Мой маленький замок

______       Своды старого за́мка высокие и холодные, они величественно возвышались над холодным каменным полом, отбрасывая сероватые чёткие тени на витиеватую деревянную мебель и жесткие цветные ковры. Мрачные стены шероховаты под пальцами, когда следуешь по тёмным коридорам, петляющим вокруг огромных красивых комнат.       Никогда не любил помещения в дальней части замка. Они всегда казались мне такими пустыми, несмотря на обилие предметов разной ценности внутри. Люди наполняют залы красками, а не чудные картины или шикарные шторы.       Жуткие угловатые доспехи поскрипывали на крепкой стойке, отражая от начищенной стальной поверхности жгучий закат, безмятежно лившийся из резного приоткрытого окна. Этот блеск резал глаза и приходилось жмуриться, чтобы выйти к широкой тяжёлой двери, ведущей в зазеленевший к апрелю внутренний двор.       Большой, поросший тонким слоем мягкого мха фонтан бил переливающимися струями почти тёплой воды, распугивая чутких крошечный птичек, прилетавших уместиться на толстых ветках фигурных деревьев. Успокаивающее место. Жаль, что я не могу попасть в него, не бродя по потускневшим туннелям.       Возле изогнутых стволов пышных вязов росли небольшие кусты тёмной крапивы, закрывая их бурые основания. Этих колючих проказниц приходилось пригибать к прохладной земле измаравшимися в траве туфлями, открывая тонкий просвет между деревьями-заложниками.       Гладкие мраморные бортики покрылись крошечными трещинками, ползшими причудливыми змеями по светлому рисунку грязного камня. Сидеть на них не очень удобно, но сырая прохлада манит, словно медовые сирени весенних пчёл. Мелкие лазурно-прозрачные брызги лизали оголённые руки, белая свободная рубашка быстро намокала, а каштановые мягкие волосы неминуемо вились от большого количества влаги.       Яркий светло-голубой кусочек неба нежно обвивал кудрявые груди больших серых облаков, медленно переливавшихся и терявших свои очерченные неровные формы.       Растрепав хрупкие лепестки крошечных звёздочек, нежные розовые и белые соцветия армерии окружали чарующий фонтан, плохопротоптанную тропинку к огромным резным воротам, оставшимся чуть приоткрытыми. Гибкие стебельки легко колыхались под тёплыми движениями синеватого воздуха, изящно кружившегося вокруг пышного маленького дворика, гордо расположившегося довольным спящим псом в игривых лучиках заходящего солнца.       Вытянутые чёрные тени неторопливо наползали на изумрудные сочные травинки, морозя разгорячённую кожу, они шаловливо крались по поросшим цепким вьюном каменным стенам.       Тщательно прощупывая замшелые камни в противоположном тяжëлой двери конце пахнущего двора, можно открыть узкий лаз, занимающий незначительное пространство между постоянно освещенной комнатой для прислуги и маленькой кладовой. Крошечный коридорчик покрылся шëлковой паутиной, мелко подрагивавшей в самых тëмных углах и неглубоких выемках. Приходилось неудобно пригибать голову, собирая белëсые нитки лицом и идти боком, пачкая опрятную одежду на спине, чтобы пробраться между двумя разными помещениями. Дойдя до конца старого туннеля, я потянул ветхий подсвечник с коротким кусочком воска внутри — стена медленно прокручивалась, поэтому необходимо вставать к поросшему от влаги левому краю и следовать отъезжающих потрескавшихся камней со скоростью механизма.       Окружавшие предметы в этой части за́мка такие же мрачные, как и в дальней, но какой-то лëгкий уют и тихие голоса из-за ближнего проëма, словно окрасили полы, потолки, фрески в тëпло-оранжевый или ярко-жëлтый; холодный воздух приобрëл совершенно иной, новый запах. После глухого щелчка, крепкая ограда сзади полностью повернулась, закрывая проход к чудесному фонтану, оставившему напоминание о себе в виде мокрых пятен на простенькой сорочке.       Когда я заглянул в узкую щель приоткрытой лëгкой двери, немало удивился, заметив, что на меня уставился любопытный голубой глазик, тут же спрятавшийся в светлом проëме. Маленькая девочка в помятом чëрном фартучке что-то взволнованно прощебетала, после чего ухватилась за скрипучую ручку, но кто-то негромко прикрикнул на неë, из-за чего кроха, видимо, испуганно одëрнула дрогнувшую ладошку.       Чем дальше уходишь от вместительных кладовых, тем, кажется, серее и даже синее становятся стены вокруг; изящные картины переставали чарующе привлекать, пугливо растворяясь в тоске старого замка; плечи отпускал какой-то странный присутствовавший всего мгновение назад сладкий трепет.       В величественно огромной библиотеке также есть двигающаяся перегородка, активировавшаяся сдвигом тëмно-зелëной книги с потëртой обложкой с широкой полки. Да-да, всë до банального предсказуемо, как в самых примитивных рассказах.       