Mio sole d'oro

~Поздним вечером~ Ещё неокрепшее сознание возвратилось к Джорно, вместе с головной болью. Тепло и мягкость окутывают тело, и неизвестно, что же заставило его пробудиться ото сна. Парень поморщился, сжав в руке одеяло. «Как… я оказался здесь?..» Он приоткрыл тяжёлые веки, узнал очертания спальни, их спальни. Затем ощутил, что волосы его слегка влажные. Джорно не глядя провёл ладонью по голым плечам – гладкие и шелковистые, будто после ванны. «Я… чист?» С этой мыслью Джорно вжался щекой в подушку, вдыхая в себя этот успокаивающий запах. Мысли о случившемся не могли достигнуть разума Джорно, пока сон ещё не до конца рассеялся в его голове. Теперь он проснулся. Плавно перевернулся с бока на спину, в теле разлилось ленивое расслабление. Джорно закрыл глаза, дал мышцам обмякнуть и уютно расслабился строго на своей половине постели. Взгляд поднялся к потолку, но, не обнаружив там ничего необычного, переместился на оранжевые розы в вазе на тумбе. Не задумываясь, Джорно провёл пальцами по опущенным бутонам, отчего те вновь раскрылись, обнажив цветущие лепестки. Затем Джорно вновь посмотрел в потолок, поглаживая себя по выпирающим под кожей рёбрам. Неприязненное чувство таки закралось в него. Светлые брови нахмурились, а расслабленные черты лица напряглись. Стеклом в него вонзились грязные фразы старика Мальваджо, словно горящие отпечатки на его теле проявились прикосновения отвратительных рук. – Нет… – он укутался в одеяло и резко повернулся на бок, к той половине, где обычно спал Миста. Но не увидев его сейчас, грудь Джорно пробрал холод. – Миста?.. М-м… – он сжался в ком, пробираемый зябкими мурашками. Однако Джованна не хотел, чтобы Миста увидел его в таком состоянии: Джорно уверил себя в том, что при первом же взгляде в глаза дург другу, его окончательно поглотит чувство вины. «Он заботится обо мне… А я отплатил ему неблагодарностью» – он сжал холодные пальцы в кулак с желанием исчезнуть из этого мира. – «Я повёл себя как ребёнок…» – сердце задребезжало в груди, головная боль сменилась звоном в ушах. – «Как плохо…» Джованна пролежал так несколько минут. Потом он накинул на бёдра воздушное покрывало и повернулся на бок. Джорно вжался щекой в пуховую подушку обтянутую кремовой материей и просунул под неё руку. «Видимо, сегодня мне придётся уснуть без него… Но нам необходимо поговорить» Джорно принял это с пониманием. Но всё же тонкая змейка грусти закралась и обвила сердце своим холодным тельцем. Джорно расстроился. Но он даже не допустил мысли о том, чтобы затаить на Мисту обиду. Джорно принял тот факт, что сегодня он уснёт в одиночестве, а потому пожелал поскорее отключиться. Он закрыл глаза, прогнал из головы все мысли и крепче стиснул в ладони подушку (на секунду ассоциировав её мягкость с мягкостью поджарых ягодиц Мисты). Стоило подобной мысли возникнуть, как Джорно уже не смог избавиться от неё. Он сдался, позволив несбывшимся фантазиям пролиться в воображении яркими красками. «Может… мне стоит найти его?» Джорно невольно представил: он спускается по лестнице, с наброшенным на плечи покрывалом, с выражением испуганного зайца; Джорно находит Мисту… Его реакцию Джованна предугадать не смог. Но он о том, как опускается на его колени, одаривает сладкими поцелуями загорелое лицо… Джорно тихо простонал, зажал часть покрывала между ног. Вспомнилась ярость, с какой Миста ворвался в кабинет и с какой он позже трахал его в машине. «Снова я думаю об этом… Мне не стоит надеяться… Он наверняка сейчас зол» В тишине спальни прозвучало позвякивание расстегивающейся пряжки ремня. Бьющееся сердце Джорно ушло в пятки, вырвав его из мучительно-сладостной иллюзии. Стоя у противоположной половины кровати, Миста стащил с себя свитер. Чёрный взгляд скользнул по фигуристым бёдрам, выглядывающим из-под складок небрежно наброшенного покрывала. Гвидо стянул брюки и залез в постель. Затем последовало несколько минут пугающего молчания. – Я… не разбудил? Джорно воспрянул и душой и телом. Однако эта неловкость между ними никак не исчезает. От макушки до кончиков пальцев по телу пробежались мурашки. – М-мгм, – мыкнул Джорно. Каждая клеточка тела трепещет от пленительной близости любимого. – Ты голоден? – М-м… Нет. Не особо. – А… самочувствие как? – Нормально, – промямлил Джорно. «Он… боится прикоснуться ко мне?» Кровать проскрипела: Миста склонился над Джорно и коснулся губами виска. – Ах… – и Джорно не стерпел. – …Прости меня. Миста притиснулся к нему и провёл носом по линии шеи, следом уловив приятный аромат и глубокий вздох. – Нет. Это ты прости меня, – прохрипел тот. – Я не должен был… И опять я повёл себя грубо с тобой. Но… чёрт! – Всё хорошо, Миста, – Джорно обхватил тонкими пальцами блуждающую по талии руку Мисты. Джорно осадила вырвавшаяся из Мисты усмешка. – «Хорошо»? Тц!.. И снова ты говоришь это… Нихрена не хорошо, Джорно! – голос стал скрипучим от распухающего кома в горле. – А если бы я не успел? Он бы… Он бы!.. Большим пальцем Джорно провёл по щеке Мисты, и того передёрнуло. Правая рука обхватила его под мышкой, и ладонь легла на лопатку. Сердце Джованны трепыхается в груди всё сильнее. В голове Джорно всё смешивается в кашу, сейчас он может чувствовать только жар, исходящий от тела Гвидо, что степенно поглощает его. – Но ведь он не сделал этого. Я всё ещё твой, Миста, – он поцеловал его крепкую грудь. – И я буду твоим. Джорно разглядел огоньки в чёрных глазах, и Гвидо подарил ему смачный поцелуй, тем самым поразив каждую клеточку в теле Джорно будоражащим разрядом. Миста устремил пронзительный взгляд в томно прищуренные бирюзовые глаза и принялся ласкать тонкую талию, поглаживая Джорно по животу, поднимаясь к груди. – Ах!.. – Ты… хочешь? – Да! – без раздумий ответил Джорно. – Пожалуйста!.. – тот закинул на него ногу и вцепился в плечо. – Ты уверен?.. Я… не хочу снова делать тебе больно, – сколько страсти почувствовалось в этом ласковом голосе. Миста зажмурился и коснулся твёрдыми губами скулы Джорно. – Больно? – тихо переспросил Джованна. – Мне хорошо Миста, – щекой он прижался к коже. – Сейчас мне… так хорошо… – Джованна повернул голову на Мисту и раскрыл чувственные губы, напрашиваясь на поцелуй. И Миста подарил Джованне долгожданный поцелуй. «Нельзя так просто взять и забыть, то что было! Но с другой стороны…» Миста сблизился с ним и алчно вцепился в аппетитную нижнюю губу, затянув Джорно в продолжительный поцелуй. Изумлённо постанывая, Джованна принялся инстинктивно извиваться под нависающим телом. Восхитительно целуя, Миста искусно играется с ним, и Джованна стремительно млеет и слабеет, растворяясь в превосходных ощущениях. – Миста… Да… Гвидо покрывает лёгкими прикосновениями языка его припухшие от засосов и покусываний губы. Джорно зажмурился, перед мысленным взором с каждой новой лаской