Закат на рассвете

Он вздрогнул и резко сел на постели. За окном в тусклом свете месяца плясали голые ветки дуба. Ему снился очень долгий сон. Мрачный и тяжелый, но вспомнить, что именно ему снилось, не получалось. В коридоре снова раздался звук, который и пробудил его. — Ястреб, — шепотом позвал он, но ответа не последовало. Щелчок выключателя, вспышка и хлопок, сопровождаемый звоном. — Дьявол, — прошипел он и потянулся нащупать телефон. В свете фонарика прорисовались осколки лампочки и пустая постель напротив. Не то скрип, не то шарканье снова разнеслись по коридору. — Ястреб, это ты? — позвал Старатель. Его голос разлетелся в густой темноте чем-то чужеродным и неприемлемым. Поежившись от непривычного холода, он встал. Энджи не знал почему, но был уверен, что разжигать пламя нельзя. Дверь в палату скрипнула, разрезав плотную тишину. — Ястреб, — снова перешел на шепот Старатель. Последняя дверь на этаже чуть приоткрылась. Откуда-то просочился сквозняк, неприятно касаясь открытой шеи. Непроизвольно втянув голову, Энджи двинулся по коридору. Шаги разносились по помещению шорохом бетонной крошки. Звук отражался от стен, из-за чего казалось, словно позади кто-то вторит каждому его движению. Но отчего-то одна только мысль обернуться в эту непроглядную тьму заставляла его цепенеть. Чем ближе была приоткрытая дверь, тем отчетливее он слышал тихое похныкивание за ней, периодически срывающееся в судорожные всхлипывания, словно плакал испуганный ребенок. Старатель коснулся металлической ручки, обжигающей холодом. В комнате кто-то зашуршал, словно упал, и все стихло. По спине пробежали мурашки. «Какого черта? В конце концов за соседней дверью спят мои коллеги. Малейший громкий звук и сюда сбежится десяток первоклассных героев», — отогнал страх Тодороки. Сделав глубокий вдох, он потянул дверь. — Кто здесь? — достаточно громко позвал он. Но в этот раз эхо не отразилось от стен. Темнота конференц-зала словно поглотила все звуки, не дав им распространится дальше пары метров. В углу что-то шевельнулось. По спине снова пробежал холод, заставляя содрогнуться. Он медленно перевел свет вспышки туда, словно опасаясь того, что может там увидеть. Два огромных черных крыла подрагивали в такт тихим всхлипываниям. — Ястреб? — от чего-то во рту пересохло. Перья шелохнулись и из-под крыльев высунулась мертвенно белая голова. Два совершенно бесцветных глаза уставились на него. Нет, не на него, а в него. Казалось, словно они видят все его внутренние органы и саму душу. — Почему? Разве я сделал что-то столь ужасное? — разлетелся по комнате знакомый голос, переполненный обидой и болью. — Кейго, что с тобой? — сдавленно спросил Старатель, делая шаг к напарнику. — Почему? За что ты убил меня? — из белесых глаз потекли алые струйки. — Что? — ошарашено спросил Старатель. Сжатый в руке телефон внезапно стал тяжелее и… другой формы? Из небольшого ровного отверстия во лбу Ястреба потекла кровь. — За что ты убил меня, Энджи? — повторил Кейго, но голос становился все холоднее и громче. — За что ты убил меня? Энджи попятился и выбросил пистолет из руки. Телефон хрустнул разбитым стеклом. Комната погрузилась во тьму. — За что? — прошипели в самое ухо Старателя. Он резко вскочил в постели. За окном в тусклом освещении уличного фонаря медленно падал снег. Из-под взъерошенных волос на лоб скользнула капля пота. Рядом щелкнула настольная лампа, заливая комнату мягким светом. — Что-то приснилось? — сочувствующее спросили сбоку. Два золотистых глаза внимательно всматривались в него. — Боже… — тихо прошептал он, падая в постель и закрывая лицо руками. — Может, тебе воды принести? — озабочено поинтересовался Таками, садясь в постели. — Нет! — тяжело выдохнул Старатель. Кейго чуть склонил голову на бок, продолжая пристально изучать напарника. — Может, тебе сходить умыться? — спросил он. — Оставь меня, — отворачиваясь к стене, сказал Старатель. — Ладно, — тоже укладываясь, отозвался Кейго и погасил лампу на прикроватной тумбочке. Комната погрузилась в темноту. В соседнем номере всхрапнул Вепрь, ворочаясь во сне. Внизу на ресепшене приглушенно зазвонил телефон. За окном продолжал кружиться снег.

