Замки изо льда.

Через неделю я встретил случайно Шикамару, и он был совсем не похож на себя обычного. Я сразу обратил внимание на его потухший взгляд и скорбно опущенные уголки губ. Случилось что-то ужасное. Я подошёл к нему, но он даже не заметил меня, настолько сильно что-то шокировало его. — Эй, Шикамару, — немного неуверенно позвал я, и Шикамару вдруг развернулся и обнял меня, вцепившись, как в спасательный круг. — Асума…Асума-сенсей умер, — едва слышно выдавил он и заплакал. Я утешал своего лучшего друга, но не пытался узнать подробности. Я знал, что наставник Шикамару был ему дорог и воспринимался скорее как дядя, кровный родственник, а не учитель. Я и сам не знал, как пережил бы, если что-то случилось с одним из моих близких, ведь смерть отца до сих пор не могла меня отпустить до конца, а ведь прошло три года. — Его…убил странный сектант. Он…через поглощение крови связал их тела и убил себя. Но умер… Асума-сенсей… — Тебе нужна моя помощь? — от моего вопроса Шикамару вдруг очнулся и слабо улыбнулся. — Да. Я хочу его убить, но, ты знаешь, я не особо боевик. — Ты стратег, этого достаточно. Даже если его нельзя убить, его можно запереть навечно, — улыбнулся я, и Шикамару постарался улыбнуться в ответ. — Я разработаю стратегию и попрошу помощи у знакомых шиноби. Их было двое, но второй мне не нужен. — Я спрошу у новой команды №7, не хотят ли они поучаствовать. — Спасибо, — Шикамару словно очнулся от своей печали и загорелся местью. Снова встретились мы на похоронах Асумы. Я пришёл скорее поддержать Шикамару, а не проститься с этим шиноби, хоть и знал, что он был хорошим и правильным мужчиной. Его беременная жена плакала, и её команда стояла возле неё, поддерживая. Шикамару стоял неподалёку от них, а я стоял рядом. — Мы уничтожим этих…ублюдков, — гневно прошептал Шикамару и сжал руку в кулак. Я положил руку ему на плечо, выражая так свою поддержку. После похорон мы вдвоём отправились к Хокаге и выразили своё желание помочь Конохе с уничтожением врагов. — Я понимаю твои чувства, Шикамару, и надеюсь, что они не омрачат твой разум. Я рассчитываю на тебя, — серьёзно кивнула Цунаде-сама. — Хитоши-кун поможет тебе с этим Хиданом, но в деревне нет сильных шиноби, чтобы разобраться с его напарником. Они все заняты на миссиях. — Отправьте команду №7, — предложил я, и Цунаде с удивлением на меня посмотрела. — Ямато-сан очень опытный джонин с уникальной стихией, он сможет как минимум задержать напарника нашей цели. Какаши уже должен пойти на поправку, поэтому он тоже сможет поучаствовать. Это уже два джонина. Я ещё слышал, что Сакура помогла Наруто расправиться с нукенином S-ранга, значит, у неё есть способности как минимум ошарашить этого напарника. Наруто же… — Джинчурики, — задумчиво произнесла Цунаде. — Но их третий, Сай…вызывает у меня подозрения. — Дайте им Сову, он проследит, чтобы всё прошло нормально и окажет помощь в случае чего. — Ты хочешь пойти без напарника? — удивилась Хокаге. Я кивнул. — Это личное дело. Я выступаю не как Филин, а как лучший друг Шикамару, Хитоши Иори. — Хорошо. Если вы справитесь с этой миссией вдвоём, то… — Только не говорите о повышении, Хокаге-сама, — чуть ли не хором взмолились мы с Шикамару, и она рассмеялась. — Хорошо, говорить не буду, — мы только расслабились, как: — сразу повышу. Вы хотите ещё кого-то привлечь? — Ино и Чоджи. Они тоже хотят отомстить, — сказал Шикамару. Цунаде кивнула, принимая во внимание фразу Шикамару, а я задумался. — Возможно ли привлечь команду Неджи? Я помню, что они тоже уже встречались с нукенинами S-ранга и выживали. — Нет, они будут заняты на своей миссии, но я подумаю, кого из АНБУ, кроме Совы, могу дать в сопровождение. Мы уходили из кабинета, более уверенные в своих силах, хоть это, возможно, и было глупо. Нам предстояло выстоять в бою против двух ниндзя S-ранга, и боевой силы откровенно не хватало. Конечно, два джонина внушали мне уверенность в хорошем исходе, но я откровенно волновался за команду Асумы, которая сейчас была эмоционально нестабильной. Собрать всех участников было несложно, сложнее было объяснить стратегию, но о части с ловушкой Шикамару им не рассказал, опасаясь, что они