I am here again

Кэт — Слушай, а могу я пойти в кроссовках? — стону я, пробуя пройтись по комнате на каблуках, держась за руку подруги. — Нееет. Ты уже спрашивала. — Ну, мало ли, ты увидела этот ужас и передумала. — Не дождешься. Господи, Хейс, ты что никогда на каблуках не ходила?! — Не-а, — отвечаю я, падая на свою кровать. — Я на выпускной из школы пришла в джинсовой юбке и берцах. — Боже мой. Я точно когда-нибудь открою фонд поддержки девушек, которые росли с отцами или братьями без какого-либо женского вмешательства. И назову его в твою честь. Я смеюсь над странной идеей подруги. — Тогда я открою фонд помощи всем тем, кто отправился в твой фонд помощи. Я продолжаю смеяться и получаю подушкой в лицо. На тумбочке начинает вибрировать мой телефон, и я беру его в руку. На экране появляется улыбающаяся физиономия брата. — О, а вот и карета подъехала, — с усмешкой говорю я и отвечаю на звонок. — Алло. — Я жду вас внизу, — без всякого приветствия говорит Колин. — Мы догадались. Колин, можно попросить тебя кое о чем? — Если я скажу нет, это что-то поменяет? — Нет. На будущее, когда в следующий раз соберёшься тащить меня куда-то, пожалуйста, убедись, что туда не идёт эта мадам. — Неужели, все настолько плохо? — Хуже, чем ты можешь себе представить. — Хорошо, я услышал тебя. Спускайтесь. Он кладёт трубку, и я убираю свой телефон в сумку Дар, накидываю куртку, и мы вместе выходим в коридор. Боже, я не доживу до конца этого дня. Запираю дверь и убираю ключи в карман своей косухи. Хорошо, что хоть это мне позволено. Сегодня суббота и, как многие наверняка догадались, в доме стоит мертвая тишина после вчерашнего сборища алкоголиков, поэтому если я навернусь на этих каблуках, никто, кроме Дар и Войса, этого не заметит. Но, как ни странно, я спокойно иду по коридору, спускаюсь по лестнице и даже не оступаюсь. Теперь главное не привыкать. Мы с Дар спускаемся вниз. В гостиной на диване развалился Войс, но, заметив нас, он встает. Сказать, что я удивлена — ничего не сказать. Хоть кто-то в этом мире когда-либо представлял себе Хэмптона в смокинге, белой рубашке и галстуке-бабочке? Я — точно нет. Видимо Дар разделяет мои чувства, потому что резко останавливается, открыв от удивления рот. — Что? — заметив ее взгляд, интересуется Войс. Дар в шоке, а поскольку я хорошо знаю свою подругу, не трудно догадаться, чего она сейчас хочет. Я подхожу к подруге, кладу руку ей на плечо и шепчу на ухо: — Мой брат не развалится, если подождёт ещё пятнадцать минут. Отхожу от подруги, киваю Войсу в знак того, что у него есть шанс загладить вину за то, что было утром, и ухожу. Выхожу на улицу и замечаю Колина. Его машина стоит на подъездной дорожке, а сам он курит, облокотившись на неё. Брат замечает меня и присвистывает. — Лучше молчи, — предупреждаю я, целуя его в щеку и точно так же облокачиваясь на машину. — Ну, нет. Что-что, а молчать я точно не стану. Иди сюда, — он вставляет сигарету в зубы и за руку отводит меня от машины. — Покрутись, — командует он. — Зачем? — спрашиваю я, забирая у него сигарету. — Верни и сделай, как я сказал, — повторяет он, забирая свою вещь обратно и стаскивая с меня куртку. — Давай, давай. Кругом. Только медленно. О боже. Пусть только не бьет, прошу. Я выполняю приказ брата и медленно поворачиваюсь. — Вот блин… — шипит он. — Да, я знаю, что ты скажешь. Их слишком много, но мне нравится, — оправдываюсь я. — Ну вообще-то я хотел сказать, что мне следовало взять с собой Джеймса и приставить его к тебе, потому что гонять от тебя всех мужиков, что будут на этом чертовом приеме, мне как-то не охото. — Не поняла? — Вырез на спине слишком глубокий и платье коротковато, — поясняет брат. — А, ты в этом смысле. На счёт этого все вопросы к Дар. Это она настояла. — Кстати, где она? Она и Войс? — Они… — Что бы соврать? — Они разговаривают. Прошу вас, поторопитесь. Я долго не продержусь. — Ага, разговаривают, значит? — с ухмылкой спрашивает