Новый путь
19 ноября 2022 г., 22:21
«Promise me no matter (I promise) How the years change us (Eyes don't see) You are perfectly imperfect Just like you were meant to be And all through our lives, I'll be yours Say you will be mine Hey you"© Jack and Tim — We Are The Lucky Ones
Реджина сладко потянулась и удобнее устроилась в объятьях Сириуса. Тот повел плечами, уткнулся носом ей в шею и щелчком пальцев разжег пламя в камине. Вечера уютнее и вообразить было нельзя. Их «медовые выходные» только начались, Реджина стала его женой и приближалось Рождество. Конечно, Сириусу очень бы хотелось победой отпраздновать грядущий Сочельник и свести вместе мир Стаи и этот новый свет, в котором они существовали. Однако точного прогноза он пока дать не мог, да и если честно, ему хотелось провести свободные выходные с женой, и не думать о стратегиях и тактиках ведения войны. Реджина потерлась носом о его щеку, пощекотала прядью собственных волос и чмокнула его в подбородок. Куда уж дотянулась. Сириус ухмыльнулся. — Наконец-то ты моя, Джина. Целиком и полностью моя! Реджина пожала плечами и улеглась на его широкой груди, натянула на ноги улизнувшее одеяло. — А до этого я была чья, позволь узнать? — А чья угодно: Снежкина, Генри, Робина, Эммы, Сторибрукова, но только не моя, — обиженно констатировал Сириус, устраивая подбородок у нее на макушке. — Вот уж и врешь, Лорд Блэк, я всегда была твоя, так велено магией. Не знаешь, разве? — Знаю, конечно, сам же когда-то связал нас тем ритуалом принятия в Род, но ты же понимаешь, о чем я. И скажи, неужели ты ничего не чувствуешь? Разве магия не отзывается по-другому? Реджина задумалась, вырисовывая ногтем узоры на клетчатом одеяле. Домик дяди Альфарда, в какой бы реальности они не находились, был их укрытием от всего света, личным уголком счастья, где было тепло, пахло вином с пряностями и можно было любить, не таясь. И не переживая, что в комнату явится Эмма или того хуже Снейп. И как только эти двое успели обзавестись наследницей во всей той суматохе, в которой они жили последние года полтора? — Я была слишком увлечена тобой, чтобы обращать внимание на магию, но, полагаю, ты прав. Я чувствую себя… — Реджина вытянула перед собой ладонь, украшенную обручальным кольцом и поводила пальцами. — Живой, свободной, не скованой никакими условностями, словно мне подвластен весь мир, и мы все можем. Я и ты. И наши союзники. Сириус удовлетворенно кивнул и принялся медленно прокладывать по открытой его взору шее жены дорожку из поцелуев. — И такого раньше не было? Скажем, когда мы пытались победить Волдиморду в первый раз? Реджина отрицательно покачала головой и повернулась в объятьях Сириуса. Ей хотелось заниматься с ним любовью в эту ночь снегопада, но хотелось выяснить, что же за трюк провернула с ними магия на этой раз. Сириус не отставал в своем упорстве, но и комментировать не прекратил. — Нет, тогда я знала, что на нас смотрит весь мир, что буквально весь его груз лежит на наших плечах, и жутко боялась не справиться, подвести тебя и весь Альянс. Сейчас такого нет. Я верю и знаю, что мы победим и возможно встретим Зимний излом со Стаей. Мы вернемся домой, Сириус! — Магия приняла тебя, Джина, тебя и меня, своих блудных детей, которые так долго где-то блуждали, — заключил Сириус и потянул за пояс халата Реджины. — Мы с тобой сейчас что-то совсем не то обсуждаем, вместо того, чтобы заниматься более приятными делами, — засмеялась Реджина, обнимая его за шею и прижимая к груди кудрявую голову. — Мы за шаг до победы, можно сказать, в моих объятьях моя жена, мы скоро вернемся домой, я хочу летать, смеяться и дотронуться до звезд! Что еще прикажешь сделать, Ваше Величество? — Скажу, что верю тебе и верю в нашу победу, — заключила Реджина и мановением руки потушила свечи. И одно лишь пламя камина отражало их сплетенные тени…***
