На круги не своя

За следующие полгода император Котто летал на Вавилон дважды. И в последний свой визит был немало удивлен, что Нарн в Альянсе снова стал представлять посол Г'кар. До отбытия он решил навестить его в резиденции.   - Входите. Увидев вошедшего, Г'кар встал из-за стола. Виру он показался усталым, может, даже постаревшим. - Не возражаете, если мои стражники немного постоят под вашими дверями? - Г'кар только мотнул головой в согласии, и Вир продолжил: - Лондо на них всегда жаловался, но я не знал, насколько докучливыми они могут быть. Даже слухи ходили, что именно из-за всех этих излишеств двора он и решил исчезнуть. - Г'кар снова ничего не ответил, но его взгляд неотрывно следил за лицом Вира. - Я полагаю, что Лондо и сам себя ограничивал во многом. Поэтому я, наученный его опытом, решил, что на этом посту буду время от время позволять себе простые внеплановые вещи, вроде визита к вам. Надеюсь, вас мой приход не побеспокоил? - Ни в коем роде, ваше величество, - наконец, улыбнулся Г'кар и предложил Виру присесть на диван. - Я как раз собирался сделать перерыв. Желаете тари, виски, или что-либо еще? - Лучше тари. Когда я попробовал его на Нарне, первое, что пришло мне в голову, это планы по отмене санкций между Центавром и планетами Альянса. Г'кар усмехнулся, передав ему напиток. - Только не говорите, что именно это сподвигло вас занять трон. - Это будет наш секрет, - улыбнулся Вир и столкнул рюмку с рюмкой Г'кара. - А вы? Отчего решили снова вернуться на Вавилон? Г'кар опрокинул рюмку в рот и посмотрел вдаль. - Я никак не мог решить, идти путем воина или жреца. И только после отлета с Центавра понял, что Вавилон был единственным местом, где выбирать не приходилось. Здесь я и жрец, и воин. Последнее, правда, сейчас не так актуально. Взгляд Г'кара застыл в одной точке. - Вы говорите так, будто скучаете по тому времени, - хмыкнул Вир. - Пока Лондо был вашим оппонентом, скучать вам, помнится, не приходилось. - Я не скучаю, - резко произнес Г'кар, и уже тише, продолжил: - По тому времени. Вир смотрел на него несколько секунд молча. - Да, вам пришлось тяжелее всех, Г'кар. Надеюсь, что в дальнейшем отношения между Нарном и Центавром не будут осложняться. - Я тоже, - произнес Г'кар. - И думаю, под вашим лидерством это более вероятно. Вир кивнул и поспешил удалиться - корабль уже ждал.   Как только он устроился в каюте "Светила Центарума" он вспомнил, что обещал доказать Дарине, что их ритуалы ухаживания вовсе не нелепы, и дал распоряжение связаться с лучшими садовниками столицы. Связной тут же сделал обратный звонок. - Какие именно цветы вас интересуют, ваше величество? - Звездные кружева. Много. - хмыкнул Вир и на секунду задумался. - А еще уточните, есть ли в наличии Г'кван-Эт, эээ... в виде семян. И лучше, если все это будет от одного поставщика. - Будет выполнено, ваше величество, - бодро ответил связной, и Вир прервал передачу.   Когда он прибыл во дворец, все уже было готово. Нежный аромат разливался по всем четырем анфиладам первого этажа, а в приемной даже не стали включать свет, несмотря на вечерний регламент - света "кружев" было и так достаточно. Вир улыбнулся - до прибытия Дарины оставался всего час. Радостно закусив большой палец, он подозвал флориста, поправлявшего букеты у восточной стены. - Скажите, а кто поставщик сего великолепия? - Гражданин Бурелли, ваше величество. Один из лучших садовников Республики. Единственный, кто удовлетворял вашему запросу по обоим пунктам одновременно. Вир улыбнулся, постукивая пальцем по губам. - Как я могу я с ним связаться? Флорист помрачнел, решив, что к "великолепию" у императора возникли придирки, но произнес: - Он доставил цветы лично, и, наверное, еще не успел покинуть дворец. - Пошлите за ним немедленно, и пригласите его ко мне в синий кабинет. Флорист быстро кивнул и выбежал наружу. На миг Вир приподнял венчик одного из цветов и направился к лестнице наверх.   Когда двери кабинета распахнулись, взгляд Вира потускнел. На него смотрел широкоплечий центаврианин с высоким рыжим гребнем и такой же рыжей бородой. - Ваше величество! Простите, но это беспредел! Эти нарны... - без дозволения начал он с порога, и только оказавшись у императорского стола, вспомнил, что забыл поклониться. - Простите, за нарушение этикета. - Ничего страшного, господин Бурелли, так ведь? Так чем же вы так недовольны? - Тем, что не смог угодить вашему величеству. - Напротив. Ваши цветы великолепны. - Вир указал садовнику на кресло. - Только мне неясно, почему в своей запальчивой тираде вы упомянули нарнов? Бурелли присел, как рыжий ураган. - Ну как же! Нарн, несмотря на отмену санкций, продолжает задерживать нам поставки многих удобрений. Семена, которые я вам доставил, еще из старых запасов, и лишь частично из тех, что я собрал сам в новом урожае. А потом сами же упрямые нарны Г'кван-Эт у нас выпрашивать будут, потому что в агрономии ни мо', ни гот'. - Наше перемирие с Нарном все еще недостаточно прочное, но я передам ваши пожелания послу Г'кару. Рыжий побледнел, и Вир налил в стакан воды. - Господин Бурелли? Что-то не так?... Вот, выпейте. Рыжий взял стакан и сделал пару глотков. - Ваше величество очень любезны. - Но почему вы так отреагировали? - Говорят... Хотя я чужд сплетен и эзотерических предрассудков, что именно гражданин, а ныне посол, Г'кар, задушил императора Моллари. Вир рассмеялся. - Досужие домыслы. Мне достоверно известно, что это не так. А вашему императору, я надеюсь, вы верите? - Само собой, ваше величество, - кивнул Бурелли. - Впрочем, эти ваши слова насчет удушения я также передам послу Г'кару. Он найдет их презабавными. Или, может, вы сами расскажете ему, господин Моллари? Рыжий вздрогнул, и широко улыбнулся. В следующий миг он потянулся к шее и стянул с лица сеть Шанделинк. - Хитрюга Вир Котто! - Лондо шутливо погрозил пальцем. - Раньше ты лгать совсем не умел! Видимо, этот пост всех меняет. Я же просил тебя не искать меня. - А я и не искал. Вы сами пришли. - Только не говори, что случайно заказал "кружева" и семена Г'кван-Эт. - Этого я не говорил, - усмехнулся Вир. - Я просто решил проверить догадку. Но мне и на самом деле нужны были цветы. Хочу кое-кого впечатлить. Лондо просиял и потер ладони. - Тогда семена не будут лишними. Спецраствор я тебе, то есть вам, ваше величество, тоже на всякий случай доставил. Не переставая улыбаться, они встали, чтобы обняться и перебраться на один диван. Лондо похлопал по обивке подлокотника. - Прямо как на Вавилоне сидим. Только джалы не хватает. - И