***

— Старатель. Старатель! — раздалось над самым ухом. Яркий свет ударил по глазам, и Энджи зажмурился, отгораживаясь рукой. — Ты всю жизнь так проспишь! Скоро обед, мы все уже зарылись в базах и папках, а ты все никак не проснешься! — возмутился Кейго, нависший над ним всего в паре сантиметров от лица. — Вставай! — Может, ты отойдешь? — нахмурился Тодороки. — Ну наконец-то! — радостно взмахивая крыльями, завопил пернатый, едва не ударившись о потолок головой. — Кстати, мы с Вепрем ночью решили зарубиться в приставку, но если Ворон узнает… короче! Нужно, чтоб ты прикрыл! — Да что ж ты такой шумный с самого утра, — поморщился Старатель, ощущая тупую боль в висках. Всю неделю, что они пробыли здесь, у него не было ни одной спокойной ночи. Преследующие его кошмары не давали спать дольше пары часов, а сейчас столь необходимый ему сон прервал Ястреб, треща о какой-то ерунде. — Утра?! Старатель, уже час дня, прием, как слышно? — спустившись на пол и чуть склонив голову на бок, спросил Кейго. — Тебя Ворон уже трижды спросил. Два раза ты был в туалете и один раз отошел выпить таблетку от головы. Если ты сейчас не явишься, мне шею намылят за это вранье, между прочим. — Зачем я ему сдался? — немного помолчав осмысливая сказанное, спросил Энджи. — Да скучно ему небось. Из Лилиан уже всю душу вытащил вот и не знает, чем заняться теперь, — помрачнел Таками. В самом деле то, как глава обращался с предательницей вызывало сомнения в правомерности таких действий. Сутками напролет он ковырялся в ее голове, выуживая самые мелкие детали. Но главного: где сейчас база Рассвета, она не знала. Казалось бы, собрав все возможные данные о стратегии и сторонниках маньяка, можно было оставить девочку в покое, но Ворон был иного мнения. Раз, а порой и два, в сутки в кабинет (хотя пыточная было бы точнее) вызывали Мерси. Первые дни его приносил Грейс, но сейчас он уже приходил сам, опираясь на плечо Шедвелла, который не оставлял его ни на минуту с их прибытия. Ровно неделю назад в бывшем штабе Ворон отпустил IT, техников и поваров на машинах из главных ворот, сухо поблагодарив их за службу. Герои же проследовали по подвалу к моргу, в котором обнаружился проход в коллектор. Шорохи и всплески, разлетающиеся вперед и назад, то и дело возвращались к ним же. Казалось, что за каждом поворотом притаился противник, а позади неуклонно следует слежка. Не сказать, что Энджи был столь впечатлительным, но неся спящее тело преступницы его то и дело посещали мысли о нападении. Кейго сосредоточенно шел рядом с Вороном впереди, отправив перья на разведку. Сразу за ними двигались Церберы. Скотт прощупывала перед собой каждый кирпичик, чтобы не угодить в провалы, которые тут встречались. За ней Грейс нес Мерси, закутанного сразу в несколько одеял. Придерживая его за локоть, рядом шагал Шедвелл. С другой стороны шла Соул, которая каждые два часа останавливала всех и поила какой-то смесью Мерси. За ними шли все остальные члены ГОЛР, подсвечивая путь фонариками телефонов. Замыкал процессию Старатель, чтобы, как сказал Ворон, испепелить слежку, если таковая будет. Тодороки даже в голову не приходило, какой размах имеет подземная сеть коллекторов Японии. Она распростерлась куда дальше городов. Множество мелких ответвлений выводили к более крупным каналам, а те, в свою очередь, снова мельчали. Неприметные, перекрытые решетками короткие ходы, порой выводили к неожиданным тупикам, в которых едва можно было различить двери — видимо какие-то технические помещения. А может, и ошибка проектировщиков, иначе зачем их перекрывать решеткой? Они особо заинтересовали Ястреба. Он отправлял к ним перья, а к одной, с погнутыми прутьями, даже попытался пронырнуть, но Ворон тут же выловил его едва ли не за шкирку, прорычав гневную тираду о важности миссии и бестолковости пернатого. Впрочем, «бестолковость» Таками разрядила напряженную обстановку, позволив