План "Ч" или как соблазнять взрослых мужчин

- Ты что будешь? - спрашивает Ник, а Ди не отводит взгляд от того, что заставило его сюда придти. Он смотрит, как карий взгляд проходит мимо него, не замечая и не видя, как улыбка, такая желанная, распаривающая огонь внутри, предназначена не ему, а какой-то женщине в синем платье. Он следит за движением рук, за четкими глотками виски. - На свой вкус, - фыркает он, переводя взгляд на шатена, не замечая как на него падает чужой взгляд. Он принципиально туда больше не смотрит. Чес пьет виски, замечая блондина, почти сразу, как тот опускается на стул, но не смотрит на него, зная, что подросток его рассматривает. Он улыбается женщине рядом, что откровенно флиртует с ним, он смеётся над ее шутками, отвечает ей томным голосом, ловит ее прикосновения и заглядывает прямо в светлые медовые глаза. А потом разглядывает блондина. Думая, что вообще тот забыл в баре, как его вообще сюда пустили, и кем был этот идиотски улыбающийся шатен рядом с ним. Он смотрел и думал, что надерет ему уши, что отлупит пацана ремнем, как только доберется до него дома. Или хотя бы очень серьезно поговорит. Потому, что так нагло врать ему, он просто не позволит. А с лица его не сходит улыбка, та расслабленная и спокойная, потому что Он проходится взглядом по светлым волосам, что заплетены в излюбленный хвост, он рассматривает все эти фенечки и кулоны и думает, что они ему даже идут и что он определенно стал выглядеть старше. Этакий бунтарь сбежавший от родительской опеки. Возможно, познакомившись тут, в баре, парень бы даже заинтересовал его, с учётом того, что соврал бы о возрасте. Но Чес отмахивается от этих мыслей, повторяя про себя мантру состоящую из одного единственного слова "шестнадцать" И отворачивается на женщину. Женщина смотрит на него пьяным прищуром и улыбается, снова касаясь предплечья. Он мурлыкает ей, что-то про красоту щек, носа и глаз, замечая в них свое отражение. Ей лет 29, она достаточно красива с русыми вьющимися волосами и большим количеством косметики на лице. Ди пьет виски с колой и слушает как Ник, что-то болтает про их приключения с Линой и компанией. Говорит, что познакомились случайно, что как-то даже живут недалеко друг от друга. Ник тоже пьет, и чем больше глотков он делает, тем пьянее становится. Однако все равно замечает нервный вид знакомого, и кладет ладонь на чужую. - Тебя что-то волнует? - спрашивает он, поглаживая ладонь. Ди еле заметно дёргается, чувствуя на себе чужой взгляд голубых глаз, прямо между лопаток, и мягко хмыкает. - Нет, все отлично, ты говорил, что переехал, где жил раньше? - спрашивает парень, но руку не убирает, и кидает взгляд сначала на нее, а потом поднимает его, сталкиваясь с карими глазами. Чес смотрит, спрашивая. Чес смотрит, осуждая. Чес смотрит. Напряжённые взгляд глаза в глаза, такой прямой, что между ними будто проходит линия. Тонкая железная линия, идеально отполированная. В этот момент, женщина которую держит Чес, за руку, наклоняется вперёд и аккуратно целует его, на что тот отвечает, так глубоко и нежно что у той трясутся колени. Но взгляд остаётся прикован к подростку. Тот же, выходит из себя и в глазах злоба и ревность пылают синим огнем, и он, не отрывая взгляда наклоняется к что-то говорящему Нику, дотрагиваясь до чужих губ. Изрядно пьяный Ник замолкает и закрывает глаза, сильнее вжимаясь в блондина губами, он целует, как может, и страсть такая яркая, что почти ослепляет, но голубые глаза все равно уставлены только в чужие карие. Он смотрит и видит лёгкую панику и даже раздражение, и чтобы окончательно победить, отрываясь взгляд, обнимая Ника двумя руками. Его прижимают к подкаченному телу, сжимая ребра в ладонях и целуют до боли на языке. Он чувствует чужой язык у себя во рту, отвечая, немного неумело, но с грубостью и страстью. Закрывает глаза, иногда лишь, мельком бросая взгляд на смотрящего на него, опекуна. И ему нравится взгляд, который от него не открывают. И он снова закрывает глаза. А потом Ник отпрянывает, смотрит, с такой пьяной надеждой на лицо блондина. И Блондин выпивает все, что осталось в его стакане, в несколько глотков. Ник вскакивает и тянет его за рукав