***
— Рома, Рома, Рома. Сыграем в пятницу в приставку? — спросил Джонни, заходя в комнату.
— Да, было бы круто. — Кивнул Рома, отодвигая конспект и устало потирая глаза.
Начались заморозки, а у Фильченкова похоже склероз, потому что он вдруг вспомнил, что давно не брал в руки блокнот.
Пункт
«подружиться с соседом» вычеркнут.
«Много не пить», на что ты надеялся? И наконец, пунктик
«найти себе девушку» был зачеркнут, а рядом Рома даже нарисовал небольшое сердечко.
Боже какая романтика.
К сожалению, ожидания Джонни сбылись. Каждый вечер Рома и Пенелопа прогуливались по округе. Возвращался в комнату Фильченков довольно поздно, и пообщаться с ним удавалось всё реже.
После одной из таких вечерних прогулок, Рома вернулся в комнату. Зайдя в гостиную, он увидел спящего Джонни перед включённым телевизором. Выключив прибор, Рома повернулся и буквально впервые увидел Фляжку спящим.
Ну, то есть спину друга он видел каждую ночь, но лицо, так близко. Чёрные пряди челки спадали на лоб и закрытые глаза. Во сне ресницы Джонни слегка подрагивали. Дыхание было размеренным, лицо расслабленным, уголки губ, как и всегда, слегка приподняты.
Захотелось коснуться его растрёпанных волос, убрать их назад. Интересно, они мягкие? Джонни казался сейчас таким милым, что ли? Красивым? Да и не только сейчас…
Так, стоп.
Рома вдруг задержал дыхание. Думать о друге в таком ключе было очень странно. Оттого не менее приятно.
— Фильченков! Иди спать! — прогремело в голове и Рома пулей вылетел из гостиной.
Что это сейчас было? Ты разглядывал Джонни, будто впервые его видишь. Что бы он сказал, если узнал?
Дыхание застряло где-то в горле. Мысли в панике бегали в голове. Былую усталость сняло как рукой. Почему ты никогда не замечал такой привлекательности Джонни? Зачем ты смотрел на него?
Наконец, успокоив гул в голове тем, что те мысли были лишь любопытством Рома лег в кровать и отвернулся к стене.
На следующей неделе был зачёт по иностранному языку. И в среду Пенелопа взялась подтягивать Фильченкова. Если математические расчеты и вычисления давались Роме неплохо, то слова и грамматика абсолютно отказывались укладываться в голове.
— Ладно, молодец, — похвалила девушка, сидя на кровати Ромы, — на сегодня хватит.
За окном стемнело и девушке уже пора было возвращаться к себе в комнату.
— Кстати, в пятницу не хочешь прийти ко мне? Фильмы посмотрим — спросила Пенелопа, собирая тетради.
— С удовольствием, — улыбнулся Рома. Перспектива провести несколько часов в компании девушки, несказанно радовало.
— Я конечно не подслушивал, — подал голос Джонни, заходя в комнату, — но в пятницу Рома мой. У нас еженедельный турнир.
Фильченков закусил губу, он совсем забыл про планы на пятницу.
— Рома согласился провести вечер со мной. — Язвительно сказала девушка.
— Я забронировал данного человека уже давно, — ответил Джонни, показывая на Фильченкова пальцем.
— Пенни, прости, — начал Рома, — может посмотрим фильмы в субботу?
— А, я поняла, тебе дурацкая игра важнее, чем я, — вспылила девушка, вскакивая с кровати.
— Нет, постой, — попытался оправдаться Рома.
— О, не утруждайся, я тебя поняла. — Злобно завершила Пенелопа, хлопая входной дверью.
— Ты не мог помолчать? — бессильно вздохнул Рома и побежал вслед за девушкой.
Фляжка лишь стоял в прихожей. Обида обожгла изнутри.
Пф. Это ещё он виноват.
Хотя, ты всегда виноват.
Всю жизнь.
