PiNk

— Это юбка. Розовый уставился на нижнюю часть его тела, словно он юбок не видел. Стивен крутанулся на небольших каблучках, оглядывая себя в зеркало — Да, это юбка — он скинул с ног туфли, морщась от дискомфорта, и прошёлся по ковру в одних белых чулках. Немного подумав, он встал на четвереньки, выискивая под кроватью розовые кеды, когда почувствовал на заднице чужие руки, и рванулся вперед, полностью прячась под кровать — Розовый, нет! Мне нужно идти — он выполз с другой стороны кровати, прижимая к груди кеды, и стал отступать к лестнице, внимательно следя за беспомощно вскинувшим руки Розовым. Когда Стивен ступил на первую ступеньку, Розовый сложил руки на груди, обиженно надулся, и с демонстративно ровной спиной плюхнулся на кровать. Стивен вздохнул, торопливо натягивая кеды, и поглядывая на часы — у него было еще минут пять, если потом идти быстро. Сегодня на пляже очередной фестиваль, и Стивен обещался выступить у кого-то там на подтанцовке — когда он на это соглашался, Розовый мял его зад, отвлеченно глядя в сторону, так что технически, это его вина что Стивен был больше похож на японскую школьницу. Белые чулки с розовыми полосками сверху едва прикрывала короткая пышная юбчонка. Розовая же футболка, вплотную по фигуре, и вполне подошедший к этому наряду любимый бомбер, который они в тот раз таки выловили из недр облачной комнаты, вполне дополнил наряд, и теперь он не мог уйти, потому что Розовый посидит так пару минут, а потом придумает что-нибудь коварное, и Стивен будет страдать. Он торопливо плюхнулся на чужие колени, позволяя запустить руки под юбку, и погладить кромку белья, и быстро чмокнул Розового в нос — если когда я вернусь дом будет стоять на месте, а ты еще не уснешь после семи сеансов дрочки, сделаешь со мной все, что захочешь, но сейчас я правда тороплюсь. — он подскочил, хватая со стола телефон, и бегом ссыпался по лестнице. Розовый коварно улыбнулся ему в след, выхватывая из кармана собственный смартфон — благословите Алмазы мгновенную доставку. Стивен вернулся домой выжатым, как лимон. Он мечтал только добрести до кровати, подгрести под себя Розового и уснуть — он совершенно позабыли о данном обещании. Розовый ждал его в облачной комнате — они получили беспроблемный доступ в любой момент времени, и теперь базировались в основном там. На половине Стивена стояла коробка без опознавательных знаков, и Кварц заранее напрягся — в голове тревожным червячком закрутилось воспоминание о данном обещании. Он подошел ближе, поглядывая на отстранённо играющего в приставку Розового, и без лишних слов вскрыл ее. В коробке, красиво свернутый, лежал комплект белого кружевного белья, и целый ворох розовых ремешков непонятного назначения. Стивен вздохнул, отставил коробку в сторону, и полез обниматься — иногда помогало, но Розовый безапелляционно фыркнул, снова обиженно надуваясь. Стивен захныкал — Милый, я так устал. Давай завтра? — он поднял на Розового щенячьи глаза, и тот задумчиво отложил джойстик — Ладно, завтра. Но, за то, что ты не исполнил слово в срок, я кое-что добавлю, окей, детка? И ты проходишь так весь завтрашний день, малышка — он погладил его бедро, без рьяных, впрочем, приставаний, и добавил — и я смогу снимать тебя завтра в любой момент, идет? Стивен закивал, как китайский болванчик, аккуратно переставляя коробку на пол, скинул кеды, бомбер, футболку, и запутался в молнии на юбке. Он задумался, и хмыкнув, резко оседлал бедра Розового. Тот от неожиданности выронил джойстик, но даже не заметил этого — зрачки его моментально расширились, а дыхание сбилось. Стивен отставил бедро, намекая на застёжку, и Розовый намек понял. В сильных руках замок легко заскользил вниз, Стивен приподнялся, позволяя юбке соскользнуть с бёдер, и скинул ее прямо в коробку, оставаясь в одних чулках и белье. Розовый застонал, проводя рукой по плотной ткани чулок, но Стивен ловко ушёл от продолжения, скатываясь на кровать и пытаясь стянуть чулки. Розовый разочарованно выдохнул, и перехватил его руки — Спи так. Пожалуйста. Стивен подумал секундочку и кивнул, опуская ноги на