героям улыбнуться. По подземным артериям они выбрались в город, прошли его насквозь и в итоге свернули в бесконечный узкий тоннель, уже слабо напоминающий коллектор. Проход то уходил вверх, то снова спускался. Сухой ровный пол, потемневший от времени кирпич и несколько подставок под факелы, что изредка попадались им, заставляли задуматься о его значении. Они шли весь день, лишь с короткими перерывами на «кормление» Мерси. Под конец пути даже у Старателя начали гудеть ноги, не говоря о болящем желудке. — Далеко еще? — устало спросил Кейго, наступив на собственное перо, что должно было разведывать обстановку с остальными. — Около часа, если не сбавлять темп, — сверившись с чем-то в телефоне, ответил Ворон. — Шагомер? Серьезно? — фыркнул Таками, чем заслужил раздраженный «цок» главы. С учетом того, что сеть не ловила, такой подсчет расстояния, пожалуй, был самым удобным. Стоило им достичь небольшого люка, похожего на створки старого погреба, и Ворон велел им кинуть свои телефоны в углу тоннеля.  — Зачем? — сразу же встопорщил перья Кейго. — Ваши номера могут быть известны и отслеживаться. А некоторые, по глупости, могут выйти через Wi-Fi в соцсети. Эти ошибки могут стоить нам жизней. Телефоны в угол. Старатель, расплавь их, — мрачно велел Ворон и не сдвинулся с места, пока не убедился в добросовестном исполнении своего приказа. Из тоннеля они попали сразу в техническое помещение отеля и с тех пор не покидали здание. Выходить на улицу было строго запрещено, хотя их постройка была отделена от остального комплекса высоким забором во избежание любопытных глаз. Обычно здесь останавливались звезды и чиновники, которые хотели побыть в тишине и покое, поэтому система охраны и от злоумышленников, и от фанатов была продумана. Комфортные прогретые номера, душ с горячей водой, весьма разнообразные блюда, одним словом, после обшарпанных холодных стен предыдущего штаба — рай. Лишь Таками и не пришлось по душе новое убежище. Точнее неукоснительное правило — не покидать помещения. — Кстати, Мируко тут кое-что интересное нашла. Ты когда-нибудь слышал о герое По’ртале? Он погиб семь лет назад на одной из миссий, решив в одиночку спасти группу людей под завалами, куда не рискнул лезть никто. В общем, погиб, как герой. Данные о его причуде стерты из базы, хотя сама хроника сохранена. Судя по этим записям, у него были способности, связанные с пространственным перемещением. Я подумал, что может стоит копнуть в этом направлении? Хэй! Ты вообще меня слушаешь! — возмутился Таками. — Да слушаю я! — сплюнув зубную пасту, рыкнул Старатель. — Могу я хоть умыться спокойно?! — В полвторого дня? — приподняв бровь спросил Кейго. — Не-а, — ухмыльнулся он. — Ястреб! — рявкнул Тодороки и ногой захлопнул дверь в ванную. — У-у, кажется, кто-то не в духе, — саркастично заметил Таками. Он по своему обыкновению застыл возле окна. Белые хлопья, кружась в вальсе, падали с неба, ложась коврами на дорожки отеля. Кусты медленно надевали пушистые шапки. Он протянул руку, приоткрывая окно. Морозный воздух пах свежестью и свободой, которой так ему не хватало. Если бы можно было взлететь, хоть ненадолго. Мышцы спины заныли, словно моля о работе. Он сказал Ворону, что не станет подчинятся, но это правило имело смысл. Его прихоть не могла ставить под удар всех. От одной мысли, что по его неосторожности кто-то может попасться психопату, по спине пробегал холодок, словно сквозняк сочился ему не в лицо, а пробирался со спины под кофту. За эту неделю пропало еще два героя. Рассвет снова начал действовать. Их обоюдная пауза подошла к концу. — Простынешь же, — мрачно буркнули за спиной. — О, спящая красавица! Готов-таки? — закрывая окно, встрепенулся Таками. — Ты сейчас договоришься, Ястреб… — сжимая кулаки, процедил Старатель. — Да все-все, не злись, — миролюбиво вскинул ладони Кейго. — Пошли, покажешься на глаза нашему дознавателю.