могут случайно выдать это врагу. На этой миссии моему другу предстояло очень много играть, а я должен был подстраховывать и его, и других. В крайнем случае я мог задержать напарника Хидана Зеркалами, но опасался, что напарник бессмертного сектанта тоже будет непростым. Ино помогла нам напасть на след этой двоицы, она вселилась сознанием в птицу и выследила их, но чуть не попалась. На этом её роль в операции заканчивалась, она оставалась в укрытии как ирьенин и должна была после битвы оказать первую медицинскую помощь вместе с Хаку, который мог вмешаться, но должен был беречь чакру. — Ты хочешь сражаться один? — уточнил он у меня, и я кивнул. — Это личное. Больше Хаку вопросов не задавал, послушно приняв свою роль ирьенина и жестом АНБУ показав, что будет присматривать за Ино. Там же остался бы и Чоджи, желавший сражаться, но он отравился и не смог участвовать. Естественно, операция не могла быть перенесена или отменена, тем более, не в обиду Чоджи будет сказано, его вклад был бы незначительным: он просто не смог бы ничего сделать против нукенина S-ранга. В итоге большая часть нашей миссии зависела от того, как хорошо сыграет Шикамару. Сперва нужно было их убедить в его слабости, а затем, воспользовавшись расслабленностью, убить. Эту часть должен был выполнить Какаши, его подстраховывал Ямато-Тензо, я же страховал Шикамару: у меня тоже была возможность связать, пусть и на небольшой отрезок времени. — Начинаем, — Шикамару поджал губы. В этой операции он выступал как главный стратег, и ответственность на нём лежала огромная. Ему надо было обмануть двух нукенинов и выполнить свой план мести. «Если возникнут сложности, ты останешься с Какузу, Тоши», – сказал он мне перед тем, как мы отправились на миссию. Шикамару подготовил прекрасную ловушку, поэтому мог справиться и один, ведь он планировал вести сражение на своей территории. Разозлённый Шикамару лишь обострил свой разум и смог построить многоступенчатый план, предусматривающий личную силу каждого. Я восхищался своим другом очень искренне. Шикамару вышел первым, начиная подготовку к ловушке. Он бросил кинжалы с взрывными печатями, от которых нукенины отклонились. Какаши открыл свой шаринган и внимательно следил за боем, как и я, но у нас были разные задачи: я следил за тем, насколько прочно связаны нукенины тенью, а Какаши искал слабые места. В соседнем укрытии сидели Ино и Хаку, а Ямато сдерживал Наруто, рвущегося в бой. Сакура мрачно сидела рядом с Ино, но, в отличие от неё, ей было позволено сражаться. Прочитать Сая было сложно, но проведённая вместе ночь никак не сказалась на его профессионализме, и это радовало меня: он относился ко мне как к товарищу, а не как к кому-то особенному. — Его тень слабеет, — заметил Какаши, и я вздохнул. — У тебя есть только один эффект неожиданности. Будь быстрым, как молния, — ответил я, и Какаши хмыкнул и исчез. Вскоре вспышка молнии осветила наше поле битвы, и Ино с Наруто начали восхищаться силой Какаши, но я чувствовал, что что-то не так. Этот нукенин был ранен, смертельно ранен, молнии пробили его грудь прямо через сердце, но он…продолжал жить? Это было первое расхождение с планом, и я переместился чуть ближе, чтобы попытаться расслышать беседу перед шиноби. Славься этика, многие шиноби из уважения и меркантильных целей (чтобы чакра немного восстановилась) вели продолжительные беседы во время боя. Надо ли говорить, что лично я такой ошибки не совершал? Какаши считал, что тем самым я проявляю неуважение к прошлому шиноби, но я всегда предпочитал жизнь. Этот Какузу пинком отбросил Какаши в скалу и снял плащ, и я понял, что всё пошло не по плану. Нельзя было позволить этому шиноби завершить свою технику, поэтому я атаковал его Оковами Льда. Иней покрыл видимую кожу, давая мне понять, что у меня есть пара секунд на новый план, ведь я вряд ли смогу удержать под контролем такого сильного нукенина. — Демонический Ледяной Дождь, — я направил иглы в Какузу, заставив его прервать технику и отпрыгнуть. — А ты ещё что за хрен? — возмутился его напарник, но я не обратил на него внимания. — Снегопад, — я не хотел давать им шанс контратаковать, поэтому вокруг нас с Какузу