кожанки, Ди бросает последний взгляд на Чеса, который уже не смотрит на него, и идёт следом. Он пьян и зол и готов делать все, что угодно. А Чес сидит, смотрит, то на женщину, то на бармена и хочет закричать. В его голове взрыв, злость и жар. Он распален алкоголем и поцелуем, отмечая, что губы ее, не персиковые и не мягкие. Но все равно приятные, ведь Чес любит женщин, любит их вид, запах и вкус. Но вкус почему то не тот. Он смотрит как блондин уходит, его тянут за рукав и пытаются схватить пальцами. Этими грубыми пальцами, и он думает, что там останутся синяки. Ведь Ди слишком нежный, слишком слабый, мягкий, хрупкий. Ему это не нравится. Определенно и уже даже не важно, что именно движет им в этот момент. И в итоге они скрываются с глаз, а Чес, пытается не смотреть в ту сторону, обращая все свое внимание на женщину. Она смеётся, она не замечает этого волнения, не думает об этом. Не думает о нем почти вообще, ей кажется уже все равно, и если его заменит кто либо другой, она и не заметит. Это пошлость и распущенность в глазах его почему то только отталкивала. Испуга не было, не было желания, такого невинного, не было той надежды. И почему его так это привлекло? Почему его так это интересовало? Но он упрямо остается с ней, думая, что не ищет сейчас отношений, ищет только на одну ночь, даже не до утра. Пару часов и он уйдет. Ди затаскивают в кабинку, прижимают к стене. Расцеловывают щеки и нос, губы, шею. Ник гладит, Ник сжимает и царапает, залезает под майку, и пытается стянуть чужие джинсы. Сжимает в руках любой участок кожи, расцеловывает, раскусывает кожу на шее оставляя бордовые следы. Ди отвечает, тяжело дышит, порыкивает, закрывает глаза и гладит чужую кожу. Грубоватую, но почему то приятную кожу. Ди запрокидывает голову, разрешая себя кусать. - Я.. - шипит он, - я никогда... - он пытается сказать, но Ник затыкает его грубым поцелуем. Он понимает, он кивает, мычит в поцелуй, наконец-то снимает чужую майку, откидывая ее куда-то в сторону, изучая поцелуями тело. А Ди извивается под чужими руками, почти не против, но что-то едкое в нем, будто бы сопротивляется. Почти приглушённо алкоголем и злостью, но все ещё ощутимое. И он не может избавиться от него, не может не думать. Но он все равно продолжает подставляться под чужие ласки, подставляться под чужие губы и руки, постанывая, будто бы специально, что бы не обидеть. А Ник слишком пьян, чтобы распознать фальшь чужих стонов. Он спускается ещё ниже, когда в дверь громко стучат, но они оба игнорируют стук. С Ди сползают джинсы, их стягивают вместе с бельем, расцеловывая бедра, расставляя ноги блондина шире, прижимая к стене. Его член оказывается в плене чужого рта и блондин протяжно стонет, зажимая себе рот ладонью, думая, что это не совсем правильно, но он даже не против. Он все ещё зол, он все ещё хочет творить бог знает что, а это как раз то самое. Ему нагло сосут в туалете какого то бара, так грубо и яростно, что он готов кричать. От новых, не совсем понятных, но таких сладких чувств. Он хочет стонать, но это не то место, и он будто бы даёт себе слово о том,что должен повторить это в другом месте. Где можно будет кричать и стонать и шипеть и все остальное. А в дверь колотят и наконец то раздеться злой, такой, рычаще - шипящий голос: - Ди, открой немедленно. И он узнает его, ему это нравится, он готов продолжать. Трахнуться с незнакомцем прямо тут, только бы стук и рычание не прекращалось. Ди разжимает рот, и слышится новый стон. - Быстрее, - шепотом прости он, и знает, что Чес слышит этот шепот. А Ник готов слушаться и ускоряется. - Ди, блять, - интонации за дверью повышаются, агрессивно скрипит и трясется дверь кабинки. - Отьебись, - смеётся парень, и Ник, думая, что это ему, отпрянывает. Парень мешкается, бросая полу ласковый взгляд на того, говорит. - Нет, продолжай, это не тебе - он накрывает чужой затылок рукой, притягивая обратно, и шатен продолжает свое действие. Все так же страстно, сжимая чужие кости в грубых пальцах. Ди млеет, то ли от минета, то ли от стука за дверью, но млеет и дышит. Так громко, что кажется услышать можно с улицы. Он пьян, он зол, он горд и готов мстить. И эта месть