проблем от Г'кара. С синяками. Улыбка на лице Лондо застыла, а глаза остекленели. - Он и правда вернулся послом на Вавилон? - Правда. И это одна из причин, по которой я вдвойне рад вас видеть. - Если вы собираетесь предложить мне роль его оппонента на Вавилоне, то не тратьте зря ни слова, ни время. - Но почему? Сейчас эта должность стала весьма престижной. Ее не иначе как "последней ступенькой к трону" зовут. - Императором я уже был. Спасибо, хватило. - Ну, если вспомнить пророчество леди Мореллы, "один из вас займет трон после другого", - спародировал Вир замогильным тоном и прищурился. - Она ведь не говорила, сколько раз это может повторяться. - После "смерти" другого, Вир. Вы меня вогнать в гроб хотите? - Ну, вы всегда можете снова инсценировать смерть. - Нет, слишком много возни. А здесь у меня сады, теплицы... Видели бы вы мой каздок! Еще неделя, и я смогу приготовить собственный бривари! Так что простите, ваше величество, от толпы этих придворных ротозеев я вас не избавлю. Вир вздохнул. - Ладно. Пусть Гвидо Рефа отдувается... - Гвидо Рефа? Кузен Антоно? Вам мир с Альянсом надоел?! - Что, передумали? - поднял Вир одну бровь. - Нет, даже так я на Вавилон ни ногой, ни брахом. Пусть Г'кар с ним там возится. Но как вам в голову пришло назначить одного из Рефа? - Я пошутил. Хотя вы забываете про Сенну. - Да, мне всегда казалось, что она у них приемная. Так кто сейчас наш посол на Вавилоне? - Джаддо. Дазани Джаддо. Хотя, он согласился неохотно и прилетает только на важные ассамблеи. Слишком занят делами рода после смерти Урзы. Лондо вздохнул и принялся натягивать маску. - Ну что ж, мне пора, Вир. К тебе вот-вот прибудет важная гостья. - Ладно, может, еще увидимся. Жаль, конечно, что ты отказался от поста посла. Похоже, нам придется поступиться шестью квадрантами вокруг Заграса-8, ну да ничего страшного, главное, чтобы ты был счастлив. - Заграса-8? - Да, именно. Нарн требует вернуть эти шесть квадрантов, как захваченные в ходе нечестных атак Теней. - Но эти области всегда были нашей сферой влияния! - Это контрибуции, Лондо. - Какие контрибуции?! - Лондо потряс сетью в руке. - Они не имеют право требовать то, что не является нашей собственностью, и является лишь сферой влияния. - И тем не менее. - Неужели вы так боитесь конфликта с Нарном, что готовы уступать им и в мелочах? - Нет, Лондо. Заграс-8 не так значителен. Просто Г'кар настойчиво просил оставить этот регион им. - И что же Дазани? - Он пытается, но вы же знаете Г'кара. Его трудно урезонить. - Ну уж нет! Нарны хотят под этот "послетеневой" шум заграбастать все возможное. Я такого не допущу! - Но Лондо! Вы говорили, что счастливы среди своих теплиц и садов! Разве я могу просить вас оставить все это? - Как я могу быть счастлив, зная, что владения Центавра безбожно разбазариваются, пока я ращу цветы?! Сегодня я мирно копаюсь в грядке, а завтра мне останется только ставить пугало, чтобы нарны не прилетели забрать то, что принадлежит мне?! Нет, Вир, то есть, ваше величество! Если никто это не останавливает, я отправляюсь на Вавилон! Вир вздохнул сочувственно и улыбнулся. - Хорошо. Вылет сегодня. Я прикажу подготовить бумаги. Всю информацию касательно Заграса - 8 сможете изучить по дороге. Ваше долгое отсутствие и инсценировку смерти представим, как необходимость скрыть главного свидетеля в деле об интервенции дракхов. - Так все-таки смерть от рук Г'кара - наиболее популярная версия моего исчезновения. - усмехнулся Лондо. - А вы не стали никого разубеждать. - А зачем? - пожал плечами Вир. - И Нарну втайне лестно, и Центавр сказочными пророчествами упивается. Лондо улыбнулся. - Да, Вир, политик из тебя вышел, что надо. Разреши-те откланяться, ваше величество? - Удачи на Вавилоне, посол Моллари. Когда Лондо ушел, Вир усмехнулся и достал из стола маленькую книжечку. Будучи атташе на Вавилоне он в первое время записывал в нее все, что упоминал его начальник. Даже глупости, которые тот произносил в нетрезвом состоянии. Вдруг пригодится... И вот пригодилось. Лондо не раз разорялся, что "брах Г'кару, а не Заграс -8", что "скорее брахиарти отдаст Г'кару, чем Заграс-8", и "пусть идет пятна свои считать, а не Заграс-8 ему". Конечно, Лондо говорил подобное и про половину планет галактики, но Вир попробовал - и вышло. И никакого обмана. В конце концов, Лондо ведь заметил, что политик из него, "что надо".   Развалившись на диване в своей резиденции, Г'кар откровенно скучал. В первые недели, когда он вернулся на Вавилон, он ожидал прежнего задора на заседаниях ассамблеи, но очень скоро понял, что все изменилось. Заседания были официально-скучными, высказывания послов - дипломатично-мирными, вопросы о разделении территорий - банальными и решаемыми всеобщим согласием. Шал умерил свой пыл, послы Бракири и Гейма торговались с этикетом минбарцев... Только Деленн, как ни странно, казалась эмоциональнее других - ее такая ситуация радовала. Г'кар зевнул. Делать было нечего: Заграс-8, фактически, был у Нарна в сумке, вдохновения писать книгу не было. Работа над межгалактической Вопа Ка'чур остановилась на центаврианском отделе, да и Г'кар уже не по одному подступу к ней помнил, что стоило ему начать рисовать гребень или клыкастую улыбку, он оставлял перо с тяжелым вздохом и уходил до утра в "Темную звезду".   Посол Моллари в это же время, напротив, места себе не находил. Никогда еще в бытность послом его так не занимала бумажная работа. Он уже трижды просмотрел все о контрибуциях, которые получил Альянс, все, об истории Заграса-8 и смежных с ним областей и сорок пять раз обошел свою каюту, репетируя пламенную речь. Заграс-8 был незначителен, но Лондо переживал, как будто на кону стоял весь Центавр. Во время своих изысканий по послевоенному разделу территорий он обнаружил, что Центавр по сути ничего не потерял и даже получил три новых планетоида под свое влияние. Так что ему теперь было не совсем понятно, почему Вир так желает этот клочок пространства рядом с восьмым Заграсом. Империалистской жадности Котто первый был лишен, стратегически область ничего не значила, в качестве объекта добычи промышленного сырья почти не имела особой ценности. Оставалась только одна версия: Вир желал продемонстрировать Альянсу влияние. Лондо помнил, как тонка грань между захватом и желанием доказать величие, но приказ императора - это приказ императора. Не он определяет курс политики, а значит должен сделать все, чтобы вырвать из пасти Нарна этот кусочек. И что скрывать: лучше, если при этом звонко клацнут именно челюсти