Стена неспешно двигается сначала назад, прислоняясь ко второй перегородке за ней, а потом входит в крошечный туннель напоминавший углубление в очень широком ребре каменной ограды; второй слой перегородки повторяет те же действия, входя в лаз с другой стороны стены.       Такие проходы незаметны в больших комнатах, они отнимают незначительную площадь с краю; а вот маленьким помещениям почти невозможно скрыть наличие витееватого секрета между стенок. Скорее всего, прислуга знала про туннель в дворик с фонтаном.       Скучный мрачный коридор увешан цветастыми гобеленами, с каждым дней всë тускневшими, хоть и вплëтшими в себя невероятно яркуие уточные нити.       На одном из изображений юные красные девицы, севшие за громоздкий деревянный стол, негромко переговаривались, заглядываясь на душистый зелëный луг за окном с расписного ковра. Как настоящие. Только пустота глазниц одной из красавиц наводит жути. За солнечным гобеленом с расписной комнатой выбиты несколько камней, а картинка немного подпорчена, чтобы можно было следить за происходящим из тесного туннеля. Прохода в этот лаз я так и не нашëл, но слышал, как кто-то стучит в стену изнутри.       Тонкие трещины изломами обвивали часть перегородки ближе к полу возле крутого поворота в нарядный просторный зал. Дыра. Целостность стены в этом месте неожиданно нарушена.       Колени начинало нещадно саднить от нелепой позы, пока ловкая ладонь нащупывала притоптанные остатки пищи и крошащуюся засохшую грязь. Кто бы это ни был, он ворует еду с кухни. Его проворность когда-нибудь покарается — все механизмы работают тягаче медленно, риск не успеть спрятаться велик. Если этот кто-то, конечно, боится быть застуканным.       Распушив зелëные гребни, низкие холмы медленно тлели, остывали после захода яркого горячего солнца, пускавшего по примятым телам маленьких жëлто-красных зайчиков — за резными ставнями вечерело.       Этот длинный стремительно темнеющий коридор считается главным — он проходит через весь замок и от него ответвляются проходы в дальние уголки большого дома, как тонкие тëмные жилки бегут к краям-пальцам опавшего кленового листа.       Всю старую постройку можно сравнить с большим разросшимся деревом: широкие каменные туннели скоро убегают вдаль, словно толстые ветви душистого дуба; множество всевозможных комнат будто объëмные изумрудные листки, совсем скоро завядающие, если к ним не будут попадать нужные им питательные вещества вместе с охлаждающей водой; крепкий сильный ствол, как тот самый основной коридор, идущий далеко вперëд, будто гордый дуб тянущийся к чистой лазури безоблачного дневного неба; основание дерева-великана — высокие входные ворота, открывающиеся по прелестным сказочным вечерам с весëлыми танцами и изысканными угощениями. Как могучий красивый дуб увядает без дающей жизнь влаги, так и огромный прекрасный замок тускнеет, чахнет без красящих его стены людей.       Золотые блестящие подсвечники бравым рядом уместились напротив небольших деревянных окон, запечатлевших редкий хвойных лес на дальних цветущих горах в милях от каменного сооружения.       Лезшая со всех сторон темень, заставляла узко щуриться и напряжëнно присматриваться, ладонь то и дело хваталась за ближайшую спасительную перегородку, пока ноги цеплялись за дорогие ковры и края деформирующих пол трещин в ледяных камнях.       Аккуратная ручка дëргалась с негромким хрипом, глухим эхом разлетавшимся по длинном мрачному коридору, поднимавшись к невзрачному высокому потолку и там рассыпавшись незаметным или даже невидимым пеплом.       Это просторная, но далеко не уютная комната — моя спальная. На большой удобной кровати оставались запылëнные крупицы призрачного тепла — сегодня расторопные слуги меняли старое постельное бельë, оставив за собой странно греющий шлейф чужого присутствия.       Необычно трепетно укладываясь на свежее одеяло, я изумлëнно вздрагивал, почувствовав покалывающую плечи внезапную теплоту. Кто-то был здесь. Это начинает не на шутку пугать…       Мокрая трава, грязь и неугасаемый уют — человеческий жар давно стал для меня чем-то невероятным, но он никогда не приобретал собственного запаха, чарующе пронизывающего рыжеющий застоявшийся воздух и окружавшие ярчающие предметы.       Цветастый луг быстро темнел, завораживающе синея и медленно увядая в спешно накатывавшей ночной мгле. Мелкие пëстрые цветки пугливо закрывались и, словно виновато, пригибались, пряча свои нежные лепесточки в черноватой траве. Тускнея в больших округлых горах, прячущееся горячее солнце разбрызгивало приглушëнный багровый свет по их зелëно-оранжевым формам, расплывавшимся в фиолетовой дымке позднего вечера. Неширокий ручей безмятежно плыл между крутых берегов, осыпая холодными брызгами пушистый папоротник, увязший в пока ещë невысоком осоте.

