Моя маленькая принцесса

Alex & Sierra - You will find me

Я распахиваю двери в кабинет директора Дино. Успеваю заметить бумаги, которые он держит в руках. — Я знаю, ты просил больше так к тебе не врываться, но я перестану так делать только после того, как застану тебя совокупляющимся с тетей Эрикой, или с какой-нибудь студенточкой, — с порога говорю я. Его глаза округляются в удивлении от такой наглости со стороны его ученицы. Я плюхаюсь в кресло напротив Серафима. — Мне кажется, что мне начинает нравиться один Непризнанный. Да, знаю, это противозаконно, но ты не в праве меня отчитывать за это. Тем более, когда у него такие глаза... — я склоняю голову набок и зачарованно говорю, вспоминая его зрачки разного цвета. — Один голубой, а другой — зеленый. Причем видно это только на солнце, или при свете. А еще у него такие губы. Мягкие, мужественные и такие манящие... — Прежде чем ты продолжишь, я хотел спросить, как все прошло? — жестом приказывает мне остановиться нести чушь ангел. Я понимаю, что он про казнь убийц мамы. Смотрю на руки, которые недавно были все в крови. Тогда со мной что-то было. Когда я занесла нож над этим демоном, перед глазами вновь все потемнело, в ушах какой-то мужской, угрожающий голос что говорил мне. — Хорошо. Папа даже разрешил мне убить одного, — говорю я. Дино цокает языком. — Знаю, это плохо. Но они вообще-то убили мою маму. Ну ладно, вернемся к нашему разговору. Мне начинает нравится один Непризнанный. — Да, я слышал. Тот Уилсон? — он приподнимет бровь. — Да. Именно он. После разговора с папой, я поняла, что точно испытываю к нему чувства. Ну и решилась обсудить это с тобой, потому что с папой лучше такое не обсуждать. Ну, ты знаешь почему. — Знаю. Я рад, что ты считаешь меня частью своей семьи, но, как ты и сказала, это противозаконно. — Я знаю, — вздыхаю я. — Да и не факт, что мы начнем встречаться. Может я ему вообще не нравлюсь. Хотя, это было бы удивительно, — рукой пафосно убираю прядь волос с плеча. — Но тот поцелуй ведь должен что-то значить...да? — Поцелуй? — удивляется ангел. — Ну да. Он меня поцеловал. Но почему? Ты думаешь я ему нравлюсь? Ну конечно, кому я могу не понравиться? — Я рад, что ты вновь начала к кому-то испытывать чувства. Рафаэль — хороший парень, не тот Дэвид, или Эндрю. Но дело в том, что он — Непризнанный. — Я знаю, но главное — не попасться, как это сделала Амелия. Дино встрепенулся. До меня только что дошло, что я сейчас сказала. — Ты знаешь? Хотя, это неважно. Главное, чтобы об этом не узнали Саракаэль и Мисселина. Они сразу же расскажут Совету. Думаю, Дино — самый лучший директор за всю историю этой школы. Он понимает, что у детей играют гормоны, и все такое. Он никому не расскажет о чей-то незаконной связи, только предострежет. Все-таки, он сам в школьные годы встречался с Непризнанной. — Но ты волнуешься за нее, — говорю я. — Конечно волнуюсь, когда речь идет о твоем ребенке — ты естественно будешь бояться за него. Это бывает у всех родителей. — Ты сам знаешь, не всех. По крайней мере, они боятся только за свою репутацию. — Да, в этом не могу с тобой не согласиться, — он опускает взгляд. Видно, ему сложно об этом говорить. — Ладно, спасибо за разговор, — я встаю с кресла. — Не буду больше тебе мешать. — Удачи, — напоследок кидает ангел. Приняв душ, я умываю лицо. Белое махровое полотенце обмотано вокруг моего тела, прикрывая грудь и бедра. Мокрые волосы еще прилипают к спине. Я поднимаю голову, чтобы посмотреться в зеркало. Вдруг за моей спиной замечаю какого-то мужчину. Его красные глаза прикованы к моему лицу. Тонкие губы скривились в самодовольной ухмылке. Черные