Г'кара. Как и во все предыдущие дни ассамблея Вавилона 5 собралась согласно штатному расписанию. Г'кар сидел подперев кулаком щеку, со скукой вслушиваясь в монотонные обсуждения послов Бракири и хлюпанье ротовых щупов пак'мара. Посол Центавра задерживался, но Г'кара это нисколько не интересовало - Заграс-8 был у Нарна в кармане, да и Дазани был озабоченным до рассеянности, хотя к вежливости своей, всегда предупреждал об опоздании. Шеридан и Деленн решили не дожидаться его прихода: Джон встал, и хлопнув в ладони, потер их. Было это от радости, или удлиненные рукава минбарского кафтана ему просто мешали, Г'кар не понял, но скучно было так, что он решил сосредоточится на этом вопросе. По крайней мере так будет похоже, что он слушает президента. До его ушей долетели только его последние слова: - ... Император Котто первый предупредили нас, что посол Центавра проследует на это заседание из родного мира и может задержаться из-за бумажных проволочек. - Типичный Центавр, - не меняя позы, тихо зевнул Г'кар, но услышавшие его послы Бракири и Гейма заулыбались. Это хоть как-то оживило тоскливую атмосферу официальности, и Г'кар нарочно взглянул на часы: - Еще минута и он побьет рекорд опоздания Моллари. В тот же миг дверь распахнулась, и на пороге появился Лондо. Судя по идеальному полукругу гребня и привычной бледности - он не особо торопился. Взгляд его скользнул по скамьям для послов и быстро переместился к Шеридану. - Прошу простить мое опоздание, господин президент, но вы же знаете старый добрый Вавилон! Таможня продолжает работать традиционно медленно, с тех пор, как досмотром и безопасностью стали заниматься нарны. Г'кар выпрямился, будто кол проглотил. Голос его зазвучал так холодно и отстраненно, что мог бы сойти за угрозу. - Вы что-то имеете против наших людей в службе безопасности Вавилона? Лондо посмотрел в ответ по-орлиному. - Ни в коем роде! Это лишь напоминает мне о старых добрых порядках здесь, и о том, насколько дотошны и недоверчивы нарны... - Лондо вперил взгляд прямо в глаза Г'кару и натянуто улыбнулся. - Замечательное качество для для последователей славного мистера Гарибальди. С легким поклоном в сторону четы Шеридан Лондо проследовал к свободной скамье возле посла Аббаи. Г'кар застыл, не в силах различить, причислял ли его теперь Лондо к "команде параноиков Гарибальди", чья подозрительность стоила другим страданий, или просто ворчал с привычным высокомерием на медлительность вавилонской таможни. - Сегодня на повестке дня всего один вопрос, - начал Джон, включая трехмерную проекцию галактики. - Заграс-8 и прилежащие к нему квадранты пространства в группе Зета. Данные территории затребованы Нарном для возможной колонизации. Кто жел... - Колонизации? - Лондо вскочил. На месте его головы несколько секунд комично вращался полупрозрачный Заграс -9, пока Джон со вздохом не выключил проектор. - У Центавра не хватает наблюдательных пунктов, телепаты всех сортов и миров требуют свой дом, а нарны даже свою планету не могут заполнить! Куда им еще столько пространства?! - Может, еще вспомните, чьими стараниями нарны не столь многочисленны? - процедил Г'кар, туго поворачивая к нему голову. - Я помню, посол Г'кар. Но все мы здесь договорились смотреть в будущее и не поднимать прошлые распри. И чтобы предотвратить их, мы требуем Заграс -8 для себя, дабы следить оттуда за поддержанием спокойствия. - А что же вы так переживаете за свое спокойствие, если решили смотреть в будущее, забыв прошлое? - Как мы выяснили ранее, подозрительность до предвзятости - ваша характерная черта, Г'кар, - Лондо запнулся, глядя на то, как застыл его оппонент, и поспешил добавить: - Как и всего Нарна, впрочем. - Лондо наклонился, чтобы взять стакан с водой, отхлебнул и напряженно поморщился. - Кроме того, лично меня очень смущает тот факт, что Нарн стал требовать Заграс-8 только сейчас, якобы неожиданно. А изучив состав грунта планеты я выяснил, что там содержится колоквий - основной компонент для изготовления стелс-пас-маскировки и сетей Шанделинк. Так что владение Заграсом-8 было бы очень на руку тому, кто хотел бы производить оружие незаметно. А учитывая, что программа разоружения в Альянсе была принята совсем недавно... - Лондо "радушно" развернул кисти и поднял размашистые брови. Г'кар скрестил руки и ухмыльнулся. - А еще нам приписывали подозрительность до предвзятости. - Последний раз когда я был здесь, один из ваших послов уверял меня, что там, где идет добыча металлов, всегда начинается производство оружия. - Я проверял. Не так уж много там этого колоквия, - фыркнул Г’кар, и Лондо хитро улыбнулся. - А Нарн, как я посмотрю, уже этим интересовался... Г’кар закатил глаза, стараясь не смотреть на Лондо. - А почему бы нам не предположить, что это вы решили использовать колоквий Заграса-8 в подобных целях? - После трех лет невидимой интервенции дракхов на Центавре введены очень строгие ограничения на подобные виды вооружения. Контроль настолько строг, что таким производством никто не занимается - невыгодно. Наоборот, мы изучаем способы обнаружения средств маскировки. - Производство оружия всегда объясняют необходимостью обороны. - Говорите за себя, Г'кар. - Да, опустошенному Нарну есть что сказать. - Так или иначе лучший способ обороны - атака. Или не дать другим возможности обороняться. - Говорите за себя, Моллари. - Я скажу и за себя и за весь Центавр. Нам есть что предложить Заграсу-8. Если планета будет оставаться под нашим влиянием, мы организуем терраформирование. Мы сделаем это место пригодным для жизни настолько, что оно будет служить всем, кому потребуется перевалочный пункт и заправочная станция. - Лондо скосил глаза на Г'кара и слащаво процедил: - Как на Тучанкью. Шеридан и представители Альянса заинтересованно повернули голову в сторону Моллари, и только Г'кар застыл, будто вырезанный из пятнистого дерева. Последовавшие в тишине слова президента долетели до него, будто сквозь густой бульон: - Вам есть что сказать, посол Г'кар? Г'кар вздрогнул и поднял глаза. - Я свяжусь с моим правительством и мы представим вам свою программу обустройства Заграса-8. Конкуренция лучше голословных препирательств. - Хорошо, - кивнул Шеридан. - Продолжим после перерыва. Г'кар и Лондо обменялись взглядами, полными жгучей неприязни и потянулись к выходу за остальными. После перерыва однако, ничего в обсуждении не изменилось. Тишина стояла в зале всего один миг - когда руки Лондо и Г’кара синхронно потянулись к стаканам воды. И даже пока послы-оппоненты пили, то сверлили