Обуглено небо закатом; Тлеет жадно в лесу обогретом Фиолетово-синий туман; Раскалённый лазурным секретом Окунается в реку буран.

______       Проводя ладонью по пышным бутонам сочных белых роз, чувствовал прозрачную чистую росу, остававшуюся бесцветными разводами на подогнутых кончиках пальцев. Острые аккуратно изящные шипы изредка скребли кожу, оставляя бледные полосы на запястье, когда я опускал руку слишком глубоко в тонкие стебли, случайнно сламывая некоторые благородные светлые головки.       Крепкий садовник усердно поливал красивые клумбы, недовольно и даже зло поглядывая на то, как я порчу плод его кропотливых стараний. Он старался не показывать и капли своего усталого раздражения, пока я, хитро прищурившись, шкодливо срывал снежно белые бутоны с хрупких зелëных ножек. Крепко сжимая синюю металлическую лейку, забавный низкий мужчина показательно фыркнул, продолжает тщательно работать, деловито орошая изящные цветы и всë-равно часто косо поглядывая в сторону светлых кустов. Озорная ухмылка ярко расцвела на моëм довольном лице, как и те прекрасные розы всего месяц назад, но блеск фамильного ожерелья в начищенном окне за пышными листами заставил удивлëнно обернуться и натыкнуться на настолько же гневный взгляд как у усмехнувшегося тогда садовника.       Мама угрожающе похлопывала по ладони в чëрной шелковой перчатке тëмным веером, украшенным нарядными павлиньими перьями, она отчитывающе помахала тоненьким указательным пальцем — «так нельзя делать».       Я почувствовал себя совсем маленьким мальчишкой, точно так же шалившим в саду огромного за́мка и точно так же пристыженным за неуместное поведение. Всë это заставило виновато поджать губы и раскаянно-безучастно сложить нашкодившие руки на груди, спешно повернуться спиной к пострадавшим розам и направиться в другую часть душисто пахнувшего дворика.       Небольшие беседки из красного дерева обросли ползучей трëхцветной ипомеей, обратившей свои большие розовые, синие, фиолетовые глазки в разные стороны и раскинувшей тëмные зелëные листки-сердечки по мягкой пушистой траве.       Одно из строений изящнее и наряднее остальных — на высоких тонких столбах, поддерживавших черепичную крышу на входе, вырезаны крупные витиеватые узоры; на верхушке беседки в готовности расправила чудные крылья крупная птица, словно совсем недавно встрепенувшаяся от долгого сладкого сна; крепкие подпорки для балок, поддерживавшие крутые чешуйчатые скаты, также украшены замысловатым орнаментом, чудно выпиравшим и переплетавшимся с прочной крышей и расписными колоннами.       Простенькие на фоне остальных деревянных элементов скамейки отъезжают немного назад, когда расслабленно плюхаешься на них, они противно скрипели крепкими ножками по гладкими полу, заставляя кисло морщиться.       Рыжеватые сойки мелодично чирикали в тëплом пахуче-цветочном небе, чутко оглядываясь по сторонам, маленькие певцы трепетно чистили сине-серые и чëрные пëрышки, иногда садясь на тонкие ветки и тут же судорожно вскидываясь с них.       Задумчиво бродя под объëмными лиственными куртками каштананов-великанов, можно спрятаться в прохладных лазурных порывах, ловко ныряя в набегавший, словно белеющие волны, холод; шаловливый ветерок остужал разгорячëнную голову, надувая в волнистые волосы мутно-салатные лепестки, быстро-быстро кружившиеся и расправлявшие округлые плащики.       Неприступная каменная ограда, заточившая сонный замок в неровный круг или овал, тянулась далеко вперëд и если долго следовать вдоль неë, случайнно натыкаешься на небольшие отверстия вверху и частые погрешности да оплошности.       