сладка, так что сводит колени. - Ди, сука, открой сейчас же, - удары усиливаются, но Ди будто не слышит, выгибаясь, толкаясь в чужой рот сильнее, глубже, изливаясь в него. Он только что, фактически лишён девственности. Только что, доводит своего опекуна до истерики и, почему-то, даже безумно этому рад. Но дверь открывается, едва мальчишка успевает натянуть джинсы. Он все ещё дышит, так тяжело, что вряд ли сможет идти. А Чес в ярости, готовый убить парня хватает его за шкирку, бросает донельзя злой взгляд на Ника и тащит сопротивляющегося блондина в сторону выхода. - Придурок, так люди не поступают, знаешь? - рычит шатен, сжимая плечо мальчишки. В другой руке чужая майка, и он даёт немного времени ее надеть, чтобы не тащить полуголого пацана. - Это мое дело, с кем спать, ты не должен в это вмешиваться, - в ответ рычит злой Ди, но млеет от чужого раздражения, как котик от сметанки. А его опять хватают за шкирку, отталкивая Ника, и тащат к выходу. И тот послушно идёт следом. - Маленькая амёба, - рычит Шатен прижимая мальчишку к стене в коридоре. Рычит прямо в лицо пьяному подростку, но тот будто не боиться, лишь усмехается. - Накажешь меня? - он почти смеется, а мужчина хочет его избить. Или трахнуть. Так, что бы тот долго не мог ходить, но последняя мысль все ещё отгоняться полутрезвым мозгом. - Если понадобиться, - рычит он, вжимая того в стену, - ты не совершеннолетний. - Я достиг возраста согласия, - Ди начинает раздражаться, но чужое дыхание на щеке так приятно, что он просто продолжает млеть. - Хочешь, я расскажу как он хорошо целуется? - фыркает парень, поднимая лицо ближе, и мужчина закатывает глаза, думая, что сейчас убьет подростка. - Хочешь я расскажу как хорошо он отсасывает? - еще более зло, фактически плюет в лицо шатену Ди, щурясь и вжимаясь в стену. Он хочет сказать, что то еще, однако просто не может. Его затыкают таким мягким и жёстким поцелуем одновременно, хватают за горло, сжимая его тонкими шершавыми пальцами. Его целуют так настойчиво, так ярко, что колени сгибаться и Ди бы упал, но его держат. - Ты малолетка, - шипит Чес прямо в персиковые губы, а Ди почти сползает по стене вниз, готовый почти умереть. Он пьян и в полусознании от этого поцелуя. Однако ему не дают опуститься, его снова целуют, ещё более горячее и зло, с больше страстью. А потом снова отрываться, пугают и снова целуют. И Ди кивает, зарываясь в чужие волосы пальцами. Его руки хватают и фиксируют над головой, сжимая до синяков, продолжают целовать, кусать губы и язык. Чес зол, Чес готов убивать, но почему то целует. Ему нужен страх, а страха нет, и он хочет бить подростка об стены головой. Но он тащит его за собой, продолжая целовать. - Значит ты у нас уже опытный, да? - от ярости у шатена ноздри раздуваются, и вскипает мозг. Он усаживает мальчишку на стол, и больно кусает туда, где в темноте дома различает чужой укус. Ди почти кричит, и упирается в чужие плечи ладонями. Но тот не прекращает и делает ещё один укус, уже только свой, на чистой бледной коже. - Взрослый, сексуальный, готовый ко всему, - рычит шатен, оттягивая майку и опускаясь ниже. Ди пугается и толкает от себя мужчину, но сил его слишком мало. Спустя минуту он уже на чужих руках, его снова целуют, а мальчишка в панике готов кричать и истерить, но чужой рот не даёт ему не произнести не звука кроме конечно же мычания. Его несут наверх, ногой открывая дверь его комнаты. Его шею терзают, такой болью, что парень всхлипывает, и по щекам текут соленые слезы. Он упирается в чужую грудь и плечи, но Шатен будто не замечает этого, продолжая свои действия. Он собирается решить это здесь, сейчас, навсегда. Он кусает и царапает зубами кожу, он яростно сжимает чужое тело, до хруста. Кидает это тело на кровать нависая сверху. Но больше не делает ничего, заглядывая в голубые глаза. На щеках слезы и такой испуг, что внутри все жмется ближе к ногам, готовое сбежать. - Видно, что ответ нет, - почему то так спокойно говорит Чес и уходит. Уходит, оставляя мальчишку одного. Такого беспомощно несчастного, задыхающегося в истерике и слезах, обнимающего себя руками. И засыпающего, прямо так в одежде, свернувшись в клубок. Проблема решена.