друг друга взглядом поверх стекла. Лондо едва не подавился, поторопившись опустошить бокал вперед посла Нарна. - Что это вы так завелись Г’кар? Насколько я мог изучить протоколы предыдущих собраний по поводу Заграса, прежде вы были куда сговорчивее и спокойно вели дела. Не сомневайтесь, я потребую от К'хари отстранение вас от этих дебатов, в связи с вашей повышенной до невежливого личной заинтересованностью!.. Дался же вам этот кусок космоса... - Не важно какой кусок вы хотите у нас отобрать - я этого не позволю! - У вас? Управление этой территорией давным-давно было передано Нарном нашим первым колонистам в обмен на технологии и в знак доброго знакомства. Для многих центавриан там большая родина, чем для вас. - Мы все время занимаемся тем, что исправляем ошибки прошлого. Наши предки были очень опрометчивы, пригрев... - Г'кар запнулся, вспомнив, что Моллари неправильно трактовал эту аллегорию. - Пустив туда чужаков. - А как же ваше "мы едины?" - Сила нашего единства с центаврианами в максимальной удаленности друг от друга. - Аааа!.. - победно протянул Моллари, - свои же убеждения предаете! - Мои убеждения с развитием и со временем поменялись, а вы, похоже, так и остались на ступени отсталых мечтателей-узурпаторов золотого века! Бесплодный спор окончился сигналом к завершению собрания. Посол Шал даже демонстративно вытащил из слуховых проходов беруши, прежде чем выйти из душного зала наружу. Весь последующий вечер Г'кар ломал голову, над тактикой в грядущих переговорах. С К'хари он, разумеется, связываться не стал - ничего путного они предложить бы не могли, да и скорее предпочли бы отказаться от Заграса-8 чем тратить усилия, больше нужные их родному миру. Когда пара аргументов против экспансии Центавра все же пришла ему в голову, он хлопнул в ладоши и, посвистывая, направился в "Темную звезду".   Моллари, само собой, уже сидел там, возле сцены, окруженный несколькими разноцветными коктейлями. "Празднуй, пока можешь", - злорадно подумал Г'кар, и сел у столика за спиной центаврианина. Весьма аппетитная на вкус многих рас официантка поставила очередную рюмку перед Лондо. Тот улыбнулся в ответ, и несмотря на громкую музыку, Г'кар четко услышал: - Мадмуазель, я не мог вас раньше где-то видеть? Та тряхнула кудрявой головой. - Не думаю, господин посол. Лондо просиял. - А! Я понял! Вы просто безумно напоминаете мне нашу богиню страсти Ли! Она так же прекрасна! Не верите? Ну что вы! Я же не могу солгать богине! У меня есть статуэтка в резиденции. Не хотите ли проследовать в мои апартаменты, чтобы убедиться в сходстве воочию? Пока Лондо пожирал официантку глазами в ожидании ответа, Г'кар встал, подошел к его столику и, громко скрипнув стулом, уселся рядом. - Милая леди, данный субъект - лжец, каковых поискать. Во-первых он безбожник, и статуэтки у него быть не может. Во-вторых он такой грешник, что никакая богиня никогда к нему не явится, и соответственно, как она выглядит, он, наверняка, не в курсе. Более того, как духовному лицу, мне известно, что центаврианская богиня страсти Ли обладает ярко выраженными мужскими признаками, а значит, ориентация посла Моллари сомнительна, раз уж он находит "её" прекрасной. Вас же, дорогая моя, подобное сравнение должно, как минимум, уязвлять. Советую вам не обременять свои прекрасные ушки его болтовней, и уж коли вы желаете знать правду о своей неземной красоте, лучше проследуйте в мою резиденцию, где мы сможем поговорить куда более откровенно. Лондо перегнулся к Г'кару через стол. - Милая барышня, не слушайте посла Нарна. Разве можно верить тому, кто представляется духовным лицом и при этом делает непристойное ночному времени приглашение? Что же касательно моего сравнения, то посол здесь, мягко говоря, ошибается, и вас должны скорее уязвлять его комплименты, ибо он о красоте ничего знать не может, так как его убогая планета населена исключительно уродливыми созданиями обоих полов. Да и что интересного вам может рассказать духовник? - Пуританином земляне, помнится, звали вас, Моллари, - осклабился Г'кар. - Боялись конкуренции, - скопировал его усмешку Лондо. Спорящие вытягивались над столом все дальше, становясь похожими на готовых к драке котов. Официантка взяла поднос, глядя то на одного, то на другого. - Конкуренции в неуспехах у дам? - Просто вы мешаете в данный момент моему успеху! - Успеху в глупых сравнениях прекрасной леди с гермафродитным божком? - Сказал самец - обладатель сумки для выкармливания детенышей. - По крайней мере в нашей половой системе нет столь лютого превалирования количества над качеством! Лондо шумно вдохнул, уже полностью поднявшись над столом. - В вашей половой системе превалирования нет потому, что у вас ни количества, ни качества! - Это уж не вам решать! - рявкнул Г'кар и, натянуто улыбнувшись, повернулся к тому краю стола, где стояла девушка. Однако там уже было пусто - "барышня межрасовой мечты" направлялась к выходу под руку с послом Гейма. Лондо обернулся за взглядом своего оппонента, скривился и сплюнул. Г'кар состроил еще более недовольную гримасу. - У вас просто талант все портить. - Это единственный талант, в котором вы меня превосходите. - На завтрашних переговорах я докажу вам обратное, Моллари. - Пустые слова - это единственное в чем вы поднаторели, Г'кар, - фыркнул Лондо и направился к выходу. Красные глаза еще долго буравили пространство, где исчез гребень нового посла Центавра. На последнем повороте к своей резиденции Лондо застыл. Его голову, до самых кончиков гребня окатило ощущение ужасное в своей знакомости. «Не пугайтесь, посол Моллари» - прозвучал голос в его голове, и тревога испарилась, как электрический разряд. - «Это не тот телепат, о котором вы подумали. Я - Лита. Вы слышали обо мне, но не можете помнить нашего знакомства.» «Лита? Вы ищете Г’кара?» «С ним я уже... говорила. Теперь ваша очередь.» «О чем вы?» «Вы также не помните, что у нас был договор. Вы просили сохранить меня часть информации о дракхах и бомбах на Центавре, на случай вашей смерти. При этом вам пришлось пожертвовать личными воспоминаниями. Частью которых был Г’кар... Тогда вы спрашивали, могу ли я вернуть их вам после. Я здесь за этим.» «Воспоминания? С Г’каром?» - Лондо опустил ладонь на лоб и отшатнулся, опираясь на стену коридора.