рога пробивались сквозь кожу на лбу. Крылья, как у летучей мыши расправлены. Первая мысль была: "Какого черта в моей ванной какой-то мужик в костюме?", но потом, я осознала, что видела его раньше. Оборачиваюсь, но никого. Тогда возвращаю взгляд к отражению в зеркале. Он до сих пор там и стоит. Мне становиться не по себе. — Кто вы? — спрашиваю я. — Я тот, чья кровь течет в твоих венах, — отвечает он. Вдруг, в глазах начинает темнеть. Последнее что я вижу — это то, как склера моих глаз становится черной. Все мутнеет. В голове вновь начинают шептаться демоны. Я жмурюсь и втягиваю сквозь сжатые зубы. Вслепую выхожу из ванной. Руками щупаю дверной проход. Еле как добираюсь до кровати. Сажусь. Пальцами сжимаю покрывало. "Ты дочь своего отца," — шепчут демоны. "В твоих вена течет кровь дьяволов." Я никак не могу понять, почему это происходит со мной. Что посодействовало срыву? Я вроде не злилась, никто меня не выводил. Кто этот мужчина? Что происходит? Я открываю глаза, но ничего не вижу. Руки и коленки дрожат. Дышать становится все трудней. Моя энергия будто растет в масштабах — я чувствую это. Она будто вот-вот лопнет, взорвется внутри меня. — Хей, Ли, — слышу голос Рафа и звук открывающейся двери. Я поднимаю голову на него. Пытаюсь что-то увидеть, но все тщетно. — Опять? — Мне страшно, Раф, — жалобно произношу я. В голосе чувствуются нотки истерики. Ко мне приходит осознание, что сейчас я перед ним чуть ли не голая, о страшными глазами и паклями вместо волос. Нашла время думать о внешнем виде. И все-таки я рада, что он здесь. Парень подходит ко мне и берет за руки. — Лилит, дыши, — говорит Раф. — Слушай мой голос. Сосредоточься на нем. Может тебя отнести в лес, чтобы выплеснуть всю энергию? — Ага, а еще чтобы все увидели меня голой. Отличная идея, гений, — раздраженно отвечаю я. Но мне показалось это слишком грубым, поэтому я решила смягчить. — Прости. — Ничего. Итак, что ты видишь? — Темноту. Ничего. Я не понимаю, почему это происходит. Я не злилась, все было нормально. Правда, я видела какого-то мужика в зеркале. Он какую-то херню мне сказал, а потом это. А еще я убила одного демона, что когда-то напал на мою маму. — Убила? Теперь мне стало страшно. Я знаю, что ему не страшно. Он просто шутит. Я восстанавливаю дыхание, закрываю глаза. Пытаюсь вспомнить что-то хорошее. Но почему-то передо мной всплыл момент нашего поцелуя. Я разжимаю пальцы и вспоминаю его касание моей щеки. Его теплые, нежные, мягкие губы. Открыв глаза, я начинаю видеть очертания обеспокоенного лица Рафа. Он облегченно выдыхает. Ослабевает хватку. Он сидит на корточках. Его лицо ниже моего. Дрожь понемногу проходит. — Фух. Все обошлось, — говорит он. — Спасибо, что помог, — вздыхаю я. До меня доходит осознание, что он не просто так пришел ко мне. Что-то ему нужно было. — Ты хотел о чем-то поговорить? Он тут же меняется в лице: улыбка сползает, а взгляд становится серьезным и сосредоточенным. — Мм, да... Да, я хотел обсудит тот поцелуй. По телу пробегает будто электрический ток. Я пытаюсь не показывать смущение. Даже не смотря на то, что сейчас я сижу перед ним в одном лишь полотенце. Пытаюсь сделать невозмутимое выражение лица. — Знаю, не самое лучшее время... — продолжает Раф. — Ничего. Мне нужно отвлечься от всего этого, — махаю рукой. — Эм... Я хотел сказать, что тот поцелуй, он...