Дар или проклятье

Бэн не перестает поражаться внутренней синергии университета. С первого взгляда кажется, что компании крутые и не очень сосуществуют в одних стенах. Но наблюдая за чужими судьбами раскрывается правда, и не всегда это то чего ожидаешь увидеть. "Она — смеющаяся громко, заставляющая бегать за закусками и сигаретами, уверенно вышагивающая по центру коридора под завистливые взгляды, терпит дома побои от пьяного отца." "Он — сторонящийся любой шумихи, тихо жующий в отдалении от остальных невзрачный парень, делает успехи в освоении ИТ-технологий и его ждет блестящее будущее." "Она — скромно шагающая из аудитории в аудиторию девушка, ничем не примечательная, не привлекающая внимания станет жрицей любви через 7 лет и испустит дух от неизлечимой болезни." Примеров десятки. Нет сотни... Она каждый раз старается не хмурится от контрастов, но не выходит, пропускает через себя, гордится, печалится, удивляется переменам в жизни стольких людей. Тэхен, перекусив наспех, торопится в курилку, чтобы не сильно опаздывать на пару. По дороге он то и дело смотрит по сторонам, старается невзначай, непринужденно, но глаза цепляются за каждую макушку более или менее похожую на неё. Он бы рад не знать её, рад не думать о том что с ней происходит, рад переключиться, ведь столько красоток выражают ему симпатию. Но мысли вьются вокруг одного: "Что её заставляет быть с ним? Он не оставил ей выбора? Она так хороша в постели? Её устраивает жить с ним?" — вопросов так много, что они не умещаются в черепной коробке, вырываются наружу, но ответа нет. Она не показывает ни одной эмоции, если они сталкиваются взглядами, делает вид, что не знакомы. Всегда одна, всегда задумчива, только нескрываемая страсть к музыке и танцам, когда однажды тайком наблюдал за ней на занятиях. Мирэ с подружками не упускает шанса и задирает её, стоит им приблизится ближе чем на 2 метра. —Привет, шлюшка, — брошенное в спину Бэн, которая их даже не заметила. Несколько косых обращённых на неё взглядов и глаза в пол: "Он только недавно обо всем договорился, нельзя с ними связываться, нельзя снова попадать в неприятности". Противная систематичность, унизительные обращения достают не на шутку, но она терпит, обещает себе, что отстанут, если не будет реагировать. —Эй, томозни, — слышит она приближающийся шорох кроссовок по траве футбольного поля, куда она ходила перекусить, лишь бы передохнуть от жужжащих картинок перед глазами. "О... Нет...," — только успевает прокрутить в голове, как с обоих сторон под локти подхватывают "по-дружески". —Привет! Куда так спешишь?! Давай поболтаем! — Мирэ обгоняет троицу, которые продолжают идти вперед, тащат, удерживают, хотя она уже пытается освободить локти. —Тебе мало было в тот раз...? — скрипнув зубами, цедит она. Компания останавливается у угла трибун. —Это мне показалось, что ты легко отделалась..., — смеется Мирэ, но на потасовку настроя нет. Бэн молчит, выдыхает воздух из лёгких, который резко стал обжигающим. —Как ты познакомилась с Тэ? — переходит сразу к делу, цель изменилась, поняла что сможет через неё затесаться в компанию Тэхена, по которому сохла добрая половина факультета. "Хоть они вместе никогда не тусовались, но он так защищал её в тот раз...", — думает она. —Это не твое дело, — победно улыбается, впервые почувствовав некоторое превосходство. —Шататься по универу одной так стремно, — прикуривая сигарету, — никогда не задумывалась что о тебе говорят окружающие? — сплевывает, усмехается, делая глубокую затяжку. —Половина считает тебя чокнутой социофобкой, другие уверены, что ты возомнила себя охуенной персоной, благодаря деньгам твоего папика, что других и за людей не считаешь. "Я никого не трогаю, не унижаю, а я все равно плохая?... Абсурд какой-то..." —Очевидно... Тебе нужна компания... Можешь обедать с нами... Это в качестве примирения..., — рассуждает сама с собой. —Мне не нужны друзья. Тем