- «Но я не хочу их возвращать...» Несколько секунд в голове Моллари был пусто, как утром, после особенно продолжительных возлияний бривари. «Да, Г’кар предупреждал, что ваше решение может быть таковым.» Лондо выпрямился и посмотрел вглубь коридора. Иллюминация на миг погасла, сменяя дневной режим на ночной. Перед началом следующего утреннего собрания было тихо, как никогда. Послы подглядывали то на Лондо, то на Г’кара с таким предвкушением, что вошедшему Шеридану невольно представилось, как они разом достают попкорн. - Доброго утра. Итак, вернемся к обсуждению вопроса о Заграсе-8. - И обсуждать нечего, - фыркнул Моллари. - Нарнам эта территория никчему. По крайней мере сейчас. И сомневаюсь, что и вскоре, то есть через пару сотен лет, она им тоже понадобится. Перенаселение им не грозит - уж больно их народ кхм... любвеобильный, а нам... - А вам этот квадрант доверять тем более нельзя, - скрестил руки Г’кар и посмотрел на Шеридана. - Господин президент, у вас ведь есть информация о том, что Тени прежде имели базы вблизи Заграса-8? Ведь именно туда за возможным средством от чумы дракхов направлялся Эскалибур? Лондо скрежетнул зубами, и Шеридан даже рот раскрыть не успел. - А не кажется ли уважаемым участникам ассамблеи, подозрительным, что все это откуда-то известно представителям Нарна? - Откуда-то? - усмехнулся Г’кар. - Это общеизвестная информация. И будь это сверхсекретно, стал бы я использовать эту информацию для того, чтобы доказывать единственное очевидно правильное разрешение вопроса о Заграсе-8? Вероятно, глубокоуважаемый посол Моллари не следил в последнее время за текущей ситуацией в галактике, сбежав от светской суеты. Если бы Лондо не укладывал утром гребень, он встопорщился бы сейчас веером самопроизвольно. - Разумеется! Ведь мои интересы куда шире! Это вам, Г’Кар, только и осталось, что протирать штаны на собраниях ассамблеи, показывая ограниченность своих интересов. - Мои интересы, как и прежде, совпадают с интересами всего Нарна. - Г’кар вперил в Лондо уничтожающий взгляд. - Они законны, рациональны и потому не требуют особых усилий. А вам, Моллари, не советую распаляться. Только устанете. И раз уж вы назвали меня ограниченным, я, пожалуй, ограничусь защитой владений Нарна. Лондо сделал несколько порывистых вдохов. - Продолжите в том же духе, и вам нечего будет защищать! Г’кар замер. Несомненно, он тоже помнил, что этой же отчаянной фразой когда-то завершилось обсуждение проблем пресловутого квадранта 37. Г’кар открыл было рот для отповеди, но губы его несуразно перекривились. - Это вы продолжаете, Моллари. Лондо на миг опустил голову к документам, будто там было хоть какое-то решение. - А вы вынуждаете! Тон их препирательства даже вполовину не был так агрессивен как прежде, но то ли Шеридан отвык от конфликтных обсуждений, то ли всеобщее молчание показалось ему слишком напряженным, что этого оказалось достаточно. - Полагаю, нам следует продолжить после внесения более конкретных предложений. Трясущимися руками Лондо собрал документы в охапку и первым вышел за дверь. За ним потянулись остальные. Позволив себе длинный даже по меркам йогинов вдох, Г’кар последовал за ними. Буквально пролетев до поредевшей теперь оранжереи, Лондо остановился. Его так и тянуло связаться с Виром, прекратить все это... Но вместо этого он поспешил вернуться в зал собраний, лишь бы эта идея не казалась ему все более привлекательной. В конце концов, сдаться сейчас? В опустевшей зале он был совсем один. Осмотревшись вокруг с ностальгией, он заметил папку на столе Г’кара. Должно быть, нарн тоже ушел в спешке, или же рассчитывал, что папка в зале собраний останется нетронутой. Выглядела она для возможного вора вовсе непрезентабельной, в конце концов. Может, ничего важного там и не было, но Лондо помнил, что у нарнов даже официальные документы выглядели как растрепанные пергаменты каменного века, и потому решил заглянуть внутрь. Вдруг там что-то, что обеспечит разрешение конфликта малой кровью... в конце концов Шеридан бы это даже одобрил... В папке оказались вовсе не документы. Лондо рассматривал картинку несколько минут. Рисунок был схематичен, но предельно четок. На переднем плане был изображен центаврианин, совершенно бесстыдно раскинувший брахиарти в стороны, один из которых вползал глубоко в рот нарна за его спиной. Внизу на общегалактическом красовалась надпись"ассоциация". Лондо повернул картинку под углом, но от этого живость образов стала только ярче. В эту минуту прожужжала гидравлика дверного проема, и на пороге застыл Г'кар. - И что по-вашему вы делаете, Моллари? Лондо вздрогнул, но тут же выпрямился, потрясая все еще раскрытой папкой перед собой. - Что?! Задыхаюсь от возмущения вашей мелочной сублимацией! И вы собираетесь отправить ЭТО в печать?! - Да собираюсь, - проскрежетал Г'кар и подошел ближе. - А вы прекратите брать без спроса чужие вещи. Г'кар попытался вырвать папку, но Лондо резко поднял ее над головой. - Это пошлость, оскорбительная для центавриан! - А я знал центаврианина, которому это нравилось. Лондо на миг замер, и понимая, что Г'кар это тоже заметил, поторопился еще раз тряхнуть нарнской папкой. - Я никогда не допущу, чтобы подобное было скопировано хоть в одном экземпляре! - Сначала приобретите авторские права! - хмыкнул Г'кар, глядя на Моллари, как на надоедливое насекомое. - Авторские права?! На это?! Цена этому - величина отрицательная: чтобы я согласился хотя бы перевернуть обложку, это вы должны были бы мне заплатить. - За услуги натурщика, полагаю? Лондо поджал губы кисетом. - Я бы приобрел права лишь для того, чтобы это извращение никогда не вышло в свет. - Только сами будете по ночам читать? Я знал, что вы собственник, Моллари, но чтобы настолько... - Я? Читать это? Да это же оскорбление всех возможных эстетических чувств! - Вы не главный цензор Нарна, чтобы судить. Так что если я захочу, книга в свет выйдет. - Может, я и не цензор, но смогу засудить вас за вторжение в личную жизнь! - В чью же? В моей книге изображены абстрактный центаврианин и абстрактный нарн. - Даааа? - противно протянул Лондо, бросив книгу на стол. - Я легко смогу доказать, что вы нарисовали в столь неприглядном виде меня. Не кого-нибудь, а Приму Центавра в моем лице! Оскорбили целую нацию! - Вы уже не Прима Центавра. - Тогда был. - Решитесь рассказать, что делали в свой славный императорский век? - Расскажу, но не в столь бесстыдных формах! Г'кар с улыбкой покачал головой. - Вы никогда не пойдете на такое. Испугаетесь за репутацию. - Не вижу никаких проблем в том, чтобы защищать свою честь от вымысла пятнистых писак-извращенцев. А уж чтобы вам насолить, ничем не поскуплюсь. - Да? И как же вы докажете, что изображены здесь? Картинка начнет исцелять страждущих и воскрешать мертвых? - поддразнил