***

— Почему у них не дают на завтрак хлопья? С молоком, — уныло ковыряясь в своей тарелке, спросил Мерси, подпирая голову одной рукой. — Хочу домой. У Рики всегда есть хлопья. И молоко. Их врач действительно быстро шел на поправку, хотя случившееся отпечаталось на его лице и фигуре болезненной худобой. Сейчас он был как нельзя более мирным: ни к кому не лез и не задирал. Даже, как-то вечером спалив Ястреба и Вепря за игрой в приставку, вместо того чтобы поднять шум, просто сел с краю и наблюдал. Правда, продлилось это всего десять минут, после чего он уснул, и Шедвелл потащил его в номер. Кейго не сомневался, что прежний Мерси ни за что не упустил бы шанс насладиться зрелищем нагоняя от Ворона (если есть лишние силы — отправляйтесь работать). — Думаю, мы вернемся через месяц, — не отрываясь от книги, бесцветно прошелестел Адам. — Как долго… Купи мне хлопья, — ложась на стол, простонал Мерси. — Ты же знаешь, я не могу выйти в магазин, — вздохнул Шедвелл, видимо выслушивая уже не первую подобную просьбу. — Закажи. — Мерси, нельзя, — монотонно ответил Шедвелл. — Я не буду это есть, — отодвигая поднос, пробормотал зеленоволосый. — Ты должен есть, иначе восстановление замедлится, — устало откладывая книгу, снова вздохнул Адам. — Канючит как ребенок, а сколько выпендрежа-то было… — покачала головой Мируко, подсаживаясь к Ястребу и Старателю. — Он и есть ребенок в свои двести девятнадцать, — отозвалась с соседнего столика Скотт. — Двести… — ошарашенно выдавил Ястреб. — Джин! — возмутилась Соул. — В определенный момент его психику просто закоротило, замкнуло, и теперь он всегда будет реагировать и вести себя как подросток, иначе с ума сойдет от своего бессмертия. Знаю, он тот еще говнюк, но сколько людей он потерял за эти годы… Отчасти его можно понять, — вздохнула Скотт. — Перестань говорить с ними об этом! — прошипела Соул, едва ли не подвизгивая. — Придет время и нашу группу тоже заменят. — А почему же он не может продлить вашу жизнь, обладая такой причудой? — не сдержала удивления Мируко. — Это невозможно. Его причуда возвращает органы к тому состоянию, в каком они должны находиться на данный момент жизни человека. Он может излечить болезни и любые раны, единожды вернуть любого человека или сколько угодно тех, кто носит его печать, но победить старость не по силам даже ему. Сколько бы он не возвращал человека в дряхлое тело, тот все равно будет умирать снова и снова. Естественный ход жизни нерушим. Лишь его собственные клетки постоянно регенерируют, позволяя ему всегда оставаться молодым и здоровым. Из нас лишь Адам будет его вечным спутником, — печально ответила Скотт. Ее лозы словно поникли, выдавая грусть хозяйки. — Что еще за печати? — нахмурился Старатель. — Почему Шедвелл будет вечным спутником? Его причуда тоже позволяет ему оставаться всегда молодым? — влез Таками. — Джин! — вскочила на ноги Соул. Шедвелл оставил свои попытки заставить Мерси позавтракать и пристально уставился на них. Разномастные глаза медленно переходили от одного к другому, видимо пытаясь понять причину шума. — Да что с тобой? — всплеснула руками Соул. — Сама не знаю… Так грустно сегодня. Захотелось поболтать с кем-нибудь, — задумчиво отправляя ложку между лозами, отозвалась она. Кейго, обращенный весь в слух, разочарованно вздохнул. Было ясно, что продолжения не будет. — Церберы, кроме Мерси, со мной, — распахнув дверь, вошел Ворон. — Остальные занимайтесь своими обязанностями. — Останься, — тихо, но твердо велел Шедвелл, усаживая зеленоволосого на место. Мерси затравленно окинул взглядом их столовую и уткнулся в тарелку, словно от продолжительного всматривания он точно обнаружит там свои хлопья. — А вот это не к добру, — чуть нахмурился Ястреб. Старатель молча кивнул.