В последнем телефонном разговоре с отцом, папа сказал, что это Джонни виноват в ссоре родителей. Ведь мать переживает, а он не звонит.
Как обычно, но Фляжка уже привык.
Раньше любая проблема была по вине Джонни. Иногда ему казалось, что это он был проблемой, что по его вине мир постепенно катится к чертям.
В детстве Джонни много плакал из-за этого. Когда закрывая стеклянную дверь, родители начинали кричать друг на друга, слезы сами собой катились по щекам.
В школе друзей у Фляжки особо не было. Обычно он был подавлен и расстроен, а кто захочет дружить с таким? Иногда Джонни задирали за его внешний вид и поведение, а он плакал, пытаясь закрыться от мира ещё сильнее.
Но однажды в школе кто-то сказал, что плачут только слабаки. Что мальчики не плачут. И Джонни перестал плакать. В подростковом возрасте он уже умело надевал маску весельчака и затейника, пряча за ней всё то дерьмо, что происходило дома. Крики, разбросанные вещи, слезы.
Устало вздохнув, Джонни вышел из комнаты. Надо побыть одному. Подумать, успокоиться. Почему слова Ромы так сильно задели? Почему въелись в мозг, забирая остатки сил?
Шаги отдавались гулом в пустом коридоре. Куда лучше всего пойти? В библиотеку. Кто додумается прийти туда, тем более в столь поздний час?
Завернув за угол, Джонни вошёл в обитель знаний. Старые и новые книжки рядами стояли на пыльных полках. Пройдя несколько секций, парень сел в мягкое кресло. Рядом стоял небольшой столик, на котором очень невоспитанно расположились ноги Джонни.
Может быть так обидно потому что Рома твой первый лучший друг? А лучший ли друг? Вдохнув пропахший старой бумагой воздух Фляжка прикрыл глаза. Может ты был прав, тогда, в детстве? Ты и есть для всех сплошная проблема?
Неожиданно даже для самого Джонни, в глазах защипало. Пусть. Пусть капают слезинки. Иногда ведь можно побыть слабым? Дыхание немного сбилось, а слезы текли бесконечным потоком.
Просто ты стал для меня таким близким и родным, что я воспринимаю твои слова слишком буквально. Если я что-то сделал не так, извини меня, Рома.
Вернувшись в комнату Фильченков огляделся. Все вещи лежали на своих местах, но Джонни не было.
— Фляжка! — крикнул Рома. Ответа не последовало. — Джонни!
Обойдя комнаты Рома убедился, что друг куда-то ушёл. Он даже посмотрел под кроватью и диваном, на случай, если Джонни впал в детство. Чувство вины начало давить изнутри. Это ведь ты его обидел. Вдруг у него какие-то проблемы со здоровьем? А если он не простит тебя?
Написав Джонни сообщение, Рома лёг в кровать. Желания спать вообще не было, беспокойство росло с каждой минутой. Идиот, зачем ты сморозил такую глупость? Пенелопа ведь всё равно бы простила тебя, завтра или потом. К тому же виноват в этой ситуации ты. Телефон Джонни был выключен. Заснуть Роме удалось почти на рассвете.
С утра Фляжка так и не появился, на сообщения не отвечал. Весь день Рома был как на иголках. Где искать друга? Где можно было спрятаться на такой долгий срок? Почему его телефон выключен?
Вечером Рома совсем испереживался. Страшные догадки закрадывались в голову, не давая мыслить трезво. Уже за полночь Джонни вернулся в комнату.
— Ты где был? — едва не крича, спросил Рома, сдвигая брови к переносице.
— Отдыхал — сухо улыбнулся Джонни, —отлично провёл время.
За ночь, Фляжка успел накрутить себя похлеще, чем ревнующая девушка. Он решил, что Рома больше не хочет с ним общаться и их отношениям пришёл конец. Из-за этого собственно Джонни и проплакал полночи.
— Точно? — прищурился Рома, напряженно вглядываясь в лицо друга, — почему телефон отключён?