появилась белая пелена из льдинок. Это небоевая техника, ущерб от льдинок минимальный, но… они пропитаны моей чакрой, поэтому я могу ориентироваться в этом пространстве, в отличие от тех, кто попадает в него, ведь моя чакра повсюду, она мешает найти меня. Клан Юки был параноидален, и их техники прекрасно подходили для незаметных убийств. Я подпрыгнул к Какузу. — Демонические Ледяные Зеркала, — я не знал, сколько я продержусь, но я должен был запереть этого бессмертного монстра и позволить Шикамару увести второго. Кажется, я всё же не поучаствую в плане своего друга, но я был нужен здесь. Зеркала заперли нас внутри, и снег продолжал идти, а я активировал ещё один Демонический Ледяной Дождь. В замкнутом пространстве уклоняться от многочисленных игл было непросто, тем более, что они перемещались хаотично и атаковали одновременно в нескольких направлениях, поэтому Какузу оказался несильно ранен. Я не задел ни одну из оставшихся масок, хотя планировал разобраться с ними со всеми, когда Какузу признался, что он бессмертен из-за них. — Ледяной Снаряд, — я бросил несколько сосулек в Какузу, но он смог избежать их, приблизившись к одному из зеркал. Я ждал этого и проткнул танто ещё одну маску. Теперь их осталось две, но сам Какузу перестал быть таким расслабленным и, несмотря на боль и ранения от моих ледяных игл, он смог сосредоточиться и выпустить оставшиеся маски, заставив их бесформенные тела стать щитом. Теперь один я явно бы не справился хотя бы из-за количества, и я прервал технику, тут же отпрыгивая и давая Ямато защитить нас от атаки огнём. — Давно я не встречал представителей клана Юки. Интересно, сколько денег я получу за твой труп? — хмыкнул Какузу, и я, не удержавшись, закатил глаза. Серьёзно? Он опять расслабился? — Вы не такие тупые, как мой напарник. Догадались разделить нас, но… Разве это что-то меняет? Какой же он самоуверенный. Какаши взял на себя сражение с основным телом, Наруто, выпрыгнув, начал сражаться с одной из масок при поддержке Сакуры, раскалывающей землю ударами, и Сая, который рисовал и оживлял многочисленных зверей, чтобы отвлечь внимание и оказать помощь своим сокомандникам. Их было трое, и в Наруто сидел особый зверь, поэтому я не волновался, но мы с Тензо должны были разобраться с последней маской. — Хорошо, что ты тоже смог уничтожить одну, — сказал мне Ямато, посылая колья дерева в сторону маски, от которых та спокойно уклонилась. — Я рассчитываю, что ты тоже справишься, — хмыкнул я, чувствуя небольшую слабость. Я потратил много чакры на то представление и демонстрацию силы, чтобы выиграть время. Абсолютная защита прекрасно работала, но требовала слишком много чакры. — Нам нужен план. Я вздохнул и особыми жестами показал, что я планирую делать. Я специально «говорил» жестами, потому что Какузу вряд ли был глухим дураком, он мог услышать и скорректировать действия маски, но присматриваться к рукам он не смог бы: его отвлекал Какаши, в данный момент на огромной скорости соревнующийся с ним в тайдзюцу. Я же позволил Ямато вести бой, а сам подал сигнал Хаку. Мне нужно было его вмешательство, ведь сила нашей команды была гораздо больше, чем каждого из нас по отдельности. Жестом же я показал стратегию номер два. Это когда мы оба создаём по зеркалу в небе и расстреливаем врага перекрёстным огнём. Чудесная тактика, но не работает против внимательных и разумных. Маску, чей хозяин занят, такой назвать точно нельзя. В итоге Ямато отвлекал внимание маски на себя, а мы с Хаку выждали момент, когда маска оказалась связана корнями, и применили Демонический Ледяной Дождь. У Хаку было больше чакры и ледяных игл, но я из-за маленького количества был немного точнее, ведь управлять небольшим количеством было гораздо проще. В итоге мы превратили маску в нечто дырявое, и она сломалась. Дальнейшее сражение прошло мимо меня, ведь я достиг своего лимита. Я так и не увидел, как команда Наруто уничтожила последнюю маску и как Какаши проткнул молниями сердце настоящего Какузу, после чего тоже потерял сознание. К счастью, мы победили, поэтому нашим жизням больше ничего не угрожало, но узнал я обо всём только в больнице. Меня вообще ждало много новостей.