Они укрывали его и его тело, но этого все еще было недостаточно для того, чтобы чувствовать себя в безопасности. — Ничего не болит, — угрюмо пробормотал Томлинсон, отводя взгляд куда-то в пол и сжимая челюсти. Он врал, нагло врал тому, кто был на стороне маньяка, взявшего его в плен. У Луи все тело ныло от пыток прошедшего дня: спину ломило лишь от мысли о твердой поверхности стола, на котором он находился на протяжении долгих часов; в области паха было ужасное ощущение стянутости и незаконченности дела; анус же все еще пульсировал, будто ему не доставало чего-то внутри. Шатену очень хотелось укутаться в одеяло и заплакать от отчаяния, не выходя из комнаты ни на секунду, но он пытался быть сильным и бороться со всеми этими желаниями. Ведь здесь нельзя было показывать слабину, только не на глазах Стайлса и его подчиненных. Обеспокоенно сведя брови к переносице, Лиам провел языком по пересохшим губам, не отрывая взгляд от Томлинсона. План мальчишки был очевиден: он собирался держать все внутри — боль, кровь и слезы — чтобы не показаться жертвой в чьих-либо глазах. Слишком гордый. — Луи, нет смысла врать мне, — заговорил Лиам снова, спокойным, серьезным тоном. — Я могу помочь, пока боль не переросла во что-то большее. — Боюсь, вы не способны исправить то, что натворил мистер Стайлс… — прошептал младший, кусая свои губы и продолжая рассматривать собственные ноги. — Просто сделайте, что хотели, и уходите. Все равно я никуда отсюда не денусь. Тихий смешок покинул губы ассистента, растянутые в легкой улыбке с самого начала фразы мальчика, после чего кареглазый поднялся с места, качая головой. Удивительный мальчик, однако. — Моим делом было разузнать о твоем самочувствии. Полагаю, я передам, что ты в порядке, — сказал мужчина, выделяя последние слова, и выжидающе взглянул на шатена. Тот ничего не ответил, хмуро уставившись в пол, и, после затянувшегося молчания, Пейн направился к выходу из комнаты. Но перед тем, как открыть дверь, остановился. — Через 20 минут за тобой зайдет Тэд. Оденься к тому времени. После чего мужчина вышел, оставляя Луи наедине со своими мыслями. А глаза мальчишки расширились, стоило кареглазому ступить за дверь его спальни. «Моим делом»? Значит ли это, что прийти сюда не было личным решением незнакомца… кто-то приказал ему это сделать? Неужели Гарри Стайлс действительно беспокоится о состоянии своих пленных? После того, что он сотворил с Луи вчера, ему правда захотелось проведать его? Так много вопросов, но ни одного ответа. Как и всегда.

<><><>

Night Panda, Krigare - Twisted Games

Тяжелая ладонь, сжимающая запястье, сильно сдавливала: от такой крепкой хватки явно не сбежать. Прошло около часа с тех пор, как шатен оповестил Томлинсона о том, что Тэд заберет его. Никто не говорил, куда они пойдут (а, как оказалось, поедут), но чутье Луи подсказывало, что ничего хорошего от этого ожидать не стоило. Перед мальчиком открылся вид на сооружение, напоминающее склад, только вот система охраны здесь была намного лучше, чем на обычном складском помещении: высокий забор с колючей проволокой, проводящей электрический ток, по всему периметру, прочный каркас здания и огромная куча дверей, открывающаяся лишь специальным кодом на замаскированном пульте доступа. То место, куда они прибыли, не стояло даже близко с тем, что голубоглазый представлял себе. Как только перед несколькими телохранителями, стоящими позади, и Тэдом с Луи открылись все двери, путь был свободен и доступен, но только двое последних направились внутрь. Замешательство парня не давало ему думать ни о каком побеге, ведь то, что он видел, казалось самой странной вещью в его жизни. — Давай, мальчик, поторапливайся. Мистер Стайлс не любит долго ждать, — послышался немного строгий бас слева, от охранника, что все это время вел его под руку, не упуская из виду ни на секунду. Видимо, он очень ответственно подходил к своей работе. Мужчина подтолкнул подростка вперед, давая ему вздохнуть спокойно: никто больше не держит его. Любопытство взыграло в молодом разуме, и Томлинсон двинулся вглубь просторного помещения. Чем дальше он удалялся от входа, тем больше различного оружия видел на стенах и в специальных чехлах. Здесь было абсолютно все — от револьверов до дробовиков. Размеры поражали. Но неужели все это принадлежит Стайлсу? Внезапно в комнате послышался шорох, а следом за ним нещадный скрип, повисший в воздухе неприятным осадком. В следующую минуту осадок развеялся звуками шагов, медленных и мерных, доносящихся откуда-то из темного угла склада. Именно в той области хранились запасы пуль самых разных диаметров и форм, несколько редких винтовок висели на стенах, которые накрылись чужой тенью в мгновение. Стайлс неумолимо приближался, сжимая в правой руке начищенный до блеска револьвер, другую руку держа в кармане джинсов. На нем была простая футболка — впервые за все время пребывания здесь Луи гангстер не был в строгом деловом костюме — и волосы были собраны в пучок, больше не закрывая лицо мужчины. Сейчас оно выглядело совершенно иначе: все такое же холодное выражение, только теперь была возможность рассмотреть каждую родинку на лице, изгиб губ, бровей; острые скулы и впалые щеки. Все тот же человек, пустивший пулю в лбы Томлинсонов, но будто видный через прозрачную пленку. Поровнявшись с мальчиком, гангстер обошел его лениво, задерживая взгляд на каждой капле пота на открытых участках кожи. Темные короткие волосы слиплись у висков и на затылке, создавая впечатление, будто шатен пробежал марафон перед тем, как зайти в оружейный склад. Гарри остановился, оказавшись лицом к профилю голубоглазого, после чего выдохнул тихую усмешку ему в ухо, заставляя содрогнуться. Рука с револьвером поднялась вверх, прижав дуло к боку Луи — горячее. Словно им воспользовались совсем недавно. Мужчина провел металлом вверх по телу пленника через его одежду, сменив траекторию, как только коснулся чужих ребер. Проделывая путь над бешено сокращающейся диафрагмой подростка, Стайлс резко подставил дуло к его подбородку, вынудив голубоглазого закинуть голову назад. Кадык дернулся, слюна застряла в горле мальчика, когда гангстер прижался губами к его уху, вжав револьвер сильнее в кожу. — Выбирай.