Дневники Исхода

Начало строительства. Первая зима На то, чтобы построить мост, ушло немало времени. Всем хотелось, чтобы он получился и надёжным, и одновременно красивым. Но реальность вносила свои поправки, и на время нам пришлось отвлечься от строительства моста. Мы не сразу заметили, что движение по небу Исиля и Анар изменилось. Теперь уже они поднимались не на западе, а, наоборот, на востоке, к вечеру уходя на запад, за Белегаэр. Кстати, все эти слова – «день», «ночь», «утро», «вечер» и много-много других, каких мы никогда не знали в Амане, появились уже здесь. В той, прежней жизни они и не могли возникнуть – просто неоткуда было. Зато теперь они появлялись сразу в двух схожих и одновременно таких разных языках – квенья и синдарине. И, как и сами эти языки, получались вроде бы похожими, но всё же различными. Как оказалось, перемены коснулись не только направления движения Исиля и Анар. Через некоторое время мы обратили внимание, что день постепенно становится короче. После некоторых споров решено было соорудить хотя бы временные жилища. Кто его знает, что ждало нас впереди, но если на смену теплу и свету вдруг опять придут мрак и холод, пережидать его уж точно лучше в домах, хотя бы и построенных наскоро, чем в шатрах. Конечно, после Хэлькараксэ нас едва ли напугают даже снег и мороз, но всё же… Возводить настоящие каменные дома не стали, удовольствовались самыми простыми – вроде тех, что частенько строили в детстве для игр. Полуземлянки со стенами из вбитых кольев, переплетённых прутьями, обложенные дёрном, с такими же крышами. Внутри сложили печки, чтобы можно было готовить пищу. Когда эти неказистые жилища были готовы, мы вернулись к работе над опорами моста. А через некоторое время оказалось, что строительством домов озаботились очень вовремя. Всё чаще небо затягивали тучи, из которых целыми днями сыпал нудный холодный дождь. При такой погоде часть строительных работ приходилось прерывать, чтобы сохранить надёжность постройки. К тому же выводить арки мостовых пролётов, когда камни мокрые, было попросту небезопасно. Не хватало ещё кому-нибудь из строителей, поскользнувшись, сорваться в реку! На самом деле мост был не единственной нашей заботой. Приходилось думать ещё и о том, что и строителям, и всем остальным нужно что-то есть. Поэтому те, кто не занят был на строительстве, исследовали округу, выясняя, что растёт поблизости. А попутно делали кое-какие запасы. В будущем мы собирались всё же посеять зерно, некоторое количество которого у нас сохранилось. Нужно было только выбрать подходящее место. Заботу об этом взяли на себя наши йаванильди, которые в Амане учились у самой Йаванны и теперь могли использовать свои знания. Собственно, они же вместе с прочими знатоками трав собирали плоды с деревьев в роще неподалёку, кое-какие местные злаки, травы… Оказалось, что здесь растёт не так уж мало того, чем мы можем воспользоваться. Охотники время от времени уходили в леса, лежащие к югу от Эрэд Ветрин. Дичи там хватало, так что мясом лагерь снабжали в достатке. Иногда к ним присоединялись и мы с Артаресто. Всё равно так или иначе нужно было как следует изучить окрестности, чтобы при необходимости воспользоваться этим. Леса были важны для нас ещё и по другой причине. Хотя и крепость, и тем более мосты предстояло строить из камня, без дерева мы всё равно не могли обойтись. Строительные леса, потолочные балки, оконные переплёты – на всё это требовалось дерево. Здесь выбрать подходящее дерево оказалось куда сложнее, чем в лесах Амана, потому что далеко не все деревья росли прямыми – многие стволы были изогнуты, а то и вовсе закручены. Поначалу это вызывало у нас некоторую растерянность, пока мы не сообразили, что здесь, по эту сторону Белегаэр в той или иной степени действует Искажение Моргота. Впрочем, и прямые стволы не были совсем уж редкостью. Теперь нужно было только придумать, как переправить их из глубины леса к нам, на берег. А день всё сокращался. Мало