он был для меня каким-то особенным. Может для тебя это ничего не значило, но для меня — да. Я думаю, что ты мне нравишься. Ну да, ты же такая крутая, сексуальная, с проблемами с головой. Ты невероятная. Я понял это тогда, в свой первый день, когда я коснулся кончиком своего носа твоего. И я понимаю, у меня нет ни шанса, ведь, как я уже сказал, ты сексуальная, крутая девушка. Тебя любят Марсель, Дэвид, думаю и тот Уран. А я... Простой Непризнанный. Отброс с Земли. Но я должен был это сказать, потому что... Я положила палец на его губы, заставляя наконец заткнуться, ибо слишком много слов. Сама бы я никогда не призналась, потому что я гордая и упрямая — спасибо родителям. Взяла у них оба их самые отвратительные черты характера. — Ты слишком много говоришь, — шепчу я. Мы дышим в унисон. Наши лица слишком близки. Здесь становится жарко. Я поддаюсь вперед и целую его. Он отвечает мне нежностью и мягкостью. Я делаю все трепетно, не решаясь как-нибудь давить на него. Он чуть приподнялся и усилил напор. Мы жадно целуемся. В какой-то момент я кусаю его. Он улыбается, а потом отвечает мне тем же. Его рука скользит поверх моей. Пальцами зарывается в моих волосах. Другой рукой парень доходит до узелка на полотенце. Но он замирает в нерешительности. Тогда я стягиваю с него ту ужасную серую кофту, что он напялил поверх рубашки. Он отстраняется и смотрит мне в глазах. Оба мы понимаем, что хотим этого. Одним движением пальцев Раф распутывает полотенце, и то в следующее мгновение сползает с меня. Парень мгновение рассматривает мое тело. Я растворяюсь в нем полностью. Плевать на запрет. Когда я вообще следовала правилам? Да, я знаю, что потом скорее всего буду жалеть об этом. Но сейчас я хочу забыться с ним. Он чуть толкает меня назад. Я ложусь на спину, а Раф нависает надо мной, покрывает поцелуями шею. С губ срываются вздохи. Руками пытаюсь расстегнуть его белую рубашку, но пальцы путаются. — Вот же черт! — ругаюсь я, отчего парень коротко смеется, а потом сжимает мою ладонь. — Давай, я сам. Справился он быстро. Откинув одежду в сторону, Раф снова нависает надо мной. Моему взору предстает его правая рука, открытая черными лентами-татуировками, перетекающими на правую грудь. Там в кольце находится что-то вроде солнца. Он вновь прикасается ко мне губами. Мои пальцы распутывают пряжку на его ремне. Чертова одежда. Сжечь бы ее. Он сам стягивает с себя штаны и прижимается ко мне своим пахом. Я чувствую его возбуждение через ткань. Его ладонь сжимает мою грудь. Языком ласкает сосок. Мои пальцы зарываются в его золотых волосах, притягивая к себе еще ближе. Выгибаюсь в спине. С губ слетает тихий стон. Он не кусает нежную, розовую кожу, а обсасывает ее, обводит вокруг языком петли, круги. Его ладонь ложится мне на лобок и скользит вниз. Я вновь выгибаюсь в спине, когда его пальцы доходят до возбужденного комочка. Узел в низу живота затягивается еще больше. Ногти впиваются в его массивные плечи. Клянусь, если он скажет, что я вся мокрая, то покраснею, как помидор. Но он воздерживается от комментариев. Начинает массировать клитор, вызывая еще больше стонов. Коленки дрожат. Крылья распластались по кровати. Я бесстыдно стону, закрыв глаза, пытаясь раствориться в ощущениях, в его ласках. Ладонью ощупываю его пресс. Скольжу вниз сквозь ткань белья. Добираюсь до заветной цели и начинаю так же мучить его. С его губ срывается хриплый полувздох. Смыкаю пальцы в кольцо и скольжу вверх-вниз по основанию. Другой рукой начинаю стягивать мешающее белье. Я хитро улыбаюсь, глядя в его глаза. Раф снова впивается в мои губы страстным и полным желания поцелуем. Наши языки, как и наши руки ласкают друг друга. Парень нежно отводит мою руку от его члена в сторону, и в следующее мгновение я чувствую толчок внутри меня, отчего горячим дыханием опаляю губы Непризнанного. Его руки по обе стороны от моего лица. Мои пальцы в это время сжимают волосы на его