Вечность (рабочее название)

      Тайлер всю последующую неделю ходил за девушками по пятам, вымаливая прощение и предлагая помощь. Они пытались ему объяснить, что не в обиде и лучше было бы забыть тот инцидент. Но Тайлер так просто не успокаивался. Он следовал за ними по пятам на переменах и общих уроках. На ланче садился за их столик между Эммой и Беллой. Эмма смеялась, говоря Белле, что парень никак не может определиться, на что девушка недовольно зыркала. Но появление Тайлера в окружении девушек, заставило объединиться Эрика и Майка. Парни были недовольны повышенному вниманию со стороны неудачного водителя к новеньким. Они оттесняли Тайлера от девушек, уводили их, когда парень появлялся в зоне видимости. Самое интересное, действовали на удивление слажено. Белла раздражалась и краснела от такого поведения и повышенного внимания парней. А ведьму веселило, как они распушив хвосты ходили вокруг них. Мальчики были такими забавными в своих попытках привлечения внимания, что Эмма не могла даже злиться на них. Да и ощущала настоящую разницу в возрасте и мировосприятии. Она прошла войну в первых ее рядах. Ведьма похоронила очень многих близких ей людей. За свою недолгую пока жизнь видела много того, о чем некоторые взрослые понятия не имеют. И тем более, эти подростки, главными трагедиями в жизни которых, были «не зачет» по тригонометрии и предмет симпатии, не замечающий страданий любящего его человека.       На биологии она продолжала сидеть с Эдвардом. И общались не больше, чем простые приятели, товарищи по парте. Как Эмма поняла — Эдвард почему-то решил не говорить о ее тайне своей семье. Спросив у парня, почему, она получила в ответ, что не ощущает опасности для их тайны и должен сам переварить все это, а потом рассказать семье. Такое ощущение, что его мучила какая-то дилемма. Иногда он начинал общение с Беллой, но резко прекращал и девушка потом мучалась.       С Эммой его общение было более легким. И причина была скорее всего в тайне, которой между ними не было и в том, что Эдварда не мучила жажда в ее присутствии. И еще ему нравилось, что с ней можно общаться на одном уровне, и она понимала все его высокопарные обороты и отвечала тем же. Им обоим нравилось такое ненапрягающее общение. Но вне кабинета биологии они почти не говорили. Элис бросала недовольные взгляды на парня, но молчала, продолжая тепло общаться с Эммой.       Но однажды кое-что изменилось. Это произошло в конце учебной недели. Ребята за их столом во время ланча обсуждали поездку на пляж в резервации. Компания представляла, как хорошо проведут время и расписывала новеньким девушкам все прелести лагуны Ла-Пуш. Эмма читала о серфинге, но никогда не видела вживую. Она планировала попробовать встать на доску и поймать волну, но не сильно обольщалась, ибо ей сказали, что сразу же ни у кого не получается. Хотя попробовали бы они полетать стоя на метле.       Из размышлений ее вырвал возглас Беллы: — Почему Каллен сидит отдельно? — спросила она будто бы в пустоту. Эмма обернулась. Действительно, Эдвард сидел за отдельным столиком и смотрел в их сторону. Когда он заметил, что ведьма смотрит на него, он взмахнул рукой будто зазывая ее присоединиться к нему. — Эдвард Каллен зовет тебя к себе за столик? — в голосе Джессики было удивление. Да и Свон была не меньше удивлена. — Ну, мы же вместе на биологии сидим. Может быть ему что-нибудь нужно, — предположила она и, захватив свой поднос с едой, направилась в его сторону. Она подозрительно косилась на Эдварда, у которого на лице расцвела улыбка, когла она направилась к нему. Боковым зрением она заметила, что остальные Каллены внимательно следят за ними и только Элис чему-то довольно улыбается. Интуиция ее не подвела, ведь как только она села Эдвард выдал: — Привет. Я рассказал семье о тебе. И они приглашают тебя к нам домой, — улыбнулся он. Эмма была удивлена. Нет, она предполагала, что однажды придется навестить вампиров. Но не думала, что это произойдет так сразу. Все-таки они большой клан и как пройдет эта встреча — неизвестно. Она скептически посмотрела на Каллена. — Отказаться не получится, — усмехнулся он, будто бы прочитав ее мысли. — Ты же уже знаешь Элис. Если что, она может сама к тебе прийти. Да, и Эсми, — нахмурился вампир, — она почему-то очень тебя ждет. Хотя сама не может понять, почему. — Что же ждет бедную маленькую