План "Ч" или как соблазнять взрослых мужчин

— Ничего не произошло, — говорит Ди, разглядывая небольшие укусы Ника. Это было приятно, это было нормально, ему понравилось. Но рядом блестели темные, багровые, почти фиолетовые укусы Чеса. И кожа вокруг воспалена и горит. Голову кружит от боли, Ди курит в окно, ведь теперь в его комнату никто не заходит. Курит, курит, курит, не может перестать. Ему кажется, что боль стихает от этого. Но только кажется. — Ничего не произошло, — говорит Чес уставившись в зеркало. Он рассматривает свое лицо и не может смотреть в глаза. Он чувствует, что поступил не правильно, чувствует, что нужно было говорить, объяснять, договариваться, но точно не доводить ребенка до слез. И он так же курит, в окно, пытаясь заглушить дымом эту щемящую боль в груди. Эту чёртову жалость и злость на самого себя. — Что произошло? — спрашивает Хеви. Он сидит один на кухне и его вопрос расползается тревожным звоном по дому. В доме такая тишина, что хоть кричи, а она не исчезнет. Это была уже даже не тишина, а звук, только такой громкий, что ты перестал слышать даже свой голос. Он поглощал даже мысли. — Ничего не произошло, — говорит Ди, останавливаясь у своей двери. Ему сложно выйти, ему сложно думать, сложно говорить. Он не хочет видеть его, и даже не потому, что теперь боится. Нет, он не боится, он знает, что вся эта ерунда была для его же отпугивания. Что тот решил просто оттолкнуть. Ему стыдно. Что он отказался. Что он заревел как девчонка, что он спасовал, не выдержал, не продолжил, не позволил. Эта вина лишним грузом легла на плечи, он боялся, что теперь, он отдалился от плана ровно настолько, насколько это было возможно. — Извини, он сделал, что? — Лина в ярости пинает какую то шину, совсем рядом с той, на которой сидит Ди. Он впервые видит ее такой злой и активной. Впервые с тех пор как съел ее любимый последний йогурт. — Ну. он просто хотел отпугнуть меня… Или даже наверно себя, — мысли путались в попытках оправдаться и логическим мышлением. — Это понятно, но, — девушка повернулась на блондина, кидая взгляд на его шею. Она моментально оказалась рядом, поднимая чужую голову за подбородок и внимательно уставилась на следы, — Но это пиздец — спустя минуту изрекла она. — Да. — думает протягивает Ди затягиваясь сигаретой. Он легко смог найти место где покупать сигареты было легко и беспроблемно, а денег хватало всегда. Лина конечно была против, но ничего не говорила. — Блин, теперь в его глазах я абсолютный ребенок, — добавляет парень, подтягивая к себе колено и кладя на него подбородок. А Лина смотрит на него как на идиота и сплевывает на землю. — Тогда он идиот и тебе нужно вернуть свои глаза на другого шатена, — фыркает девушка, хотя фактически рычит. Ди смотрит на нее удивлённо, поднимая брови вверх. Молчит, ждёт объяснения. — Ну на Ника, — отмахивается она, однако спустя минуту, когда лицо парня не изменилось, понимает, что вопрос состоял не в этом. — А, ну блин. Знаешь, если люди плачут и брыкаться потому что им больно — это не значит, что они дети, — она скептически кидает взгляд на ещё более удивлённо Ди и кажется слышит, как в его голове скрипят извилины. Ну да, Блондинки они всегда блондинки, это состояние души. И будучи гением в одном, Ди остаться абсолютным глупцом в области своего сердца. Дискриминанты, логика, физика, литература, он выучит и поймет, он логически обоснует, он выведет все в итоги, выводы, концы. Все, абсолютно. Но никогда не поймет, что чувствуют, слышат и видят. Никогда не уловит чужие струны душ, не сможет осознать чужой любви к нему, пока ему не скажут об этом. Не найдет симпатии, не поймет психологии глубокой и внутренней, не объяснит свои чувства, не расскажет. Глупый маленький Ди, такой умный и гениальный, но такой тугой, что иногда, Лине казалось, что гений тут она. — В смысле, — наконец выдает парень и пялиться на девушку. Та прикладывает руку к лицу, смеётся и выдает сквозь ладонь: — В карамысле, Ди, — продолжает смеяться, запрокидывая голову наверх, — в Карамысле. Ди упорно не понимает ее реакции, и она решается объяснить. — В смысле, если бы меня так кусали, я бы тоже заплакала. И любой человек был бы против, если