кровать. Розовый еще раз окинул взглядом его тело, и вдруг резким привычным движением стянул с него боксёры — А лучше так. Он облизнулся, укладываясь рядом со Стивеном, и притерся к голой ягодице твёрдым членом, и Кварц задохнулся, чувствуя, как затряслось тело — в каком бы состоянии он ни был, но Розового он хотел всегда. Он прижался задницей к горячему стволу, но Розовый неожиданно шикнул на него — Нет, детка, завтра. Спи. И закрыл глаза. Кварц опешил, решив, что Розовый его разыгрывает, но прошло около десяти минут, и алмаз уже сопел ему в шею, изредка что-то сонно бормоча. Стивен пожал плечами и тоже закрыл глаза, обнимая сильную руку. Стивен готов был просыпаться так каждое утро. Розовый умудрился удобно устроить расслабленное тело и теперь быстро и глубоко проникал в него языком. Стивен застонал, хватая себя за ягодицу, и отодвигая ее в сторону, давая больший доступ и выгибаясь навстречу. Розовый отстранился, облизываясь — Доброе утро, детка. Ну что, поиграем? — он втянул на кровать злосчастную коробку, и Кварц обречённо кивнул, протягивая к ней руки, но Розовый не дал — Нет, малыш, давай лучше я — Стивен снова кивнул, но следующая фраза его порядком озадачила — Раздвинь ножки, сладкий. Стивен послушно развел колени, с интересом разглядывая вещи, которые Розовый доставал из коробки. На свет выпала вчерашняя юбка, комплект кружевного белья — широкий топ без лифа и трусики шортики, тонкие и прозрачные. Следом появился неопознанный ворох ремешков, которые Розовый пока отложил, и последней появилась маленькая коробочка с непонятным содержимым. Розовый усмехнулся, и Стивену стало страшно. — Закрой глаза детка, не бойся. Стивен закрыл глаза, прислушиваясь. Зашуршал картон, потом целлофан, а потом Стивен услышал странный звук и удовлетворенный хмык Алмаза. А потом к его проходу прижалось что-то холодное и гладкое, и Стивен застонал, догадываюсь, что это и толкаясь навстречу. По ощущениям, вибратор был совсем крошечный, но Розовый протолкнул его так, что Стивен понял — он прямо напротив простаты. Розовый подклеил проводок к внутренней стороне бедра специальным скотчем, что шел в комплекте, и спрятал пульт под резинку чулок. Он на пробу нажал кнопку, и Стивена скрутило на постели. Розовый поспешно уменьшил мощность, и Стивен обмяк, тяжело дыша и подрагивая. Розовый удовлетворенно хмыкнул и выключил его вовсе. Следующим было белье. Топ они надели без проблем, а вот с шортиками пришлось повозиться — мешался стоящий член. В конце концов Розовый закатил глаза, и резко насадился на него ртом, вырывая из груди Стивена вопль, переходящий в долгий стон. Алмаз дал ему кончить, послушно сглотнув последствия, и отстранился, облизываясь. Стивен расслабленно наблюдал из-под полуприкрытых век за его действиями — он натянул таки шортики и потянулся за ремешками. Они оказались сеткой креплений — начиная с шеи и заканчивая чулками, все оплели тонкие эластичные ремни. Розовый отстранился, с вожделением рассматривая свое творение, и поднялся — Одевайся детка. Сегодня мы идем гулять. Розовый затащил его на пресловутое родео в парке аттракционов, благо, додумался сесть с ним, иначе бы Стивен точно слетел. Он незаметно включил вибратор на среднюю мощность, и сейчас Стивен вообще с трудом что-то соображал — из-за скачков родео игрушка сильно двигалась внутри, и от позора Стивена спасала только пышность юбки и достаточно плотные шортики. Розовый, естественно, возбудился от одного его вида, и сейчас абсолютно не помогал, потираясь о него на каждом толчке аттракциона. Когда они вырвались с этого круга ада, Стивен прислонился к ограде, пытаясь вспомнить, как нужно дышать. Розовый сочувствующе смотрел на него, но мощность не убавил, гаденыш. К ним подошел Мистер Смайлик, поинтересоваться, все ли с ним в порядке, и Стивен улыбнулся сквозь наворачивающиеся слезы — Все хорошо, Мистер Смайлик, просто укачало. Стоит наверное пойти домой — с нажимом добавил он, оглядываясь на Розового. Тот вздохнул и кивнул, потянув его за руку. Дома, в отместку, он вывел мощность на всю, и у Стивена задрожали колени. Он так и