Г'кар и тут же посуровел. - Да у центаврианина на ней даже нет лица! - Зато есть кое-что, что есть лишь у единиц на нашей планете. - Совесть? - осклабился Г'кар. Лондо затрясло, но он только выпрямился и ткнул пальцем в картинку. - Рубцы после пересадки сердца. - О, извольте! Стареют все, и оперируются многие. Так что вы не докажете, что на картинке я изобразил именно вас. - Ксеногеронтофил! - Почему нет? Если вы каким-то образом докажете непристойность подобного, я отвечу, будто этим хотел подчеркнуть, что только центаврианин в возрасте, уже умудренный опытом, способен оценить прелесть воссоединения с отличной от себя особью. - Хорошо же, - с предвкушением процедил Лондо. - Согласен, сердца у нас пересаживают. А вот следы ожога от человеческого дефибриллятора, вряд ли найдешь у "абстрактного" центаврианина. Г'кар молчал, и Лондо победно ухмыльнулся. - Вы, вероятно, полагали, что эти два выступа на коже - природная особенность строения грудных мышц у наших мужчин, однако, этот ожог - следствие различий в сопротивлении тканей у нас и землян. Г'кар снова не ответил, и Лондо понял, что попал в точку. - Что, этим вы символизировали, что с нарном может возлечь только ударенный током? Г'кар продолжал молчать. Его взгляд мрачнел с каждой секундой, но Лондо разошелся, и уже отказывался замечать что-либо. - Да мало того, вы еще оставили намек на мою склонность к азартным играм в самом названии! "Ассоциация карточных игроков"... Нет, ну надо же... Лондо усмехался, мотая головой в наигранном удивлении, Г'кар болезненно кривился, сжимал челюсти... И вдруг просиял. - Моллари... А ведь иллюстрация-то названа "ассоциация". Я не написал ни слова о карточных игроках. Лондо прекратил смеяться и непонимающе уставился на Г'кара. Тот, видя недоумение собеседника пояснил: - Вы тоже вернули себе воспоминания, которые хранила Лита. Лондо побледнел, резко вдохнул и поторопился захлопнуть книгу. - И... что с того? Моя жизнь слишком ценна, чтобы выбрасывать ее часть! - Лондо вдохнул еще и добавил: - Даже если это очень неприглядная и постыдная часть. Воодушевление исчезло с лица Г'кара со скоростью света. Увидев его реакцию, Лондо застыл, и быстро вышел из зала. В коридоре он долго смотрел в полысевшую долину за стеклом, но перед глазами у него стояло лицо Г'кара. В оставшиеся от перерыва полчаса он вернулся в свои комнаты и связался с Центавром. - Переговоры с Нарном идут из руки-в-брах плохо, Вир... то есть, Ваше Величество. Г'кар не уступит нам и пяди Заграса! Вы зря послали меня... С экрана Вир с любопытством следил за тем, как Лондо быстро ходит взад вперед. Его гребень при этом двигался как тарелка локатора. - Ничего страшного, Лондо. Я и не рассчитывал на успех этих переговоров... Вы так взволнованы... Что-то случилось? - Что-что! - воскликнул Лондо и устало потер лицо. - Это же нарны! С ними никогда не бывает просто! - Да, как там, кстати, Г'кар? - Г'кар? Г'кар пусть подавится своей... Своим Заграсом! Вир вздохнул. - Лондо, я не против отдать нарнам этот сектор, но постарайтесь при этом не испортить отношения с Нарном. - Все равно, это - разбазаривание территорий республики! - Восстановление мирных отношений. - Потеря влияния! - Дипломатия. - Слабость! Вир выпятил губы и прищурившись всмотрелся в лицо Моллари. - Лондо... Я не помню, чтобы вы когда-либо принимали так близко к сердцам мелкие неудачи посольской миссии... Лондо вздрогнул и тряхнул гребнем. - Только если речь не шла о нарнах.   В свою очередь Г'кар после его ухода присел, бережно поправил торчащие края листов в папке, сложил на столе ладони и опустил на них голову. Ничего, если до перерыва он посидит так. Решение, в конце концов, готово. Для Нарна победа в этих переговорах «важна» настолько, что К’хари даже не спросит, а Моллари только ради этого Заграса покинул свое уединение. «Только ради Заграса». Мысль так сильно резонировала, что впервые голова Г’кара заболела от решения больше, чем от нерешенной загадки. Когда Шеридан и остальные стали занимать свои места он уже сидел выпрямившись, будто верстовой столб. Лондо заходил последним, и против обыкновения не стал оценивать краем глаза "боеготовность" посла Нарна. Вместо этого его взгляд бездумно перебегал с одного представителя Лиги Неприсоединившихся Миров на другого. Г'кар в его сторону также не смотрел. Шеридан привычно хлопнул в ладони, но не успел открыть рта, как заметил, что Г'кар поднял руку, и приглашающим жестом дал тому слово. - Я хотел бы сделать заявление. Дальнейшее обсуждение по последнему вопросу более не требуется. Нарн отказывается от притязаний на квадранты зета и Заграс-8, предоставляя право обладания им Центавру. Ассамблея ожила вдохами. Острый слух нарна уловил даже "сдался?!" "заговор какой-то" и "а это точно Г'кар?". Брови Шеридана поползи на лоб, хотя до перерыва он клялся держать свои эмоции под контролем. Г'кар продолжал сидеть не шелохнувшись. Лицо Лондо вытянулось, но почти сразу на нем нарисовалась равнодушная улыбка. - Нарн и тут украл нашу идею. Я также собирался заявить о том, что мы готовы уступить Нарну сферы влияния на зета и Заграсе-8. Повисло молчание, будто ранее воображаемый Шериданом попкорн выпал из рук всех членов ассамблеи. Первой нашлась Деленн. - Полагаю, что только компромисс может разрешить эту патовую ситуацию. Предлагаю поручить терраформирование Заграса-8 Центавру, а нарнов назначить там наблюдателями. Количество занятых организаций и резидентов сделать при этом равными. Г’кар и Моллари будто не слышали, вперив друг в друга взгляд сквозь сотни тысяч голографических парсеков. Однако, когда проекция погасла, оба без слов кивнули. - Ну, раз уж мы смогли решить вопрос так быстро, предлагаю на этом собрание закончить, - улыбнулся Шеридан и, наконец, позволил себе закатать мешавшиеся рукава на глазах возмущенной супруги. Лондо покинул собрание вперед остальных. Неудивительно, он уходил почти бегом. Его раздосадовало, что Г’кар первым ухитрился сделать «великодушный жест» и вышло, будто сам он уступил лишь в ответ на его заявление. С другой стороны, так Г’кар точно будет сомневаться в причинах его «жеста доброй воли»... Лондо зашел в кабину лифта, но, будучи погружен в свои мысли, забыл нажать на кнопку и так и стоял перед открытыми дверями, пока перед ними не появился Г’кар. От этого Моллари опешил еще больше, и лифт продолжал стоять. В голове Г’кара мысли разбросало, как пятна поверх нее. Можно было зайти, показав, что его не стесняет столь близкое присутствие центаврианина и конфликт исчерпан