Жребий брошен

      Четвертая Великая Война Ниндзя… Прошло ничтожно мало времени с того момента, когда последний взрыв прогремел над всем миром шиноби, погружая в мучительную тишину ожидания того, что будет дальше; когда два лучших друга в последний раз со всей накопленной болью, обидой, злостью едва не убили друг друга, не желая слышать ничьего мнения, кроме своего собственного; когда техника Вечного Цукиеми развеялась, освобождая всех своих пленников от иллюзий, прекрасных мечтаний и надежд, в которые так сильно верил каждый пребывающий в них человек; когда Кагуя Ооцуцуки была вновь заточена в своей тюрьме перерождениями своих собственных детей, без возможности выбраться, но обладая теперь достаточным временем на то, чтобы обдумать все то, что произошло с ней, женщиной, которой так понравился этот мир, что она пошла против своей семьи, желая спасти ее; когда Учиха Мадара был окончательно повержен и лежал на земле, тихо и, отчасти, с горечью произнося свои последние слова своему лучшему другу, которого так решительно прогонял всегда прочь, и лишь сейчас, уходя в иной мир, кажется, наконец-то смог очиститься от всей той злости и ненависти и, возможно, простить. Кого? Пожалуй, в первую очередь, самого себя: за то, что не смог спасти братьев, за то, что не смог спасти клан, за то, что не смог до конца поверить в мечту даже спустя столько потерь, и сожалея о том, что так и не смог никому довериться до конца. Сколько же покалеченных, израненных, уничтоженных душ породил этот мир своими недомолвками, тайнами, желанием уберечь, нанося удары со спины? Обито, Саске, Мадара, Кагуя… и это только начало списка жертв этого мира… у каждого из них было свое мировоззрение. Так можно ли их за это винить?       Двойные шпионы, жестокие приказы, разрушенные деревни и города, уничтоженные кланы… и все это только потому, что кто-то посчитал их угрозой. Боль от потери близких, горечь предательства, обида из-за недопонимания… все это запускает тот самый механизм, когда человек перестает заботиться о чем-то несущественном, по его мнению, и переключает все свое внимание только на одну единственную цель. Именно так и появляются те, кого потом считают негодяями, преступниками, великим злом. И это только страна Огня… и это только то, что лежит на поверхности, лишь вершина айсберга. Но сколько же подобных людей во всем мире?       Выжившие, израненные, измученные войной шиноби только вернулись в свои деревни, каждая из которых была погружена в глубокий траур. Те, кто был еще жив, или находился присмерти, но еще дышал, были размещены в госпитале, а таких было не мало, наполняя здание битком. Находиться рядом с этим строением было морально тяжело, ведь ощущение боли, отчаяния, смерти не покидало это место. Похоронная процессия длилась почти весь день, женщины, дети, старики нескончаемым потом несли цветы к могилам и фотографиям погибших героев, но никто не сделал и шага назад с кладбища, не смотря на ливень, гром и грозы, порывистый ветер, пронизывающий до костей. Но они – шиноби - им не привыкать к подобным условиям, хотя подобная погода и была необычной для данного времени года и местности. Сам мир словно желал отмыться от всей той пролитой крови и зализать раны, как зверь, рычащий и вопящий от боли. Но не все раны можно скрыть, да и затянуться так быстро тоже не представляется им возможным. Огромные кратеры, выжженная земля, уничтоженные горные цепи, иссушенные реки и озера, вымершие флора и фауна, и, самое главное, огромное дерево с массивным цветком на самой вершине, стояло теперь, как напоминание всем, как ничтожно мало люди этого мира знают, и что они далеко не единственные в этой Вселенной. Раз есть Кагуя, то, наверняка, есть и другие, и как знать, возможно, однажды и они появятся здесь.       Больше половины военной мощи Конохи было уничтожено в результате этой войны. И неизвестно, сколько еще людей умрет, пока те будут излечиваться от ран или психологических травм. Что делать с этим всем, Цунаде не до конца представляла, как и с тем, как поступить с Орочимару и Саске. Пусть они и были отступниками, но не мало сделали для мира и, в частности, для того чтобы эта война закончилась. Было ясно, что такие сильные и талантливые гении нужны им, хотя бы для того, что бы выслеживать подобные странности в мире и предотвращать их, пока ситуация не усугубилась. И если с Орочимару было пусть и совсем немного, но все же проще, и его определили в одном из его убежищ, приставив к нему постоянную охрану, во главе с Ямато, то вот что делать с Саске – вопрос оставался открытым. Одно она понимала весьма ясно: им нужно восстанавливать военную мощь деревни, любыми способами, иначе, в дальнейшем, человечеству просто не выжить и никто не сможет им помочь, кроме как снова воспользоваться техникой Второго Хокаге «Нечистивое Воскрешение», или вернуть Кагую из заточения, что естественно, выглядит абсурдной затеей. Но как это можно сделать? Естественное восстановление займет ни одно поколение, даже если в каждом великом клане будет рождаться по два и более детей от каждой пары, но на их содержание и воспитание понадобятся огромные средства, и не только денежные, которые сейчас были брошены на восстановление деревни. А сильные и грамотные специалисты нужны были уже сейчас или в самом ближайшем будущем.       