Колин, облокачиваясь на машину. Он все понял…. Я киваю, подтверждая его догадки, и облокачиваясь рядом с ним на машину. — Бери, — брат протягивает мне пачку с сигаретами и зажигалку. Странно, на него это не похоже. — Что можно там так долго делать? — Войс искупает вину и пытается задобрить ещё одну ворчунью. — Ещё одну? — Да, ещё одну. Ты таким родился, тебя уже ничем не исправить, а ее можно задобрить. На какое-то время. — Ха, интересный метод. Внезапно, входная дверь открывает и на улицу выходит наша парочка. — Наконец-то, — брат закатывает глаза, кидает окурок на землю и садится в машину. Довольные Дар и Войс с улыбками Чеширского кота идут ко мне. Я тоже бросаю окурок на асфальт и забираюсь на заднее сиденье машины. Дар залезает ко мне, Войс — вперёд, и машина отъезжает. Теодор — Тедди, ты отлично выглядишь, — говорит мама, заходя в комнату. — Спасибо, мам. Поможешь? Я уже битый час маюсь с галстуком-бабочкой, но никак не могу завязать его. — Конечно. Мама подходит ко мне и в считанные секунды завязывает эту хрень у меня на шее. — Спасибо, — благодарю я и опускаю воротник. — Скажу тебе по секрету, ты сейчас выглядишь гораздо лучше своего отца в день нашей свадьбы. — Что? — сзади раздаётся голос отца. — Я не ослышался, Ана? Ты только что унизила меня в глазах собственного сына? — Нет, — невинным голосом отвечает мама. — О да, ещё как, — подставляю маму, и она в шутку душит меня. — Мог бы между прочим и подыграть матери. — Мог, но не стал, — ухмыляюсь я и поворачиваюсь к родителям. — Вот же вырастила на свою голову защитничка. -Вот именно, вырастила, — подтверждает отец. — Ладно, ты собирайся, мы пойдём гостей встретим. Родители уходят, дверь за ними хлопает, я в очередной раз поправляю галстук, а позади меня раздаются громкие саркастические хлопки в ладоши. — Браво, мистер Грей, браво. Меня не было всего 5 месяцев, а ты уже жениться решил. О боже, нет. Ну зачем…? — Знаешь, если хочешь, то можем поменяться, — не поворачиваясь, отвечаю я, наблюдая за девушкой в отражении. — Ммм, нет. Я пас. Прости, но Мелани немного не в моем вкусе. — Правда. Я чего-то не знаю о вас, мисс Грей? — Вполне возможно, братишка, — с улыбкой произносит она. Фиби — моя любимая младшая сестренка. Я поворачиваюсь к ней, и, когда она подходит ближе, крепко обнимаю. Фиби решила пойти по стопам тетушки Мии и окончить кулинарную академию во Франции. Поэтому я не видел свою маленькую занозу в заднице уже больше пяти месяцев. Она приезжала последний раз на Рождество, а в тот момент жениться на Мел я ещё даже и не планировал. — Ну как ты? Что-то ты не очень рад, — Фиби недоверчиво смотрит на меня. — Поверь, в душе мне ещё хреновей. Такое чувство, словно меня ведут на смертную казнь. — Из-за свадьбы? — Из-за всего: свадьбы, Мел, родителей, всего этого дерьма вокруг и…. — Той девушки, да? Да. Я идиот, потому что в очередной раз напившись в дрызг три года назад, я все выболтал сестре. В основном, о своей бывшей девушке. — Да, а самое смешное, что мой шафер — ее старший брат, хотя я всего пару месяцев назад узнал, что у неё вообще есть брат. — Ну, в принципе, это нормально. Я никому из своих парней не говорила, что у меня есть брат. — Даже если встречалась четыре месяца? — Нет, так долго я ни с кем не встречалась — ухмыляясь, говорит она. — Вот и я о том же. Я подхожу к окну, из которого видно главный вход отеля, в котором и пройдёт свадьба. На подъездной дорожке останавливается чёрный внедорожник. Из него выходят четыре человека. Двое мужчин и две девушки — блондинка и брюнетка. Блондинка в чёрном платье, а брюнетка — в красном. По походке не трудно определить, что двое мужчин — Колин и Войс. Войс должен был прийти с Дар, значит брюнетка — Джонсон. А, поскольку троицу связывает один человек, то и дураку понятно, что блондинка в чёрном платье с глубоким вырезом на спине — мой ночной кошмар. Девушка, которая снилась мне каждую ночь, на протяжении этих двух месяцев. Кэт.