более ты..., — говорит спокойно, ведь драка не намечается. Тэхен с парнями возвращается из курилки, замечает знакомый силуэт и компанию которая чуть не разорвала её в клочья. Беседа кажется вполне обычной — девчонки балуются сигареткой в перерыв. Но он все равно не отводит взгляд, ведь он ещё никем не замечен. Вдруг Бэн видит четко мысли Мирэ и ей хочется взорваться хохотом, но она сдерживается, улыбается широко. —Ты глаз положила на Тэхена? Серьезно? — начинает смеяться от абсурдности. —Он не настолько плох, чтобы запасть на такую дешевку, — девицы по обе стороны напряглись, как бойцовские псы по щелчку бросающиеся на свою жертву. —Эй, шлюшка, я правда хотела сделать широкий жест, но ты реально вынуждаешь меня сама..., — Бэн не успевает среагировать и от сильного толчка в грудь приземляется прямо на задницу. Смех как отрезало. На смену ему острая боль в районе копчика. Тэхен готов сорваться с места, но тормозит себя, обещает помочь только в крайнем случае. —Тэ? Идёшь? — окликает приятель, но он не отвечает. "Ещё один шаг... Если она сделает хоть ещё один шаг к ней... Бэн, черт бы тебя побрал...", — диалога не слышно, взор ловит каждое её движение, каждый наполненный ядом взгляд на обидчиц, и думает: "Она справится... Должна справиться...", — выдыхает облегченно, когда Мирэ с компанией продолжают свой путь, оставив её сидеть на траве. —Сегодня я её отвезу домой, — перехватывая Бэн у её "заебенного кортежа". Она стоит и часто моргает, не понимая, что происходит. —Господин Ким не предупреждал об этом, — почесывая затылок и шею, отвечает один из его людей, сомневается, ведь перед ним правая рука СокДжина. —Забыл наверное, — пожимает плечами Тэ и точно знает: "Послушаются". —С чего вдруг?... — задает единственный вопрос, садясь в знакомый спорткар. —Угощаю кофе. Или что ты там предпочитаешь..., — думал поговорить серьезно, но в её компании поездка приобрела оттенок которому нет названия. Она чуть выше него, хрупкая, молчаливая, то и дело поглядывающая в окно. —Ты ревнуешь? — вдруг задает вопрос выбивающий из колеи. Они сидят в приятном кафе, куда приходят не дольше чем на полчаса, чтобы выпить мокачино, закусив аппетитным бейглом. "О чем она?" — хотя вариант ответа наиболее подходящий к ситуации, это то что он ревнует девушку к другому мужчине. —Своего отца... Ко мне..., — виновато... и вновь молчание. —Не понял..., — честно, теперь он совершенно не понимает что у неё на уме. —Господин Ким часто спрашивает о тебе, о твоих успехах, но я не могу ему ответить. Ведь мы на разных факах, и вообще... Будто не знакомы... Я просто подумала, что ты злишься, потому что твой отец уделяет время кому-то вроде меня, хотя мог бы проводить его с тобой..., — тараторит. —Ты серьезно так подумала!? — смеется Тэхен, передумав откусить круассан поднесенный ко рту. СокДжин был отцом по крови, но по духу — никогда. Тэхен не помнит ни одного проведённого вместе вечера, праздника. Малыш открывает коробку, а внутри яркая машинка, о которой остальные ребята и мечтать не смели. —Папа не придет? — "ведь он любит меня и всегда отправляет подарки, но почему сам никогда не приходит... Мы бы вкусно покушали и поиграли..." —Тэ, твой папа много работает и сильно устает. Смотри какая красивая машина, — нежно улыбается женщина преклонных лет, ухаживающая за ребенком, отвлекает от душащей правды хрупкую психику: "Ты не нужен ему сейчас..." —Он правда хочет знать тебя лучше, я буду только рада, если вы... Наконец-то... —Я тебя не за этим позвал, — отрезает её на полуслове. —Мирэ до сих пор донимает тебя? — стал серьезным. "Это семейное...", — вдруг видит такие схожие черты между отцом и сыном. Нежелательные темы разговора отрезаются на корню, без шанса на возрождение. —Она просто ебнутая, — сказать так СокДжину язык бы не повернулся: "Но с Тэ же можно", — уверяет себя. —Не матерись..., — бесит, что она вольничает. Да и он терпеть не может когда