вспыхивают розово-белые искры. Его заставил содрогнуться едва слышимый стон Мисты, который тот испустил ему в рот. И одновременно с этим стоном Миста звонко разорвал поцелуй, и, заглянув в бирюзовые глаза, тронутые туманной пеленой возбуждения, его рука скользнула по вздымающемуся животу вверх, к груди. Джорно резко вобрал в себя воздух, уставившись на руку Мисты, покрытую чёрными волосками, по которым так приятно провести ладонью, щекой… Кончики пальцев обвели подтянутую грудь. – Ах!.. – кровь хлынула в лицо. Торс обдало холодком и бесчисленными мурашками, отчего чувствительная кожа сосков затвердела. – Такая нежная кожа… – Гвидо обхватил маленькую грудь своей большой ладонью и принялся тискать мягкую кожу. – Так приятно касаться… Испустив благодарный стон, Джорно обернулся, точно роза, распуская для Мисты своё тело. И Миста счёл это призывом к действию. Крепкие пальцы бережно обхватили светло-розовый сосок правой груди, и Гвидо начал легонько потягивать, на что Джованна отозвался возбуждённым вздохом. Он закинул свои руки за голову, дав Мисте полную свободу действий. Устремив хищный взгляд на страдальческое лицо, Миста легонько вздёрнул кончиком языка левый сосок и, накрыв губами, принялся играться с ним, изредка покусывая. – М-м!.. – под покрывалом Джорно стиснул бёдра, ткнувшись в уплотнившийся пах. Крепкими губами Гвидо обхватил островок нежной кожи и принялся старательно посасывать. – Миста... – Джорно, обхватив чёрную голову Гвидо, прижимает её к груди. И Джорно мог слышать доносящиеся до ушей сочные звуки, что издают ласкающие губы. Миста скользнул языком по острой груди, оставив на ней мокрый след, и прильнул к лицу Джованны. – Джорно… – чёрные глаза, проглядывающие из-под густых ресниц, беспокойно мечутся по густо-красному лицу. «Мне до сих пор трудно поверить, что мы так свободно можем делать это. И сейчас… я чувствую себя по-настоящему свободным» Сильная рука скользнула от груди вниз по животу, и в светлом взгляде Джорно Миста уловил мольбу. Рука заползла под покрывало, и Гвидо нащупал налитый возбуждением мужской орган. Миста взял пульсирующую припухлость под тонкой материей нижнего белья в ладонь и принялся бережно мять и ощупывать. Джованна крикнул, крик перерос в надрывный стон. – Миста!.. – он втянул голову в плечи. Кровь гудит в жилах, а сердце ноет и сжимается, переполненное жаркой любовью. А Миста ластит хрупкий бутон Джорно Джованны, не собираясь ограничиваться лишь невинными ласками. Гвидо Миста полон сил и намерений выжать из этой ночи все соки, сделав её воистину лучшей в жизни их обоих. Однако он не мог подумать, что решимость Джорно для осуществления той же цели, намного превосходит его. Намерения Джованны, выкованные в течение двух лет совместной жизни, будут определены именно этой ночью. И тогда Миста раз и навсегда узнает, как ярко и неугасаемо воспылает решительность Джорно Джованны. Джованна откинул голову и застыл, широко раскрыв рот, чтобы вот-вот выпустить вовне протяжный крик, в котором Миста услышал бы своё имя. И в тот момент решимость Джорно достигла своего пика, став твёрдой и несокрушимой, словно алмаз. «Да! Я сделаю это!» Внезапно Миста отбросил покрывало в сторону, обнажив стройные бежево-персиковые ноги, и не спеша повёл тёплыми слегка вспотевшими пальцами по изнывающему телу своего господина от ключицы вниз, оставляя после себя след мурашек на тонкой коже. Миста мог видеть, как порывисто вздымается живот, как от чувственного сердцебиения вздрагивает грудь, и как мурашки играют на поверхности кремовой кожи. С робким стоном Джорно отвернулся, глаза его бегло оглядели замысловатый узор на золотистых обоях, и он почувствовал, как засосало под ложечкой: прикосновение Мисты прошлось по животу, чуть выше пупка. – Ах… – Джорно зарылся пятернёй в свои пышные волосы, в упоении закатывая глаза. Он невольно подумал об этих длинных смуглых пальцах… В которых, нередко окровавленных, Джорно так часто видел холодный револьвер. Но сейчас эти любимые пальцы Гвидо Мисты ласкают искушённое тело. Наблюдая за соблазнительным наслаждением Джованны, губы Мисты наконец самовольно растянулись в похотливой улыбке. Его рука по-хозяйски легла на ляжку, скользнула по внутренней стороне бедра и нырнула под белые трусики, отделанные подлинным венецианским кружевом. Стон Джорно набрал силу, когда Гвидо коснулся глубоко интимного. В самом низу промежности. – Нет!.. – Джованна стиснул зубы, сомкнув длинные ресницы, но от неожиданного прикосновения его рот раскрылся, где через пару мгновений оказалась пара пальцев Мисты. – М!.. – Джорно изумлённо вскинул глаза на суровое лицо с багряными щеками, но в пристальных тёмных глазах Джорно углядел бархатную страсть. Страсть, какая она есть, – пылкая и неконтролируемая – вскипает внутри. – Соси, – ясно приказал Гвидо, двигая во рту Джорно теми самыми пальцами, принуждая сосать. Хотя желания у Джованны и без того в избытке. Потому Джорно без заминок принялся усердно посасывать указательный и средний пальцы, бездумно цепляясь за кожу на своей талии. Дьявольски непристойное вожделение, скрывающееся под маской невинности и божественной грации, заклокотало в конечностях с эпицентром в солнечном сплетении. – Умница, Джорно... – просипел Миста и извлёк пальцы изо рта Джованны. Тонкая струйка слюны растянулась и, разорвавшись, шлёпнулась о пухлые губы. Следом Гвидо скользнул вниз и властно впился грубыми пальцами в худенькие ягодицы, проталкиваясь ко взмокшему местечку. Картинка в глазах Джорно поплыла. Сердце притаилось в груди. Миста медленно, почти незаметно ввёл фаланги, и Джованна крикнул – не столько от боли, сколько от восторга. – Мхм!.. – Джованна упёр руку в изголовье кровати, обитое бежевой кожей. – Терпи, – мягко и в то же время жёстко ответил Миста, проникая всё глубже, сантиметр за сантиметром. – Сам же говорил… Джорно нутром ощущает умопомрачительное заполнение. Всё его тело раздражённо изнывает, степенно раскрываясь для большего. Пальцы вошли наполовину. В предвкушении сердце Мисты заколотилось. Он сглотнул, глядя на происходящее, как будто в пьяном трансе. И, пропуская мимо ушей просящие постанывания, Гвидо жёстко протолкнул пальцы до самого их основания. Джорно в истовых попытках борьбы с перевозбуждением, стиснул пальцы на ногах и, скользнув ступнёй по постели, он оставил на ней мятый след. – Миста! Миста шевельнул пальцами, извлекши их. И из Джорно вырвался рваный выдох, но тут же Гвидо вновь проскользнул внутрь раскалённого тела. – Ах!.. – Джорно пронял колкий поток мурашек, и он съёжился, прекрасно чувствуя, как растягивается изнутри. Миста прощупал стенки и чуть надавил. Он не знал анатомического строения тела человека так хорошо, как это знает Джорно. И вообще Миста особо не напрягал свой мозг относительно того, как проходят те или