Крупная дрожь прошла вниз по позвоночнику, достигла копчика и возвратившись обратно к напрягшимся плечам, резко дëрнувшимся и вздыбившимся. Самый угол белой стены грубо порушен, а закрывавший громоздкими руками примятый тис образовывал измятое ложе, застеленное шëлковым покрывалом, оно явно несколько раз убиралось, такое убежище сложно не заметить, но упрямству владельца странного дома можно позавидовать.       Если медленно провести ладонью по гладкому одеялу, то ощущается знакомое слабое тепло, вызывавшее непреодолимое желание настороженно прилечь и блаженно погреться об уходящий трепещущий жар. Усаживаясь на колени рядом с пышным ложе, я внимательно огляделся, дабы не получить ещë один стыдный укор от угрюмой матери, и осторожно прижался к холодеющему убежищу, втягивая разгорячëнный уличный воздух. Витавший запах затхлой сырости помещений чëтко выдавал вчерашнего вторженца, ловко прятавшегося в секретных проходах старого каменного жилища. Пугающий незнакомец предусмотрительно обосновался возле проломленной ограды, чтобы прытко сбежать, скрываясь в лесной чаще, плотно обступившей огромную постройку с одной стороны. Страшно осознавать, что этот некто имеет доступ к моей комнате и начинает, словно глумливо, пользоваться этим, забираясь на аккуратно застеленную кровать. Он с лëгкостью может навредить мне, если того захочет, стоит запирать спальную на ключ и реже бродить по запрятанным туннелям, хорошо известным воришке с кухни. Как же сильно я надеюсь, что в мои покои нельзя попасть через какой-нибудь узкий лаз.       На стене за старым за́мком осторожно выдавлены потрескавшиеся камни, грозившиеся совсем скоро выпасть из отведëнных для них лунок и приглушëнно упасть в бархотистые тëмно-фиолетовые анютины глазки, часто вскидывавшие пятнистые чашечки-лепестки от слабых движений почти неощутимых порывов.       Карабкаясь по выдолбленным углублениям, я постоянно срывался из-за неподходящей обуви, проскальзывавшей плоской подошвой, и слабых рук, непроизвольно разжимавшихся от непрекращавшейся нагрузки. Ограда красивого жилища достаточно высокая, чтобы получить болезненный ушиб от неуклюжего падения, поэтому, чем выше забираешься, тем сильнее и отчаяннее сжимаешь в спотевших ладонях неудобные ступеньки. Крепко вцепившись в самый край шероховатой стены, приходится с трудом подтянуться, так как камни сдвинуты не до конца устойчивой ограды; удобно усевшись, я зорко осмотрелся.       Заброшенная ветреная мельница на ближнем холме мрачно нависала над душистым лугом, хлипко прокручивая повреждëнные лопасти, громко скрежетавшие и нацеплявшие на себя много разного мусора. Размокшая деревянная лестница, приставленная ко второму этажу разваливавшейся постройки, кажется, рассыпется, если ты робко дотронешься до неë. Треугольная крыша давно провалилась, выбив пыльные стëкла деревянных крошечных окон; постройка покрылась сырым мхом и неприхотливыми растеньицами, свисавшими с гнилых рыхлых досок. Вокруг дырявого здания разбросаны крупные опилки, отвалившиеся громоздкие кусками от обветшалых стен; острые мутные осколки, ярко подсвечивавшиеся, искажавшие тонкие травинки и прожилистые лепестки нежных цветов.       Осторожно спускаясь по крепкой ограде, я аккуратно цеплялся за неудобные выступы, постоянно меняя положение напряжëнных ладоней и стараясь принять более устойчивую позу, но дрогнувшая нога предательски соскользнула и я неуклюже упал в цветастые листки хрупких анютиных глазок. Благо, падать в низкие цветки было не далеко — достигнув почти самого конца неровной стены, неребристая подошва сорвалась с выдавленной специально лунки. Кожа на кончиках пальцев стëрлась и болезненно горела, а ушибленные локти, спину пульсирующе покалывало.       