девушка матерится: "Ведь она будет матерью... Когда-нибудь...", — но воображение не может представить эту картину. —Хочешь поговорю с ней? — неожиданно для себя, предлагает. —Она только рада будет, если ты сам подвалишь, — ухмыляется, чем чертовски бесит его. Тэхен далеко не глуп, знает какой эффект производит на женщин, их взгляды цепляются, вонзаются, не желая отпускать, откровенно умоляют: "Обрати на меня внимание...", но каждый раз он равнодушно уворачивается или, при хорошем настроении, делится лёгкой улыбкой. —Значит... Справишься? — облегченно выдохнув подытоживает он. —Все когда-то кончается... И это тоже пройдет, — улыбается она и наблюдает за удаляющимся вдаль велосипедистом. —Здесь вкусный кофе, никогда не понимала как твой отец может пить американо, он такой горький, — но подскакивает на месте от резкого звука. Тэхен ударил ладонью по столешнице, что от неожиданности выпустила кружку из рук и все полилось на неё. —Ты можешь хоть на полчаса забыть о его существовании!? — теряет контроль, —блять..., — на секунду выпустил всю злость, что копилась годами. "Она не виновата... Черт...," — протягивая скачущей на месте девушке салфетки. —Обожглась? — обеспокоеено, промакивая капли, почти добежавшие до белых носочков. —Я сама..., — пытается унять подкатившие слезы. Не от того что успела сделать только несколько глотков сладкого мокачино, не от того что было действительно горячо, а от больнючей волны ненависти сына к родному отцу. —Он никогда не скажет, но это так... Он будет рад если ты хотя бы дашь шанс все исправить... —Он!! Я никогда не был нужен ему! Никогда! Поняла? А сейчас!? Он разыгрывает папашу-святошу?! Да ладно, Бэн, ты серьезно повелась?! — сам не замечает как злость выливается через край, обезображивая мягкие черты лица. —У этой сказки не будет хэппи энда, даже не пытайся..., — он уже спокойно встает из-за стола, проклиная собственную идею "выпить кофе". —К черту вас! — Бэн берёт рюкзак и сразу идет к выходу. Тэхен успевает поймать её уже на улице. Она сжимает лямки рюкзака до побелевших костяшек. Ей так обидно, что не может сломать лёд между самыми близкими людьми. Идет прочь от жестокой правды этого мира. —Бэн! — слышит за спиной. И объятья такие жесткие и мягкие одновременно. Такие надежные и утешающие, как обнимал бы старший брат. —Извини, что накричал..., — бубнит Тэ в её плечо, — извини... ты никак не замолкала говорить о нём и о том, что уже не вернуть... Мы те кто мы есть, мы не станем лучше, ты должна понять, у нас нет пути назад. —Вы сможете... У вас получится... Надо только захотеть..., — вцепившись в его руки спереди, — вы есть друг у друга, никогда не забывай этого, — не сдается она, хочет, чтобы понял. —Я не дают пустых обещаний... Просто оставь все как есть... Он не выпускает её из рук, стоя посреди улицы, посреди белого дня, когда основная масса людей ещё на работе. Его не смущают редкие косые взгляды незнакомцев, она не отталкивает, как он полагал, а смиренно ждет, когда порыв уляжется. —Тэ..., — отпускает свои руки, все еще в коконе тепла его тела. —Если ты еще хоть слово о нём скажешь..., — ухмыляется он, "угрожая", не может сдержать улыбки. —Тату... Это больно?... — её разворачивают на 180 и заглядывают в глаза обеспокоенно. —Зачем тебе?! — его устраивает, что он забит на самых видных местах и никакая застегнутая на все пуговицы рубашка этого не спрячет. —Больно?... — упрямится она. —Больно, — уверен, что ответом выбьет даже мысль о том, о чем может пожалеть. —Дай мне телефон того кто сделал тебе Это, — явно смотрит на шею и дернувшийся кадык от слюны. —СокДжин знает? — щурится он, вспомнив презрительный взгляд отца на "обновку". —"Еще хоть раз о нём заговоришь", — цитирует его же словам и хитро улыбается. "Нет... Он не знает...", — Тэхен рад бы насолить отцу, но в способе он все еще сомневается. —Ты знаешь что хочешь? — осторожно спрашивает. А в ответ лишь медленные