иные физиологические процессы. Всё происходит само собой – и ладно. Но одна тема действительно интересовала его. Оргазм. Мисте действительно было интересно узнать поподробнее, как всё это зарождается, и откуда берутся такие потрясающие ощущения? Он не раз думал о том, чтобы спросить об этом Джорно, но… Неожиданно попросить его объяснить такую вещь Миста просто-напросто стеснялся. Да к тому же он стеснялся показаться совсем глупым. Да, Миста знает, что Джорно не засмеял бы его, но всё же… В такой неудобной ситуации Миста поступил по принципу, которому он следует всю свою сознательную жизнь: забыть и не думать. Ибо биология и физиология – слишком сложные науки для его ума. А потому Миста даже не понял, что случайно коснулся самой чувствительной для мужчины точки – простаты. Что обернулось для Джорно неописуемым удовольствием. – Какой же ты сегодня узкий, Джорно!.. – просипел Миста и нахально затеребил тугие стенки. – Но мне это нравится… – неотрывно глядя на свою большую руку, пальцами которой Гвидо сжимает такие нежные и маленькие по сравнению с самим Мистой ягодицы, Миста спешно достал из чёрных брифов окрепший член, заявляющий о желании поскорее оказаться внутри Джорно, и принялся старательно стимулировать, тем самым подготавливая его. – Ай!.. Миста! – воскликнул Джорно и резко его вскрик оборвался. Зажмурившись на один глаз, он старается сосредоточить смутный взгляд на непристойных движениях рук Мисты. Уж не в силах сдерживать сладострастные стоны, Джованна рассеянно наблюдает за играющими мышцами руки Гвидо, чьи пальцы уверенно и нещадно прорабатывают заманчиво узкую щёлочку. Закусывая распухшую губу, Джованна стал вскрикивать и стонать с абсолютно новым, переродившемся в нём восхитительным чувством, в такт движениям любимого. И отчего Джорно было так прекрасно, как не было ещё никогда, не знал даже он сам. Ведь все эти вещи они проделывали и ранее. Но эта ночь определённо разворачивалась незабываемой для них двоих. Откровенная реакция усиливает возбуждение, и Миста принялся грубее проталкиваться и расширять узкое пространство внутри Джорно да так, что всё тело последнего закачалось, словно на волнах тёплого голубого моря. В нём он чувствовал себя ничтожной песчинкой, что в любой момент могут поглотить сокрушительные волны. Совершенный контроль над вожделенным телом одурманивает, всё больше обнажая извращённую сущность Гвидо Мисты. Но сегодня Миста не желает выпускать своего внутреннего зверя, ибо, когда это происходит, им обоим становится по-настоящему больно. Миста в своём животном обличии проявляется в теле Джорно в воплощении физической боли. Но для Мисты помутнение его рассудка, раздражённое чувственностью Джорно, оборачивается болью, что пронзает сердце. Когда Миста видел, что в итоге он сотворял с Джорно… Потому он собрал волю в кулак, затянув на себе тугой поводок. «Я постараюсь контролировать себя. Я постараюсь не причинять тебе боль, Джорно» Джорно мученически захныкал, растягивая влажные губы в кривой улыбке, и мышцы во всём теле натянулись и сжались, выдавив из него резкий дрожащий стон. Стенки мышц внизу живота стиснулись плотным кольцом вокруг сильных пальцев. И глубоко внутри вспыхнула яркая вспышка пламени, в следующее мгновение Джорно накрыли всепоглощающие волны анального оргазма. – Ми-миста! – Джорно измождённо опал на постель. – Вот молодец… – Миста осторожно вытянул склизкие пальцы и нежно поцеловал Джорно над вздрагивающей бровью. Джорно неприязненно поморщился, смутно ощутив под собой влажное пятно, что просочилось через простынь. Их губы слились в романтичном поцелуе, и прекрасное чувство развеяло в голове Джорно все страхи и накопленное за весь этот бесконечно длинный день напряжение. В душе повеял лёгкий ветерок, и Джорно переместился на залитый солнцем цветочный луг, в котором он, будучи абсолютно умиротворённым, утопает среди пьянящих приторных ароматов пыльцы. Порой на щеках ластятся нежные лепестки, а озаряющий свет слепит взор… «Как прекрасно…» – Эй… Ты как? – спросил Миста, заглядывая в отстранённо-нахмуренное лицо. Дав дыханию восстановить ровный ритм, Джорно многократно кивнул и растянул губы в блаженной улыбке. – М-м, вот и хорошо, – Миста ухмыльнулся. Приобняв Джорно за талию, он повернул его на бок и пристроился сзади. Коснулся губами уха и горячо прошептал: – Сейчас тебе будет ещё лучше, – Гвидо приспустил с бёдер Джорно тонкие трусики, между тем любуясь оголёнными персиковыми ягодицами. Сильной рукой Миста стиснул гибкую талию, и Джорно позволил ему проникнуть в своё заповедное ложе. – Ах!.. – Джорно слепо обхватил голову Мисты и уткнулся щекой в подбородок. Миста обвил его бёдра, между тем исполнительно лаская и целуя. С хриплым вздохом он плавно вышел и обнаружил, что внутреннее тепло и влажность тела естественно возбудили его орган – он увеличился в объёме и окреп, желая снова оказаться внутри излюбленного мягкого места Джорно Джованны. – Миста?.. – растерянно вопросил Джорно, не понимая, почему Миста вдруг прервался. Миста успокаивающе провел ладонью по ягодице и вновь обернул Джорно, теперь уже на живот. Джорно готов к любым задумкам, потому он покорно перевернулся и подставил круглый зад, чуть раздвинув бёдра. Сунув большой палец в рот, Джорно поглядел через плечо, приглашая Мисту войти, словно на чашечку чая. – Давай… Миста… Засмотревшись на божественно чарующее тело, Миста прошёлся руками вверх по ногам Джованны, стискивая в ладонях податливую плоть. Не сдержавшись, он склонился, бережно обнимая ладонями роскошные ягодицы, и покрыл упругую кожу дорожкой звонких поцелуев, отчего проняло не только Джорно, но и самого Мисту. И внезапно Гвидо от души шлёпнул по манящей своей внешней невинностью попе. – М-м! – сердце подскочило к горлу. Джорно поджал губы и застонал, чувствуя, как пламенеет его зад. С тех пор, как Миста в последний раз шлёпал его, прошло около двух месяцев, и потому сейчас это взбудоражило с новой силой. Чувствительная кожа озябла, Джорно вздрогнул и прикрикнул – Миста обхватил ладонью его ягодицу и вновь легонько прихлопнул. Пышные формы содрогнулись, словно желе. – Прекрасно!.. – прошептал Гвидо, прикоснулся губами к мягкой коже. – У тебя шикарное тело, Джованна, – и с аппетитом поцеловал, после впился зубами, словно голодный зверь. – Ай!.. – Джорно вновь захлестнул поток жгучего возбуждения. Едва касаясь губами, Миста сдвинулся ближе к анусу. Бережно обхватив ягодицы, он чуть шире раздвинул их и прикоснулся кончиком языка к зажатому колечку мышц. В лицо Джорно бросился жар: в очередной раз действия любимого заставили его кричать, лишив всякой способности и желания сопротивляться. – Нет! – на миг сердце замерло, и Джорно не выдержал: – НЕ-ЕТ!! Ловко и настойчиво язык проскользнул вглубь и пустился в хаотичный танец, заставляя Джорно