Это точно любовь?

      Подходя к дому, Ди чувствовал, что сейчас начнётся допрос: Почему его так долго не было? Почему у него вся одежда запачкана в крови, а самое главное, откуда эти синяки и ушибы. Парню просто не хотелось отвечать на эти нудные вопросы. Хотелось погрузиться в мягкую постель и забыться. Но реальность такова, нужно отвечать за последствия.       Всё небо было в пушистых и тяжёлых облаках, которые пролетали над головой. Казалось, что вот-вот начнётся дождь, но он всё никак не начинался. Словно ждал момента для атаки. Люди, которые проходили мимо подростка, кидали быстрый взгляд на внешний вид парня — конечно, было странно, что Ди шёл никакой, весь избитый, с засохшей кровью на запястьях. Еле передвигаясь, Ди всё же смог зайти в дом. Как и ожидалось, отец сидел в гостиной, читая газету. Заметив вошедшего старшего сына, он оставил своё занятие на потом и снял очки. Мужчина потёр переносицу, снимая усталость от очков, и подошёл к Ди. — Почему тебя так долго не было, Ди? - задал ожидаемый вопрос Глэм со своей привычной широкой улыбкой, разглядывая блондина. Мужчина заметил пятна крови и содранную в мясо руку Ди, которую подросток поскорее пытался спрятать, чтобы не заметил глава семейства, но явно опоздал.       Глэм подошёл к парню, снимая с того рюкзак и верхнюю куртку. Ди провожал действия отца взглядом, не ожидая такой заботы от него. Себастьян повесил чёрную куртку Ди, подхватил рюкзак старшего сына и повёл подростка в гостиную. Глэм пошёл в кухню, взял аптечку из шкафчика и сел на диван. Похлопав рядом, он посмотрел на старшего сына, тот же покорно сел. Мужчина всё также сидел со своей дежурной улыбкой, разбирая пластыри и лекарства. Ди же слегка нервничал, давно он не находился так близко к отцу и пока Глэм не замечал, он начал рассматривать мужчину. Сразу, что почувствовал старший сын, запах одеколона. Он так ударял в нос, что Ди слегка растерялся от запаха, забывшись в нем. Себастьян повернулся к сыну и начал обрабатывать раны.       Младший блондин всё также рассматривал Глэма, пытаясь запомнить каждую деталь. Длинные пальцы старались нежно обработать очередную ссадину, которая отдалась жгучей болью. Но Ди пытался не замечать боль, продолжая дальше наслаждаться столь редким обзором. Волосы, которые были завиты у мужчины, такие золотые, к ним так хотелось прикоснуться и почувствовать их мягкость, но старший сын лишь нервно сглотнул, отгоняя мысли. Поняв, что голова его началась забиваться плохими мыслями, Ди закраснел и отвернулся, пытаясь унять некую дрожь по телу.       Глэм заклеил последний пластырь и посмотрел на лицо сына. Улыбка так и не сходила с лица Себастьяна, он чувствовал что-то не то, но не решался задать этот вопрос, боясь, что отпугнёт старшего. Он понимал, что у них и так натянутые отношения. Мужчина всё же решил пока не расспрашивать о случившемся и оставить того наедине. Когда Глэм встал, то почувствовал как его коснулась горячая рука, слегка потная. Себастьян обернулся, смотря на Ди, который держал его за руку. Ди вдруг вздрогнул, поняв, что сейчас сделал и расслабил хватку, отпуская столь желанную руку отца.       Глэм сел обратно, обнимая сына. Ди, который не ожидал такого жеста, был в ступоре. Тепло которое началось разливаться по телу, казалась ему сказкой, но это была реальность. Школьник осторожно обнял отца, ибо боялся. Но чего, он так и не нашёл ответа. Эти объятия казались вечностью, ведь столь долгожданный момент, которого так ждал парень, наступил для него слишком неожиданно. — Прости меня, Ди, - слова, которые прозвучали в столько пустой комнате, где были лишь они вдвоём, раздались эхом в голове младшего блондина. Слёзы, как назло, стали подступать к глазам, но их не было смысла сдерживать, ведь эти слова прозвучали так искренне, что хотелось зареветь в отцовское плечо и выпустить всю ту боль, которая была на душе. Тяжёлый камень, который столь долго лежал на сердце Ди, неожиданно сошёл на нет. Стало так легко, так спокойно… Глэм отстранился первым, вытирая слёзы и тушь с лица старшего сына. Привычной улыбки уже не было, лицо было таким спокойным и в глазах мужчины отдавались частички сожаления и раскаяния. Ди впервые увидел эти эмоции отца, а слёзы всё шли, ведь было слишком много боли между ними.       