Способности Кагуи были неземными, однако кое-что лежало на поверхности: у нее был бьякуган и шаринган, а справиться с такими мощными додзюцу можно, лишь противопоставив похожую силу. Клан Хьюга продолжал процветать в Конохе, нося титул сильнейшего, и хоть они и пострадали от войны, в особенности потеряв гения клана, Нейджи, все же обладал достаточной численностью. А вот с шаринганом и, соответственно, Учиха, все было очень сложно, ведь Саске остался единственным представителем некогда могучего клана. Заставить его жениться и начать восстанавливать клан было неплохим вариантом, особенно, если ему сказать, что он так сможет «выслужить» помилование, но на это нужно будет время и не мало, а Саске не из тех людей, кто любит слушать приказы и молчаливо исполнять их. Зная его, он точно предпочтет долгие путешествия и сложные опасные миссии, лишь бы не находиться в Конохе и не танцевать под чью-то дудку. Слишком хорошо и близко он был знаком с тем, к чему приводит такое слепое повиновение. К тому же, с него одного мало что получится добиться, тем более силой и пытками. Проще перетянуть его на свою сторону более конструктивным диалогом, к тому же Наруто ни за что не позволит причинять вред своему другу. Он и без того каждый день если не помогает в восстановлении деревни, то пытается добиться помилования для Саске перед Каге и всеми жителями.       - «Прибегнуть к технике Второго не получится – она не позволяет создавать настоящие тела, а лишь помещает душу в чужое тело. Предложить Саске жениться и обзавестись потомством в обмен на дальнейшие привилегии и предоставлении дотаций и льгот как малочисленному восстанавливающемуся клану? Нет, он откажется. Сейчас в его голове и сердце нет ничего кроме пустоты, которую невозможно заполнить так быстро, тем более, подобными вещами. А Наруто встанет на его сторону, тем более они оба герои войны. Может быть, обратиться за помощью к Орочимару? Зная этого змея, у него определенно есть ДНК не только Учиха, но и многих других не менее талантливых шиноби, в особенности, учитывая, что не все трупы успевали быстро уносить с поля боя. Уверена, даже от Мадары успел часть отхватить. Быть может, он смог бы воссоздать людей с геномом Учиха», - сидя в своем кабинете и в очередной раз отодвинув от себя огромную кипу бумаг, Цунаде обдумывала дальнейший план действий. За это время она чаще всего находилась в госпитале и помогала многочисленным раненым. Перспектива воссоздать какой-либо клан с помощью старого товарища не казалась ей плохой идеей, хотя и понимала, что Саске не станет терпеть подобного по отношению к своему клану. Впрочем, кого волновали чувства пленника, который ожидал расплаты за содеянное им и едва ли переживал о чем-то, кроме как о совершенных ошибках и старшем брате? Но она не могла осуществить подобное самостоятельно. Чтобы претворить ее идею в жизнь, необходимо одобрение совета Каге, но, что-то ей подсказывало, что не все примутся яро поддерживать эту идею. Так она и продолжала какое-то время сидеть, размышляя об этом, прикусив ноготь. Шизуне бегала из кабинета в кабинет, от резиденции до госпиталя и обратно. Не все шиноби были либо мертвы, либо сильно ранены или истощены - многие из них умирали уже сейчас, в мирное время. Ее помощница о чем-то говорила, что-то докладывала, вот только Цунаде сейчас была мыслями далеко. Количество неожиданно умерших людей ее волновало никак не меньше, вот только и ее вопрос мучил.       - Цунаде-сама, за сегодня еще восемь человек умерло. Вот подробный отчет по результатам вскрытия, - ученица положила документы перед Хокаге и стала ожидать хоть какой-то реакции, и Цунаде, пройдя глазами по амбулаторным картам, нахмурила брови и недовольно цокнула языком.       - Пятая, пришел доклад из полиции. Еще четыре человека совершили суицид, некоторые оставили предсмертные записки. – В кабинет зашел Шикамару и без лишних церемоний доложил новую информацию. За последнее время такие новости перестали быть чем-то необычным и, если в первый раз он еще испытывал горечь, то уже сейчас спокойно преподносил данную информацию. В этом нужно было разобраться, и с этим определенно нужно было что-то делать, а погоревать по каждому из ушедших еще будет время. Если поймут, из-за чего это происходит и как с этим бороться, то смогут спасти много людей. Цунаде прочитала содержимое отчетов и ее настроение стало еще хуже.        - Цунаде-сама…? – с некоторой опаской Шизуне воззвала к своему учителю, который в свою очередь отставила бутылку саке и пиалу подальше в стол.       - Мы теряем людей. Многие не справляются с психологической травмой или умирают от полученных ран.       - Судя по предсмертным запискам, большинство не выдерживает реальности после того как провели в Вечном Цукиеми какое-то время и видели другую жизнь, - Шикамару не понаслышке знал, что это за техника, ведь тогда каждый житель этого мира испытал на себе ее действие. И если уж среди шиноби были те, кто не выдерживал подобного, то что говорить о гражданских за пределами Конохи. В любой деревушке в стране Огня можно было без труда выявить как минимум десяток человек точно так же, покинувших этот мир. Но вот, что с этим делать? – Думаю, стоит создать отряды, выявить таких людей и оказать им помощь.       - Шизуне, составь список из ирьенинов, которых можно было бы сформировать в подразделение моральной и психологической поддержки. Объяви набор среди шиноби в этот отдел. В особенности это касается клана Яманака, - будучи и самой ирьенином, Цунаде прекрасно знала, что восстановить тело проще, чем психику людей, прошедших через войну, а клан Яманака как раз специализировался на проникновении и манипуляции с подсознанием. Так они хотя бы смогут понять, как именно лучше всего помочь пострадавшим.       - Есть! – в кабинете Хокаге осталась вместе с Шикамару, который продолжал стоять и ждать указаний, пока Цунаде поднялась со стула и теперь наблюдала за деревней из своего окна.       - Что с нашей военной мощью на данный момент?       - По последним данным деревня сильно ослабла. Много сил уходит на восстановление разрушенных зданий, инфраструктуры, и оборону деревни. Так же докладывают о формировании оппозиционных групп среди бывших шиноби многих стран. Некоторые покидают свои деревни и становятся отступниками. Не всех устраивает мир между пятью Великими Странами, - подобный расклад дел не устраивал ни Цунаде ни Шикамару. Если все продолжится в том же духе, то велик шанс того, что рано или поздно появится организация вроде Акацки. Шиноби не дураки и прекрасно понимают, что с появлением Альянса пяти стран их профессия станет не в удел или же будет не так востребована. Очевидно, что скоро важным станет не количество боевых единиц, а их качество. Подобные мысли посещали не только Цунаде, но и Шикамару. Будучи прекрасным стратегом, унаследовавшим все положительные качества отца, он прекрасно осознавал этот факт, и сам не мало думал о том, что с этим делать. На фоне этого, мысль Цунаде о возрождении Учиха как боевой единицы деревни все сильнее набирала обороты.       - Шикамару, созови совет Каге. Появилась важная информация, которая требует обсуждения, - все так же, не поворачиваясь лицом к своему советнику, Цунаде продолжала смотреть на яркий алый закат - пламя, пожирающее небо. Все же была еще одна причина, по которой она хотела поговорить с Каге.       После того, как главный стратег удалился выполнять поручение главы деревни, Цунаде вернулась на прежнее место и устало опустилась в кресло, запрокидывая голову и рассматривая фотографии прошлых Хокаге. Ее дедушка, Хаширама Сенджу, когда-то основал эту деревню со своим другом, Мадарой Учиха, что было весьма трудно, учитывая время и обстоятельства. Это место и все жители – его сокровище и наследие. Каждому из них порой приходилось делать мучительный выбор, принимать тяжелые решения, а иногда идти и против принципов морали и этики. Тот же Второй Хокаге, Тобирама, когда создал технику воскрешения людей, что бы избежать как можно большего количества жертв среди живых. И никто не упрекнул его в этом. Точка зрения людей будет зависеть от того, как подать ту или иную информацию. Так почему бы не воссоздать людей с геномом Учиха? От этого весь мир получит преимущество в дальнейших сражениях.       За то время, что она находится на посту Хокаге, на ее долю выпало не мало событий, которые так или иначе привели ее к мысли, что Конохе нужны талантливые и сильные шиноби. Когда с помощью Какаши вскрылась информация о том, что на самом деле произошло с кланом Учиха, многое открылось ей в новом свете.       - «Чертов Данзо! Всегда хотел все самолично контролировать! Водил за нос даже Третьего со Старейшинами!», - она негодовала, и так сильно, что, будь ее сильное желание, разломала бы стену, но, тем не менее, взяла себя в руки и принялась заниматься бумажной работой, пока ожидала отчетов о выполнении своих поручений.       - Цунаде-сама! Прошу прощения, что без разрешения! Заключенный особой камеры очнулся! – срочное известие от АНБУ, который неожиданно появился посреди кабинета, заставил Хокаге сильнее напрячься и насторожиться.       – «Только этого еще не хватало! Неужели он все-таки выжил?!», - так и вертелось в ее голове. Она была готова самолично убить этого человека, но ее положение обязывало принимать решение все же с холодной головой, к тому же, сама бы она с ним не справилась. Без каких-либо вопросов, Цунаде тут же направилась в сторону тюрьмы. Шикамару же не терял зря времени и за это время успел связаться со всеми Каге и попросить прибыть в Коноху на совет. Вопрос о целесообразности данного собрания, разумеется, был поднят, однако советник Хокаге не был бы гениальным умом деревни, если бы не догадался хотя бы приблизительно о планах Пятой, а потому, огласив темой сбора обсуждение текущего положения дел и напомнив, что Цунаде-сама не стала бы по пустякам собирать всех, добившись подтверждения от каждого из Каге, поспешил вернуться в кабинет Хокаге для доклада о проделанной работе. Таким образом, собрание Пяти Каге было назначено через три дня.       