того – на деревьях появлялось всё больше жёлтых и красных листьев. Это было непривычно, хотя и красиво. И, по правде говоря, немного тревожно. В Амане ничего подобного видеть нам не приходилось. Знатоки трав, правда, говорили, что ничего страшного в этом нет – просто деревьям после плодоношения требуется отдых. Они утверждали, что подобное видели и в Садах Йаванны, но там одновременно одни деревья зацветали, другие стояли с плодами разной степени зрелости, а третьи вот так же, как здесь, стояли с жёлтой и красной листвой. Потом, по их словам, эти листья опадали, а на их месте распускались новые. Но такого, чтобы все леса сплошь становились вот такими, не видели даже они. Посоветовавшись, мы решили, что не лишним будет сделать кое-какие запасы – никто не мог предсказать, чего нам ждать дальше. Постепенно не только день становился короче, но ещё и делалось всё холоднее. Листья опадали, из жёлтых и красных становились бурыми. Под деревьями образовался настоящий ковёр из них. Голые ветви чётко вырисовывались на фоне неба. После ярких красок это казалось особенно угнетающим. Но прикосновение к веткам и стволам подтвердило то, что говорили знатоки трав. Деревья были живы, просто жизнь в них как бы замерла, погрузилась в сон. Кажется, только сосны и ели не поддались ему – их хвоя оставалась всё такой же зелёной и рядом с голыми стволами и ветвями других деревьев казалась особенно яркой. Оставалось только ждать, когда деревья выйдут из своего сна. Видимо, это могло случиться не раньше, чем день снова начнёт удлиняться и станет теплее. Почему-то никто не сомневался, что это рано или поздно случится. Но пока, похоже, до этого было ещё далеко. И всё же временами становилось тревожно. Глядя, как всё короче становится день, мы не могли не думать, что будет, если однажды Анар вовсе погаснет. Впрочем, едва ли обитаемые земли вновь накроет полный мрак – Исиль, в отличие от дневного светила, исправно появлялся в небе. Правда, временами и он исчезал, но к этому мы уже как-то привыкли. Исиль восходил в разное время, мог казаться тоненьким серпиком, потом постепенно ночь за ночью рос, пока не превращался в сияющий круг, а потом вновь убывал, пока не исчезал на пару ночей. Исчезал, чтобы появиться снова. И, хотя за тучами, всё чаще затягивавшими небо, этого даже не было видно, мы знали, что он есть. Потому что отблески света всё же пробивались сквозь тучи. К тому времени, как выпал снег, в наших временных жилищах было всё готово к тому, чтобы переждать непогоду. Надолго ли она затянется – мы не знали. Думаю, и синдар не ответили бы на этот вопрос. Потому что это, насколько я догадывался, было как-то связано с Анар, которой прежде просто не существовало. Заскучать от бездействия нам точно не грозило. Ещё пока было тепло, мы перетащили в установленные под прикрытием больших елей шатры немалое количество камня, вырубленного в предгорьях. Добывать его сейчас снег, конечно, не позволил бы, а вот обтёсывать уже приготовленные блоки, чтобы с наступлением тепла начать выкладывать арки моста, мы вполне могли. От снега шатры защищали, а от холода в шатрах разжигали костры. Дым уходил в отверстие вверху. В других шатрах, соединённых попарно, уложили на просушку стволы, которым со временем предстояло стать балками, дверями и оконными переплётами. Снег, как мы и ожидали, сопровождался морозами. Однако по сравнению с тем, что пережили мы во льдах Хэлькараксэ, это были пустяки. К тому же здесь нас не донимали леденящие ветра и туманы. Нет, ветер налетал, и порой очень даже сильный, но теперь не было опасности, что кто-то заснёт и не проснётся – всегда можно было уйти в тепло, а потом, отогревшись, с новыми силами вернуться к работе. Ветер в Теснине Сириона с тех пор, как лёг снег, дул стойко с севера. Для защиты от него мы возвели снежные стены, под прикрытием которых можно было передвигаться без особых проблем. Кто-то предложил оградить такими же снежными стенами шатры. Это уберегало