Ди вдруг вздрогнул, осознавая, что всё это время ревел. Показал свою слабость перед отцом, хотя так старался её скрывать. Парень резко встал и поторопился в свою комнату, захлопнув дверь. Глэм тяжело вдохнул, собираясь с мыслями. Убрав аптечку, мужчина посмотрел на второй этаж, но не решался туда подняться. «Рано» промелькнула мысль Глэма. Глава семейства направился в свой кабинет, запираясь. Многое нужно обдумать и прокрутить всю ситуацию, посчитал Глэм и, сев за стол, начал разбирать очередную гору бумаг.       Ди тяжело упал на кровать, шипя от боли. Голова была забита мыслями. Столько мыслей только об одном человеке. Глэме. Парень моментально сел, отгоняя от себя эти мысли и пытаясь успокоить сердце, которое так сильно билось. Окно все также было открыто, был слышен шум города, гудки машин и разговоры под окном. Комната слегка блёкла в лучах солнца, которое уходило постепенно в закат, напоминая о вечере. Глянув на часы, который показывали 17:34, парень открыл ноутбук. Яркий экран теперь являлся единственным источником света в помещении. Можно было разглядеть небольшую мебель, которая находилась в комнате подростка.       Рядом с кроватью находилась тумбочка, на которой стоял светильник. Возле светильника лежала стопка журналов с названиями различных групп. Чуть дальше от тумбочки был комод. Сверху комода не находилось слишком много вещей, так как Ди следил за чистотой своей комнате, стараясь не разводить бардак. Справа от комода был книжный стеллаж, который был полностью забит книгами и журналами. В правом углу помещения стоял письменный стол. На нём были разбросаны тетрадки, учебники, письменные принадлежности, настольная лампа. На стенах же комнаты красовались плакаты групп, которыми увлекался Ди.       И вот подросток находит наушники и начинает слушать очередную песню, которую он тихо напевал, пытаясь не привлечь внимания. Ещё одна переписка с какой-то девчонкой, была видна на экране ноутбука. Ди раздражённо бил по клавишам, пытаясь сохранять своё спокойствие. Но не сдержавшись, он захлопнул ноутбук и решил взять в руки гитару, которая находилась недалеко от окна. Такая старая и забытая всеми гитара, только благодаря ей можно было снять некое напряжение. Несмотря на плохие воспоминания, блондин сыграл аккорд. Пальцы слегка касались струн, проводя по ним правой рукой. Звук гитары наполнял комнату, парень получал облегчение и спокойствие от игры. Ди приложил много усилий, чтобы сыграть так идеально, хотя парень считал, что этого мало и нужно больше. Чтобы отец мог им гордиться… Подросток изменился в лице, грусть снова начала одолевать парня. — Бездарность, - в который раз повторил он в свою сторону. Отложив гитару, блондин взглянул в окно из которого доносился диалог подростков.       Сами ребята уселись возле небольшого забора, разговаривая о всякой очередной ерунде. Парень в оранжевой толстовке низкого роста покуривал сигарету. Блондин подошёл к окну поближе пытаясь разглядеть толпу. Три человека небрежно говорили о том, что планируют сходить в бар. Старший сын поднял бровь, заинтересовавшись данной темой. Сам он не был против выпить, снять это напряжение и уйти как можно подальше от этого дома.       