— А ты звонил? — удивился Джонни, — сел наверное.
Неужели Рома всё-таки волнуется? Неужели он не забил на тебя? Неужели дружба существует? В горле снова появился ком. Нет, при Роме плакать нельзя.
Фильченков недовольно всматривался в лицо Джонни.
Пожалуйста, Рома, а то я сейчас расплачусь.
Пожалуйста.
Если ты раскусишь меня сейчас, я снова расклеюсь. Ты не должен видеть меня таким.
Будто услышав молитвы Фляжки, Рома нервно выдохнул и крепко обнял друга.
— Больше так не пропадай, я же переживаю, — пробурчал Фильченков в плечо друга, в груди растекалось облегчение.
— Ладно, — шепнул Джонни обнимая Рому одной рукой. — Иди спать, я в ванную.
Кивнув, Фильченков отошел от друга и отправился спать. Закрылась дверь ванной. От слов Ромы стало так тепло на душе. Будто феном высушили капли тех слез, что остались на рукавах толстовки. От осознания такой заботы слезы опять навернулись на глаза.
Ты за сегодня решил выплакать весь свой запас?
Залезая в душ, Джонни думал о Роме. С самого первого дня Фильченков будто вдохнул жизни в Джонни. С ним он смеялся и улыбался искренне. Не наигранно. Наверное вот она, настоящая дружба и настоящий лучший друг. Такой понимающий и заботливый. Ему можно доверить свои секреты, не боясь.
А ещё Рома был очень красивыми. Незаметно для Фильченкова Джонни иногда рассматривал его ночью. Бледную кожу, непослушные кудри. Это была ещё одна тайна Джонни, которую он тщательно скрывал, даже от себя.
***
Планы на вечер пятницы стремительно менялись. Пенелопа отказалась от просмотра фильма из-за приглашения прийти к подругам, поэтому Рома и Джонни стащили у Дэна приставку и начали играть. За первое место была нехилая борьба, и наконец, Фляжка одержал победу.
— Я просто мастер, — оправдал себя Джонни, — кстати, у меня такая история была с приставкой пару лет назад.
Посмеиваясь, Фляжка стал вспоминать подробности, но дойдя до кульминации начал хохотать. Рома улыбался, наблюдая за происходящим. Джонни пытался рассказать суть, но получались лишь невнятные звуки, прерываемые душащим смехом.
Итак, премия самой красивой улыбки достаётся черноволосому обалдую, сгибающемуся от хохота на диване. Из-за смеха в уголках глаз Джонни появились морщинки. А ямочки на щеках вызвали у Ромы непонятное умиление.
Но долго оставаться в раздумьях у Ромы не получилось, слишком смешно Джонни смеялся. И вот, два взрослых парня ржут над какой-то историей, причём суть Фильченков так и не уловил. Горло сдавливали порывы хохота, а в животе начало колоть, но остановиться не получалось. В тот момент Рома понял, насколько приятно находится в компании Джонни.
Спустя пару часов, когда ребята восстановили дыхание и успокоились, Рома решился на серьезный разговор.
После конфликта в среду отношения с Джонни стали напряженнее, он будто отдалялся и иногда замыкался в себе. Но ведь обидеть друга совершенно не хотелось, даже случайно. Поэтому Рома прокашлялся и спросил Джонни прямо.
— Не занят? Поговорить хотел.
— Что такое? — напрягся Джонни, подходя к Роме.
Страх и чувство оставшейся обиды, не давали Фляжке нормально общаться с другом. Иногда он думал, что слишком навязчив, и поэтому сразу же закрывался в своих чувствах.
— Вообщем, я тогда наговорил лишнего, ну, в среду, прости меня, — Рома замолчал, — ты совершенно ни в чем не виноват, это я дурак. Памяти никакой. Последние дни мы с тобой как-то общаемся…не как раньше. Надеюсь ты сможешь меня простить. — Закончил Фильченков, опуская взгляд в пол.