два кивка и намек на улыбку. Тэхен созванивается с другом, которому доверял на 100%, настоящему мастеру своего дела. —Пошли, — берёт её руку и тащит к авто. —Я могла бы сама..., — не упирается, скорее из вежливости бубнит, хотя сама чертовски рада его компании. —График у него плотный, так что бегом. Может, все-таки, передумаешь, — увлекшийся идеей и общим делом открывает перед ней дверь машины и она шмыгает внутрь и не может сдержать довольной улыбки. За стойкой крохотного тату-салона их встречает девушка с малиновыми волосами, драных джинсах и в чёрной майке, что невольно изучаешь каждое произведение, покрывающее руки. —Здаров, брат, — хитрое рукопожатие парней и она остаётся немного в стороне. —Ты за новой пришёл!?! Недавно вспоминал о тебе! Давно не заглядывал! — радуется парень и только потом замечает девушку в помещении. —Здравствуйте, — здоровается судорожно, сразу опустив глаза в пол. —Здравствуйте, — в немом вопросе глядя на Тэхена. —Моя подруга хочет себе что-нибудь. Пошли потолкуем, — хочет увести ГиАна в комнату с кушеткой, но Бэн остаётся стоять в районе дверей. —Бэн? — не понимает Тэхен её поведения. "Уже передумала? Трусиха... " —Можно мы наедине...? — не хочет, чтобы Тэхен узнал о безобразных шрамах и что тату ей нужно на всю спину. —Ты подождешь меня? — уже проходя мимо Тэхена за мастером. —Да... "Она хочет тату на интимном месте? Что она задумала?" — был уверен что это будет смайлик на запястье или птички в районе ключиц. Набить которые займет от силы час-полтора. Прошёл час. И ГиАн с горящими глазами выскакивает из комнаты. —Тэ, короче мы начнем сейчас и ближайшая запись на сегодня у меня в 19, так что... Не знаю... Смотря сколько она сможет терпеть... Короче она сказала, что позвонит и ты пока можешь погулять и перекусить, — берёт баночки краски из стеклянного стеллажа. —Че за хуйня?! Что вы там целый час бля делали?! Она решила с ног до головы забиться?! Ну-ка пусти!! — отталкивая парня шагает напролом и похуй ему если она там голая, мозги он ей вправит. Дверь распахивается и Бэнтли резко поднимает глаза, крепче прижав простынь к груди. —Бэн, что происходит?! Я конечно тебе никто..., — осекается, ведь в зеркале, к которому она сидит спиной, на него задорно смотрит черный контур девушки —девятихвостой лисицы. Она спиной к "зрителю", выглядывает из-за веера в роскошном кимоно, из-под которого виднеются несколько лисьих хвостов. —Кумихо...? Серьезно!? — поражённый размерами тату и её содержанием. Шрамы искусно спрятаны замысловамыми контурами и тенями, о наличии которых можно догадаться лишь проведя рукой по бархату кожи. —Да, — просто отвечает она, нервничает немного перед началом и не находит ещё слов. —Красивая? — интересуется, — только не могу определиться с цветом кимоно, — отметая любую попытку отговорить её. —Красивая, — помолчав, отвечает он, прикидывает сколько сеансов потребуется, чтобы исполнить её мечту. —Цвет морской волны... Сине-зеленый... Ведь глаза у неё будут желтые...? — присаживаясь рядом с кушеткой, смирившись с её решением. —Ты прав. Думала о красном... Но показалось слишком агрессивным... Сине-зеленый... Да... Думаю это оно, — улыбнувшись вошедшему ГиАну. —Тэ, ну и работку ты мне подкинул. Обновлю портфолио масштабной работой, — распаковывая упаковку одноразовых черных перчаток. —Сколько часов уйдет на это? — уточняется он. —Посмотрим насколько решительно настроена Бэнтли, — заправляет краску в машинку. Ухмыляется, потому что вспомнил её растерянное лицо, когда он предложил раздеться, чтобы сделать эскиз. Объяснив это тем, что "бить" через одежду он не умеет. И спина это не самое интимное место, которое он видел в этой жизни. —Хочешь я останусь? — коснувшись её руки, предлагает он, смущенный не меньше её, она лежит на животе согнув и прижав руки к себе, чтобы мужчины не увидели, пусть и скромную, но округлость груди. —Да..., — полушепотом, тут же цепляясь за