затылке. Его лицо нависает над мои. Мы оба дышим друг другу в губы, отчего становится только жарче. Он двигается поначалу очень мягко, нежно. Меня это не устраивает. Я привыкла к жесткому сексу. Всю эту нежность и страх за партнера оставим для ангелов. Поэтому я обвиваю ноги вокруг его талию и прижимаю к себе, отчего Раф тихо охает. Я игриво смотрю на него с закусанной нижней губой. — Так ты хочешь пожестче? — тихо спрашивает он и кладет руку мне на бедро, а потом сжимает его. Он начинает двигаться быстрее, обрывистее. Дыхание учащается. С губ слетают тихие полустоны. Парень же сомкнул свои. Я чуть царапаю кожу около шеи и у основания крыльев. Через какое-то время стоны становятся громче, а его движения — быстрей. Кровать начинает скрипеть под нашим весом. Ее изголовье стучит о стену, когда он начинает неистово, самозабвенно вбиваться в меня со всей силой и скоростью. Я уже не стесняюсь стонать громче. Не помню точно, но мне кажется, что пару раз я произносила его имя. Но голова кружится, поэтому я не отвечаю за свои слова и поступки. И за то, что раздираю его шею ногтями. Тумба, что около кровати тоже начинает трястись. В какой-то момент я поджимаю крылья к себе, но потом вновь их расслабляю. Его горячее дыхание опаляет кожу шеи, пока он целует, прикусывает ее. Я чувствую, как все внутри меня сжимается. Волна возбуждения уже идет вниз. Но, будто почувствовав это, Раф замедляется, когда я уже чуть не кончаю. Я понимаю его посыл — он хочет, чтобы мы сделали это вместе. Парень дает мне некую передышку, чтобы отдышаться, немного прийти в себя, пока нежными, ласкающими движениями входит в меня. Я расслабляю пальцы и вновь зарываюсь в его волосах. Мы вновь целуемся. Я заглядываю в его голубо-зеленые глаза. Сейчас их разница видна, как никогда. В них отражаются мои — красные, словно рубины, с дымкой похоти вокруг радужки. Его томный взгляд снова скользит к моим губам, и в следующее мгновение, он впивается в них. Спустя еще какое-то время, он начал наращивать темп снова. Я стону ему прямо в губы, в то время как парень тяжело дышит мне в ответ. Его ладонь до легкой боли сжимает мне бедро. В отместку я царапаю его шею, получается даже вырвать пару его волос с головы. Я выгибаюсь в спине, когда все внутри сжалось. В последний момент, Раф вынул свой член и излился мне на живот. Я чуть вскрикиваю. Он же издает хриплый полустон. Из-под полуопущенных век смотрю в глаза парня. Мы вновь вливаемся в нежном поцелуе. Потом Раф откидывается рядом. Мы лежим, восстанавливаем дыхание, смотря в потолок. Говорить было лишним. Ну, а что тут скажешь? Щеки горели. Уж слишком быстро все произошло. Две недели назад я ненавидела его за то, что он вторгся в мою личную жизнь, а сейчас он вторгся не только в нее, и мне это понравилось. Немного остыв и придя в себя, я поворачиваю голову к парню. Он смотрит на меня. — Ты обещала почаще улыбаться, — говорит Раф. Уголки моих губ ползут вверх от самой этой фразы. Но я тут же серьезнею, вновь вдупляю взгляд в потолок. — Что-то не так? — Ты уже определился со стороной? — спрашиваю я. Да, знаю. Это слишком рано для Непризнанным. Им, как правило, дают время для определения стороны. Но для меня важно, чтобы быть уверенной, что он станет демоном. Тогда он уж от меня точно никуда не денется. — Может, ангел? Помогать людям, и все такое, — отвечает Раф. — А ты думаешь, что демоны не способны помогать людям? Я встречала больше злых ангелов, ежели демонов, — холодно говорю я. — Да, но все-таки... По всем историям мира демоны — сущее зло. Я сажусь на край кровати и подбираю полотенце. Парень поднимается со мной. Я даже не