Эмма отхлебнула какао из чашки и сладко зажмурилась, когда Северус принялся разминать ее отекшие ступни. Она, может, тоже хотела бы как Блэки улизнуть на край света на «медовые выходные», но повышенное внимание мужа к ее персоне льстило ей не меньше, чем возможные занятия любовью в каждой свободной комнате домика дядюшки Альфарда. — Так лучше? — спросил Северус, натягивая носки ей на ноги. — Значительно. Эти проклятые каблуки убили мне всё свадебное настроение, — пожаловалась Эмма. — Ты была великолепна, — совершенно искренне похвалил Снейп. Эмму несказанно радовали и удивляли в нем две вещи: он любил ее без остатка и по-детски удивлялся, когда она посетовала на то, что располнела, потеряла форму и вместо того, чтобы заниматься йогой для беременных или чем принято заниматься, она пьет какао литрами и поедает пирожные. Мол, ты не будешь меня любить. Северус даже возмутился. — Это как понимать? Ты моя жена, мы ждем ребенка, я клялся у алтаря, нас связала магия и законы кучи всяких разных миров, почему я должен вдруг тебя разлюбить? — Потому что я растолстею и из Спасительницы прекращусь в плюшевого медведя! — Эмма, что за чепуха? Я люблю в тебе все, даже твой скверный характер и невыносимое упрямство, пусть я редко об этом говорю, но очень прошу никогда во мне не сомневаться! Пришлось после умасливать обиженного на весь свет Северуса лимонными пирожными, к которым он имел особую слабость, и обещать больше в нем не сомневаться. Гормоны играли с Эммой в странные игры. И по сути это была первая ее осознанная беременность, которую она проведет как нормальная женщина, в окружении семьи и любимых людей. А еще, ей очень хотелось повидать ту самую Стаю, о которой Блэки столько рассказывали. — Сириус вознамерился вернуться домой к Рождеству, — задумчиво произнесла Эмма, разворачиваясь на диване и устраиваясь у мужа в объятьях. — Не вижу поводов для беспокойства, мы почти у цели, — ответил Северус, запуская пальцы ей в волосы и принимаясь массажировать затылок. — Значит, ты правда думаешь, что я обладаю какой-то нездешней магией, которая поможет нам отвязать Хоркрукс от Гарри и окончательно уничтожить Волдиморду? — Я не думаю, Эмма, я в этом уверен. — Но почему? — Эмма приподнялась на локте и заглянула в невозмутимое лицо Снейпа. Порой она завидовала его внутренней силе. Казалось, его невозможно сломать или унизить, и уж если он брался защищать кого-то, то был верен этому до конца. Впервые она понимала, что значит быть замужем. За мужем. И с Киллианом она бы подобного никогда не испытала. — А ты сама подумай. Лили перед смертью наложила на Гарри кровную защиту, материнскую защиту, стремясь уберечь, но ей не хватило сил. Магия затребовала слишком высокую цену, но ребенка все же спасла. Ты по счастливой случайности тоже скоро станешь матерью, да и Гарри считает тебя таковой. Пусть мы ему приемные, но все же родители. Эмма кивнула, соглашаясь. — Всё так, но хватит ли нам сил? Статус крови, вся эта ваша средневековая чушь. — Это не чушь, дорогая, но я не имею желания пускаться сейчас в пространные обсуждения. Ты — принцесса, дочь королей, как и Реджина, по законам моего мира ты чистокровная. Я — сын дома Блэков и Лорд Принц, я — отец Гарри и Хоуп, мне хватит сил тебя подстраховать. Плюс, Джи и Блэк в качестве крестных родителей и целый Альянс из союзников. Поверь, вместе мы сумеем отвязать Хоркрукс и уничтожить то, что еще осталось. Чашу? Нагини, я так понимаю, еще даже не вылупилась. Потому, нас остаются два Хоркрукса. Ну, если ты все вот так подаешь… — пробормотала Эмма, прокрадываясь к Северусу под рубашку. Тот снисходительно улыбнулся. — Я же говорил: никогда во мне не сомневайся. Совсем скоро мы будем праздновать победу! — Давай всё это будет потом, а сейчас ты меня поцелуешь? — Как прикажете, Леди Принц.
