Николай Зиновьев

      К моему удивлению в помещении всё ещё горит свет… Однако, как можно догадаться, здесь никого нет, хоть бардак в комнате свидетельствует о том, словно владелец вышел на минутку. Несколько жестяных банок валяются на полу, а на столе кто-то оставил какие-то бумаги, недоеденный хотдог и стакан с чем-то похожим на кофе… а может и колу. Штампы о янки не на пустом месте возникают. Я подошел к полке… нет, это не то. Автомобильная химия. Вроде бы, чистящее средство, если я правильно понял содержание этикетки. Мой взгляд упал на шкаф за прилавком продавца. Сам же прилавок не представляет никакого интереса. Немногочисленные бумаги с финансовой отчетностью и накладными… они были бы полезны, если этот магазинчик имел более крупные размеры. Но… Бесполезно. В шкафу рядом я уже увидел канистру с незамысловатой этикеткой. Кто бы сомневался в том, что шкаф заперт. Искать ключ или решать головоломки я не намерен и поэтому примерился локтём, чтобы потом резким ударом разбить стекло. Осторожно выбил остатки стекла и достал пластиковую канистру. Масло… Хм… Только здесь сказано, что оно не подходит для больших автомобилей. Видимо, не подходящая вязкость и количество присадок. Поискал ещё, но в шкафчике только для легких автомобилей. Либо придётся искать присадку, чтобы подтянуть допуск, либо надеяться на русский авось. Скорее всего, мотор даже не сможет адекватно работать. Придется поискать присадку или нормальное масло, подходящее для трамвая. К магазинчику прилегает мастерская, куда ведет дверной проём. Возможно, что-то найдётся там. Мастерская оказалась не столь полезной, как я предполагал. На полках, помимо автозапчастей, располагается различный хлам и инструменты. У одной из стен расположен разобранный мотоцикл. Тяжик, вроде, по размеру. На подъемнике, так же, ремонтируемый автомобиль под которым собралась изрядная лужа бензина. И оголенный провод, лежащий в этой луже… Лучше, уберу его подальше. Провод отбросил подальше, закинув его на полку, и продолжил поиски. Не очень мне везёт. Так и не нашлось подходящего масла или присадок к имеющемуся. Короб с проводами пригодится в дальнейшем, но его польза не столь значима. Так же нашлась полупустая канистра с бензином… Имеет ли смысл изготовление коктейлей Молотова? Хм… неоднозначно. Зомби вряд ли восприимчивы к боли от горения заживо… одновременно с тем, это может нанести вред их разлагающейся плоти. Раздобыть бензин и масло имеет смысл, но у меня нет подходящей тары для изготовления снарядов. Думаю, с этим можно разобраться позже. Уже на улице я смог пополнить запасы бензина, а прихватив ещё и масло, понял, что таким образом занял обе руки. Некритично, пока нет угрозы нападения, но… никогда нельзя быть во всём уверенным. С таким грузом мне необходимо вернуться назад. Налегке я смогу отправится на поиски присадки к маслу. Двигаться пришлось со всей доступной осторожностью, уделяя внимание каждой детали и трупу. Карканье вдалеке никуда не делось, благо оно не собирается приближаться и, наоборот, отдаляется. Хорошо. Я медленно продвигался. При любой опасности успею среагировать. Шаг за шагом… Ничего не изменилось, тела никуда не делись… и новые не прибавились. Пока что везёт… им неоткуда взяться. Они не столь умны, чтобы открывать двери. И, похоже, я сглазил. На последнем отрезке я услышал автоматную очередь и вой. Позабыв о канистрах, я двинулся на звук. Выскочив из-за поворота, заметил тройку зомби, пробирающихся к вагону и Михаила, нажимающего на гашетку своей М4, поливающего их неприцельным огнём. Пока эти твари шли к моему товарищу, открыл огонь по ним, вгоняя выстрел за выстрелом в головы мертвых уродов. «Дебил». Я никак не мог иначе назвать этого придурка. Мало того, что ранен, так и полез усмирять тварей, прорвавшихся через заграждение. Вагон трамвая достаточно надежный, чтобы они безрезультатно скреблись о металл корпуса.  — Михаил, какого хрена? — я подошёл к нему и закинул руку себе через плечо. — Тебе следовало не высовываться в таком состоянии. Он и так держался на чистом упрямстве, ноги и так еле держали, что подтверждает тот факт, что он навалился на меня.  — Я не могу сидеть сложа руки, — он скорчился. — Пока другие заняты делом.  — Ты своё отвоевал, — увожу его обратно в вагон и усаживаю на лавку.  — Я не хочу быть бесполезным, — с гримасой боли он хватается за бок.  — Придётся, от тебя пока больше проблем, чем пользы, — констатация факта, а не попытка унизить. — Сиди, мы сами всем займёмся и выберемся от сюда. Собираюсь уходить, чтобы донести, таки, масло и бензин сюда. - Коля, — внезапно, Михаил вцепился в мою руку. — Я загнусь быстрее… от бездействия, чем… стреляя в монстров. Михаил до сих пор страдает и ему очень больно. Даже на русский перешёл. — Ты будешь сожран раньше, — поясняю ему простую истину. — В твоём состоянии нужно сидеть на жопе и не колыхаться. Доверься мне.  — Коля, — он продолжает держать меня за руку, смотря мне в глаза. — Это единственное, что я умею.  — Лучше подумай о своём будущем.  — Моя страна меня предала. Какое будущее?  — Любое, — криво ухмыляюсь. — Выбравшись из этого ада, мы сможем всё.