смотрю в его сторону. — Что-то случилось? — спрашивает Раф. — Если я обидел тебя... — Нет, ничего. Тебе пора идти, — холодно говорю я и подымаюсь с кровати. Я не стесняясь, подхожу к шкафу и раскрываю дверцы. Парень еще долго тупит взгляд, не решаясь начать одеваться. Но он все-таки встает и натягивает одежду. — Ли, точно все в порядке? — спрашивает он. Я не поворачиваюсь к нему, застегиваю бюстгальтер. — А со мной что-то должно быть не так? Ты получил то, чего хотел. — Я задел тебя. Прости... — Не нужно, — резко оборачиваюсь к нему. — Ну потрахались мы с тобой, что такого? Я — демон, сущее зло, так? — Лилит... я знаю, ты не трахаешься со всеми подряд. — Ну ты — исключение. Ты мне много раз помогал, и это мое "спасибо" тебе. А теперь, можешь идти, — пальцем показываю в сторону двери, увидев, что Раф наконец оделся. — Хватит, Ли. — Не называй меня так. Уйди! — срываюсь на крик я. Он долго всматривается в мои глаза, которые вот-вот уже начнут слезиться. А потом разворачивается и уходит. Я закрываю лицо руками и сажусь на край кровати. Скупая слезинка скатывается по щеке, когда я смахиваю ее рукой. Дура! Тупая, гордая дура! И зачем я вообще это сказала? Какая разница, кем он решил стать? Ну мнение у него такое. Он же мне нравится таким, какой он есть — добрый, милый, неуклюжий, лезущий в личные проблемы других. Вечер прошел без приключений. Я сидела все время в комнате, изредка поглядывала в зеркало, удостоверившись, что тот мужчина исчез. Ложусь в постель, вспоминая нашу близость с Рафом. Я очень надеюсь, что завтра он не подойдет ко мне и не продолжит тот ужасный разговор. Я стою на каком-то поле на парящем островке. Около бурлит водопад. Вокруг густой туман. Вперед себя вижу приближающийся силуэт. Делаю два шага назад. Почему-то сомнения и страх закрадываются в мою голову. Вдруг, сквозь туман я различаю черты лица, тела, крыльев. В сердце что-то екает, когда я наконец понимаю, кто это. — Мама? — спрашиваю я. Она тут же срывается и подбегает ко мне. Заключает в теплые объятья. Я замираю, не зная от чего. Но вскоре мои руки обвивают ее тонкую талию. Ее рука гладит по моим волосам. Она никак не изменилась с тех пор, как умерла. Я даже не задумываюсь, почему она здесь. Что это за сон или видение. — Лилит. Девочка моя, — говорит она сквозь поток слез. Я не сдерживаюсь и тоже начинаю плакать. Она отстраняется от меня, заглядывает в лица. Ладонь ласкает мою щеку. Ее глаза мельком пробегают по моему телу. — Какая же ты красавица! Позади слышится чей-то рык. Мама смотрит куда-то мне за спину. Я оборачиваюсь, но вижу лишь туман. Тогда вновь смотрю на маму. — Мне столько нужно тебе рассказать, — говорю я. — Я знаю, крошка, но у меня мало времени. Кто-то мешает мне. Послушай меня, — она берет меня за плечи, — Что ты чувствуешь? Я напрягаюсь. Закрываю глаза и вижу того самого мужчину, что видела сегодня в зеркале. Только его глаза начинают гореть алым пламенем. Губы расползаютя в отвратной самодовольной улыбке. Я хмурюсь и начинаю хныкать. — Мама, мне страшно. — Детка, что ты видишь? — встревоженно спрашивает она, гладя по волосам. — М-м...