Темный Лорд и Грязнокровка

      Гермиона так и не смогла заснуть. Она все думала о том, что произошло там, в коридоре. Как мог будущий Темный Лорд, чьи принципы подразумевали полное уничтожение магглорожденных, так… по-доброму успокаивать ту девочку. Это было выше её понимания. Что же могло так поменяться за те года? За года становлением Темным Лордом? Ответа на этот вопрос Гермиона не знала.       Было шесть утра, когда девушка бросила всякие попытки уснуть. Она быстро влезла в джинсы и майку на бретельках, посмотрелась в зеркало и, скривившись от вида на себе изумрудного оттенка и атласа, выскользнула из спальни. Она шла на Астрономическую Башню. Раньше, то есть позже, в будущем, она уходила туда, чтобы поразмышлять, привести мысли в порядок, скрывалась там от всех, от повседневной суеты Хогвартса, от насущных проблем, иногда даже от друзей. Сейчас же она шла туда, чтобы решить, что делать дальше. Конечно, можно попробовать провернуть задуманное ещё раз. Тогда рука не поднялась на человека, который обещал маленькой девочке помощь с местным задирой. В нём было что-то… человеческое. Может быть это от того, что он ещё не создал крестражи? Не убил свою семью? Потом это исчезло в нём. Перенеслось в один из крестражей и совершенно лишило Темного Лорда человечности. Гермиона и до этого допускала вариант, что убить его она не сможет. И в таком случаем, она могла бы отгородить его от неправильного выбора, направить. Тогда это казалось смутным и нечётким планом Б, а сейчас вырисовывалось в более чёткую картину. Поднявшись на Астрономическую башню, она максимально расслабилась, погружаясь телом и мыслями в ночную темноту. Сняла с шеи маховик времени. Такое чудесное изобретение, но и одновременно такое опасное. Неверное действие и будущие может стать настоящим хаосом. Гермиона не переживала по этому поводу. В этом времени она ещё не родилась, так что никаких разрушительных последствий её прибытие не понесёт. Но было то, что беспокоило её больше всего, обычный маховик времени не может переносить человека так далеко в прошлое. Но об этом она обещала себе подумать позже, сейчас же она пришла сюда, чтобы расслабиться и отдохнуть от того, что свалилось на хрупкие плечи. Задумавшись, она не заметила как позволила рукам безвольно повиснуть над землей до такой степени, что маховик времени попросту выскользнул из рук. Она охнула от удивления, наблюдая за его падением, машинально пытаюсь нащупать палочку в заднем кармане джинс. Поняв, что палочка осталась в спальне, она застонала, а потом, разозлившись на свою недальновидность, выругалась. -Чёрт… ЧЁРТ! ЧЁРТ! ЧЁРТ! — она застучала кулаками по стене, а потом осела на пол, хватаясь руками за голову. Нескончаемый поток эмоций нахлынул на неё. Девушку захлестнула боль от потерь близких, отчаяние от невыполненного плана, вся тяжесть ответственности. Это было невыносимо. Хотелось сдирать кожу голыми руками, вырвать себе сердце, разбить руки о стены, которые некогда она считала своим домом. Таким безопасным и родным. Последний же год он стал лишь полем боя. Нескончаемым боем за жизнь. -И чем же была вызвана столь бурная реакция? -Не твоё дело! Шёл бы ты пока я не запустила в тебя каким-нибудь проклятием, после Экспульсо ты вряд ли будешь также усмехаться — слова вырвались прежде, чем Гермиона успела посмотреть на того, с кем говорила, да и получилось намного грубее, чем она планировала. Подняв глаза, она увидела Реддла, облокотившегося на стену боком и скрестив руки на груди. Вся его поза лишь намекала на насмешку, но после её резкой реплики левый уголок губы пополз вверх, теперь же от Реддла исходили волну издёвки. Сейчас собственноручно Гермиона Джин Грейнджер уничтожила свой шанс вернуться домой, а также образ аристократичной куколки, который так успешно удалось построить. И перед ни кем иным, как Томом Реддлом. Неужели всё случилось так, как в этих дешёвых маггловских фильмах. Гермионе меньше всего нужно было его присутствие, и тут он, собственной персоной. Она смотрела на него уже больше минуты не в силах выдавить из себя ни слова. После чего, поняв, что всё равно уже терять ей нечего, поднялась с пола и проворчав что-то вроде: -Отвали, Реддл, — уже было пошла дальше, как он преградил ей дорогу. -Так значит, все-таки не так проста, как пытаешься казаться? — он насмехался над ней, явно не веря в то, что говорил. -Если ты подумал, что говоря об Экспульсо я шутила, то ты очень сильно ошибся, — скрывать своё отвращение больше не надо было, так что она могла говорить с ним со всей ненавистью, что испытывала. Она уже прошла мимо него и спустилась с нескольких ступенек, как услышала фразу, брошенную ей в спину. -Слышал у тебя тоже наивысший балл за СОВ. Но ты можешь не пытать ложные надежды на этот счёт, для конкурирования со мной оценок маловато, — вспыхнув от такого пренебрежения на свой счёт, Гермиона и не заметила, каким довольным он выглядел от её реакции. Он пытался вывести её на настоящие эмоции, и у него получилось. Гермиона уже вовсю кричала на него. -Я не знаю, кем ты себя возомнил, но я докажу тебе и всем, кто так охотно ловит каждое твоё слово, что ты не стоишь ничего из этого. Ты подл, мстителен и жалок. И уж постарайся запомнить моё лицо, потому что именно я уничтожу в тебе всё то, что ты так яростно скрываешь за оболочкой всеми любимого старосты! — она обрушила на него все то, что так долго копилось к неё в душе. Она бы с удовольствием высказала это все и Волдеморту, но как-то возможности не было. Последнее, что она бросила ему в лицо было: -Увидимся на уроках! И ещё посмотрим кто и кому не составит должной конкуренции! A bientôt ma chère ennemi! (До скорой встречи, мой дорогой враг).       Он усмехнулся. Что ж, девчонка и правда не так проста. Но ведь от этого только интереснее приручать её. Реддлу не нужны были такие как она в сладком мире его обожателей. Ему достаточно было Дамблдора, который подозревал его всегда и во всём. А девчонка откровенно ненавидела его. Только вот… за что? Они не встречались раньше, а впечатление он должен был произвести обворожительного старосты, но никак не заносчивого Слизеринца. Девчонка не входила в его планы и может подпортить ему всё, что он с такой осторожностью создавал здесь. И всё же, что-то здесь было нечисто. Он запомнил ту небольшую заминку, которую она так успешно скрыла кашлем. Гермиона Деверо. Возможно, это и не её настоящее имя. Что могло послужить поводом строить из себя дурочку, когда обладаешь незаурядным интеллектом. В этом предстоит разобраться. И искоренить любую угрозу, направленную на его репутацию, исходящую от этой странной новенькой.       Гермиона неслась по коридорам. Да как он вообще смеет разговаривать с ней так? Что он о себе возомнил? Она на секунду задумалась. Он ведь… Вот же подонок, он специально выводил меня, чтобы я вскрыла ему все карты. Могла ведь соврать, что ноготь сломал или ещё чего, но нет. Теперь план Б стал не запасным. Он стал единственной её надеждой. И уж его она точно не провалит.