его пальцы. —Я начинаю, — машинка зажужжала в руках ГиАна, —если устанешь — скажи, сделаем перерыв, — сразу предупреждает он. Страх боли читается в её глазах и Тэхен серьезно наблюдая за эмоциями на её лице позволяет сжимать его руку насколько хватит силенок. "Я справлюсь, Я справлюсь", — шепчет одними губами зажмуриваясь, ведь сейчас забивают самые чувствительные участки — шрамы. —Может передохнешь? — обращается Тэ к другу. —Две минуты..., — оставляя этих двоих, выходит набрать воды из кулера. —Бэн? Не пожалела ещё? — поглаживая, слегка надавливая, разминая напряженные до сих пор пальцы. —Нет..., — вдыхает полной грудью, пока есть такая возможность, кажется что вообще не дышала, пока жужжала машинка. —Хорошо держишься. Может хватит на сегодня? — не унимается он. —Я в порядке, — опять дыхание тише, ведь вернулся мучитель-спаситель ГиАн. Тэхен выводит Бэн из салона придерживая за плечи. Ноги занемели от долгого неподвижного состояния, рук вообще не чувствует от долгого напряжения - резкая слабость. Но, несмотря ни на что, светится от счастья, ведь она сделала это! Решилась на важный шаг! Стереть следы прошлого, пусть и забытого. —Ты как? — интересуется Тэхен стоя перед дверью квартиры отца. —Спасибо, что поддержал..., — она устала неимоверно, но благодарность не знает границ, — зайдешь? — открывая дверь и остановившись, пропуская его. —В следующий раз..., — резко стал серьезным, вспомнив чей это дом. —Тэхен, вы правда сможете стать семьёй... Я верю в это. Он будет рад, если станет для тебя настоящим отцом. —Прекрати... Прекрати нести эту чушь... У него был шанс и..., — злости больше нет, есть смирение с ситуацией, с естественным ходом жизни, — он его упустил... Пока, — разворачивается и идёт к лифту не оборачиваясь. "Тэ, ты будешь ненавидеть себя за это если его не станет...", — смерть СокДжина она больше не видит, но боль между этими близкими людьми осязаема, она практически может коснуться её. —Бэн, я дома, — фраза стала ежедневной, стандартной, но не надоедливой ни в коем случае. Ведь это значит, что еще один вечер они будут рядом. Пусть просто поужинать вместе, просто дышать одним воздухом, наблюдать как она может посуду или уходит к себе в комнату за телефоном, чтобы вернуться и сесть рядом залипая в соцсетях. Порой СокДжин напрашивался на массаж, лежал на её коленях и блаженствовал от неспешных движений. Он радовался как ребенок, когда она была расслабленна, пусть чуть рассеяна, задумчива, он любил их тихие вечера вместе. Он сразу направляется в комнату, чтобы взглянуть в ясные глаза и весьма удивлен, когда дверь спальни прикрыта. —Подождите! Не входите! — когда дверь наполовину уже открыта. —Опять с одеялом балуешься? — настрой задорный и он заглядывает несмотря на возражение. Он стоит в немом шоке несколько секунд, весь спектр эмоций проносится в одном взгляде, но нет ни единого звука. —Бэн? — он заметил лишь кусочек тату на полотне кожи, но уже пришёл в бешенство. —Я хотела вам показать, когда будет полностью готово..., — знает, что сейчас будет ор и истерика. —Бэээн?! — тон выше, на одобрение даже намека нет. —Я все обьясню, — начинает она. —Бэн, черт бы тебя побрал!! Какого хуя ты творишь?! Ты из ума выжила?! Зачем тебе эта дрянь?! Блять!! Как ты могла сделать это даже не посоветовавшись со мной!? — сразу вспоминает протест Тэхена, но никогда бы не подумал, что придется проходить через это второй раз, с ней... —Успокойтесь... В этом нет ничего страшного, — старается остаться спокойной, ведь если и сама начнет кричать все полетит к чертям. —Кто надоумил тебя?! Что там у тебя?! Я ему руки в задницу затолкаю!!! — гнев обрушился, на того кто сотворил это с ней, будто её связали и делали это против её воли. Мысль, что она сама этого хотела, убивает его. —Это ведь можно убрать?? Я слышал что можно!! Завтра же пойдешь и избавишься от этого дерьма! — он даже не собирается оценивать это как искусство, для