***

За окном разыгралась настоящая вьюга. Нечасто он такое видел в их городе. Ветер пронзительно завывал, пригибая деревья в саду и угрожающе звеня окнами. Изо рта вырвалась небольшая струйка пара. «Надо включить обогреватель», — промелькнула у него мысль, хотя сам он холода не ощущал. Наверху заплакал ребенок. «Который?» — растерялся Старатель. Чем ближе он подходил к комнате, тем отчетливее слышал тихую колыбельную. «Должно быть, Рей». Он толкнул дверь. На кровати действительно сидела его жена, укачивая небольшой капризничающий кулек. — Энджи, — обернулась она с легкой улыбкой. — Посмотри какой он красивый. Он осторожно приблизился, склоняясь над ребенком. По спине пробежал холод, даже волосы на голове словно зашевелились. Лицо и маленькая торчащая из пеленок ручка была покрыта ужасными шрамами. — Даби? — хрипло прошептал он. — У нас будет злодей, — счастливо улыбаясь, прощебетала Рей. Ему нужен был не обогреватель, ему нужен был воздух. Срочно. Пошатываясь, он подошел к окну, распахивая его на всю. — Энджи он же совсем маленький, он простынет! Как ты можешь так с собственным сыном? Со своим первенцем! — закричала Рей. Старатель повернулся к ней и наткнулся на два совершенно белых глаза. — Как ты мог убить сына?! Как ты мог убить его?! — еще истошнее закричала Рей, прижимая к себе кровавые пеленки. — За что ты так с нами, Энджи? — спросил знакомый голос. Воздуха становилось все меньше, он шагнул назад и провалился в ледяную темноту. Старатель вздрогнул и резко сел в постели. — Что ты тут забыл? — раздался над ним суровый голос Ястреба. Тодороки судорожно нащупал выключатель. Тусклый свет залил номер. Перед его кроватью стоял Мерси, которого крепко удерживал за волосы Таками, приставив длинное перо к горлу. Зеленоволосый чуть вскинул руки, показывая, что безоружен. — Отпусти его, — нахмурился Старатель. — Назад, — велел Ястреб и оттащил парня подальше от напарника. Мерси схватился за горло, потирая место, которого секунду назад невесомо касалось острейшее перо. — Что тебе здесь нужно? — мрачно спросил Таками. — Ни Адама, ни остальных, ни вашего главного придурка с самого утра нет. Где они? — потребовал ответа Мерси тоном, словно в их отсутствии были виноваты именно они. — Откуда нам знать? — возмутился Кейго. — Вы герой номер один и герой номер два! Кому еще это знать? — повысил голос Мерси. — Мы знаем ровно столько же, сколько и все, — еще больше нахмурился Старатель. — Раз Ворон забрал их, значит на то были причины. Иди к себе и жди так же, как и все, — отрезал Ястреб. — Пока и их решат убить?! — закричал Мерси. — Почему он оставил меня здесь? Почему вы все бездействуете? Как вы можете сидеть, ничего не зная?! — Уймись! — велел Таками, опасаясь, как бы он не перебудил не то, что их дом, а вообще весь отель. — Не буду я униматься, пока вы не скажете, где они! — еще громче завопил парень. — Замолчи! — рыкнул Кейго и попытался закрыть ему рот рукой, но Мерси взбешенно бросился на него. Он умудрился подсечь Ястреба, повалив его на пол, и уже занес руку для