на всех уровнях. С другой стороны, этим он будто соглашался на предложение Моллари войти, будто тот специально держал лифт для него. Вычурная, искусственная и немало раздражающая вежливость... Можно, конечно, было также скривиться в пренебрежении и сказать «я подожду», но с какой стати он будет уступать центаврианину теперь?! С выражением крайнего дискомфорта на лице Г’кар зашел внутрь, заставив Моллари посторониться. Лифт продолжал стоять на месте. Г’кар вперил взгляд в замершего Лондо. - И? Так и будем стоять? Столбом? Или вы так пытаетесь и здесь территории застолбить? - Вы, кажется, не просили нажать какую-либо кнопку. - Вынуждаете просить? - Общепринятый этикет вынуждает. Г’кар на миг рассердился на собственную горячность - это полностью противоречило той линии поведения в правильности которой он себя убедил всего час назад. Однако, это только подлило масла в огонь. - А вы что же, не помните, где моя резиденция? На миг оба застыли, вспомнив единственный день, когда были в упомянутом месте вместе. - И не обязан помнить, - вспыхнул Моллари. - Неуважение, граничащее с высокомерием. Я знал, что сегодняшние уступки просто демонстрация брезгливой подачки Центавра, не имеющая ничего общего с дипломатическим взаимодействием. - Такая же демонстрация, как и ваша притворно-заносчивая виктимность. - Ничего личного, Моллари, - скривился Г’кар и нажал кнопку, стараясь держать руку прямо и подальше от центаврианина. Лондо стиснул зубы. - Разумеется. Не сомневался, что Нарн ни при чем, и это лично вы не доводите начатое до конца. - Если конечный результат предполагает не более, чем вашу спесивую подачку, то извольте, предпочту ассимптотическое стремление к бесконечному. - Слабые всегда находят оправдания слабостям. Лицо Г’кара вытянулось, и в следующий миг он уже схватил Моллари за грудки, прижимая к стене. - А пустословы и провокаторы слабостям потакают! В ответ Моллари вцепился ему в шею. Глаза его засверкали в люминисценции лифта, как искры электричества. - Когда им не оставляют выбора! - Выпалил Лондо и спустя миг их рты смялись в одно, как оголодавшие хищники над последним куском. Не проехал лифт и этажа, как они оторвались друг от друга, пытаясь теперь не то разорвать одежду оппонента, не то схватить ее, чтобы отпихнуть в стену. Тяжело дыша, они выпустили истрепанные камзолы из хватки и разошлись по разным углам. Г’кар исподлобья посмотрел на Моллари, поправлявшего ворот перед своим мутным отражением в стальной стене. «И зачем все это... как отвратительная агония...» - На самом деле, мне жаль. - Того, что «прах» не в свободной продаже? - не глядя бросил Лондо за спину. Г’кар выдохнул рывком, но заметив, как дрожат пухлые пальцы центаврианина, произнес ровным тоном: - Превращать сожаления в фарс мелочно. Но видимо, только подобного применения достойно ваше красноречие. Лондо ответил не оборачиваясь и не прерывая своего занятия. - Это я от вас почерпнул. Помните, вы тоже превращали мои сожаления в фарс несколько лет назад, когда я впервые пришел к вам в резиденцию. - Не было тогда сожалений, - фыркнул Г’кар. - Вам просто был нужен союз. - Еще скажите, что и на больничной койке я не просил прощения. - Что вы там за стеклом в полубреду лепетали еще неизвестно. - Ну уж нет. Я помню. Тогда вы все поняли верно. - Да. И после слышал, как вы говорили Виру, что просто из комы не выбрались бы. Чего стоят ваши извинения, если они даже смертном одре неискренны? - То, что я говорил Виру, предназначалось ушам Вира, - вздохнул Лондо, но обернулся с сердитой гримасой. - Однако признаю: у вас более ловко получается спихивать, как вы выражаетесь, «с кривых пятен на ровные». Г’кар облокотился на стену, скрестил руки на груди и уставился в пол. - У всех есть пятна. И кривые и ровные. Все зависит от точки обзора. Лондо стиснул зубы так, что клыки неприятно уперлись в нижнюю губу. Он не хотел возвращаться на Вавилон, да и вообще в знавший его мир, именно из-за этого тона. Не язвительного, не снисходительного, а примиряющего, понимающего и прощающего. Почти прощающего. Обнадеживающего. Слишком хорошего, чтобы быть правдой. Лондо скривился. Ох, лучше бы он прятался в своих парниках от всего мира. Там уже и каздок цвел... И надо ему было позволить Виру «уговорить» себя на это посольство!.. вернуть воспоминания... Какая ирония. Если бы кто-то с десяток лет назад сказал ему, что смиренная речь нарна вызовет в одном его сердце тяжесть, а в другом - негодование, он бы рассмеялся безумцу в лицо. А у Г’кара сердце было одно, и кажется, плохо справлялось с подобным. Лондо всмотрелся в свешенную пятнистую голову и понял - понимание в ней никак не уравновесится с согласием оставить все как есть, и сдерживается Г’кар только его сопротивлением. Да и сам он хорош. Только раскачал «котелок на огне». Лондо вздохнул. А вправе ли он решать за обоих? Как ни противно, единственное решение его разум обнаружил в книге Г’кара. «Иллюзия вражды, чтобы вина не раздавила обоих.» Лондо вздохнул и прижал ладонь к шейной броши. Уж лучше, чем игры в доверие, от которых уже и галактику трясет... Лондо повернулся к Г’кару с кривой ухмылкой. - Пятна - врожденная черта только для нарнов. Как и склонность исторгать примиряющие лозунги после побоища. Иногда целыми книгами. - После собственных потерь, заметьте. А не как Центавр - лишь бы увильнуть от ответственности за свои деяния, - Г’кар скрежетнул зубами. К чему он вообще сдерживается? Лондо хмыкнул. - Примиряющие лозунги - лицемерны, и я не помню за Центавром ничего подобного. - Ах да, вы правы. Вслух у вас получается только заявлять свои права на то, что вам не принадлежит. - И снова вы спекулируете на старых обидах. - А вы бы конечно, предпочли бы, чтобы я все забыл. - Отнюдь. Смиренные противники оскорбляют чувство собственного достоинства. - Некогда сильные империи на последнем издыхании всегда гипертрофируют свою гордость и предпочитают называть снисхождение к себе слабостью противника. Какой самообман. - Не больший, чем переоценивать свою «примиряющую дипломатию». Вдох едва не разорвал камзол Г’кара и он шагнул к Лондо вплотную. - Вам просто повезло не знать нашу экспансию. Лондо почувствовал как оба его сердца замерли, но заставил себя посмотреть устало и свысока. - Да, вы потом по Вавилону как крысы прячетесь, что и не заметишь сразу. Глаза нарна полыхнули, и Лондо взмыл в крепкой хватке к потолку. На фоне движения лифта его внутренности особенно чувствительно рухнули к ногам. Он вцепился в нарна со всей силы. Так, чтобы тому было