Парень в оранжевой толстовке обратил внимание на фигуру, которая приближалась к ним. Ди уставился на того, сказав, что присоединиться к ним. Но… как же Ди очутился здесь так быстро? Всё очень просто. Выйти из дома не составляло труда, особенно когда все слишком заняты собой, чтобы обратить внимание на пропажу подростка. Блондин пожал руку очередным новым друзьям. Рассмотрев всех внимательно, парень понял, что развести этих дураков на деньги не составит труда. Выглядели они как люди, которым некуда деть свои деньги, как не на выпивку, так на пачку сигарет. Подросток в оранжевой кофте, который преставился как Ед, подал Ди сигарету, от которой блондин отказался, делая намёк на добычу покрупнее. Ед сразу понял намёк. Остальные двое парней кивнули. Ди подметил, что подростка с чёрной футболкой и шортами зовут Нил, а рядом с ним парня в красной футболке и чёрных джинсах звали Ян. Необычное имя для столько стеснительного парня. Скорее всего он и был тем, кто и тратил те самые деньги. Но Ди не интересовали чужие проблемы, он лишь хотел заглушить душевную боль алкоголем, поэтому направился вместе с ними в бар.       Погода оставляла желать лучшего. Капли так и соприкасались с поверхностью, громко ударяясь об неё. Дождь давал свежесть улице от жары, которая держалась несколько дней. Прозрачные капли, которые сопровождались звуком создавали впечатление некой музыки, которую природа могла создать самостоятельно. Был слышен топот людей, те кто были без зонта пытались обогнать дождь, чтобы не намокнуть. Маленький дождь вскоре превратился в ливень, покрывая всю землю тонкой слойкой влаги. Шум стоял насыщенный, но он никак не мешал небольшой компании, которая двигалась к двери бара. На часах было 21:09. За то время, пока парни выжидали они изрядно повеселились, издеваясь над всякими отбросами общества и получая некое удовольствие. Ди лишь наблюдал, не пытаясь ни помочь беднягам, ни помогая самим парням в избиении. — Ди, не хочешь? - снова предложил Ед сигарету, от которой парень вновь отказался. Ди усмехнулся, такую дешёвую пачку сигарет он вряд ли бы предпочёл курить. Особенно разделять данное удовольствие подросток бы не хотел. Лишь глоток алкоголя мог заглушить его душевную боль, которая так и била ключом. Время для него шло слишком долго, парень постоянно смотрел на время, а также отключал очередные звонки от отца. Он меньше всего хотел сейчас слышать упрёки и лекции с его стороны. Даже несмотря на отцовские извинения, чувство блондина были слишком сильны, Ди просто пытался убежать от них, но они приходили всё с новой силой. Стало просто невыносимо, при виде отца старший сын всё никак не мог унять бьющееся сердце, поэтому стал отдаляться от него. Ситуация становилась всё сложнее и сложнее.       Глэм всё никак не мог унять своё беспокойство за Ди. Поздно, уже так поздно, но старший сын так и не приходит. Глава семейства слишком переживал за сына, но пытался успокоить Хэви, который волновался за состояние отца, а Виктория же так и не приехала. Себастьян написал сообщение Ди. Глэм решился на слишком серьёзный шаг, зайти в комнату старшего сына. Он так не хотел этого делать, зная по себе насколько это неприятное чувство. Мужчина не сбавил шагу и зашёл. Зашёл в пустую комнату, занавески которые развевались ветром и означали, что окно было открыто полностью, факт подтвердился. Первым делом Глэм закрыл окно, после начал осматривать помещение. Подойдя к письменную столу, он провёл рукой по поверхности, взяв в руки помятую, выкинутую в глубь тетрадь, открыл её и начал читать. Некоторых листков не хватало, и это могло значить лишь одно, её кто-то яростно рвал. Мужчина прочитал помятый листок и на его лице появился шок, который он не стал скрывать. Переживания за сына стали сильнее после последней фразы на листке. «Дорогой отец, ты так жесток ко мне. За что? Я столько прикладываю сил, чтобы ты заметил меня, но ради чего? Тебе мало, но ты же сам не так идеален. Твои слова как нож, который ты держишь нанося мне в сердце раны. Я схожу с ума, не знаю что сделать ещё. Заметь меня, мою любовь к тебе, когда же ты стал...»       