конечно не мазохист. Так ему и скажи, дурак. Ты не поступил как ребенок, ты выглядел как обычный человек, которому не нравится когда его раздирают на кусочки и грызут шею. И Ди молчит, осмысливая все что сказала девушка. Они сидят на пустыре, на каких то идиотских шинах, сразу после Школы. Рядом валяются рюкзаки, и скоро должны подойти ребята. Молчание продолжается до тех пор, пока на горизонте не появляется розовая макушка и хрупкое тело Ри. Она идёт одна, с тяжёлым рюкзаком за спиной. Подходит ближе, скидывает его и разваливается на шинах. Солнце палит так, что волосы девушки намокли. Лина сразу же оказывается рядом и тычет в нее пальцами. — Чё как? Ри рычит в ответ, потом резко поднимается в положение сидя и проводит по лицу ладонями. — Пиздец, — философски изрекает она, и Лина больше не спрашивает, все понимая. Ди думает, что слово до безумия практично. — Кто это тебя так изрисовал? — она смотрит на шею мальчишки, и тот хмурит брови, а Лина улыбается. — А это Ник! — Ди кидает в ее сторону злой взгляд, но потом кивает, и Ри свистит. — Ну да, в этом есть логика, — а потом ловит два удивлённых голыбх взгляда и улыбается, — ну только если между нами девочками. И оба голубоглазых активно кивают, подползая ближе к подруге. — Его несколько месяцев парень бросил. Соска вообще, модель там какая то. Ник был влюблен по уши, цветы ему носил, кофе, постоянно вместе были, даже со мной познакомил. Ну, мы друзья просто, с детства почти, раньше жили в одном городе, потом разъехались и вот опять встретились. Он его чуть ли не на руках носил, за руки держал, а зная Ника, для него это, — она зависла на пару секунд подбирая слова, — ну такое. Тот тоже малолеткой был, лет 18 ему было, вечно своими капризами раскидывался. Хочу это, хочу то, а почему цветы мятые, а купи то. Ну, а Ник слушался, я его первый раз таким видела. У него пассии обычно на пару дней, а тут пол года. Ри замолчала, пожимая плечами, Лина протянула многозначительное «а», а Ди отпрянул с полным непониманием на лице. — А чё бросил то? — спрашивает блондин. Ри опять пожимает плечами, но спустя 20 секунд все-таки отвечает. — А Хуй его знает, то ли ему просто надоело, то ли ещё что. Знаю только, что Ник потом пил, недели две, а потом спал, с кем только можно было спать. Месяца два назад оклемался, перестал почти пить и трахаться. А тут ты, весь такой маленький, невинный и похож на модель. Видимо у него крышу снова сорвало, а может и ещё что. Говорю ж, хуй его знает. Снова молчит, доставая бутылку воды, и умывая лицо. — Но не переживай, он добрый, обманывать и кидать не будет. Если скажешь нет, он не настаивает, — она улыбнулась и отхлебнула немного из бутылки, — но я сомневаюсь, что ты откажешься. И подняла брови вверх, быстро и четко, улыбаясь, обнажая ровные зубы. Такие же белые как и у Лины. Тут на горизонте, в лучах угасающего солнца появился герой сплетен. Он шел быстро и достаточно твердой походкой, упираясь взглядом в землю. И как только он подошёл, все сразу улыбнулись, а Ник скользнул взглядом по шее Ди, немного хмурясь. Ди на секунду испугался, что он понял, что это не только его работа, но сделал вид, что взгляда не заметил и протянул руку. — Сегодня у меня собраться можем, на ночь, — он пожал руку, а после обнял девчонок. Те активно закивали, потом заулыбались, и все трое уставились на Ди. Тот, видимо как не хотел бы ответить нет, а все равно кивает. И поднимается с шин, отряхивая черные джинсы. Лина все ещё заставляла его одеваться так, как ей слишком нравилось, и кажется, делала это скорее для своего чувства стиля, чем для того, что бы заарканить Чеса. — Ребята подойдут ближе к 8, а нам только в магазин и можем уже идти, — он кивает, слегка улыбается, и ждёт пока остальные соберут вещи. — Извини за это, — вздыхает Ник. Они идут сзади, с пакетами алкоголя, еды и сигарет. Девушки, скинув весь груз на парней упорхали вперед и что-то обсуждали, периодически смеясь. — Ты о чем? — спрашивает Ди, поворачивая голову на парня  — Ну… Засосы, выглядят очень больно. Я был пьян и… — Терпимо, — фыркает парень. А потом немного думает и смотря на достаточно напряжённого Ника добавляет, — то что ты сделал потом, перекрыло все