извиваться и взнывать от странного щекочущего ощущения. – У тебя там так мокро… – сообщил Миста, прервавшись лишь на мгновение. – Не надо! – взмолился Джорно. Нежданно его поразило сомнительное чувство поднимающегося перевозбуждения. Но не успел Джованна подумать об этом, Гвидо внезапно прекратил сладостную пытку, и чувство внутри подугасло. Гвидо склонился над ним. Джорно настороженно прислушивается с широко раскрытыми глазами. Сердце ушло в пятки; чувствуя близость, спинной мозг будто трепещет от щекотки. Миста, взявшись за бёдра, подтянул его к себе. Грудь, покрытая тонким слоем пота, скользнула по постели, и Джорно отчаянно пискнул. Гвидо надвинулся на Джованну, нависнув грудью над спиной, и плавно задвигал тазом, втираясь разгорячённой твёрдостью во взмокшую ложбинку. Будто нарочно раздразнивая, он двигает бёдрами, не проникая внутрь. – Нравится? – ласково поинтересовался Миста, поедая взглядом лицо, изнывающее в выражении смущения, которым Джорно так и норовит уткнуться в постель. – Да… Пот хлынул из пор. Джорно поддался. Он начал двигать тазом навстречу лёгким движениям. Почувствовав это, Миста задал провокационный вопрос: – Хочешь, чтобы я вошёл? – прошипел он, упиваясь исходящим от Джорно острым запахом адреналина (точнее, пота – исправил бы Джорно) заставляющим того сладострастно вздыхать и густо краснеть. – М? – Гвидо чувственнее скользнул бёдрами. И Джованна выкрикнул в полуопустошённое пространство спальни: – Да! Прошу!.. Пожалуйста, Миста!.. Напирающая твердь плоти скользит в зажатой впадинке упругих ягодиц. И Миста не заметил, как Джорно с энтузиазмом захватил его. Жалостливо постанывая, Джованна выпятил зад ему навстречу, втираясь в напряжённый пах. Не желая больше мучить, Миста вновь погрузился в него. Джованна испустил шипящий выдох удовлетворения. – Миста!.. – Джорно оскалился в дерзкой улыбке, ногти его вцепились в подушку над головой. Под чувственным напором тело елозит по постели. Размеренные толчки, совершаемые гибкими движениями сильных загорелых бёдер, безжалостно вжимают хрупкое тело в мягкие простыни, вынуждая содрогаться и извиваться. И после каждого отрывистого движения внутри Гвидо принялся бить Джорно по подтянутым ягодицам. Миста сам не заметил, как вновь он приблизился к черте, отделяющую страстную романтику от жёсткой грубости. Гвидо заулыбался. Он ясно понял: Джорно получает неимоверное наслаждение от грубого секса. Восхищаясь развратным языком его тела, Миста припал губами к шее там, где начинала свой рост толстая золотистая коса, и, упершись в матрас, Гвидо перенёс весь вес своего тела на напряжённые руки. Джорно мог представить, как прекрасно сейчас выглядит его дорогой Миста: крепкие мышцы играют под кофейной кожей, широкая грудь обнимает спину, окутывая согревающим ощущением безопасности, а изгибы его спины и бёдер с каждым движением приобретают завораживающие пластичные переходы. «Ах, если бы я сейчас мог смотреть на тебя со стороны, Миста!..» Ударяясь о взмокшие бёдра, Миста взял Джорно за плечи и подтянул его. Приподняв с постели, Гвидо усадил его к себе на колени. – Ты восхитителен, Джорно!.. – проговорил Миста, обвил руками грудь, прижимая к себе. Джованна ухватился за руки Мисты, как за стальные поручни, и благодаря всепоглощающей страсти Джорно начал сам подниматься и опускаться на нём, игнорируя тупую боль в коленях. Изредка Миста шепчет на ухо пошлые комплименты в адрес упругой попке и неуклюжим потугам, решив, что Джорно может это понравиться. Джорно растворился в нём и потерял ощущение времени и пространства. Исчерпав свои силы, ватные колени содрогнулись, и Джорно без сил шлёпнулся задом на бёдра Мисты, свалившись в его поддерживающие объятия. – Миста… – взныл Джорно. – Я… Миста молчаливо уложил его на постель и, спустившись вниз, попутно стянув трусики с коленей, принялся романтично осыпать лёгкими поцелуями его левую стеснённо согнутую ногу, поднимаясь вверх от самой ступни. Миста прекрасно знает одну вещь: его поцелуи вмиг помогают Джорно забыть обо всём на свете. Джорно издал новый стон, по которому нетрудно было догадаться, что он получает дивное наслаждение, и поглядел на Мисту невинными глазами. Миста ответил развязной улыбкой и поглаживанием по щиколотке. – Приятно, да? – эротичные прикосновения губ поднялись до колен. – Я могу целовать твои ножки хоть всю ночь. Джорно вздохнул, жалостливо согнув брови. Миста оставил отметину в виде багряного засоса на внутренней стороне бедра, свидетельствующего о том, что тело молодого человека по имени Джорно Джованна ему более не принадлежит. Гвидо поднял глаза и увидел налившийся горячей кровью орган, что, упруго распрямившись, затрепетал в воздухе, точно тюльпан на ветру. Миста засмотрелся на него, такой восхитительно милый и вожделенный. – Джорно, – Миста обхватил рукой основание пениса, склонился над ним и отчётливо проговорил: – У тебя прекрасное тело, – и в подтверждение своим словам Миста щедро провёл плотью языка по стволу вверх. Джорно вскрикнул, поглощённый изумительным ощущением ноющей боли, сжавшей сердце и всё, что ниже живота. Он скользнул ступнями по простыни, безжалостно вжимая их в матрас. Миста зажал свою руку между бёдер, испытав тождественный приступ сладостной боли. Глядя на поблескивающий на приглушённом свету эрегированный орган, Миста без раздумий взял его в рот, беспорядочно и неуверенно лаская языком. Гвидо быстро приноровился, и это в буквальном смысле пришлось по вкусу. – Ах!.. – Джорно содрогнулся всем телом, казалось, всё волосы взъерошились и поднялись торчком, будто тело превратилось в наэлектризованную эбонитовую палочку. Восторженные глаза взглянули на чёрную голову, и Джорно, ахнув, вскинул руку ко рту. Миста с трепетным стоном и нежеланием расставаться вытянул тугой пенис изо рта, не отрывая от него зачарованных глаз. Опьянённый вкусом возбуждения, юноша потерял в нём себя. Он осторожно взял член в руку, слегка стиснул длинными пальцами и скользнул вверх-вниз, рассеянно ощущая, как по стволу в его ладони перекатывается крайняя плоть. Глубоко дыша, Миста сглотнул накопившуюся слюну. Потрясающее ощущение в свою очередь вынудило Джорно прерывисто взныть, он резко дёрнул тазом. – Миста! Не останавливайся, прошу! Страстная реакция Джорно вдохнула в Мисту уверенность, и он начал отлаженно двигать ладонью, что обнимает затверделую, но податливую, словно пластилин, плоть. – Ох, Джорно… – соблазнительный шёпот слетает с губ Мисты. Свободной рукой он упёрся в колено Джованны. – Не могу!.. – вырвалось из того. Всё его существо пробило мелкой дрожью. – Кончаю! – М-м!.. – простонал Миста, волны будоражащих мурашек накрывают одна за одной. – Миста! – Джорно, в изумлении прикрывшись ладонью, глядит на лицо, едва ли не полностью покрытое текучими пятнами и струйками семени. «И всё