от того, что их однажды снесёт. К тому же оказалось, что внутри, благодаря снежным стенам, стало чуть теплее. Те, кому ещё в Амане доводилось бывать на севере, подтвердили, что снежные дома (да, именно так!) вполне могут использоваться для ночёвки. Единственное, за чем приходилось следить, – чтобы на крышах шатров не скапливался снег. Когда такое случалось, мы брали шесты и, насколько возможно, стряхивали его. Время от времени в лес отправлялись отряды охотников. В дополнение к мясу, которое они приносили, шли заготовленные до холодов плоды и злаки, из зёрен которых варили каши. К тому же, заботами наших йаванильди, был у нас и некоторый запас коймас. И всё же я тревожился, не зная, на сколько затянутся холода. Большую часть времени небо плотно затягивали низкие тёмно-серые тучи. За ними не видны были ни Анар, ни Исиль, разве что иногда сквозь это покрывало просвечивало желтоватое или голубоватое пятно. Поэтому казалось, что над землёй висят нескончаемые серые сумерки. И уж совсем редко выпадали дни, когда небо прояснялось. Оказалось, что при свете Анар заснеженная равнина преображается. Тени, словно отражая небесную синеву, становятся то голубыми, то лиловыми, а на открытых местах снег вспыхивает разноцветными искрами. От этого хвоя елей и сосен казалась ещё зеленее. На всё это можно было бы любоваться очень долго, если бы не усиливающийся при ясной погоде мороз. Из-за ощущения вечных сумерек мы не сразу заметили, что день снова начал удлиняться – сначала совсем чуть-чуть, потом всё больше и больше. Но и морозы стали крепче. Впрочем, держались они не так чтобы очень долго, через некоторое время снова смягчались, принимался идти снег. А потом опять подмораживало, да так, что мы старались без надобности не выходить из своих жилищ или же шатров. И так день за днём. Постепенно дни становились длиннее и как-то светлее. Анар всё чаще выглядывала из-за облаков, и снег понемногу начинал темнеть и оседать. Как мы ни старались, в шатры затекала вода, но это было не самое страшное. Камням вода повредить не могла, а дерево мы предусмотрительно уложили на поперечные гребни из того же камня. Входы полуземлянок мы предусмотрительно с самого начала сделали чуть выше уровня земли, поэтому туда вода не заливалась. Снег стаял довольно быстро, следом сошла вода. Лёд на Сирионе держался чуть дольше, тем более что ночами ещё некоторое время сохранялись заморозки. Но всё же в конце концов и река освободилась ото льда. Правда, вода в Сирионе стояла гораздо выше, чем до наступления холодов. Неудивительно – в него сбегались талые воды со склонов гор и, возможно, даже с ближней к нему части Ард-Гален. Мы перетащили подготовленные за зиму камни на берег, чтобы возобновить строительство. Заплоты, которыми перегородили русло этого рукава Сириона ещё до наступления холодов, в самом начале работ, устояли, но сейчас нам предстояло всё же пустить в ход насосы, чтобы откачать талую воду. Опоры моста постепенно поднимались над водой. И к тому времени, как на берегах Сириона травы поднялись по пояс взрослому эльда, пришла пора выводить мостовые арки. Между тем наши йаванильди выбрали подходящее место, чтобы заняться выращиванием зерна. Потому что и коймас, и прочие запасы требовали пополнения. Никто не мог обещать, что холода не вернутся. Скорее наоборот – я был почти уверен, что через некоторое время они придут снова. Чтобы понять, каким закономерностям подчиняются тепло и холод, требовались долгие наблюдения. Ещё с тех морозных дней, когда светлое время суток начало увеличиваться, мы делали заметки, которые позже сравнивали и уточняли. Да, в те дни, когда Анар скрывали тучи (а в холодное время таких было большинство), точно определить время восхода и заката не удавалось. Но мы не унывали. Рано или поздно мы всё же научимся вычислять и это. А что необходимость в этом всё равно будет, сомневаться не приходилось. Отложив в очередной раз записи, я задумался. В Амане всё было куда проще. Время, за