неудобства, — и ухмыляется. Так нагло, что если бы шатен не был ошарашен подобным заявлением, возможно бы плюнул ему в лицо. — Тебе понравилось? — спрашивает он, возможно собираясь покраснеть, но до такого не доходит. Да и кожа у него смуглая, поэтому скорее всего было бы не заметно. — Очень, — тянет парень, смотря тому прямо в глаза, от чего Ник спотыкается. И кажется даже об свою же ногу. Дальше они идут в тишине, и парень хочет понять, почему внутри него все сжимается, будто он подлый обманщик, и все чем занимается — слишком ужасно для этого мира. Ди стоит на кухне, смотрит в окно, слыша как в соседней комнате кричат ребята. Дом частный, поэтому громкая музыка и крики были чем-то нормальным, однако сам блондин страдал от этого, и уходил на кухню, чтобы отдохнуть от шума. Он уже шестой раз скидывает звонок Чеса, время почти одиннадцать и он мог бы ответить, сказать, что все в порядке, но слишком не хочет с ним разговаривать. Он третий раз сбрасывает звонки от Хеви, потому, что знает, что это Чес его просит, или он сам же и звонит. На кухню забегает шатен, явно для того, чтобы взять алкоголь из холодильника, но, замечая Ди, перестает смеяться и останавливается. — Все окей? — спрашивает он. Ник немного пьян, Ди тоже, но блондин кивает, и вошедший кивает, достает пиво, а потом подходит ближе, — мы собираемся играть в ПиД, будешь? Улыбается, снова так по хитрому и вызывающе, что Ди молча кивает, и забирает пиво из чужих рук. Ник был готов возмущаться, но подросток моментально оказывается совсем рядом, и под мелодию своего звонка, аккуратно целует того в шершавые обветренные губы. Простое прикосновение, ничего пошлого. Наоборот, слишком нежно, еле ощутимо, а шатен только и может, что замереть. Пользуясь чужим замешательством, Ди проскальзывает мимо и уходит в комнату. И Шатен остаться на кухне один. Он усмехается, самому себе или подростку. Отмирает, и берет другую бутылку. Потом заглядывает в чужой телефон, что разрывается от звонка. Там красивым шрифтом выведено «Приемный» и фотография какого то мальчишки, лет четырнадцати. Он обнимает Ди, улыбается, почти смеется. А Ди хмурится, и кажется закатывает глаза. Это вызывает то ли умиление, то ли смех. Парень усмехается и возвращается в комнату. -Ди, правда или действие? — длинноволосый брюнет, вроде как Джейсон, смотрит прямо в голубые глаза, почти без улыбки. — Правда, — говорит Ди, лениво, раскинувшись на полу. — Хм тогда… Ты девственник? — Ди молчит, и почти краснеет, но держит себя в руках. Рита издает какое то сдавленное кряканье. — Ну ты конечно как дитё малое, — фыркает Лина. — Да, — кивает блондин, и вся комната наполняется молчанием. Даже Ник в какой то момент удивлённо кидает взгляд в его сторону. — То есть вообще ни с кем? — парень снова кивает, и Джей, делая несколько глотков выдает удивлённое — Да ладно?! Но ты же. блин, ты не похож на человека которому не дают. Ди хочет рассмеяться и сказать, что он тот самый человек. Но вспоминает что не даёт ему только один, а у остальных он и не просил. — Да как то не интересовало вообще, — лениво тянет блондин и Лина сдавленно хихикает, за что получает презрительный взгляд в свою сторону. — Оу, — выдает Ри, но тут же переключается, — Ладно теперь ты Лине. Парень прокручивает в голове варианты желаний и вопросов и в итоге выдает. — Правда или Действие? — Лина пьет и на выдохе говорит: — Правда. — Окей, какая у тебя ориентация? Рядом сидящий Ник напрягается Ри и выбеленный парень кажется тоже, а Лина чуть чуть краснеет. — Не знаю, — спустя секунды размышления выдает она, — мне много кто нравится, но… Как то не доводилось. — Девственников на квадратный метр слишком много, — фыркает Марк, парень с выбеленными волосами, и тоже прикладывается к бутылке. Ди хихикает, а Лина краснеет окончательно. Рита, что то бурчит в сторону Марка, и они сталкиваясь взглядом напряжённо молчат. Ди хочет разревется от смеха, ведь он точно, абсолютно каждый день, слышал от Лины, что он не разбирается в чужих чувствах, и кажется она сама сейчас не понимает, что на нее падает взгляд сразу двоих. Лина примечает чужие язвительно — ироничные искры в глазах и хмыкает. — Ник, правда или Действие? — Действие — говорит Ник, между тем что бы пить уже наверно 4 бутылку пива. — Хорошо, тогда… — она замолкает, прикладывая палец к губам, а потом смотрит на Ди с некоторым вызовом и говорит, растягивая гласные, — тогда запрись с Ди в своей комнате на пол часа. Ди округляет глаза и хочет возмущённо, что то замычать, но окружающий смех и подначивания останавливают его. Кажется он попал в компанию, где все готовы спровоцировать бедного шатена на развращение малолетних. Шатен тяжело вздыхает и встаёт, протягивая блондину руку. Тот сначала смотрит на него, потом на его руку, а после на остальных и снова в глаза Шатена. Тот кивает и парень берет чужую руку поднимаясь. — Только потом не нойте, что без нас скучно! — улыбается парень и тянет блондина в сторону лестницы. Сзади раздаются аплодисменты, а потом они снова переходят на игру. Ник закрывает комнату, честно выполняя задание. Закрывает на замок и вытаскивает ключ, пока Ди располагается на большой кровати. Ник смотрит в темноту, разглядывая чужие очертания и обожает клыки, и видно, что прикус у него немного неправильный. У блондина все внутри переворачивается от этого взгляда, и оставаясь в темноте, под искрами этих зелёных глаз, он размягчается, откладывая телефон на тумбочку. — Продолжим? — полу мурлыча, полу шипя спрашивает шатен, плавно подплывая к подростку. Тот молчит и уже сейчас начинает дышать тяжелее и громче, что конечно же укрывается от зелёных лисьих глаз. И движения его становятся быстрее, пока он не оказывается между чужих бедер, вплотную, складывая руки на чужие волосы. Он проводит пальцами по волосам, освобождая их от резинки, Ди поднимает голову смотрит прямо в глаза и не может оторваться. Он не то, что бы пьян, он скорее смирен. Тем, что ему отказали, отказали заранее, до признания. Отказали грубо, оставляя синяки на рёбрах и шее, отказали безжалостно, доводя до истеричных слез. Смирен и расстроен, но чужие руки так нежно гладили кожу головы, играя с волосами, что парень хочет забыться в этом. Отдать себя этому, насладиться. Он никому не изменяет, никого не придает. Ник улыбается, смотрит и гладит, так аккуратно и нежно, как будто у них в запасе очень много времени. — Тогда тебе стоит поторопиться, — хрипло шепчет блондин, и Ник смеется, очень тихо и тоже хрипло, а потом отвечает, тоже шепотом. — Я думаю, наше отсутствие переживут. И наклоняется, расцеловывая лоб, щеки, нос и наконец, доходя, целует уголок губ. А потом и их самих, аккуратно приоткрывая персиковые губы, проникая языком, проходясь по зубам. Поцелуй выходит глубокий и медленный, полный каких-то странных чувств. И Нику тоже это нравится, он не понимает, почему и как, но он смотрит и видит такого же как и он сам. Он смотрит в эти голубые глаза, каждый раз находя в них отчаянье. И каждый раз говорит себе, что все это… Все это лишь его желание поделиться чувствами, успокоить и ободрить. И что эта любовь не иначе, как жалость и желание забыть о каких то проблемах извне. И что его привлекает невинность этих глаз и действий, этот полуиспуг, наивность, стоны, такие слабые, но ощутимо режущие по ушам. Что парень будто бы жив, жив внутри, но готовый ломаться, доставляя Нику это удовольствие. И ему почему то, слишком сильно хочется отобрать этот первый раз. А потом парень разрывает поцелуй и наклоняется ниже, проводя губами, до боли аккуратно по чужой шее, проводя языком за ухом, руками опускается вниз, на плечи, чуть массируя и мурлыкает прямо в ухо, от чего блондин покрывается мурашками. Его руки, тонкие и бледные, не тронутые загаром, залазят под чужую рубашку, проходится ногтями по коже, не оставляя следов, но все сильнее и сильнее. Он сминает пальцами подкаченное тело и стремится подставить шею сильнее изгибая ее. И Ник доставляет это, убирая ласково волосы с чужих плеч. А потом руки блондина оказываться на пуговицах, растягивая и раздвигая рубашку, и шатен замирает, когда его живота касаются нежные губы. Как у девчонок, боже, слишком восхитительно. Он молчит и ждёт, а Ди целует, покусывает и спускается вниз, чуть чуть, краешком пальцев оттягивая джинсы. Ник часто и тяжело дышит, и каждый поцелуй почему то отдается дрожью и нарастающим желанием. — Научишь? — Ди