Enjoy

«Все готово», — он коротко написал смс Оливии и быстро удалился из палаты. Никто из беснующего позади персонал его не заметил. Врачи пробегали мимо, судорожно заглядывая в планшетки. Но девушку, которую убил в этот день мистер Энтони уже не спасти. Он не волновался. Когда-нибудь, конечно, ему придется гореть в аду за свой ужасный поступок. Но до этого он проживет безбедную и счастливую жизнь где-нибудь на берегу океана, каждый вечер, попивая дорогой виски из дорогого бокала. Он усмехнулся собственным мыслям и вышел из больничного покоя. Прощай, Агата. Прощай, семейка Сильвер-Харрис. Врачи упорно боролись за угасающую жизнь маленькой мисс Харрис. Но, к сожалению, травмы оказались несовместимые с жизнью. И вот Агата уже лежит холодная на прозекторском столе, ожидая вскрытия. Ее больше нет с нами. Александру позвонили сразу же. Он сделал большой глоток виски, купленного недавно, и помчался в больницу. На парковке остановился, сглотнул подступающие слезы и невозмутимо вошел в холл морга. — Здравствуйте, я за Агатой… — скупая слеза, не выдержав, скатилась с щеки. Алекс поспешно смахнул ее ладонью. Нельзя раскисать. Не-ль-зя. Медсестра открыла перед ним двери секционного зала. Маленькое хрупкое тело Агаты лежало на столе, накрытое только одной простынкой. Казалось, что она спит, но вот-вот откроет глазки, улыбнется ему и скажет свое нежное «Привет, Алекс». Они сняли повязки с девушки, открыв огромную дыру в черепе возлюбленной. Парень осторожно подошел к девушке, осторожно провел большим пальцем по щеке. Глаза тут же наполнились слезами. Она больше не проснется. Она больше не его девочка. Врач безразлично смотрела на него, ожидая конца трогательного прощания двух влюбленных сердец. — Я смогу забрать ее послезавтра? — тихо прохрипел Алекс, повернувшись к врачу. — Да, вы хотите предать ее земле или будет кремация? — немолодая леди, казалось, совсем не имеет эмоций. — Да, земле, — у парня подкашивались ноги от таких разговоров. Он бросил последний взгляд на стол и кое-как вышел из морга. Только в машине он дал волю чувствам. Тяжелые капли слез капали на колени и руль, душили парня, он упорно глушил это все виски. Мир перестал существовать без нее. Без любимой и дорогой лиллы каттен. Дыра в черепе дублировала дыру в сердце Александра. Вряд ли теперь это отверстие будет заполнено хоть чем-то. Он зло стукнул по столу. Ну, зачем его девочка полезла на чердак?! Оливия должна заплатить за содеянное. Он медленно завел машину и покатил в сторону поместья. Руки не слушались, ноги съезжали с педалей, но Алекс продолжал вести, не чувствуя ничего, кроме разрывающейся внутри злости. В поместье было тихо. Все обитатели все еще переваривали смерть любимой хозяйки, забившись у себя в комнатах. Нильсен пролетел лестничный пролет и рывком открыл дверь в комнату Оливии. — Мор, — взревел он на шведском, — это ты! Оливия возлежала на кровати, держа на коленях ноутбук. — Что я? — женщина поняла усталые от долгой работы за компьютером глаза и впилась холодным взглядом в сына. — Ты ее убила, ты повела ее на чердак и убила, — Алекса трясло от злости. Он хотел было подойти к матери и придушить ее голыми руками. — А ты докажи, — Оливия рассмеялась и продолжила смотреть в ноутбук. Вдалеке послышались раскаты грома. Оливия встала, поспешно закрыла окно, не обращая внимания на готового ее растерзать сына. — Ты ничего сможешь сделать, — ее голос пропел сквозь пелену, застилавшую глаза Алексу, — ее больше нет, но зато все остальное теперь наше. Алекс кинулся на мать, сжав ей горло руками. — Ты изверг! Просто ужасная сука, не пощадившая никого! — он сильнее сдавил ей горло, — ненавижу тебя! Ты и отца убила таким же способом! Оливия закряхтела, руками отталкивая сына, но его хватка была сильнее. Наконец, он отпустил ее. — Я не ты. Я не убийца, — он зло взглянул ей в глаза. Она пыталась отдышаться. В своей комнате он ласково провел по половине кровати, где еще недавно спала Агата. Подушка все еще хранила запах волос девушки. Алекс зарылся носом в ту самую подушку и горько заплакал. Это все. Больше ничего нет, ничего не будет. Ее больше не будет. Покойся с миром, моя лилла каттен. Наслаждайся там, на той стороне жизни.