удара, когда Старатель перехватил его за запястья, поднимая над полом и удерживая на весу. — Пусти! — истошно завопил он. Кейго быстро вскочил. Он не ожидал такого сопротивления, но прежде всего, не хотел навредить и без того ослабшему целителю. Мерси всегда был неадекватным, но все же такие действия были не характерны для него. Впрочем, они впервые видели его разлученным со своими товарищами. Может, дело в этом? — Отпусти меня! — срываясь в истерику, беспомощно трепыхался Мерси, пытаясь пнуть Старателя. — Успокойся! — громыхнул Тодороки, тряхнув парня. — Старатель, — позвал Кейго. Мерси все больше впадал в панику, продолжая биться над полом, словно рыба, попавшая в сети. — Энджи, хватит! Отпусти его! — обхватив одной рукой исхудавшее тело целителя, а другой отталкивая героя в грудь, закричал Ястреб. Мерси попытался извернуться и пнуть Таками, но Старатель снова встряхнул его, еще крепче сжимая запястья. Истошный визг, за которыми последовали слезы, вынудили Кейго взмахнуть крыльями. Кувыркнувшись, он ударил ногой по подбородку Старателя, вынуждая его отпустить парня. Энджи отпрянул на пару шагов. Ястреб с Мерси завалились на пол. Зеленоволосый прижимал к себе обе кисти, тихо рыдая в руках Таками. Судя по уже проявившемуся отеку, который очень медленно, но все же начал спадать, повреждения были не только поверхностными. «Как же так, Старатель? Он всего лишь был напуган и прятал свой страх за агрессией. Как глупый асоциальный подросток и не более того. Зачем?» Кейго молча смотрел на Тодороки, поглаживая Мерси, тихо поскуливающего на его плече. В номер вбежали Рок Лок и Мируко у двери остановилось еще несколько человек. — Что у вас здесь… — начал было Рок Лок. — Что б ты сдох! — выплюнул Мерси в лицо Ястреба и отвесил ему смачную пощечину, не щадя, еще не до конца восстановившейся руки. — Я же… — растерянно пробормотал Кейго. — Нет, не трогай его! — вскочил он, преграждая Старателю путь. Мерси резво поднялся и вылетел из комнаты, прижимая к груди ушибленную руку. — Да я не и не собирался… — мрачно буркнул Старатель. — Адам! — заорал в коридоре Мерси. — Где вы были? Почему ты ушел?! — Вернулись? — удивленно спросила Мируко и тоже вышла в коридор. С первого этажа под конвоем Церберов вереницей поднималось восемь человек, скованных антипричудными наручниками. За процессией пристально следил Ворон, неодобрительно косящийся на Мерси, повисшего на Шедвелле. Впрочем, сам Адам не был сильно против, обхватив левой рукой зеленоволосого, но по-прежнему сопровождающего… злодеев? — Что здесь происходит? — подошел к главе Кейго. — Сообщники Рассвета, участвующие в беспорядках на конференции. И многие связаны с их предводителем гораздо теснее всех, кого нам прежде удавалось схватить, — с гордостью ответила Шадоу. Ворон бросил на нее несколько удивленный взгляд, но промолчал. — Как их вычислили? — вмешалась Мируко. — Мы уже неделю безуспешно перерываем всевозможные базы, а тут сразу восемь подопечных Рассвета? — всплеснула она руками. — Все то время, что мы пытались вычислить