которое по очереди разгорались и угасали оба Древа, оставалось неизменным, от холодов и непогоды Благословенный Край защищала сила Валар. Вот только… так ли хорошо это было для эльдар? Да, нас обучали многому, мы совершенствовались в мастерстве. Но вот приспосабливаться к новым условиям мало кто умел. Разве что те, кто в поисках новых знаний уходил на север или юг Амана. И то – так ли сильно условия там отличались от привычных? Да, темнее; да, холоднее – свет Древ не достигал тех земель и не согревал их. Но если разобраться – какие это были пустяки по сравнению с тем, что встретило нас здесь! Да и со строительством… Мельком взглянув на чертежи, я нахмурился. Всё то, что мы строили там, по ту сторону Белегаэр, здесь не годилось. Во-первых, стены точно придётся делать заметно толще – чтобы они могли защитить нас и от холодов (наверняка в этом ещё будет необходимость), и от врагов. Во-вторых, ни о каких открытых террасах и говорить не приходится… как и о больших окнах. К тому же нужно продумать, как при необходимости обогревать наши жилища и мастерские. Пока в голову приходили только печи наподобие тех, в каких обжигали посуду… ну, и готовили еду. А ещё… Никто из нас, исключая разве что семью Феанаро, не умел строить крепости. Вспоминая их Форменос, я торопливо зарисовывал всё, что сумел тогда запомнить. Не так уж много, но всё же лучше, чем ничего. Нужно было подумать и ещё кое о чём. Конечно, мы не лесные эльфы, которые сроднились с деревьями и травами накрепко. Однако без зелени и нам сложно было представить свою жизнь. Потому требовалось предусмотреть, как разместить в крепости и деревья, и травы. А вот поля, на которых наши йаванильди будут выращивать зерно, придётся всё же оставить на этом берегу. Как бы велик ни был остров, но и крепость будет не маленькой, чтобы в ней могли жить все те, кто последовал за мной и Артаресто, а ещё – разместились мастерские, конюшни, разнообразные запасы… Поэтому там мы могли позволить себе разве что небольшой сад, но не поля. Конечно, придётся охранять их… как, впрочем, и лошадей. Потому что держать их в конюшнях постоянно тоже нельзя, а пастись им на острове негде. Не сдержавшись, я хмыкнул. Когда-нибудь о нынешнем времени сложат легенды вроде тех, которые до сих пор рассказывают в Амане о походе от берегов Куйвиэнен. И там, конечно, не будет ни слова обо всём этом – необходимости чем-то кормить и свой народ, и коней; заботах об укрытии на случай непогоды и тёплой одежде… Потому что всему этому в легендах не место. Зато в жизни избежать всего этого при всём желании не получается… Однако прежде всего следовало понять, чего ждать от погоды. В Амане мы никогда не задумывались об этом. Но сейчас понимали, что здесь нечего и надеяться постоянно получать урожай с растений, одни из которых только зацветают, другие завязывают плоды, а на третьих они уже созревают. Просто потому, что здесь этого не было. Приходилось привыкать, что во время холодов все растения впадают в подобие долгого сна. С наступлением тепла они так же разом зацветали, трогались в рост. И плоды созревали если и не одновременно, то в течение очень ограниченного времени. Кто-то предложил так и назвать эти временные отрезки: «холода», «оживание», «время света», «время плодов», «увядание». С этим согласились все. Такие названия сразу подсказывали, чего ждать в то или иное время. Теперь нужно было лишь понять продолжительность каждого из них. А ещё – как высота Анар над горизонтом и долгота дня связана с ними. А для этого – достаточно долго следить за тем, как она движется по небу. Чтобы наблюдать за ходом Анар, мы сделали простое, но весьма удобное приспособление: выровняли площадку в таком месте, куда никогда не добиралась тень от горных склонов, вкопали посередине столб и ежедневно, если только небо не закрывали тучи, отмечали длину его тени. А заодно – её направление. Трижды в день: утром, в полдень и вечером. По мере того, как день становился