Все это время жизнь в деревне продолжала кипеть. Из-за нехватки рабочих рук были задействованы все свободные и работоспособные шиноби. Ирьенины почти без перерыва работали в госпитале, помогая всем пострадавшим, мужчины ремонтировали и отстраивали дома, возводили новые здания, укрепляли оборонительные сооружения. Помимо этого никто не отменял миссии, которые сыпались сейчас градом на деревню, хотя их сложность и была, по сути, самой низкой, но ничего не поделаешь – это все равно был хороших доход в бюджет деревни. Плюс ко всему этому, не слабо помогало финансирование со стороны Лорда Феодала. Но было еще кое-что, с чем нужно было разобраться. С трупом, что был обнаружен Хатаке Какаши во время патрулирования территории рядом с телом Учиха Мадары.       И вот сейчас, Цунаде, со своей ученицей, Сакурой, пытались понять, кто этот человек и что он делал возле одного из основателей деревни.       - Все, что нам удалось выяснить, это то, что геном этого человека отличается от нашего. Возможно, он применил какую-то технику…, - дальше Цунаде не особо слушала, что ей говорила Сакура, все ее мысли были заняты совершенно другим.       - «Что происходит? Во время смерти Мадары рядом с ним не находились живые люди – мы все были под действием Вечного Цукиеми, а все его приспешники были убиты. Тогда как же так получилось, что неожиданно рядом с его телом обнаружилось тело этого бедняги? Сакура была под действием иллюзии, Саске и Наруто сражались в Долине Завершения, а Какаши пытался догнать их. Неужели в тот момент кто-то, кто смог избежать действия иллюзии, подобрался к Мадаре?», - в голове никак не укладывалось то, что происходило прямо на глазах у Пятой Хокаге разворачивалось и набирало обороты. – У него есть чакра?       - Система циркуляции чакры несколько отличается от той, что у всех людей. Я бы сказала, что у него больше развита природная энергия.       - Ясно, хорошо. Продолжайте исследование. Возможно, найдете что-то еще. – После этого Хокаге покинула исследовательскую. Ее сильно раздражало то, в каком положении она оказалась. В любом случае, совету Каге нужно было собраться и срочно.       Как и было оговорено до этого, через три дня все Каге прибыли в Коноху, и всем нетерпелось узнать, по какой причине их так срочно собирают, когда война едва закончилась. И, как на зло, словно подливая масла в огонь, Хокаге все никак не появлялась, не смотря на то, что все уже успели выпить по чашке чая за это время. Когда же Цунаде объявилась, медлить было не к чему. Как ни скрывай эту информацию, а она всплывет рано или поздно.       - Прошу прощения, что заставила Вас ждать, - словно порыв ветра, Хокаге явно торопилась занять свое место за столом переговоров, со следами явного негодования на лице.       - К чему такая срочность, Хокаге?! У нас у самих дел не мало! – Райкаге не стал скрывать своего раздражения, грозно рыча и хмуря брови. Даже отсутствующая рука нисколько не снижала его силы и все присутствующие были уверены, что если он захочет, то разнесет здесь все.       - Я не против, конечно, увидеться с товарищами по оружию, но сейчас в каждой деревне много своих проблем, вызванных войной. Уверена, вы нас понимаете, - Мей хоть и попыталась более тактично выразиться, однако ее эта срочность тоже немного напрягала. Впрочем, женщиной она была далеко не глупой и понимала, что у Цунаде должна быть на то веская причина.       - Если хотите запросить помощи у других деревень для восстановления своей, то ничем помочь не можем, - Цучикаге, Ооноки, как и всегда, с высоты своих лет и опыта иронизировал и слегка посмеивался над тем, как обстоят дела. Хоть он и изменился с момента первого совета Каге, но был все еще тем вредным, отчасти, противным старикашкой, который всех так и норовит поучить жизни. Даже Цунаде, не смотря на то, что была являлась достойным Каге, в его глазах была недостаточно опытной в некоторых вопросах.       - Цунаде-сама, полагаю, у вас есть важная информация, раз вы так неожиданно попросили нас собраться, - Гаара, как самый юный из Каге, решил самым последним высказать то, что, на деле, вертелось у всех в голове.       - Я знаю, что в каждой деревне сейчас наступил послевоенный кризис: нехватка продовольствия, упадок сил, многочисленные жертвы, однако, есть то, что я должна вам рассказать. Не вижу смысла это скрывать, учитывая, что эта проблема – наша общая, - Цунаде вкратце рассказала об обнаруженном Какаши трупе, и о том, что удалось выяснить, - к сожалению, это не все. Мы полагали, что этот неизвестный хотел что-то сделать с трупом Учиха Мадары и по какой-то причине не смог, если бы не одно «но»: тело Мадары не было мертвым. Без сознания, но не мертвым. Было принято решение немедленно заковать его и выждать время… - не успела Цунаде договорить, как Райкаге, в своей привычной манере по причине чрезмерной импульсивности проломил кулаком стол, разнеся в щепки место удара. Впрочем, сама эта новость повергла в шок всех присутствующих, которые даже ничего и не смогли ответить на данное сообщение.       - Какого черта, Цунаде?! Это Учиха Мадара! Почему вы его сразу же не убили?! Неужели ты успела забыть, что еще неделю назад мы сражались с ним?! – Райкаге был вне себя от ярости, которая мгновенно его захлестнула. У Цучикаге выступил пот на лбу, а вода, которую он спокойно пил до этого момента, застряла в горле, отчего, вместе с кашлем, выплеснулась обратно, залив стол; на лице Мизукаге застыл ужас, а Казекаге напрягся всем телом, сильнее сжав пальцы, которые все это время были сцеплены в замок, создавая некую подставку под голову.       - Не рви глотку, Райкаге. Сначала дослушаем до конца, - Первым взял себя в руки именно Цучикаге, хорошо прокашлявшись, сменив еле скрываемый страх на спокойствие.       - Мы полагали, что он умрет, поскольку носитель техники и сам был мертв, однако, три дня назад Учиха Мадара пришел в себя.       - Где он сейчас? – Более менее придя в себя, Мей уже могла рассуждать на эту тему.       - Содержится в особой камере.       - Вы его допрашивали?       - Еще нет.       - Полагаю, его стоит привести сюда, что бы мы все смогли услышать его версию произошедшего.       - Мизукаге, ты в своем уме?! – вновь стал негодовать Райкаге. Обстановка в комнате начала накаляться.       - Не думаю, что он сейчас в том положении, что бы врать нам. Если бы такой как Учиха Мадара мог – давно освободился бы от оков и покинул Коноху. – Мизукаге рассуждала весьма логично, позволив каждому присутствующему принять собственное взвешенное решение. И лишь после того, как стало понятно, что все успокоились, она добавила, - Цунаде-сама, приведите, пожалуйста, его сюда.       Один короткий кивок со стороны Пятой Хокаге, как мгновенно АНБУ, который все это время был незаметен для окружающих и ожидающий снаружи, исчез, приводя приказ в исполнение.       Еще какое-то время Райкаге не унимался, пытаясь громко и весьма эмоционально воззвать к разуму остальных Каге. И, казалось бы, его слова имеют здравый смысл: если Учиха Мадара и правда сейчас слаб, то лучше всего убить его и не играть с этим огнем, учитывая, что еще буквально неделю назад именно этот человек едва ли не уничтожил весь мир, пусть и ведомый внеземным существом. Но стоял и другой вопрос: кто смог воскресить человека, избежав действия Вечного Цукиеми, и зачем ему нужно было возвращать именно Мадару?       Спустя какое-то время по коридору стали доноситься звуки звенящих цепей и глухие шаги. Само время, казалось, застыло, как и люди, что ожидали новой встречи с этой легендой. И вот, дверь открылась, впуская в помещение пленника и конвой из двух лучших АНБУ, которые скрывались за масками. Все присутствующие не смогли не отметить, что даже в таком унизительном, как многим может показаться, положении, Учиха Мадара ничуть не растерял уверенности, мощи, что исходила от него, статности. В одних лишь штанах, обуви и перчатках, с оголенным торсом, без какой-либо защиты, в наручниках, поглощающих любую чакру, с печатью на глазах… казалось, для предотвращения любых неожиданных действий с его стороны предусмотрены все меры, но он все равно вселял страх и трепет, пробуждал уважение к себе и создавал впечатление, что все, что сейчас на нем навешано – просто игрушки, которые он в любой момент по собственному желанию разломает, а сейчас лишь позволяет с собой так обращаться в качестве жеста доброй воли и желании сотрудничать с личной выгодой. Его едва заметная ухмылка, словно случайность и не более, выдает в нем некую непринужденность в той ситуации, в которой он, пусть и не по собственной прихоти, но все же оказался. Гордо поднятая голова и немного расслабленная поза заставила Ооноки снова вернуться к тому далекому прошлому, когда он, еще будучи сопляком, встречался с этим гордым мужчиной и боялся той величественной невозмутимости, когда от каждого его движения ты не знаешь, что будет дальше. А Мизукаге, будучи женщиной, не смогла не отметить про себя, насколько прекрасно сложен Мадара, что, возможно, не будь они по разные стороны баррикад, отличала бы его совершенно иначе от других. Хоть его тело и было изменено наличием клеток Хаширамы, что отразилось в виде лица Первого Хокаге на груди, он все еще был тем мужчиной, от лицезрения которого можно было потерять дар речи.       - Райкаге, тебя слышно даже за пределами резиденции Хокаге, - невозмутимо и спокойно Мадара высказал свое замечание в адрес того, кого однажды назвал «быстрым, но не сильным», даже повернулся в его сторону, хотя глаза все еще были запечатаны, чем производил впечатление, словно он может полностью контролировать свою чакру и понимает, кто где находится. При этом на его лице все так же присутствовала легкая ухмылка. Райкаге решил пропустить это замечание в свой адрес мимо ушей, решив перейти непосредственно к суть дела.       - Что ты помнишь после своей смерти?       - Последнее, что я помню, как рядом со мной был человек. Очнулся уже в камере, - будто вовсе не узник, Мадара медленно прошел мимо всех Каге, что так же сидели за столом, и подошел к окну, словно у него была возможность рассмотреть Коноху. На его лице всего на миг появилась легкая и довольно теплая улыбка, которая быстро исчезла, но которую заметила Цунаде, от чего где-то в душе промелькнуло желание поговорить с ним. Что-то в этом его жесте было необычное. Но сейчас нужно решить другие, не менее важные дела.       - Ты знаешь этого человека? – Нужно было докопаться до истины, которая, как казалось Цунаде, лежала на поверхности. А потому решила оторвать Мадару от его своеобразного любования Конохой и вернуть его мысли к насущной проблеме.       - Нет, - лаконично и уверено произнес основатель деревни ответ, и казалось, что от него не дождаться дальнейших объяснений, однако, после небольшой паузы, он продолжил, - но возможно я смогу чем-то помочь, если увижу тело. Вы ведь забрали его?       - Думаешь, тебе хоть кто-то позволит расхаживать по Конохе без печати на глазах, еще и будет слушать тебя!? – слова Райкаге были словно гроза, однако все, что в ответ на это сделал Мадара, это совсем слегка повернул голову в его сторону. Цучикаге, который не смотря на свой весьма преклонный возраст, все еще хорошо помнил характер легенды Учиха, сейчас прекрасно понимал, что такому человеку как он и самому унизительно, что его кто-то воскресил. Ему наверняка и самому бы хотелось узнать, кто решился на подобное. И, как в подтверждение своих предположений, Мадара, вновь вернув свое внимание к происходящему за окном, решил ответить на высказывание Райкаге.       - Мне и самому интересно, кто это сделал и зачем.       - Цунаде-сама, где сейчас находится труп использовавшего технику? – Мей оторвалась от лицезрения столь прекрасной картины в лице Мадары, улавливая каждое его незначительное движение. По своему опыту битвы с ним она знала, что от любого малейшего его поворота, шевеления пальцем или наклона головы зависело многое. Однако, сейчас было видно, что этот мужчина готов идти на диалог.       - Он находится в отделе вскрытия.       - Думаю, нам всем, в таком случае, нужно увидеть его, - первым из-за стола встал Цучикаге, однако столь резкое движение мгновенно отозвалось прострелом в пояснице, от чего пусть он и попытался скрыть свой болезненный вопль, но вышло не совсем удачно, ведь Мадара от подобного не смог удержаться от колкого замечания.       - В такие моменты я рад, что воскрешен в молодом теле, - Цучикаге начал было возражать и высказывать свое недовольство, что приводило в восторг Мадару и удивляло остальных Каге. Со стороны казалось, будто сейчас пререкаются не два врага, которые еще неделю назад бились на смерть, а скорее как старые знакомые, которые сейчас хотят поддеть друг друга. Гаара удивлялся тому, насколько отличался сейчас Мадара от того, кого он видел на поле боя. Нет, внешне он совершенно не поменялся, да и характер был тем же, но все же что-то в нем поменялось, что-то, что сейчас не отталкивало, а наоборот располагало к себе и заставляло слушать, уважать, но не бояться.       Так в итоге они и дошли до госпиталя. Что бы на Мадару не обращали внимания посторонние, на него надели плащ, скрывая его некоторую оголенность и лицо, а конвой замаскировался и незаметно передвигался между домами и деревьями словно тени. Впрочем, некоторые жители все же задавались вопросом, с кем же идет пятерка Каге и куда они направляются. Но об этом быстро забывали, поскольку у всех сейчас были дела поважнее, чем какой-то человек, пусть и в сопровождении таких великих людей. Печать с глаз все же убрали для удобства его перемещения, хотя Райкаге еще долго противился этому, и только после замечания Мадары о том, что он и так не сможет в этих цепях использовать чакру, немного успокоился, хотя все еще был настороже. Сам же основатель Конохи пусть и не имел возможности детально рассмотреть деревню из-за ограниченного угла обзора, все же не смог не отметить про себя, что труды его друга, да и его тоже, принесли свои плоды. Он даже в некотором роде расщедрился на похвалу в адрес Цунаде, которая смогла в большей степени уберечь деревню и привести ее к развитию, не смотря на многочисленные разрушения. Хоть данный жест и предпочли оставить без явного внимания, однако для Хокаге было приятно услышать слова своеобразной похвалы, пусть и вдоволь приправленной сарказмом в сторону ее дедушки и Второго. И все же, вид, открывающийся перед Мадарой, заставил осознать, что не такая уж и плохая идея была вернуть его в этот мир. Стоило бы сказать спасибо при случае.       Помещение, в которое они пришли было ужасно холодным и стерильным. Их встретила Сакура, которая все продолжала исследовать труп, хоть и абсолютно безрезультатно. Поздоровавшись со всеми, она столкнулась взглядом с Мадарой, лицо которого до сих пор было спрятано сильно натянутым капюшоном. Хоть Сакура и не видела, кто именно скрыт под тканью, но та аура, которая витала вокруг него, заставила вспомнить о далеко не самых приятных вещах во время войны. В ее голове всего на мгновение промелькнуло имя Саске – уж очень ощущения были похожи. Однако быстро поняла, что ошиблась, ведь мужчина перед ней был выше ростом и крепче сложен. И все же, он ее пугал. Хоть она и попыталась взять себя в руки и успокоиться, но находиться в одном помещении не хотела, а потому спасительным кругом для нее стал приказ Цунаде о том, что бы она шла помогать раненым в госпиталь. Едва девушка покинула помещение, Мадара снял с себя надоедливую ткань. Ему было забавно наблюдать, как эта девчонка храбрилась и делала вид, словно ее ничего не напугало, но и подтверждало его мнение, что «она всего лишь слабая женщина», в душе отдавая должное Мизукаге и Хокаге за то, что они не боялись с ним сражаться и разговаривать. Этих двух он был готов признать сильными и достойными женщинами.       