предателя в старом штабе, Темный Ворон неустанно искал их. И нашел, — все также довольно сказала помощница, уклоняясь от ответа на главный вопрос. «Неужели, прочитал всех с записи конференции? Это же несколько сотен человек», — отметил себе Кейго, покосившись на Ворона. Всех восьмерых провели в тот же номер, в котором держали Лилиан. Теперь вместо одного матраса номер разделили на десять крохотных комнатушек с пустыми проемами вместо дверей. Тонкие каменные стены ровно поделили пространство, оставив по центру узкий проход. В каждом отделении лежал матрас, а из стены шла увесистая цепь с замком. Окно было замуровано все тем же материалом. «Не иначе как работа Грейса. Землей управляешь, значит…» Ястреб уже перестал удивляться, не сомневаясь, что абсолютно каждый Цербер скрыл значительную часть своих причуд. Возможно, как бы не парадоксально это звучало, но только Мерси и был с ними честен, не сказав лишь свое настоящее имя, в то время как остальные предпочли умолчать свои геройские имена. — Теперь за ними следить надо? — спросил Мерси, заглядывая в одну из импровизированных камер. — Думаю, видеонаблюдения хватит, — кивнув на огонек работающей камеры, ответил Шедвелл. — Не хватит, — резко одернул его Ворон. — Двое днем, двое ночью. Пока они живы, за ними всегда будут следить. Даже в туалете одних не оставлять! — повысил он голос и прошел внутрь, проверить надежность цепи на первом пленном. Шедвелл проводил главу пристальным взглядом, по которому сложно было судить, какие эмоции вызвало распоряжение Ворона, но Кейго был уверен, что крайне отрицательные. — Что уставился? — прошипел Мерси, с ненавистью всматриваясь в Ястреба. Тот закатил глаза и вернулся в свой номер. Старатель, вернувшийся двадцатью секундами раньше, стоял посреди комнаты, опустив голову, и явно о чем-то задумался. — За что? — не сдержался Кейго, закрыв дверь чуть громче, чем следовало. Старатель вздрогнул, резко обернувшись к нему. — Я не… — пробормотал он и затих. Какое-то время оба стояли в тишине, пока Старатель не принялся щипать себя за плечо. — Было же видно, что он не в себе! — разозлился Ястреб. — Как у тебя вообще рука поднялась? — развел он крыльями. — Он напал на тебя, — помрачнел Старатель. — И, по-твоему, я не в состоянии справиться с безоружным больным человеком без боевой причуды?! — едва ли не закричал Кейго, взлетая к потолку. — Это было рефлекторно! — возмутился Тодороки. — Рефлекторно? Ты чуть руки ему не переломал в щепки! — Я не рассчитал силу! Довольно! Я не собираюсь сидеть сложа руки, когда кто-то кидается в бешенстве на других людей! — полыхнул под потолок Старатель. — Вот как? Ну и где же ты был, когда я… когда… — Ястреб зажмурился и мотнул головой, спускаясь на пол. — Ты же герой номер один! Всегда следуешь правилам! И позволяешь себе такие вещи… — всматриваясь в бирюзовые глаза, продолжил Кейго. — Ты еще отчитывать меня вздумал?! — сжав кулаки, рыкнул Тодороки. — Нет, Старатель. Я просто разочарован, — чуть мотнув головой, сказал Кейго и прошел к своей кровати.