застыл на кухне, цепляясь за столешницу, пытаясь не рухнуть на пол. Розовый достал телефон — Фотосессия, детка. Стивену хотелось умереть. Розовый заставлял его принимать такие позы, что Стивен пожалел, что не заколол себя кухонным ножом, пока была такая возможность. Его трясло, лицо горело, тело то и дело дергалось, белье промокло насквозь, и небольшие капельки уже текли по бёдрам. Под конец фотосессии, Розовый поставил его на колени, и расстегнул ширинку, снимая все это на видео. Стивен понял, что тот кажется собирается собрать коллекцию домашнего порно, и испытал смешанные чувства, но к штанам потянулся. Маленькую месть он осуществил почти сразу же, когда Розовый, схватив за волосы, трахал его в рот. Он тяжело дышал и стонал — он уже почти кончил, и черт же его дёрнул простонать — И чья же ты шлюшка, Кварц? Стивен вывернулся из хватки в волосах, обхватив ладонью мокрый ствол, и проскулил, глядя из-под полуприкрытых век — Твоя, мой Алмаз… Розовый, едва услышав, дрогнул всем телом, кончая на подставленное лицо, и рухнул на колени, дрожащими руками выключая съёмку. Он отбросил телефон и принялся вылизывать чужое лицо, периодически ныряя языком в приоткрытый из-за стонов рот, и Стивену казалось, что он вот-вот потеряет сознание, но Розовый отключил вибратор, давая Кварцу наконец-то вздохнуть — передохни немного, а потом мне нужно будет уйти, и я снова включу его. Пока я не вернусь, ты будешь ждать меня здесь — он кивнул на кухонный стол. Стивен устало прикрыл глаза, позволяя сильным рукам обнять себя — сейчас ему хотелось понежиться с Розовым в постели, но и так тоже сойдёт. Они сидели так почти двадцать минут, и истощенный Стивен успел задремать, когда Розовый завозился — Детка, мне пора. Будь хорошей девочкой, слышишь, малышка? Стивен вздрогнул, когда вибратор снова включился, и застонал, когда Розовый потянул его вверх. Он помог ему дойти до стола и опереться на столешницу — Стивен широко расставил ноги, чтоб не упасть, и Розовый застонал, прижимаясь губами к шее, и кладя свою огромную ладонь ему на промежность. Стивен упал грудью на стол, сдерживая рвущиеся наружу рыдания, и отставил зад навстречу горячей ладони. Розовый изумленно выдохнул — Детка, ты весь мокрый — он потер его член сквозь трусики, и Стивен не сдержался, разрыдавшись. Розовый поспешно отстранился — Извини, малыш. Потерпи совсем немного, я скоро приду, и ты кончишь, столько раз, сколько сможешь, потерпи детка. Он торопливо накинул куртку Стивена, и вышел за дверь. Его не было три гребаных часа. Три. Сраных. Часа, из которых Стивен считал каждую минуту. Отвлекло его только возвращение самоцветов — они зашли буквально на пятнадцать минут, спрятать в храме что-то из новых находок. Гранат сочувствующе ему улыбнулась, торопливо уводя остальных, пока никто ничего не заметил, показывая сжатые кулаки напоследок, и Стивен покраснел. Сверкнул портал, и Стивен снова остался один. Его посетила мысль выключить вибратор, и он потянулся к пульту, но пальцы почему-то выкрутили мощность на всю, и Стивен застонал, не сдерживаясь. Он такой же, как и Розовый, он этим наслаждается. Стивен уже без малейшего стыда вскинул зад, ложась грудью на стол, и постанывая, проник пальцами в себя, отодвинув мокрое кружево. Он трахал себя пальцами, потираясь членом о стол, громко стонал на весь дом, совершенно не соображая, что делает. Он не доводил до оргазма, притормаживая, когда чувствовал судороги, и снова вколачивался, стоило только волнам отступить. В таком состоянии его и нашел Розовый. Он выронил пакет, который держал в руках, и уставился на него голодными глазами. Стивен повернул к нему голову, продолжая размашисто трахать себя пальцами, и Розовый поспешно достал телефон. Стивен принял позу поудобнее, шире расставив ноги, и услышав щелчок начала записи громко простонал — П-пожалуйста, мой Алмаз… трахни меня, скорее… Розовый застонал сам, подходя ближе, и снимая крупным планом исчезающие внутри растраханной дырочки пальцы, после чего перехватил его поперёк груди, помогая встать — Давай детка, пойдём в спальню, ты выдержал, ты молодец… Стивен