это оказалось на его лице…» Пальцем Миста собрал семя, что сгустилось на его носу, и отправил его в рот. На мгновение Гвидо переклинило от секундного осознания, что он взял и проглотил, чёрт побери, сперму! Но стыдливое ощущение моментально ушло в глубины разума, где и затихло до тех пор, пока Миста не вспомнит об этом снова. Это доставило несомненное удовольствие и чувство превосходства над Гвидо Мистой, какого Джорно Джованна не испытывал, будучи его непосредственным боссом. Миста утёр, попутно слизывая, губы тыльной стороной ладони. Он подполз повыше, и склонился над Джорно, напористо раздвинув его колени в стороны. С дребезжащим сердцем Джованна осмотрел себя и смущённо застонал, прикрыв губы ладонью. Миста сел на колени, помогая себе направлять член в «нужное русло». Его ладонь бережно обняла пенис Джорно у основания, пальцы зарылись в светлые волоски на лобке. Джованна опёрся на локти, вытянув шею. Уткнувшись улыбающимися губами в золотистую макушку, Гвидо коснулся затверделой головкой пениса гладкой промежности. Джорно подставился ему, развёл стройные ноги ещё шире, дабы он мог видеть, как Миста погружается в него. В висках бьётся кровь. Неясные глаза на бесстрастном от чрезмерного возбуждения лице тупо устремлены в одну точку. Гвидо начал давить, вмиг отрезвив Джорно от сладостного дурмана. – Ха… – он взволнованно выдохнул. Миста грубо протолкнулся, проникнув внутрь Джованны слишком резко. – Ай! – Джорно крепко зажмурился, уцепился за простыни под собой. – Ай-ай-ай… – Всё хорошо? – взволнованно спросил Миста. – Д-да… – пролепетал Джорно с призрачной улыбкой. – Да, – увереннее он потянул свою руку к руке Мисты, и тот охотно взялся за неё, вмиг обнадёжив Джорно своим прикосновением. Их длинные пальцы крепко переплелись, соприкасаясь ладонью к ладони. Миста зубасто улыбнулся ему, бессловесно говоря: «Доверься мне!» И Джованна моргнул, не отрывая от его лика преданных глаз. – Я… люблю тебя, Миста!.. Гвидо крепче обхватил бедро Джованны и потянул его на себя, проникая всё дальше и глубже. Ненавязчивое раздражение, с коим Джорно уже свыкся, притупилось, и он закачался вместе с Мистой, позабыв обо всех насущных делах и заботах. В бирюзовых глазах сияет только он – черноглазый загорелый парень во всей своей красе. Спальня, налитая пятнами рассеянного света настенных канделябров, вновь постепенно заполнилась сладострастными стонами двух юношей, что стало своеобразной гармонией, которая образовалась в этой комнате в тот волшебный миг их первого слияния здесь, в имении босса Джорно Джованны три года назад. Миста покрылся испариной, а кожа его приобрела терракотовый оттенок. Пот сочится из всех пор и капельками скатывается по лбу и носу. Гвидо качается над Джованной, уставившись на его выпяченную грудь. Изредка Миста заглядывает в глаза, и тогда Джорно отвечает ему хоть и измученной, но всё же улыбкой, убеждая, что всё прекрасно. Не отрывая упоённого взгляда от ставшего родным лица Мисты, Джорно не сдерживает стон, когда Гвидо проникает, растягивает его, наполняет изнутри. «Я чувствую, что влюбляюсь в тебя всё сильнее… И каждый раз – будто заново» Упёршись локтями в постель, Гвидо душит Джованну влажными всепоглощающими поцелуями. Джорно обхватывает его ногами, впивается в шею и спину, тесно прижимая к себе. «Жутко отпускать его. Жутко отрывать от себя. Жутко потерять…» Джованна до боли сомкнул веки, сжал пальцы на ногах. Ступню свела судорога, но Джорно просто не заметил этого. «И не отпущу» Джованна уткнулся губами в крепкое плечо Мисты, приглушив утробные стоны и хоть немного скрыв неимоверное стеснение, проявляющееся на его лице багряным румянцем. Плавно, но размашисто, Гвидо задвигал изящными бёдрами. С характерным звуком он вошёл довольно легко и шлёпнулся о промежность Джорно. Джорно обессиленно разжал объятья и упал в постель, его стон сорвался на сдавленное рыдание. Миста упёр ладонь в его вздымающийся живот. Взгляд, чернее самой ночи, буравит пальчики, которыми Джорно скользит по своим пухлым губам. С острого края верхней губы Мисты солёный пот капнул на вздымающуюся грудь Джорно. Гвидо схватил тонкие запястья, впечатал их в смятую постель, окинув взглядом румяное личико и растрёпанные светлые пряди, и закинул руки Джорно ему за голову. – Ах!.. – Джованна скользнул ступнёй по поджарой ягодице Мисты. И крепкие губы Гвидо безжалостно поглотили трепещущие губы Джованны. Выходя из него, Миста высвободил худые руки и разлаписто обнял хрупкий стан. Пенис, готовый разорваться от перевозбуждения, вынужденно шевельнулся, будучи внутри, и Джорно вновь разразился прерывистым стоном. Он обвил широкие плечи горячо любимого Мисты, обнимая длинными ногами его твёрдые ягодицы, и тогда Гвидо набросился на тонкую шею. Обхватив нежную кожу зубами, он повёл мокрым языком по плечу чуть ниже родимого пятна с форме звезды. – Когда-то ты сказал, что только я могу добраться до этой звезды… Джованна смежил веки, уткнулся горящими губами в ухо, рассеянно целуя. Пальчики, зарывшись в коротко стриженные тёмные волосы, ласкают кожу головы. – Давай в меня, Миста… – вымолвил Джорно и покрылся большими колкими мурашками. Широкие брови Мисты дёрнулись, он раскрыл глаза и устремил их напряжённый взгляд на Джорно. – Ты… уверен, Джорно? – Миста и сам не понял, почему он вдруг спросил об этом, ибо Миста никогда не колебался по этому, очевидно глупому вопросу. Ведь Джорно – не девушка. А значит, он чисто физически не мог «залететь». – Да, – выдохнул Джорно, обласкивая щёки Мисты колышущимся дыханием, что опадаёт с губ. Миста прильнул к нему, одаривая нежными поцелуями чувствительную кожу на малиновых губах, а жадные руки переползли со спины на бёдра. Проникновенные толчки внутри нарастили силу и темп. Всеми силами, душой и сердцем Миста прилагает усилия, вожделеет достичь пика их совместного наслаждения. В этот дражайший момент Джорно явился для Мисты чистым и хрупким ангелом. Гвидо мог чувствовать, словно его пушистые крылья обнимают спину, окутывая ощущением теплоты и близости. Джорно старательно поддерживает Мисту, воодушевляя в нём уверенность в себе. Миста выплюнул сдавленный выдох, и, стиснув зубы, ударился лбом в подушку рядом с лицом Джорно. Что есть силы, Гвидо стиснул крепкими пальцами его ладонь, а вторая рука ухватила Джорно под коленкой, прижимая его ногу к постели. – Я кончаю!.. Джорно! Жар пробрал тело до седьмого пота, внизу живота затянулся тугой ком, и через мгновение он разорвался, пролив во всём теле тёплые и тягучие, словно кисель, и вяжущие, словно вино, потоки удовлетворения. – А-АХ!.. – свободной рукой Джорно зажал шею Мисты в горячем объятии, обхватив его сильную спину усталыми ногами. Сердце безудержно бьётся в животе. – Ми… Миста! Опьянённое буйной смесью страсти Гвидо Мисты и нахлынувшего оргазма с