ясно, что это сопротивление, а не попытка удержаться. Тут же лифт мягко тряхнуло. Послы вперили друг в друга гневные и упрямые взгляды, но ни один из них не сдвинулся. Когда со звонком двери распахнулись, Шеридан за ними замер на полушаге, оглядывая конгломерат инопланетян с перекошенными в гневе лицами. - Я подожду следующий... Только и пробубнил президент Альянса, пока двери скрывали синхронно кивнувших и горячо пыхтящих послов. Лондо вырвался из рук Г’кара и, кривясь, отряхнул одежду. - Если вы еще способны воспринимать дипломатические предложения, предлагаю решать прения снаружи. Здесь все равно слишком мало места для вашего бездыханного тела. Г’кар, втайне укоряющий себя за несдержанность, сохранял раздраженную гримасу. - Согласен. Хотя, помнится, вы здесь изначально для себя место застолбили. Лондо напряженно вздохнул, зная, с каким неподобающим оттенком прозвучит его следующий вопрос. - Так у вас или у меня? Г’кар, к его радости, оттенок игнорировал, только угрожающе нахмурился. - У меня. - А все жаловались на вторжения центавриан... - Научен приему гостей после вашего визита. - И все же, ради такого случая, я сам хотел бы проявить гостеприимство, - почти прошипел Лондо. Г’кар усмехнулся, но вышло угрожающе. - Родные стены вам не помогут, Моллари. - Ни в чем не хотите соглашаться, так? Дипломат называется... - Просто помню, что посягательство на территории Центавра плохо заканчиваются для всей вселенной. - Последнему виной лишь ваше упрямство. Лифт остановился и двери открылись. Лондо буквально вытолкал опешившего от его прыти Г’кара наружу и потянул к своей резиденции. - Переживет вселенная, не впервой... Г’кар не ответил, стараясь лишь поспевать за взбесившимся Моллари. Открывая двери своих комнат, Лондо запоздало порадовался, что не успел обзавестись атташе. И хорошо, что Вир этого не видит. Он попытался втолкнуть «гостя» внутрь, но тот опомнился и вместо этого сам отправил хозяина во владения рывком за шиворот. С трудом сохранив равновесие, Лондо развернулся к нему лицом. Дверь за Г’каром закрылась. Массивная фигура нарна и его взбудораженный вид на миг заставили Лондо подумать, что он перестарался, создавая иллюзию вражды. Вспомнились и визит нарна под «прахом» и собственные вещие сны. Воззвав к богам на столике у входа, чтобы хотя бы ожидаемые травмы были не напрасны, он схватил статуэтку богини Ли, будто дубинку, сглотнул и выпрямился. - Варвар! Г’кар кивнул на статуэтку в его руках: - А в вас ничего святого. - Напротив, богиня Ли сейчас весомо одобрит мои старания и направит мою руку. - И правда, какая страсть у народа, таковы ей и боги-покровители... Лондо на миг замер, признавая, что в данном случае Г’кар прав, хотя и попал пальцем в небо. - Уж лучше религия насильственной страсти, чем рабское блеяние о единстве от эфемерного ничто в костюме. - Раз уж вы настаиваете... - глухо прорычал Г’кар и ринулся к Лондо. В первый миг он выхватил статуэтку из рук из центаврианина, во второй сдавил его в хватке и впился поцелуем. Лондо удалось отстранить его почти сразу, и вытерев рот о плечо, он фыркнул: - Это оскорбление Центавру... - Называли слабаками нас, а сами ответить не можете. Как безъязыкие... Лондо гортанно прохрипел и с небывалой силой притянул голову нарна к себе, буквально опровергая последнее заявление Г’кара. Их пальцы, скрючившиеся в чужой одежде принялись стягивать ее почти раздирая. Немилосердно задевая и царапая друг друга, послы, наконец, свалились на пол нагишом. С четверть часа они перекатывались, ударяясь о мебель коленями и локтями - каждый боролся за то, чтобы оказаться сверху - пока, наконец, Г’кар, оказавшись в очередной раз на спине, не стал скидывать усевшегося на него Моллари и ухмыльнулся. - Вам же больше работы. - Рабу виднее. - Бывшему рабу, - гаркнул Г’кар и вдавил Моллари в себя со всей силы. Лондо не растерялся, обеими пятернями прижал его лицо к полу и укусил в шею. Он вложил в это все свое разочарование, всю усталость от необходимости оправдываться, и почувствовал, что Г’кар и сам рад ухватиться за шанс перестать все себе объяснять. Раздираемый эмоциями и чужими руками он с трудом напомнил себе, что должен держаться выбранной тактики. Сейчас он заткнет Г’кару рот, как, может, потом и на Совете. Ни продохнуть ему не даст, ни слова вставить. А если понадобится - и из обсуждения его выдавит, как сейчас с дивана спихнул. Ни пяди центаврианских владений, ни затянувшейся оккупации его рук на своем теле, никаких компромиссов, никаких договоров. Вторжение... Г’кар резко выдохнул, и дернувшись, не остался в долгу. О, нарн будет биться. Отчаянно, как всегда. Книжки подождут... Лондо злорадно прохихикал в пятнистый слуховой виток, и Г’кар дернул его свободные брахиарти, увивая ими руку. Он сжал их кончики в ладони так сильно, что перед глазами Моллари побелело и он на миг перестал что-либо соображать. На этом можно было и закончить, но разве их препирательства когда-либо считались со временем? Каждый из них прочел ответ на этот вопрос в глазах напротив, и их хватка снова стала крепкой. А после в их движениях не было и капли нежности. И даже усталости, которую можно было с ней неосторожно перепутать. В завершении они просто оттолкнули друг друга, грозно пыхтя, как после незаконченной драки. Более не глядя на Моллари Г’кар поднялся, кое-как оделся размашистыми движениями и вышел прочь. Лондо не следил. Просто откинул растрепанную голову на спинку дивана. План работал, и это было лучше, чем ничего. Лучше, чем прежде. Хотя кажется, теперь в нем слишком много святого. Во всех смыслах. Складывая брахиарти вручную Лондо усмехнулся. Все-таки он - куда более тонкий политик, чем Г’кар. Хотя в данном случае радовало не превосходство само по себе. Добравшись до своей резиденции без единой мысли в голове, Г’кар закрыл дверь и сполз под нее, усевшись в ту медитативную позу, что и когда-то в заточении. Моллари был прав, конечно. Он говорил, что может простить, но не смог. И теперь это было единственным, в чем Лондо мог его обвинить. Может, отчасти поэтому тот так отчаянно цеплялся за это - больше противопоставить было нечего. Конечно, это было сравнимо выступлению с зубочисткой против меча, но Моллари из тех, кто и из зубочистки сумеет сделать зуботычину... Г’кар вздохнул, но невольно его губы тронула улыбка. И разве может он забирать у Моллари последнюю защиту? Нет. А значит, следовало готовиться к новому противостоянию. В конце концов, завтра новое собрание Совета, и им с Моллари еще есть что делить в этой вселенной.