совершенно не слушал, что он там несёт, выхватив только слова «в спальню», и стек на пол. Ноги его не держали, но он, поднявшись на четвереньки и отставив попку, зная, что так из-под юбочки будет видно кружево, пополз в сторону спальни. Розовый за его спиной захлебнулся стоном, и торопливо пошел за ним, не забывая снимать. В спальне он установил камеру на штатив прямо перед кроватью, и, подхватив Стивена на руки, впился ему в рот жадным поцелуем, падая вместе с ним на кровать. Он уложил его на спину, стягивая юбку, и буквально разрывая розовенькую футболку, принялся раздеваться сам. Он рычал и постанывал, и Стивен, не выдержав ожидания, развел ножки, и снова толкнулся внутрь пальцами, закатывая глаза. Розовый голодными глазами смотрел, как исчезают внутри пальчики, и, опустившись на кровать, толкнулся внутрь языком. Стивен заорал, судорожно сжимаясь на пальцах, языке и вибраторе, и кончил бы, если бы Розовый не вытащил вибратор, отдирая проводки от нежных бёдер. Стивен торопливо принялся сдирать с себя ремешки, Розовый, с сожалением, помог ему. Стоило Стивену только отбросить трусики и остаться, наконец, обнажённым, он перевернулся на живот, разводя руками ягодицы — Пожалуйста, заполни меня! Черт, мне так это нужно, пожалуйста! Он вскрикнул, когда Розовый без церемоний толкнулся каменно-твёрдым членом, одним толчком заполняя его до краёв. Кварц взвыл, остервенело толкаясь на встречу беспорядочным размашистым толчкам, чувствуя, как слёзы, стекающие по лицу перемешиваются со слюной. Он дрожал и кричал, с каждым толчком все сильнее и громче, закатывал глаза, и трижды разорвал простынь под собой. Розовый над ним рычал и кусался, в перерывах хрипло постанывая, и иногда притираясь грудью к чужой спине — он был уже на грани. Стивен был уже почти на седьмом небе, когда Розовый отстранился, вытаскивая из него свой восхитительный твёрдый член, и Кварц закричал, заходясь в рыданиях и трясясь — он больше не мог терпеть. Он перевернулся на спину, широко разводя ноги и притягивая Розового к себе за шею. Рукой он нашарил его член, направляя его внутрь, и, обхватив его ногами, толкнул прямо в себя, срывая громкий крик с чужих губ. Он уставился в его глаза расфокусированными зрачками — Трахни меня! Давай, дай мне, дай, мой Алмаз, поимей меня, трахни меня! Розовый зарычал, хватая его за бедра, и принялся вколачиваться в бешеном темпе. Стивен одной рукой схватился за голову, дергая волосы на затылке, а второй за спинку кровати, и принялся старательно подмахивать бёдрами, выкрикивая на каждый толчок запрокинув голову — Да! Да! О, черт, да! Быстрее! Ооооооо, как же это хорошо, блять, да! Давай мой Алмаз, имей меня, ну же! Он бился, совершенно не понимая, что выкрикивает, хрипя и закатывая глаза. Розовый сжал его бедра, вгрызаясь в шею, и кончил, обжигая внутренности горячей спермой, и Стивен не выдержал, взвыв от болезненного наслаждения, и ощущения стекающей по груди горячей крови кончил тоже, теряя сознание. Он открыл глаза, пытаясь проморгаться и сесть, но сильная рука придавила его к кровати — Тебе лучше полежать, детка. Он выглядел виноватым. Стивен вздрогнул, хватаясь за шею, и нащупывая свежий шрам от укуса. Он задумчиво обвел его пальцами, и мечтательно улыбнулся, глядя на Розового. Тот наклонился нежно целуя его, а потом отстранился, и морщась, произнес — Детка, я порвал тебя. — Стивен удивлённо вскинул брови, припоминая, что не заметил ничего такого вчера, но понурый вид Розового говорил об обратном — Вчера, помнишь, я так перепугался, когда увидел кровь, а ты даже не дал мне сказать об этом, и я не сдержался, прости малыш. Стивен протянул к нему руки, обхватывая объятьями сильное тело — Все хорошо милый. Я даже не заметил, честно. Мне было так хорошо — последние слова он прошептал уже в чужие губы, с наслаждением запуская язык в мокрый рот. Розовый простонал, и отстранился — Ты же знаешь, к чему все идет, а тебе нельзя. Я только что все вылизал — он не удержался от пошлого смешка, и облизнулся. Стивен тихо засмеялся, и вскинул руки — Тогда неси меня на кухню — я ужасно голодный!