***

— Пап! Я выучил новый прием, как ты и хотел, посмотришь? — просунул в кабинет голову маленький Шото. Старатель удивленно взглянул на сына, отрываясь от стопки бумаг, на которой он был сосредоточен секунду назад. Разноцветные глаза выжидающе уставились на него. «Ничего не случится, если я прервусь на десять минут. В конце концов, он первый раз подходит ко мне сам, после болезни Рей». — Хорошо, пошли, покажешь, — поднялся он из-за стола и замер. — Тойя? — неуверенно спросил он. Секунду назад он был готов поклясться, что видел Шото. Губы сына расползлись в нездоровой ухмылке. — Я назвал этот прием «Самоиспепеление», — как-то недобро сказал он. Секунда и синее пламя взметнулась к потолку, охватывая тело ребенка. — Тойя! — заглушая неадекватный смех, закричал Энджи, бросаясь к сыну. Сквозь языки пламени на него смотрел Даби. — Тебе нравится, отец? — он раскинул руки и запрокинул голову, заливаясь смехом, от которого кровь стыла в жилах. — Ты гордишься мной, папочка? Гордишься… тем, что убил меня? Бирюзовые глаза побелели, меняя свою форму. С потолка посыпались обгоревшие перья. Охваченные синем пламенем крылья сделали рваный взмах, обдавая его жаром. — За что ты убил меня, Энджи? — спросил Ястреб. — Кейго, — прошептал Старатель, пятясь назад. — За что? Что-то коснулось его плеча. На автомате он резко обернулся, пытаясь откинуть это рукой. Глухой грохот рядом, заставил распахнуть глаза. В свете тусклой настольной лампы отчетливо было видно Ястреба, завалившегося на прикроватную тумбочку. Сквозь пальцы, которыми он зажал нос, текла кровь. — Ну знаешь ли, Старатель… — прорычал он. В золотистых глазах читалась злость. Крылья делали напряженные короткие взмахи. — Кейго… — растерянно пробормотал Энджи. — Ты позвал меня, и я подошел. Не знаю, что тебе там снится, но иди ты… — не договорив фразу, Таками раздраженно фыркнул. Кровь начала капать с руки на ковер, и он поспешно подставил вторую ладонь, запрокидывая голову. — Иди к врачу, Старатель, — уже направляясь к ванной, бросил он.

***

Противный писк над ухом оповестил, что пора вставать. Кейго поднял крыло, отгораживаясь от окна. Хоть это было и не летнее утреннее солнце, которое готово было выжечь глаза любому, кто имел неосторожность их открыть, а все же было неприятно. Ему хотелось бы немного поваляться в нагретой постели, но омерзительный писк не прекращался, и он нехотя сел. Потянувшись руками и взмахнув крыльями, чтобы размять мышцы на спине, он уставился на источник шума. Старатель сидел, облокотившись на спинку своей кровати, и даже не собирался выключать будильник. Сейчас под глазами, когда пламя потухло, виднелись легкие тени от недосыпа. Отсутствующий взгляд сверлил небольшую перегородку, отделявшую их постели от остального номера. — Старатель, — позвал он. Ответа не последовало. «Он с открытыми глазами спит?» Немного растерявшись, Кейго подошел и помахал рукой перед его лицом. Тодороки вздрогнул, переводя на него взгляд. — У тебя будильник надрывается, — чуть нахмурившись, сообщил Ястреб и направился в ванну. Хоть ему и безумно не хватало полетов и ощущения свободы, но мыться в теплой воде, вытираться чистым мягким полотенцем, есть вкусную и разнообразную еду… После предыдущего штаба он не мог не оценить возвращения к почти привычному образу жизни. Здесь было все, что им требовалось для комфорта. Даже номера исправно убирали каждый день, пока они торчали за компами. Ну, а наличие игровой приставки внизу, существование которой они тщательно старались утаить от Ворона, и вовсе приводило в восторг. Как ни странно, его постоянными соигроками стали Рок Лок и Вепрь, соседствующие с ними. Он хотел бы позвать и Мируко, но, как верно подметил Рок Лок, она могла разгорячиться и поднять шум во время игры. Стоило бы им один раз спалиться перед главой, и плакали их ночные состязания. Критически осмотрев свою бородку в зеркале и оставшись довольным результатом, Кейго поспешил освободить ванну, пока Старатель не начал терять терпение. Однако, это было лишним. Тодороки даже с места не двинулся и продолжил сверлить взглядом пустоту, лишь отключив надоедливый будильник. — Ты спал сегодня? — спросил Кейго. Ответа снова не последовало. — Старатель! — громче позвал он, добиваясь, чтобы герой перевел на него взгляд. — База прием, как слышно? — изобразил рукой рацию Таками. — Ты спал сегодня? — уже серьезнее спросил он. Энджи не ответил. Он тяжело поднялся с постели и поплелся в ванну. — Хэй, ты в порядке? — коснулся его плеча Ястреб, взлетая над полом. — Просто не выспался, — несколько заторможенно отреагировал тот. — Иди завтракать. — Я подожду тебя, — сказал закрытой двери в ванну Кейго.