последующими приятными до безумия телесными ощущениями сознание Джорно растаяло, словно пурпурный дым, и вместе с тем он лишился трезвого ощущения самого себя. Джорно даже не заметил, как кончил на загорелый пресс. Во второй раз. Между тем пенис, ласкаемый сокращающимися гладкими стенками мышц, ритмично вздрагивая и напрягаясь, но постепенно расслабляясь и смягчаясь, выталкивает из себя обильные струйки семени. Дождавшись, когда выйдет последняя капля, вместе с тем опустошив напряжённое тело Мисты, тот резко продохнул, приспустившись, будто шарик, будучи измождённым. Он кратко простонал, смутно ощущая реальность происходящего; всё в его сознании плывёт на волнах расслабления, точно во сне. Гвидо осторожно наклонил истомлённого возлюбленного, укладывая его на постель, и медленно, очень медленно вышел, оставив своё семя в его лоне. Напряжённая спина опустилась на мягкую поверхность, и Джованна безжизненно обмяк, стеснённо чуть сдвинув колени. Он скрестил руки на груди и, изредка всхлипывая, устремил невидящие глаза вниз. Ощущение наполненности не уходит. Всё взмокшее тело обдало прохладой, зад покрылся мурашками. Миста тяжело упал на грудь Джорно и уткнулся лицом в подушку под его шеей. Сил нет даже для того, чтобы вымолвить слово. В спальне лёгким облаком повисла упоённая тишина, гармония глубокого дыхания и довольных постанываний. Джорно поджал и растянул губы в самовольной улыбке. Сладостная дрёма запеленала разум, великолепное ощущение отзывается внизу живота сладостной истомой. Он опустил глаза свои голые колени, что обнимают загорелые бёдра, и плавно взгляд Джорно переместился на голову Мисты, что мирно посапывает на плече. Джованна испустил тихий выдох умиротворения и начал легонько поглаживать кончиками пальцев взмокшие волосы. Глядя на Мисту в своём чувственном объятии, такого беззащитного и одновременно мужественного, сердце Джорно начинает трепетать, а разум лелеет лишь одну мысль: «Ты такой милый… Особенно, когда спишь» Думать совсем не хочется. Ни Джорно, ни Мисте тем более. Потому они молчаливо обмякли в объятиях друг друга, небрежно укутанные простынями и покрывалом, точно Дионис и Аполлон. В полуночной тишине Джорно отвёл взгляд на прямоугольник окна, в котором он мог видеть чернильное небо и дымчатые облака, залитые рассеянным лунным светом. В объятии Джорно Миста зашевелился, осознав, что ему нечем дышать. Он степенно сдвинулся с тела Джорно на постель и улёгся на бок, не желая раскрывать глаз. Сил на борьбу со сном нет вовсе, а потому Джованна удовлетворённо сомкнул веки и прильнул к горячей груди Мисты. Гвидо рассеянно обнял его за плечи, прижав ближе к себе, и Джованна беззащитно свернулся в комок в его успокаивающем объятии. Миста опустил взгляд на светлую макушку, поцеловал… Запах его волос окончательно подавил остатки бодрости. Миста заботливо натянул покрывало на бёдра и, обхватив Джорно потеснее, Гвидо закрыл глаза, отдавшись во власть сну. – Миста?.. – М? – голос Джорно заставил Мисту приоткрыть глаза. – Я думал, ты уснул… – чёрные глаза вновь расслабленно сомкнулись. – Спи давай. Джорно помолчал, взгляд без какого-либо выражения остановился на волосистой груди. – …Миста… Мне никогда… не было так хорошо… – неспешно произнёс Джованна. – Со времён нашего первого раза. – Правда? – Миста нехотя припомнил тот день три года назад. Сумасшедший во всех смыслах день. Но, стоит признать, они оба получили незабываемое наслаждение. Как тогда, так и сейчас. – Тебе было настолько приятно? – Миста… – Джорно чуть отпрянул и поднял кристально чистые глаза на его лицо. – Это был лучший секс в моей жизни. Как же мне доказать тебе, что я говорю от всего сердца? – Н-нет, Джорно… – осадил его Миста. От откровенных слов Джованны тело пробрало мурашками. – Я верю тебе, – в душе Гвидо расплылся в широкой улыбке. – Я рад, что смог доставить тебе такое удовольствие. Мне тоже… было прекрасно, Джорно, – признался Миста. Уголок рта Джорно потянулся в кроткой улыбке. Он отвёл взгляд от лица Мисты и, склонив голову, вновь уютно прижался к его груди. На этом они замолчали. Обнимая друг друга, они стали ждать, когда дрёма окончательно опьянит их сознание и погрузит в крепкий сон. По крайней мере, этого ждал Миста. Но Джорно пока что не мог позволить своему сознанию растаять. Миста не смог заметить одного: волнения, что испытывает Джованна. Джорно беспокойно мнёт в руке краешек покрывала с терзающей разум мыслью, которая зрела в его голове слишком долго. И Джорно решил, что пора озвучить её. Но начать нужно издалека, ибо Джорно подозревал, что для Мисты эта мысль станет шокирующей. – Миста? – Что ещё, Джорно? – не открывая глаз, Миста поцеловал золотистую макушку, отчего по спине Джорно заструились ледяные мурашки. – Ты… никогда не задумывался о семье? – М? О семье? Ну… я, конечно, иногда думаю о своих… родителях, но… мне не хочется сильно думать об этом, если честно, – тихо пробубнил Гвидо. – А чего ты вдруг спросил? – Ну, я не совсем имел в виду твоих родителей, Миста, – Джорно провёл кончиком пальца по разогретой груди Мисты. – Че? – Миста сдвинул густые брови к переносице и вынужденно раскрыл глаза. – А что же тогда? Джорно поджал губы, сглотнул. Сердце заколотилось от того, что этот долгожданный для Джорно момент наконец наступил. И отступать уже поздно, тем более Джованна не намерен. – Ты не думал о том, кто останется после тебя? Кто будет продолжать жить в новом теле с частицей тебя, когда твоя жизнь подойдёт к концу? – Джорно зажмурился, поднёс большой палец к губам. Миста начал вдумываться. Он замотал головой и отстранил Джорно от себя, придерживая его за плечи. – Погоди-ка, – Гвидо облокотился на постель, поглядел на Джорно, чей взгляд предельно серьёзен. Это нагоняет страх. – Я не понимаю, к чему ты клонишь, Джорно. Говори прямо! Ты же знаешь, я намёков не понимаю. – Ты уверен? – Эй, да говори уже! – Ладно, – без тени улыбки на лице Джованна сел на постели. – Да что случилось, Джорно? – Миста с растущим волнением так же сел на постели перед Джорно и схватил его за руки. – Миста… – глаза Джованны широко распахнулись, и он смело направил их пронзительный взгляд прямо в чёрные глаза Мисты. – Я хочу ребёнка, – на румяных щеках проскользнули мурашки. Гвидо бессмысленно моргнул от недоумения. Ещё раз, уже более осмысленно. Его оторопелый взгляд довольно быстро приобрёл чёткость. – Хм, – Миста ухмыльнулся краешком губ и провёл большими пальцами по кистям Джованны, – Джорно, я думаю тебе сейчас нужно лечь спать. Проспишься, и завтра поговорим. «Неужто я произвёл на него такое сильное впечатление? Просто ложись спать, Джорно… Пожалуйста!» Но, чём дольше Миста смотрит в глаза Джорно, тем чётче он осознаёт всю серьёзность, прозвучавшую в этих его словах: «Я хочу ребёнка» – Нет, Миста, – Джорно покачал