"Все мы немножко призраки, каждый из нас по-своему призрак."

      Оставшись вроде как в безопасности и один, безо всякого призрачного и нелогичного соседства, парень успокоился.       Успокоившись, он оглянулся и присел на лавку, зная, что в такое время никто его не видит, в том числе и всезнающие и всевидящие старушки на этоих же самых лавочках, ни мамочки с детьми разного возраста, выходящие погулять со своими отпрсками. Вокруг не было вообще никого. Было так спокойно и тихо, словно кто-то спокойный, как спящий океан, надёжный, как лучший старый друг детства, и такой же хорошо знакомый, как, к примеру, хорошенькая молодая соседка в доме напротив, чьи окна находились как раз напротив окон комнаты Витька, подошёл к нему, положил руку на плечо и спокойно сказал:       «Всё в порядке, друг! Ты в безопасности, я проверил и убедился. Тебе больше нечего бояться.»       Парень задумчиво вытащил из кармана пачку сигарет, повертел её, так же задумчиво и медленно вытащил одну. Долго рассматривал, словно увидел впервые, не торопясь, выдохнул и снова вдохнул, словно спортсмен-ныряльщик на берегу деревенского пруда, куда он приходил ещё не признанным спортсменом, а просто пацаном. Обычным — лопоухим и с облупленным носом, с выгоревшми на Солнце светлыми волосами, как и все его деревенские друзья, и нечего ему, обладателю кубков и медалей, в родном селе пыжиться и выпендриваться, для кого-то он — чемпион, а здесь он каким и кем был, тем навсегда и остался.        — Странно… — пробормотал он, удивляясь словно самому себе, словно наличию полной пачке сигарет в кармане — Ведь никогда и не курил особенно… Так, — баловался просто. А ведь гляди ж ты? Из-за каких-то призраков, которых и не видел никогда, опять вспомнил, что могу так-то захотеть курить. Может, ну его? Брошу, и дело с концом?       Вокруг всё было так спокойно и тихо, что Витёк не мог представить себе, что где-то осталась его пустая квартира, в которой сейчас привидения разгуливают. Или не разгуливают, а занимаются чем-нибудь? А что, интересно, призраки могут делать, когда живых хозяев рядом нет? Он попытался представить себе, что там могло происходить в его отсутствие, — да и происходило, наверное, каждый раз, когда его днём дома не было, и соседи уходили тоже, и почему-то не мог представить себе ничего особенно страшного или ужасающего.       Квартира, которую он снимал вместе с другими приезжими, его никогда не пугала, за исключением… того последнего случая. Не было ни ощущения, что он пришёл в склеп, не было кладбищенского холода, не было слышно демонического смеха — ничего такого, что часто появляется в фильмах ужасов.        — А может, ну его, а? — спросил парень темноту.       Темнота промолчала.        — Может, пойти домой и посмотреть, как там всё? — продолжал допытываться Витя у безопасной и живой темноты чутко дремлющего ночного города — Мне всё-таки на работу завтра вставать… А привидения… попробую им потом подношение оставить. Как домовым.       Где-то вдалеке проехала машина, заиграла и стихла музыка из магнитолы, и всё снова стихло.       Тишина не разбиралась ни в призраках, ни в привидениях, ни в домовых, и ничего не могла посоветовать. У неё были дела поважнее: каждую ночь она заботилась об огромном городе.       Как и следовало ожидать, огромный дом встретил парня так, как и полагалось — темнотой, льющихся изо всех окон, и сонной тишиной. Соседи, разумеется, не вернулись, — да и зачем им было возвращаться посреди ночи?       «Скажу кому — не поверят. — думал Витька, открывая дверь. — Да ну его нафиг. Маленький, что ли?»       Осторожно, успокаивая сам себя, дошёл до выключателя, нажал на него. Неяркий жёлтый и какой-то заспанный свет заполнил старую прихожую. Всё было тихо. Никаких признаков монстров в шкафу, под кроватью или где-нибудь ещё.       Ещё шаг. И ещё. Вот уже и узкий длинный коридор, из которого можно пройти на кухню.       «Блин, неудобно-то как. И кто вообще придумал такую планировку? Чёрт, никогда днём не замечал, как неудобно этот коридор расположен. Так, здесь есть выключатель, чтобы включить свет в коридоре…»       Витьке показалось — или на кухне что-то звякнуло? Словно кто-то поставил чашку или стакан в раковину? Но соседей ведь нет, они вернутся только завтра утром. И чего им дома по ночам не сидится… На вопрос, почему не сиделось ему самому, парень предпочёл не отвечать. У него… обстоятельства были. Это другое.       Тишина. Такая полнейшая, как на опустившейся на дно субмарины. Вроде бы никто не топает на втором этаже, нигде нет признаков паранормального, а потому пугающего присутствия — и всё равно что-то не то. Или ему это уже просто кажется? Да уж, на живого и правда не угодишь… А призракам, интересно, всё равно или не всё равно? Их ведь вроде как принято считать мёртвыми?       Внимательно соглядываясь по сторонам и включая повсюду свет, Виктор включил свет повсюду, куда смог зайти, прежде чем зашёл на кухню, где тоже незамедлительно зажёг свет. Там никакой опасности быть не должно — площадь там такая маленькая, что даже таракан не спрячется, да их там, собственно, и нет.       И тут квартирант обнаружил что-то такое, чего точно не было, когда он уходил вечером, вернее, ночью, из-за… прилива внезапного вдохновения, вот. Мжчины ведь никогда не боятся, верно? На кухне приятно и хорошо пахло свежесваренным кофе. Сам парень кофе не варил, — и соседи так и не вернулись, очевидно, найдя этой ночью какое-то другое, гораздо более интеерсное занятие. И словно на случай, если он чего не понял, в качестве доказательства на столе стояла полная кружка свежезаваренного дымящегося кофе.       Выходило что-то явно не то. Или соседи вернулись, — ага, кофе заварили, а пить не стали, после чего слова ушли, или же призраки любили кофе пить. А ещё, — они умели варить его на зависть многим живым.       В ванной комнате, находящейся неподалёку от кухни, всё оставалось нетронутым, только легко и приятно, как-то по-весеннему пахло женскими духами. И на полочке лежала открытая губная помада.       «Розовая, с перламутром, подошла бы блондинке.» — обморочно подумал Виктор, опускаясь на стульчик рядом со стиральной машинкой.       Теперь оставалось только увидеть это загадочное привидение, которое варит кофе, пользуется духами и губной помадой. Его соседи, — серьёзные взрослые мужики — за таким никогда раньше замечены не были.