него это безобразная чёрная клякса на её теле. —Вы все? — давно её так обильно не поливали дерьмом. В ответ его спина и хлопок дверью. "Ему нужно время...", — обреченно понимает она. Ей нужно намазать кремом места где игла касалась кожи — сама она не дотягивается. Прошёл час. Она выходила из комнаты пару раз и молча виновато стояла рядом с ним, но он никак не реагировал на её присутствие. Ел рамен, не отвлекаясь, приготовленный ею как он учил. Сидел в телефоне и делал вид, что её не существует. Обида душила, ведь она даже не спросила разрешения, а самовольно пошла и сделала. Охранник доложил, что из универа её забрал Тэхен и ненависть комом неслась к основанию его спокойствия. —Остыли? — примирительно аккуратно усаживается на диван. —Я хотела сделать сюрпиз..., — говорит сама с собой. —Я предполагала, что вы не обрадуетесь, но вы же понимающий человек... "Это я-то понимающий?" — поражается он. —Я сделала это только потому что хотела закрыть шрамы, — оправдывается. "Хорошо хоть не на зло мне...", — сохраняет молчание. —Тэхен помог найти мастера. Он хороший. Настоящий профи, — продолжает. "Без Тэ конечно же не обошлось!" —Не злитесь на Тэхена, он пытался отговорить, но я сама настояла. "Даже не пытайся его защищать...!" —Что такого в шрамах!? Посмотри! — выдергивая заправленную рубашку из брюк, — Тебе противно смотреть на это!? — ждет ответа, ненависть на происходящее плещется в нём. —Вы - мужчина... На вас шрамы смотрятся иначе... Это как следы ваших сражений, где вы вышли победителем. А у меня... Это - уродство... Метка слабости..., — аккуратно проводя по его рукам с вздувшимися венами, опуская их. —Вы должны понять меня. Так я буду уверена, что никто не подумает обо мне что я слаба. Я хочу быть сильной..., — но слезинки скатываются к дрожащим губам, она пропускала его стрелы гнева, думала сможет игнорировать, но нет... Она не сильная, никогда ею не была. —Бэн... Не надо... "Не плачь, малыш... Я не хотел кричать на тебя", — пытается обнять, взяв за талию, но она напрягается, ведь кожа все еще чувствительна после вмешательства. —Покажи, — обреченно опустив руки и прикрыв ненадолго глаза, чтобы приготовить себя к этому. —Мне нужно намазать кремом... Вы поможете? Я не дотягиваюсь до всех мест..., — оттягивая момент когда он увидит весь масштаб катастрофы для него. —Конечно, заяц... —Я мигом! — убегает в спальню и у него есть еще десяток секунд чтобы выровнять дыхание. Он помнил что шрамы были и в верхней части спины и ближе к пояснице. —Тонким слоем..., — предупреждает она садясь спиной, развязывая халат. СокДжин сидит с кремом в руке в гостиной на диване и терпеливо ждет. —Мне очень нравится! — опережая все что он скажет сообщает она, и халат соскальзывает с плеч, грудь обдает холодком, а спину подогревает Его взгляд - изучающий, цепляющийся за каждую деталь, пытающийся обхватить всю картину целиком. Он осторожно ведёт пальцем рядом с контуром и впервые смотрит на тату в немом шоке от великолепия. —Ты счастлива? — вдруг такой казалось бы простой вопрос, два слова рядом, но она с ответом мешкает. —Бэн, ты счастлива со мной? — выпытывает ответ, хочет услышать простое "Да" - ему будет достаточно знать, что делает все правильно, что стал тем человеком который ей нужен. —Я не знаю, — виновато опустив голову, натягивая халатик на обнажённую спину. —Значит "Нет"? — обреченно выдает он, оперевшись ладонью о диван, рядом с её бедром. Она по прежнему спиной к нему, молчит, и ему кажется, что не найди он её - она бы не вернулась. —Я просто не знаю. Мне хорошо с вами..., — и вновь тугое молчание. "Но я вас не люблю", — слышит он в нём. —Бэн, извини, что я не тот... "Не тот кого ты заслуживаешь...", — мысль, что его чувства остаются без ответа, что она здесь просто потому что ей некуда пойти лижет сознание и сводит с ума. "Он не тот?... Что он имеет в виду? О чем вы говорите?" — но не находит слов для ответа.