головой. – Я прекрасно понимаю, что говорю. И я скажу тебе больше, – Джованна наклонился к нему, – я ждал этого момента всё эти два с половиной года, что был рядом с тобой, – уверенность Джорно ощутимо возросла. Он вдруг почувствовал крылья за спиной. Миста заухмылялся, в глубине души потрясённый своим спокойствием. – …Не-е-ет, – Возможно, он сохранил самообладание из-за того, что до конца не верит в слова Джорно. Не может поверить. Сам разговор двух парней об их общем ребёнке казался для Мисты как минимум странным. – Тебе не кажется, что ещё рановато думать об этом, а? – резонно противопоставил Миста. – Тебе всего восемнадцать лет, Джорно. Ребёнок – это ведь не игрушка какая-то! Ты вообще понимаешь?! – гневно закончил Гвидо. Но в его тоне не чувствовалось злобы, наоборот, он говорил с искренним неравнодушием. – Нет, Миста! – воспротивился Джорно и крепко сжал его руки. – Я бы не стал говорить тебе того, в чём не уверен. Не нужно судить обо мне лишь по возрасту, – в бирюзовых глазах промелькнул укор. – Я чётко осознаю, какую ответственность возлагаю. И я сказал, что раздумывал над этим решением два с половиной года. Два… почти три года – это достаточный срок… – Джорно внезапно оборвал предложение, поражённый осознанием. – Или… ты считаешь, что ребёнок погубит нашу жизнь, как это обычно бывает? Миста дрогнул. Слова Джорно отозвались в его сердце неприятным уколом. – Н-нет… я так не считаю, – ответил Гвидо. – Но… – из него вырвался выдох, мысли в голове крутятся, словно листья в ураганном ветру. – Просто, понимаешь, это всё так внезапно, – Миста нервно усмехнулся, рассеянно почесав свой висок. – Знаешь, я как-то вообще не ожидал, что услышу от тебя такое. – Вот как… – ответил Джорно, выпустив руку Мисты. Подавленно отвёл глаза. – Не ожидал. – А… – Миста вздрогнул, осознав, что сказал, не подумав. Он наклонился к Джорно и осторожно провёл ладонью по его бедру быше колена. – Не! Я не то хотел сказать, Джорно! – Я понимаю, Миста, – произнёс Джорно. – Понимаю, что это очень неожиданно. И я нервничаю не меньше твоего, – Джорно оглядел свои руки, кончики пальцев дрожат. Ладони превратились в кулаки. – Но я должен был сказать это! И я жду твоего ответа, Миста! Ты готов к этому? – Значит, ты серьёзно, Джорно… – Миста склонил голову. И по его виду Джорно понял, что Миста принял его слова. Гвидо выдержал паузу, а после начал: – Я… не ответил на твой первый вопрос. Джованна молчаливо моргнул. – Да, теперь, когда я понял, о чём ты толкуешь, Джорно, я могу ответить, – спокойно объяснил Миста, после чего заговорил как на духу: – Да. Я думал о своей собственной семье. И, говоря честно, в обычные дни я бы никогда даже не смел подумать об этом. Но… по ночам, когда я без сна лежал на койке, такого рода мысли сами забредают в голову, – Миста покрутил пальцем у виска, будто теребил невидимую прядь волос. – Я думал, что неплохо бы найти девушку, жгучую итальянку, с которой я проведу остаток жизни где-нибудь в домике у виноградников… Мы каждый день занимались бы любовью, пили домашнее вино… – Миста случайно поднял глаза, Джорно поймал его взгляд и надёжно приковал к себе. – Но внезапно я встретил тебя. И в моей жизни всё перевернулось. Точнее, ты перевернул её… весь мой внутренний мир. Ты, Джорно Джованна, изменил меня. Заставил следовать за твоей мечтой, даже не задумываясь, – в глазах Гвидо воспылала решимость. – И я без тени сомнения последовал за тобой, Джорно. И я не жалею о том, что не отступил, – Миста смело обхватил его руку. Джорно застыл в безмолвном трепете. – Мне уже двадцать один. А потому мне следовало бы начать думать о семье. И вот я думаю… – Миста ненадолго замолчал. Сердце в груди забилось чаще. – Что неплохо было бы следать счастливым одного ребёнка из детского дома, – на губах засияла тёплая улыбка. – Миста, – Джорно обнял ладонями его щёки и мягко покачал головой, – нам не обязательно усыновлять ребёнка из детского дома. Гвидо нахмурился. Только он смог всё принять, как вновь его сокрушило недоумение. – Что? Но тогда как ты хочешь заиметь его? – Миста качнул головой, опуская руки Джорно вниз со своего лица. – Ты сам себе противоречишь, Джорно. Джованна склонил голову, скромно улыбнувшись. – Миста… Да, поначалу я думал о том, чтобы усыновить малыша из детдома. И я действительно хотел сделать это доброе дело. Но после того, как раскрылись способности моего Gold Experience… Через два года после того, как всё закончилось, я стал боссом, а ты, Миста, стал ближе ко мне… я начал задумываться о возможности зачатия. А до того я даже не мог додуматься о таком. Упомянув имя своего стенда, Джорно ненарочно вселил в Мисту ужас и полнейшее непонимание. Но ужас пронзил Гвидо именно потому, что, на самом деле, он догадался о намерениях Джорно. Хотя осознание ещё не дошло до его головы, оставаясь глубоко в душе. В целом Миста понял, почему Джорно приплёл ко всему Gold Experience, со способностями которого Гвидо знаком не понаслышке. Но как именно Джорно собирается использовать свой стенд – для Мисты это остаётся загадкой, ответ на которую, честно говоря, знать не хочется. Миста язвительно усмехнулся. – Джорно… Мне ли упрекать тебя в незнании физиологии… Но даже я знаю, что ты не сможешь «залететь», – он изогнул бровь и оскалился в самоуверенной улыбке. – А вот и неправда, – решительно опроверг Джованна и надвинулся на Мисту, заползая на него будто гибкая кошка. Миста не воспротивился и лёг на постель, оказавшись зажатым между упругими бёдрами. Джованна упёрся руками в подкачанный живот Мисты и покраснел на глазах, двигая сжатыми бёдрами. – Я… так стараюсь держать его внутри себя… Но с каждой минутой это даётся всё труднее, – Джованна поджал губы, сдерживая стон, и со странной улыбкой провёл ладонью по своему животу. – Семя, что ты оставил внутри меня… Я ведь неспроста попросил тебя об этом. Мой Gold Experience может превратить твою сперму сразу в зиготу, – Джованна обнял себя за плечи и задумчиво нахмурился. Это дело увлекло его с физиологической точки зрения. Разожгло в нём научный интерес, даже несмотря на то, что это могло сыграть с ним злую шутку. Джорно начал рассуждать вслух: – Если взять часть моей спермы и превратить её в яйцклетку… Миста пребывал в шоке, от которого у него перехватило дыхание и дар речи. Он совершенно не мог принять то, что пытается донести до него Джорно. В его ушах стоял белый шум, Миста лишь мог наблюдать, как двигаются губы Джорно, не различая слов. И читая это на его лице, Джованна попытался продолжить: – Я никогда такого не пробовал, но, думаю, должно получиться. Если попробовать образовать из части твоего семени, оставшегося во мне, матку, необходимую для развития эмбриона, то тогда всё должно получиться, Миста! – со счастливой улыбкой сообщил Джорно. – Ох… – выдохнул Миста с остекленевшими