длиннее, тень в полуденное время делалась короче. Вскоре обнаружилось, что Артаресто и ещё некоторые наши товарищи как-то ухитряются чувствовать, где за облаками находится Анар. Немного поспорив, решили именно им и доверить наблюдения за движением Анар. Артаресто поначалу было обиделся, решив, что я нарочно придумал для него пустяковое занятие. Пришлось приложить немало усилий, чтобы переубедить его. Раза два нас навещала Артанис, однако надолго не задерживалась, считая, что нам не до неё. На самом деле я радовался её появлениям, потому что сестрёнка, видя наши труды со стороны, гораздо легче могла заметить и наши ошибки. Впрочем, пока что замечать было нечего. Сейчас она могла разве что дать пару советов по моим чертежам и наброскам. Сама она предпочитала пока оставаться с нолдораном, вовсе не спеша, как собиралась, отправляться в Дориат. На мой вопрос она лишь отмахнулась: – Успею ещё. Дориат от меня никуда не убежит, а здесь я могу хоть что-то полезное делать. Вообще-то я догадывался, что дело не только в этом. Просто Артанис, по-моему, не слишком хотелось приспосабливаться к тому, чего мог потребовать Элу Тингол. Что там она не сможет пользоваться такой свободой, как здесь, – это уж наверняка. А вообще отношения с королём Дориата слегка тревожили меня. Вроде бы дед не раз рассказывал о дружбе с ним, но к известию о появлении нолдор в этих землях Элу отнёсся как-то уж очень неприязненно. И это мы ещё не предлагали ему заключить военный или какой-либо иной союз! Даже Нолофинвэ, сына своего друга, он видеть не захотел… От невесёлых раздумий отвлёк меня Ангарато. Оказалось, что ему нужно посоветоваться по поводу строительства. Как ни подробно мы обсудили всё в мой приезд к ним, со временем появилось немало такого, что требовало уточнений. Тратить силы на осанвэ он не стал, просто сел на коня и приехал вместе с несколькими верными. Следующие несколько вечеров мы провели, споря над чертежами и набросками. Время от времени Ангарато всё же прибегал к помощи осанвэ – чтобы показать мне образ того или иного места. Но вообще я убедился, что они неплохо справляются и сами. Серьёзных поправок в их чертежи мне почти не пришлось вносить. Приятно было осознавать, что за советом обратились именно ко мне, а не к Нолофинвэ – старшему и, несомненно, мудрейшему из нас. Но если разобраться – ничего особенного в этом не было. Понятно же, что к собственному брату у Ангарато доверия гораздо больше, чем к старшему родичу, да к тому же нолдорану. Заодно Ангарато побывал вместе с нами на острове и даже подкинул пару неплохих идей – мне оставалось только подумать, как лучше их использовать. Пока что деление времени на сезоны было весьма условным, но, по нашим прикидкам, пришло время плодов, когда мост хотя бы в основе своей был готов. Оставалось ещё как следует выложить настил. Но даже и то, что мы уже сделали, позволяло понемногу приниматься за работы на самом острове. Нет, пока ещё не строительство, а лишь разметка места будущей крепости. Но ведь нужно же с чего-то начинать! В следующие дней десять мы с Артаресто опять лазали по всему острову. Сверяясь с начерченным планом, отмечали колышками или по-особому сложенными пирамидками из камней, где что будет, зарисовывая эти метки на плане. Потом пришла пора готовить основание для башен и собственно замка. А для этого сначала где-то выкопать, где-то выдолбить то, что со временем станет подвалами для хранения запасов… а заодно и укрытием на всякий случай. Извлечённый оттуда камень сразу шёл в дело – из него выкладывали фундаменты башен. Правда, продвигалось дело небыстро. Порода, из которой сложено было скальное основание острова, оказалась твёрдой и неподатливой, и приходилось немало потрудиться, чтобы извлечь очередную каменную глыбу. До наступления холодов, понятно, сделать успели совсем немного. И всё же нам было чем гордиться: работая с камнем, мы вполне обходились без помощи Ауле. А значит, сумеем сами добиться всего, что задумали.