Текст заканчивается, а на самом помятом листке замечаются капли засохшей крови. Глэм находился в неподвижном состоянии, но прийти в чувства никак не мог. «Неужели я…» Мысль прерывает зашедший в комнату Хэви. — Отец? - рыжеволосый вопросительно уставился на отца, который резко убрал руки за спину. Руки скомкали бумажку, которую он не успел отпустить. — Всё хорошо, Хэви. Пошли, - мужчина выпроводил младшего сына из комнаты. Он обернулся чтобы закрыть дверь и в последний раз осмотрел столь знакомую комнату, но такую отчуждённую. Дверь захлопнулась с глухим звуком.       В баре как и обычно стоял шум. Небольшие компании людей заполняли пустоту бара, ближе к полночи тут становится очень тесно. Парни заняли столик. Несмотря на то, что они были младше, их впустили только лишь благодаря Яну. Да, деньги в этом мире решают всё. Дизайн бара выглядел по-современному, и главный элемент всех подобных мест — это проститутки. Их тут было небольшое количество, но обаять мужчину могли умело, а также содрать с того деньги. Ди даже не заглядывался, у него была лишь одна цель, забыться, унять эту головную боль.       Эд направился к барной стойке, осуществляя заказ. Музыка которая играла на фоне, немного заглушала крики и оры со стороны пьяных посиделок. Ди незаметно закатил глаза, и стал постукивать пальцем в ожидании заветного. Ян слегка дрожал, не от холода, а от страха. Бедный подросток, его учесть слишком жестока, но с другой стороны, он сам согласился на это. — За знакомство! - протянул стопку виски Ед. Все дружно стукнулись и очередной глоток начал обжигать горло блондина. Выпив стопку, парень с громким стуком поставил на стол. Слегка зажмурившись и помотав головой, он смог облегчить этот горький вкус алкоголя. Ди уже сбился счёту, какая это была стопка виски. Подросток ощущал, как ноги становятся слегка ватными, а в одном месте немного напирает. Парень встал со стола, чуть не упав, но успев схватится за столик.  — Надо отойти, - пробубнил тот, усмехаясь со своей фразы. Алкоголь делал с этим парнем что-то, все чувства так и вырывались на свободу, Ди даже не пытался их контролировать, ему было слишком хорошо. Сходив в толчок, он попытался найти столик, но слегка потерявшись начал бродить по бару. Легкое тело пихали и толкали, из-за чего блондин несколько раз падал и вставал. Подросток понял, что не сможет найти даже столик, решил покинуть заведение. Выйдя на свежую улицу, где всё также лил дождь, барабаня на козырьке, Ди достал телефон из кормана и набрал отцу, что-то бубня под нос. — Да ты!.. Знаешь кто ты? - с неким криком говорил подросток, пытаясь заткнуть Глэма, который волновался за своего сына. — Господи, Ди… Ты пьян? - догадался мужчина, потирая переносицу и хмуря глаза. — Ди, жди меня, я скоро приду, — произнёс отец бросая трубку. Глэм понимал, что говорить с пьяным человеком, это как головой биться о стенку. — Да знаешь что?!..Отец? - послышались гудки. Подросток положил телефон обратно в карман и пошёл дальше по улице, слегка покачиваясь. Дождь обливал его с ног до головы. Вся голова успела промокнуть до нитки, а на лице были разводы от туши. Погода как будто показывала состояние души парня. Ди улыбнулся, не зная чему. То ли тому, что сейчас ему хорошо или прохладе, которую он ощущал. И вот знакомый силуэт появился перед ним. Фигура медленно подходила к подростку. Улыбка ушла с лица, блондин понял кто идёт к нему на встречу. Отец. — Ди! - знакомый голос издался от столь знакомой фигуры, которая ускорила шаг, приближаясь к подростку. — Чёрт, Ди. Я так волновался за тебя, — подбегая, мужчина обнял сына. Глэм учуял явный запах алкоголя и отодвинулся от сына, рассматривая его. Ди толкнул отца от себя. Старший сын весь дрожал, непонятно было: от страха, из-за злости или от холода. — Ты зачем сюда пришёл?! - крикнул подросток на отца. В его глазах была такая злость, ненависть, но не такая суровая