глазами. Прошла минута, пока к нему неуверенно возвратилось осознание реальности. И Джорно терпеливо выждал. – Но… Джорно… – Миста устремил на него пронзительный взгляд, преисполненный тревогой. – А если с тобой случится что-нибудь неладное? Ведь так не делается! Нельзя идти против природы! – Миста, возможно, это прозвучит высокомерно, но способности моего Gold Experience могут поравняться… даже превзойти саму мать природу. И такой дар дан не просто так, – Джорно отрешённо перевёл взгляд с лица Мисты на его широкие плечи и взялся за руку. – Ведь все эти года мы только и делали, что совершали невозможное ради благих целей. Гвидо глубокомысленно промолчал. Джорно склонился над Мистой, улыбчиво заглянул в его лицо. Миста хмуро заправил выбившуюся золотую прядь за ухо. – Не волнуйся за меня, Миста. В любом случае я не погибну, – Джорно наклонился ниже, поцеловал напряжённые губы и прошептал: – Ребёнок станет доказательством моей вечной любви к тебе, станет её плодом. Но… не только поэтому… Я хочу, чтобы новая жизнь возродилась в теле, что породим мы с тобой, Миста. Я хочу видеть кого-то, вроде тебя. Кого-то, кому я смогу подарить свою любовь, так же, как и тебе. – Джорно… – Миста обнял его бёдра, губы искривились, и казалось, Миста вот-вот заплачет. – Я… – Но я не хочу давить на тебя. А потому спрошу ещё раз. Пожалуйста, Миста, подумай и искренне ответь мне, – Джорно выпрямился, сложил свои руки на обнажённом животе. – Прислушайся к своему сердцу. Ты хочешь, чтобы у нас был ребёнок, Миста? От этих сладких слов, кожа покрылась будоражащими мурашками. Миста впервые в жизни задумался настолько серьёзно. «Ребёнок. Мой с Джорно… Надо же… Впервые в жизни я думаю о таком!» – перед глазами начали всплывать неясные образы. – «Но, если подумать… Какой он будет? Мальчик ли? Или девочка?.. Конечно, мне хотелось бы настоящего мужика, прямо как я! Но если родится девочка, она станет настоящей принцессой» – Миста, не заметив, как погрузился в сладостные раздумья, потянул губы в легкомысленной улыбке. – «Восхитительная красавица, совсем как Джорно…» – Миста представил, как они прогуливаются солнечным днём по зелёному саду имения, среди пышных ухоженных кустов живой ограды и цветущих растений, цветов. Она, такая маленькая и хрупкая, точно ангелочек, в ситцевом платьице шагает рядом с Джорно, хватаясь своими маленькими пальчиками за его руку. Их золотые лёгкие, словно пух, волосы развеваются на тёплом ветру, улыбки сияют на их лицах, озаряя ярче, чем солнце… И Миста слышит заливистый смех… – «Когда я думаю об этом, на душе становится так тепло… Не это ли зовется счастьем?» – Джорно, – начал Гвидо, – я говорю это не так часто, как хотелось бы… Но я тоже люблю тебя, – Миста бережно взял в ладони нежные руки Джорно. – Люблю сильнее своей жизни, – и без колебаний Гвидо ответил: – Я хочу. Да, я хочу. – О, Миста… – Джорно склонил голову, расплываясь в благодарной улыбке. Не сдержав наплыва тёплых чувств в своём сердце, Джорно наклонился и подарил Мисте нежнейший поцелуй. После чего, выпрямившись, Джованна начал: – Тогда… – из-за спины показался Gold Experience и обнял Джорно за талию, сложив ладони на его животе. Джорно сглотнул и произнёс: – Я сделаю это. Миста обхватил коленки Джорно, готовый разделить с ним всё, что бы ни произошло. – Угу, – он кивнул, будучи в смятении оттого, что это это действительно произойдёт. Ладони Gold Experience слегка надавили на низ живота Джорно. Сердца обоих вдруг забились в едином частом ритме. Одновременно с прикосновением стенда в голове Джорно Джованны вспышкой промелькнули все восемнадцать лет его жизни. Путь к золотой мечте, начинающийся с глубокой чёрной ямы безрадостного детства, закончился в тот момент, когда Джорно взял в руки стрелу. В тот день он избавил мир от истинного дьявола. И сейчас новый путь Джорно Джованны расстилается перед ним. И присутствие в жизни любимого человека, что так дорог сердцу, внушает осязаемую надежду на светлое будущее рядом с ним. В следующее мгновение в комнате разразился истошный крик, вырвавшийся из глубин Джорно Джованны. Низ живота будто пронзило раскалённое копьё. На лице выступили крупные капли пота. Зажмурившись и оскалив зубы, Джорно отбросил голову назад, стоически сдерживая в себе крики боли. Несмотря на это Gold Experience по воле своего владельца не исчез, пока не закончил дело. – Джорно! – хрипнул Миста в остолбенении. Джорно, пробираемый крупной дрожью, вцепился ногтями в смятую простынь между ног. Острая боль скрутила внутренности в кручёный ком и заныла точно полуночный волк. Это ощутимое движение внутри тела обозначило для Джорно то, что всё проходит, как и задумывалось. – Merda! – из глаз непроизвольно брызнули слёзы. Скверное слово, что вылетело из Джорно, заставило Мисту испугаться по-настоящему. Ведь для того, чтобы услышать от Джорно мат, должно произойти нечто значимое. – А-ай!.. – голова упала на плечо стенда. Теперь нечто незримое пронзило его промежность тупым ножом, буквально прорезая изнутри. – М-ГАХ! Джорно разрыдался, урывками оглядывая колени Мисты. Но несмотря на адские муки, Джорно ни на секунду не пожалел о своём решении. Ведь для того, чтобы достичь желаемого, нужно пройти любые испытания на пути к этому, какими бы болезенными они ни были. – ДЖОРНО! Ч-ЧТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТВОРИТСЯ?! – Миста поддержал его за плечи. В округлившихся глазах застыл ледяной ужас, подстрекаемый собственной беспомощностью. «Я не могу ничего сделать!» Гвидо мог чувствовать, как кровь застывает в жилах, как сердце сжимается в животе. Из Мисты выскользнул истеричный всхлип. Гвидо бегло поглядел на сокращающийся живот Джованны, на руки его стенда. Но видимых изменений не было. Внезапно Джорно застыл, приподняв трепещущие руки. Боль остпутила так неожиданно, что сбила с толку все его чувства. Миста также застыл в безмолвном ожидании. На лбу выступил холодный пот. Джованна обмяк и повалился на Гвидо. Стенд степенно рассеялся. «Всё закончилось?» – одна мысль закралась в головы обоих. Гвидо подхватил его, пытаясь разгялеть лицо. – Джорно? – руки крепче обхватили хрупкие плечи. – Джорно, т-ты!.. – Миста… – в напряжённой тишине скользнул бессильный шёпот. – А?! – Миста вмиг напряг всё своё существо и ощущения, сосредоточив внимание на Джорно. – Я чувствую… – серая дымка застилает взор. – Кажется… – губы, потерявшие свежесть и яркость, потянулись в улыбке. Слабость наливается в теле, мышцы немеют, лихорадочный озноб обдал с головы до ног. – У нас получилось… Миста… – робкий огонёк счастья, что вспыхнул в глубине души, перед тем, как угаснуть, придал сил радости на лице Джорно. Но сил, на то, чтобы взглянуть в глаза любимого Мисты, у Джорно не хватило. Джованна опал и примостился на нём, лишившись чувств. – ДЖ-ДЖОРНО!