Джонни вздохнул. Наверное, Рома был одним из немногих, кто извинился перед Фляжкой за свои слова. Прошло несколько напряженных секунд. Джонни думал что сказать, ведь ему очень хотелось донести до Ромы все свои чувства и переживания.
— Ты меня тоже прости, — начал Фляжка, — просто у меня никогда друзей особо не было, а ты мне очень дорог. Мы с тобой как родственные души, и я очень переживаю за нашу дружбу. А, ну и веду себя как баба, извини. — Добавил Джонни усмехаясь.
— Ты не ведёшь себя как баба, — закатил глаза Рома, — и тебе не за что извиняться. В нашей ссоре виноват только я. Мир?
— Мир. — Охотно согласился Джонни протягивая мизинец.
— Ладно, я спать. — Зевнув, бросил Рома.
Джонни кивнул, а потом ещё долго улыбался какому-то странному чувству разрастающемуся в груди. Кажется, это новая тайна, с которой предстоит разобраться.
***
Что-то похожее на ревность овладевало Джонни каждый раз, когда Рома уходил к Пенелопе. Идиотизм, честное слово. Поэтому от этого чувства пришлось в спешке отказаться, чтобы Рома чего не заподозрил.
Одним вечером, Пенелопа сообщила, что её соседка по комнате уехала к родителям, по семейным обстоятельствам, и предложила Роме зайти посмотреть что-нибудь.
— Ты куда? — раздалось из гостиной когда Рома собрался выходить.
— У Пенни соседка уехала на неделю, предлагает зайти фильм глянуть.
— Погоди, погоди, — воскликнул Джонни, забегая в спальню. Пару секунд слышался шум. — Всё, теперь иди. — Сказал Фляжка, запихивая Роме в карман квадратную упаковку.
— Зачем? — вопросительно глянул
Фильченков.
— Ой, не говори что ты не знаешь зачем это нужно. — Изогнув бровь, спросил Джонни. — Слушай, не пригодится вернёшь на Родину, — выпихивая Рому, сказал Фляжка.
Фильм оказался не особо интересным. Голимая фантастика, но подавать виду Рома не хотел. Пенелопа сидела рядом. Просторная майка мешком висела на худых плечах. Вдруг девушка пододвинулась к Роме ближе.
— Можно я тебя поцелую?
Вопрос немного смутил парня, но он лишь кивнул. Длинные ногти Пенелопы царапнули шею и зарылись в волосы. Острый язычок прошёлся по нижней губе Ромы, она с шумом выдохнула и парень притянул её к себе.
Минуты двигались будто хрустально.
И вот Пенелопа вцепилась пальцами в спину Ромы, распахивая глаза. Мир взорвался сотнями фейерверков и собрался вновь. Плечи и шея расслабились. Фильченков аккуратно опустился рядом с девушкой.
Гладя её волосы, Рома смотрел в потолок, улыбаясь как дурак. До конца парень так и не понял, как человек может быть настолько счастливым? Как можно ощущать столько радости в один момент?
— Тебе пора, — произнесла Пенелопа куда-то в грудь Ромы, — увидимся завтра.
Тихо шагая по коридору, Рома всё ещё не мог перестать улыбаться. Это вообще законно быть такой прекрасной? За что ему досталось такое счастье? Щёлкнув ключом, Рома зашёл в комнату.
— Ну, как сходил в кинотеатр? —спросил Джонни.
Рома лишь улыбнулся шире и зашёл в гостиную.
— Да неужели, — воскликнул Фляжка, глядя на Рому во все глаза, — разобрался как той штукой пользоваться?
Рома засмеялся, опираясь на дверной косяк.
— Хоть не в первый раз? — не унимался Джонни.
Отрицательно замотав головой Рома зашёл в ванную. Даже лёжа в кровати, парень не мог перестать улыбаться. Рядом похрапывал Джонни. Это определенно был самый счастливый день его жизни.