и страшная. Ведь в этих глазах читалась ещё и любовь. — Ди, пойдём домой… — Ты… да ты знаешь, через что я прохожу из-за тебя?! — уже со слезами на глазах произносил старший сын, смотря на отца. Ди начал разводить руками, — Я не знаю что сделать ещё, чтобы ты заметил меня, — последние слова сказались уже тише предыдущих. Алкоголь бил в голову, а кровь кипела. Глэм уже не мог смотреть так холодно на сына. Мужчина сделал шаг, а Ди повёл ногу назад, слегка покачиваясь. — Я тебя ненавижу, — произнёс подросток, а в мыслях добавил «но люблю». Удивительно, что мысль не сорвалась с языка, всё же отголоски трезвости начали проявляться из-за прохладного дождя, который так и остужал пыл Ди. —  Ди, давай пойдём домой, - с ноткой грусти произнёс глава семейства. Мужчина прекрасно понимал, что имел ввиду его сын. Он чувствовал все эти бушующие эмоции подростка, но не правильно понимал суть этих проблем. — Пап, - прошептал отчётливо Ди, хватаясь рукой за голову. Снова вернулась эта головная боль, а сердце безумно стучало, так медленно и слышно, что парень перестал слышать падающие капли дождя. Глэм уверенно зашагал вперёд к сыну. Ди же не успел заметить, как отец встал перед ним. Взглянув в желанные отцовские глаза, где читалась печаль и сожаление, он опустил голову и уткнулся головой в грудь мужчины. Глэм положил руку на голову сына, слегка поглаживая. Ди вдыхал запах, столь родной отцовский запах. Губы пересохли от волнения, а сердце билось, как ненормальное. Алкоголь кружил голову, из-за чего мысли парня забились всякими ненужными вещами, от которых, при осознании, Ди покраснел. Младший блондин отодвинулся, слегка прикрывая лицо рукой. — Пойдём, - произнёс Себастьян заботливым голосом, кладя руку на плечо Ди. Подросток взглянул на отца и зашагал в сторону машины. Оба промокли до нитки, но дождь постепенно переставал идти. Лишь некоторые капли спускались на землю. Ди сел в машину, биение сердца все никак не проходило, а мысли так и не покидали голову. Себастьян решил не замечать столь странное поведение старшего сына и сел за водительское место. Ди сидел рядом с отцом, так как сзади бы его точно стошнило от виски.       Время, которое они ехали тянулось слишком долго. За окном уже не шёл дождь, лишь последний луч солнца освещал улицы. На часах было 23:54. Ди не мог поверить, что он так долго провёл время в баре, где было так душно и воняло алкоголем. Но после тех глотков виски мозг уже не стал воспринимать информацию всерьёз, всё было как в тумане. Взглянув на отца, младший блондин слегка покраснел и отвернулся обратно, вглядываясь в различные силуэты через окно. Подросток все никак не мог успокоить своё сердце, а Глэм напряжение в сторону сына, но он носил маску безразличия. И вот отец с сыном заехали в гараж. Ди наконец с облегчением выдохнул. Парень только хотел отстегнуть ремень безопасности, как встретился с лицом отца. Они были так близко к друг другу, что кроме биения своих сердец не могли ничего услышать. Казалось, они смотрят на друг друга вечность. И вот Глэм слегка притянул голову сына и впился в желанные губы. Ди был удивлён, даже поражён. Недолго переводя дух, старший сын ответил на поцелуй. Сначала Ди хотел руководить столь волнующим процессом, но Глэм перехватывал, а подростку ничего не оставалось, как сдаться и получать наслаждение. (Бета: оаоаоао, я ждала этого: 3)       Глэм слегка прикусывал губы сына, отчего Ди слегка стонал в рот отца. Мужчина оценил столь волнующий стон. Ему хотелось слышать их больше. Языки сплетались в танце, а когда воздуха уже стало не хватать, то пришлось разорвать столь страстный поцелуй. Оба пытались вдыхать больше воздуха. На губах Глэма остался вкус горького алкоголя, что хотелось вычистить его весь. Смотря в глаза сыну, который чуть ли не утопал в блаженстве, мужчина нежно подхватил подбородок и снова поцеловал сладкие губы Ди.