тянет Джинсы вниз, но не сильно, и смотрит вверх вылавливая чужой зеленый взгляд. Теперь он почему то смотрит хитро и вызывающе. Ник сглатывает, кивает, и суетливо расстегивает джинсы и ремень, отдавая блондину борозды правления. А тот аккуратно снимает чужие штаны вниз, и поцелуями дальше тянет вниз, оставляя мокрую дорожку. Иногда проводя языком, иногда кусая и оставляя следы. А потом окончательно сдается и берет в руку чужой член, проводя по стволу рукой. Пытается вспомнить как минет делали ему и языком дотрагивается до головки, обводя ее самым кончиком. Он облизывает, немного двигая рукой, пытаясь захватить всю область, слыша тяжёлое дыхание сверху. А потом берет в рот только головку, и сжимает щеки, продолжая водить языком. Слышит судорожный вздох и довольно жмурит глаза, начиная двигать головой. Медленно, неуверенно и неправильно иногда задевая зубами. Но с каждым движением получается лучше и в итоге на его голову ложится рука, а грубые стоны разгоняться по комнате. А потом и вторая рука. Они обе собирают его волосы в хвост, держат, крепко, но не больно и тянут, помогают, задают темп, которому Ди поддается, позволяя руководить. Пока конечно достаточно не смелеет и останавливается, слышит разочарованный выдох и резко срывается на быстрый темп, помогая себя рукой, второй придерживая чужое бедро. Ник изливается с громким гортанным рычанием и парень проглатывает все, облизывая губы и подставляя лицо под чужие поцелуи. Ник улыбается и тяжело дышит и поднимает Ди за руку, что бы в следующую же минуту уложить на кровать полностью, стягивая майку и рубашку, срывая кулоны. Он тянет пальцем за чокер, проводит языком по шее, покусывая, опускается на ключицы. Ди тихо постанывает, облизывая губы. — Верить невозможно, что это твой первый минет, — шепчет шатени обжигая дыханием ухо, и Ди судорожно выдыхает. — Это правда, — шепчет он в ответ. Ник усмехается, и снова спускается вниз, расцеловывая и вылизывая каждый участок кожи. Он также избавляет парня от одежды, гладит его, царапает, кусает и целует. Но тут раздается очередной звонок, которых не было достаточно давно, и оба парня смотрят на телефон на тумбочке. — Ответь, я подожду, — говорит Ник, но настойчиво, будто сам знает, что происходит, будто бы готов подождать. Ди смотрит на него взглядом полным сомнения и отвечает на звонок — Блять, Ди, где тебя носит? — зло рычит в трубку Чес, и явно хочет сказать, что то ещё, но слышит тяжёлое дыхание собеседника. — Ты где? — его тон сразу же меняется на холодный и железный и кажется Ди наконец довел старика до белого коления — У Ника, — говорит блондин. А вышеупомянутый мурлычет и припадает к чужим соскам, начиная немного отвлекать мальчишку от разговора. — Адрес, — звенит голос в трубке, требовательно и зло, но тот лишь фыркает. — А хуйца не соснуть? — огрызаться он и слышит какой то грохот на том конце. И смеётся, почти задыхается, потому, что то, что творит шатен выводит его из колеи. — Блять, не беси, — рычит опекун, а Ди снова стонет, почти громко, потому что чужие руки дотянулись до самого интересного. — Серьезно, — О Господи, подожди, — ты по моему, — блять, — всё объяснил, — пытается говорить подросток, тел это так сложно, когда тебе отсасывают. И Ди берет себя в руки, но тут же отпускает. — Ди ты говоришь мне адрес или я завтра утром позвоню твоему отцу - ещё злее шипит Чес, и Ди, в полузабытье, шепчет, что то на подобии "пошел нахуй" и сбрасывает трубку. - Блять, боже Ник! - почти кричит он, изливаясь в чужой рот и пропадая в пьянстве этой похоти, выгибаясь. Он готов отдать ей бразды правления, но шатен останавливаться и ложиться рядом. - А теперь пора спать, - говорит он, прижимая к себе ошалевшего блондина - Что? - тот даже не понимает, почему все остановилось, - нет, стой, в смысле? - он пытается подняться, но Ник подкачен и слишком силен. - Этот твой опекун действительно был зол, лучше скинь ему адрес и пусть заберёт тебя. Иначе потом тебе же настанет пиздец. - Чес? Похуй на него, - хмурится блондин, и хочет закурить, но все осталось внизу. - Зря ты так, он ведь волнуется, - говорит шатен, сильнее обнимая мальчишку, - то слышно, - как то грустно добавляет он.