Если оттянуть длинные рукава лëгкой сорочки, то видны светлые зелëные пятна, расплывшиеся мутными коричневатыми разводами; рубашка на лопатках и пояснице, скорее всего, так же заполнена грязными узорами, словно стекающими вниз протоптанными дорожками или широкими струйками.       Обмахиваясь вспотевшей ладонью, я медленно шëл вдоль стены, судорожно обернулся, почувствовав, будто кто-то хитро наблюдал за мной; подозрительно прищурившись, я убедил себя в том, что тут точно никого быть не может. Верно? Тот Некто же не позволит себе бродить по саду в течении дня, да? Поднимавшаяся к дëрнувшемуся горлу паника была быстро и оперативно подавлена, вытеснена и прибрана как можно дальше. Негоже гордому аристократу так нелепо сильно бояться.       Чëрные рассыпчатые серединки ярких маков окутаны светло-алыми тонкими шарфами, прикрывавшими маленькие, ещё не раскрывшиеся бутончики и синенькие васильки-голубоглазы. Насыщено-розовые шапки клевера гибко раскачивались, цепляясь за красные расшитые юбки, пышно крутившиеся вокруг изящных пушистых ножек и путаясь в объëмной лазурной шевелюре, тянущей лëгкой горчинкой. Фиолетовый бархат небольших фиалок грелся в лучах-шалунах жаркого солнца, переливисто поблëскивая и по-особенному лоснясь в сладковатых ароматах чудного дворика.       Мило фыркнув, толстая чëрно-белая кошка вскочила на бортик расписной беседки; она ластиво потиралась о прочную балку, довольно мурлыкая и забавно высовывая красноватый язычок. Пухлое животное спрыгнуло с деревянной оградки и любопытно путалось в ногах, то пугливо отскакивая, то шустро переваливаясь и чудом не попадая прямиком под исцарапанную обувь. Ловко юркнув в пахучую розовую клумбу, неуклюжая кошечка помяла несколько колючих цветков, вздыбливая небольшие клубни земли под пушистыми лапами. Низенький садовник обречëнно вздохнул, сильно надув широкую грудь — он выглядел словно нахохлившаяся кругленькая птичка, обиженно скрючившаяся и расправившая небольшие пëстрые крылышки. Раздражëнный смуглый мужчина зло топнул, шугая вальяжно развалившееся в белых лепестках шикнувшее животное, медленно отряхнул измазанные рукава, закончив поправлять окружавшие шипастые розы перегородки нарядной клумбы.       Гордо размахивая тëмным хвостом, неповоротливая кошка тяжело запрыгнула на украшенный ажурными вырезами заборчик тенистой веранды, довольно облизнулась, чутко водя каплевидными ушами взад-вперëд. К чему-то остро прислушавшись, озадаченное животное резво вскинулось и, соскользнув с узористой ограды, прытко рвануло за потрескавшийся угол тихого здания, обеспокоенно мяукая и явно маня за собой.       Взбаламашно ëжась, двухцветная кошка рьяно прыгала возле чем-то отличающегося от остальных куска каменной стены, взволнованно урча, скрипуче оцарапывала неровную каменную кладку. Небрежность участка сильно выделяла его среди других, он будто был уложен в спешке — неплотно прилегавшие края стали причиной очень заметных зазоров, стена, наверное, ходит ходуном в этом месте. Варварски раздвинутые кусты зревшей жимолости больше не скрывали далеко несекретный проход, удобно расположившийся среди ещë одного небольшого садика, или, скорее, сам садик удачно разросся, скрывая приметный туннель.       Медленно подходя к неаккуратному лазу, я любопытствующе наклонился, тут же судорожно отпрянул, когда кто-то по ту сторону громко стукнул в неровную перегородку в ответ на кошачьи приставания, отпугивая резким звуком и выгнувшееся в угрозе животное, и всполошишегося меня.