Прямо перед ними на столе лежал труп светловолосого мужчины лет сорока. Его внешность была совершенно непримечательной, самый обычный мужик, не толстый, но и не худой, без особо развитой мускулатуры, хотя мозолистые руки говорили о том, что человек либо работал в полях либо часто держал в руках оружие. Каких-либо синяков от цепей, веревок или просто побоев не было, что означало отсутствие его нахождения в плену. Пожалуй, единственная отличительная черта – это болотные глаза и шрамирование витьеватым узором, начинающийся на затылке и тянущийся по шее с обоих сторон, достигая щек и заканчиваясь у нижнего века. Мадара неспешно разглядывал тело этого бедолаги и едва заметно усмехнулся сам себе, что, впрочем, осталось незаметным для остальных присутствующих.       - Что можешь сказать? – Гаара позволил себе первым нарушить молчание, которое воцарилось в помещении. На деле, всем было интересно, кто же этот человек, как он смог избежать техники Вечного Цукиеми и воскресить Учиха Мадару. Цучикаге же было любопытно другое. Сразу как закончилась война, в его голове возникло желание создать технику, которая бы либо воскрешала умерших, либо вовсе создать особый вид людей или же существ, наделенных улучшенными геномами, что смогли бы сражаться вместо живых людей, тем самым избежав не мало жертв, особенно среди молодого населения. Сам же Мадара продолжал немного тянуть время, словно обдумывая что-то.       - Судя по этому рисунку из шрамов и цвету глаз я бы сказал, что он из клана Гакидо, - то, насколько спокойно это было сказано Мадарой, заставило присутствующих навострить свои уши, и на то была причина.       - Никогда о таком клане не слышала, - прежде всего, эти слова относились к самой Мизукаге, однако в итоге озвучила то, о чем думали все.       - Не удивлен. Они существовали в эпоху воюющих кланов. Пацан, неужто ты постарел настолько, что уже и не помнишь о них? – не смотря на то, что Ооноки был сейчас гораздо старше его, Мадара все еще называл его пацаном, ухмыляясь. Остальные Каге обратили свое внимание на данный факт и теперь во всю ждали подтверждения и опровержения данной теории. Однако Цучикаге не мог ничего сказать на этот счет, а потому Мадара продолжил, - они не пользовались обычной чакрой как все люди, а использовали природную энергию для своих техник. Хотя и техниками это не назовешь. Их способностью было воскрешение мертвых, обменивая одну душу на одну или несколько других.       - А откуда ты знаешь об этом клане и их способности? И почему же сейчас о них ничего не известно? – Цучикаге скептически поднял бровь. Как человек, уже проживший столько лет, слепо доверять Мадаре он отказывается.       - Потому что мой клан некогда встречался с ними и, по тем отчетам, что предоставлялись, они были мирным кланом, не любили встревать в военные конфликты и предпочитали придерживаться нейтралитета. За то и поплатились.       - Что ты имеешь в виду?       - Когда начали формироваться деревни, каждая сторона хотела заполучить этот клан в свои ряды, но они отказались от всех предложений. В итоге они были просто уничтожены. И дабы стереть их существование с лица земли, трупы просто четвертовали и сожгли вместе с поселением, сравняв его с землей, – слова Мадары повергли в шок пятерку Каге. Если раньше этот клан действительно существовал, то не удивительно, почему от них было решено избавиться. Эта способность могла даровать жизнь кому-то, пусть и в обмен на чью-то.       - Получается, кто-то смог воссоздать человека с подобным геномом? – Такие вещи сложно уложить в голове, особенно когда ты самый младший из Каге. Гаара хоть и понимал всю сложность своего положения, но он не думал, что однажды ему придется столкнуться с чем-то подобным. Вопрос морали и этики был поставлен ребром. Если кто-то смог из обгорелых и пролежавших в земле не один десяток лет останков создать представителя этого клана, по сути, по кусочкам собирая ДНК, то что этот человек может еще?       - Предлагаю каждой скрытой деревне пяти Великих Стран взять себе по образцу тканей для исследования. Думаю, так будет честно по отношению ко всем. Мы должны изучить этот вопрос как можно тщательнее, - Цунаде внесла свое предложение об обмене информацией и весьма ценным ресурсом, показывая тем самым, что Конохе нечего скрывать от других, что, по сути, так и было.       - Предлагаете воссоздать представителей данного клана? – отказываться от столь щедрого предложения было глупо, хотя Цучикаге все еще был осторожен. Годы жизни научили его всегда опасаться подвоха.       - Если это будет возможно. Однако, полагаю, со мной все согласятся, что мы должны повышать военную мощь наших деревень всеми возможными методами, но и не забывая о морали. В этот раз мы смогли отбить нападение Кагуи, но кто знает, кто в следующий раз окажется нашим врагом, - со словами Хокаге все были согласны единолично. Раз в мире уже есть Кагуя, значит, наверняка, должны быть и другие такие же. А если даже по силе они будут такие же, как знать, возможно, у них не получится отразить следующее нападение, - я же покажу труп Орочимару. Возможно, он сможет пролить свет на это загадочное происшествие.       - Где гарантия, что он сам и не создал этого человека? Такому как он, полагаю, это по силам, - да уж, для кого как, а для Орочимару было многое известно, даже если он не часто покидал свое убежище. Он мог легко провернуть что-то подобное – в этом не сомневался никто - вот только…       - Он все время находится под строжайшим наблюдением лучших АНБУ и Джонинов Конохи. Если бы он сделал хоть что-то подозрительное – об этом мы узнали бы незамедлительно.       - В таком случае, оставляем это на тебя, Цунаде, - Райкаге было не легко, однако он решил довериться в этом вопросе Хокаге. В конце концов, она и без того многое им показала, включая живого Мадару. Кстати, о нем. Все это время основатель Конохи и бывший глава клана Учиха внимательно слушал весь разговор и совещание Каге и рассматривал труп, попутно для себя отмечая, насколько же искусно была выполнена работа. Не было ни одной детали, которая выбивалась бы из общей цепочки, - еще вопрос, Хокаге. Мадара, каковы твои цели? Что ты намерен теперь делать?       - Мне нет особого дела до ваших планов. Однако, мне неприятен тот факт, что мной однажды так нагло и дерзко воспользовались. Раз уж я жив и состою сейчас из плоти и крови, я хочу разобраться в этом и разобраться с теми, кто посчитал, что может управлять мной, - глаза Мадары пылали решимостью и уверенностью в своих словах. Кагуя, возможно и нехотя, но смогла ударить по больному месту – по самолюбию и гордости. Все присутствующие понимали, что нахождение Учиха Мадары в этом мире создает большую проблему, но сейчас с ним будет справиться совсем не просто, учитывая, в каком положении находятся страны. Начинать новую войну, когда прошлая только закончилась, все равно, что совершить акт самоубийства. Но, раз уж так вышло, что Мадара жив, то лучше пусть этот человек будет в рядах союзников, нежели врагов, учитывая, что он и сам, похоже, не против помочь. А вот ограничивать его вряд ли получится.       - Тогда на этом все. Будем ждать сообщений о том, что удастся узнать у Орочимару.       - Райкаге, один вопрос. Что будем делать с Учиха Саске? Мы не можем игнорировать тот факт, что он один из Героев Мира Шиноби, - для Цунаде это был не менее больной вопрос, и проблема была не только в том, что за него вступились перед всеми Наруто, Сакура и Какаши, но и сама она прекрасно понимала, что его жизнь потрепала сильнее, чем кого бы то ни было и он и так сполна расплатился за все. Мучить его дальше не было никакого смысла. Наоборот, ему нужно было дать шанс и возможность начать жить с чистого листа, искупить свои грехи делами.       - «Так значит это его чакру я ощущал, пусть и весьма слабо из-за этих цепей», - промелькнуло в голове у Мадары. Его позабавил тот факт, насколько они были похожи: оба выжили, обоих защищают до последнего лучшие друзья, а теперь еще так получилось, что и в одной тюрьме сидели, возможно, даже в соседних камерах. Как не посмотри, а выглядит несколько комично.       - Полагаю, за его вклад в Четвертой Великой Войне Шиноби его можно помиловать, если остальные Каге не против. Что скажите, Казекаге-сама, Цучикаге-сама? – Мей хоть и не славилась отходчивостью или некоторой слабохарактерностью по отношению к Учиха, но, в конечном счете, он ей ничего не сделал плохого.       - Я не возражаю. Считаю, что его и без того жизнь наказала ни раз, - Гаара в этой ситуации больше переживал за своего друга, Наруто, который изо дня в день старался всеми возможными и невозможными способами доказать, что Саске вовсе не плохой человек, а просто с тяжелой судьбой.       - Мне до него нет никакого дела. Просто давайте с этим уже закончим, - Ооноки было в самом деле не до юнца из Учиха. От долгого пребывания на ногах в его то возрасте, спина давала о себе знать, а взвыть в очередной раз от прострела в спине перед Мадарой он не собирался.       - Хорошо. Раз большинство за освобождение Учиха, так и быть. Однако, он должен быть на особом контроле.       После этого долгий и насыщенный на события совет Каге был наконец-то окончен. Сразу после того, как все гости покинули Коноху, с Мадары были сняты цепи, позволяя ему вновь ощутить прилив сил, наполняющие его тело, заставляя кровь по венам бежать быстрее. Единственное, надо где-то раздобыть новую одежду. Не то, что бы он смущался своей наготы – фигурой он мог без зазрения совести хвастаться, но смущать этим жителей не особо хотелось. Так же они условились, что первое время на людях Мадаре будет лучше скрываться за техников превращения, что бы не травмировать психику людей, и подобный расклад его вполне устраивал.       - Как я понимаю, мы идем в убежище Орочимару? – на сборы Цунаде потребовалось совсем немного времени – лишь раздать указания своим подчиненным на время ее отсутствия. А за одно за это время Мадаре успели принести стандартную униформу шиноби Конохи в виде штанов и водолазке.       - Да. Но Саске должен отправиться с нами.