мама. Я боюсь... — руки начинают дрожат. — Лилит. Лилит! Лилит, открой глаза! Я поджимаю губы и мотаю головой. По щекам текут ручьи из слез. — Мама, я боюсь, — хнычу я. — Ч-ш-ш, детка. Я здесь, — говорит мама, пытаясь успокоить меня. — Не нужно ее обманывать, Уокер, — слышу мужской голос позади. Мама сжимает мои плечи в пальцах. — Лилит, проснись! Проснись! — она трясет меня, пытаясь пробудить. — Лилит! Я вскакиваю в холодном поту. Еще долго не могу прийти в себя и понять, что это все был просто сон. Хотя, на небесах нельзя сказать "просто сон". Однако, я была рада увидеть маму еще раз. Но что это было? Подбираю ноги к себе. Сворачиваюсь в клубочек. Мне так ее не хватает. Не хватает обычных посиделок с мамой, обсуждений парней, женских советов. С папой такое не обсудишь. Особенно с моим. Услышав что-нибудь связанное с парнями, что мне нравятся, он побежит к ним и вырвет им яйца, раскрасит рожу кулаком, чтобы я больше не посмотрела на него. Усмехаюсь этой мысли. Все-таки демоны — такие собственники, особенно их предводитель. Слава дьяволу, Раф сторонился меня весь день. Я благодарю его мысленно, ибо пока что я не готова для разговора. Сама не знаю, готова ли я к серьезным отношениям, зная, что из этого ничего не выйдет. И вот уже вечер. Я прохожу мимо кабинета Саракаэля. Вспоминаю, как однажды подбросила ему искру Огненной ящерицы подземелья под дверь. Вот было веселье. Только вот попало сильно. Не от папы, — он гордился мной за этот поступок, — а от дяди Дино — да. Здесь всегда тихо и никого нет. — Лилит! — слышу голос Рафа позади. Оборачиваюсь и вижу приближающегося его ко мне. Я отворачиваюсь, делаю комичное лицо и быстрым шагом удаляюсь. Чертовы каблуки! Он догоняет меня, хватает за кисть. — Лилит, нам нужно поговорить. — Я так не думаю, — холодно говорю я и пытаюсь отдернуть руку. — Дай просто мне высказаться. Всего две минуты. Я вздыхаю, закатываю глаза и мысленно ругаю себя за принятое решение. — Одна. У тебя одна минута, — я поворачиваю голову к нему. Он облегченно выдыхает, выпрямляется, будто готовится к речи перед комиссией. — Я не хотел вчера тебя обидеть и разочаровать. Я знаю, что мы не можем быть с тобой вместе, потому что я выбрал сторону ангела. Поэтому, все обдумав, я принял решение, что готов стать демоном. Гореть в аду и все такое, но с тобой. — Ты не должен менять свой выбор лишь только потому, что ты хочешь трахаться со мной до конца жизни, — складываю руки на груди. Раф вздыхает. — Ли, ну не надо так. Я люблю тебя. Мне не важен секс. Нет, ну ты конечно хороша в этом. Но мне нужна сама ты. Твоя улыбка, твои глаза, твои руки, — на этих словах он сжимает мои пальцы и поднимает их к губам. Горячее дыхание опаляет кожу. Я нервно вздыхаю. Нежно целует костяшки пальцев. Вот же сукин сын! Знает, как свести девушку с ума. — Только не ври, Раф. Не ври самому себе, — говорит гордая, непреклонная часть меня. — Лилит, я не вру. Можешь залезть ко мне в голову, прочитать мысли, или что-то вроде... Я бы с радостью, но это так не работает. — Прошу, поверь мне, — продолжает парень. Я смотрю на него, пытаясь скрыть истинные эмоции. Он умоляющим взглядом бегает по моему лицу. Две мои стороны борются сейчас друг с другом. Одна хочет ударить его и бежать куда подальше, а вторая хочет прижаться к нему, впиться в губы. И, судя по тому, что я делаю в следующее мгновение, побеждает именно последняя. Я прижимаю его к стене и жадно целую. Он отвечает тем же. Обнимает за талию. Ладонями обхватываю его лицо. Коленом упираюсь в его пах. Мы вжимаемся друг в друга телами. Забываем, что такое воздух, ибо наши губы заменили нам его. Плевать на гордость. Я хочу забыться с ним прямо сейчас, прямо у этой стены. — Уилсон и Уокер! — словно гром среди ясного неба слышу голос Саракаэля. Резко отстраняюсь от Непризнанного. Вытираю помаду у кончика губ. С вызовом смотрю на учителя. Раф не показывает страха. Вот же старый говнюк! Ходит с амулетом, скрывающим энергию, и хорошо ему. И нужно же было обжиматься прямо у его кабинета! — Думаю, Уокер, твоему папаше будет интересно узнать о твоих похождениях со швалью небесного общества. Ну все. Точно влипла!