ведьмочку в логове вампиров? — усмехнулась Эмма. Она прекрасно понимала, если она сама не придет к вампирам, то они нагрянут к ней в гости. А пускать их себе в дом она не намерена. Эдвард был вынужденным исключением. — Мы не кусаемся, Эмма, — криво улыбнулся парень, но в глазах его плясали пикси. Эмма подняла бровь на такое заявление. — Ну, тебя точно не укусим. — Угу, успокоил, — хмыкнула девушка. А потом покосилась на его семью. — Ты отдельно сел только, чтобы оповестить меня о приглашении в ваш дом? — Нет, — ответил он, тоже покосившись на семью, и вернул взгляд к Эмме. — Я же говорил, что устал от ограничений. Я сдаюсь. Я выбрал и с сегодняшнего дня делаю, что хочу. И будь что будет. — И это как-то связано с тем, что я здесь сижу? — Напрямую, — сказал он, внимательно глядя ей в глаза. — Мне не дано понять многолетнего вампира, — вздохнула она. — Кстати, сколько тебе лет? — Семнадцать. — Ой, да брось. Ты понял, о чем я, — проворчала ведьма. Эдвард усмехнулся. — Я родился в 1901 году. Сейчас мне чуть больше ста лет, — сказал он. — О, да ты дряхлый старикашка! — рассмеялась Эванс. Хотя ей было немного не по себе. Одно дело знать, что вампиры бессмертные, а другое видеть перед собой такой экземпляр и понимать, что ему больше ста лет. — А ты ведьма, — беззлобно улыбнулся он. — А волшебники живут столько же, сколько обычные люди? — Нет, в зависимости от силы, — пожала плечами девушка. — В среднем маги живут 150-200 лет. Более сильные волшебники доживают до 300. — А ты сильная волшебница? — пытливо спросил он. — Не мне судить. Меня называют одаренной волшебницей, но этого пока мало. Да и рано говорить о смерти, — улыбнулась она. Эмма не хотела сейчас рассказывать, о своих проблемах со смертью. — Твоим друзьям не нравится, что я тебя украл, — усмехнулся он, бросив взгляд за ее спину. — Но знай, я тебя им не верну. — Общение не должно ограничиваться только одной группой людей, ведь так? — улыбнулась она приподняв бровь. Этому жесту она научилась у Снейпа и теперь часто им пользовалась. — Так, — улыбка озарила его лицо в ответ. — Твой бойфренд раздумывает, сломать мне нос сейчас или дождаться окончания уроков, — засмеялся Эдвард. — Не знаю, о ком ты говоришь, — засмеялась в ответ Эмма, — но лучше не провоцируй этого человека, иначе мне придется чинить его руку, а потом стирать память. — Это тоже могут маги? — с любопытством спросил он. — Возможности магии почти не ограничены. Короче говоря, Каллен, мы друзья? — прямо спросила Эмма — Думаю, можно попробовать. Но, ни один разумный человек и близко бы ко мне не подошел. — Несмотря на улыбку, его голос звучал вполне серьезно. — А где ты видишь здесь человека? — в тон ему ответила ведьма, подмигнув. Эдвард усмехнулся. Эмма заметила, что в столовой уже стало пусто. — Опоздаем на урок, — вскочила она, но Эдвард даже не пошевелился. — Ты идешь? — Нет, я не иду на биологию, — сказал парень задумчиво. — Иногда полезно прогуливать.       На что Эванс пожала плечами и быстро направилась в нужный корпус. На урок она успела вовремя. Зайдя в кабинет она ловила на себе взгляды Майка, Беллы и Анжелы. Если Анжела была удивлена, да и только, а Майк немного обижен, то Белла была очень расстроена. Повернувшись к ней Эмма спросила, что случилось. Но та лишь покачала головой, закусив губу. В этот момент вошел мистер Баннер. Он нес какие-то маленькие картонные коробки в руках. Положив их на стол Майку, преподаватель велел парню раздать их. — Итак, класс, — начал он, усадиваясь за свой стол, — рассмотрим содержимое коробок. Первой лежит карта-индикатор, — сказал он, показывая белую карточку с четырьмя квадратами. — Вторым — аппликатор с четырьмя зубцами. — мистер Баннер извлек нечто, похожее на старый гребень. — И, наконец, стерильный микроланцет. — Он достал пластиковый пакет и вскрыл. — Сегодня мы будем определять вашу группу крови. Я сейчас пройдусь по классу и капну на ваши карты водой из пипетки. А после, — он подошел к Майку и аккуратно смочил его карту, — когда смочу карту, нужно аккуратно уколоть палец ланцетом… — схватив руку Майка, мистер Баннер быстро кольнул его указательный палец. Эмма следила за преподавателем и лихорадочно соображала. Кровь мага очень ценна. Ей шесть лет это вбивали в голову Вальпурга с Северусом. Имея частичку мага, в особенности кровь, можно навредить ему, сделать рабом или использовать в каком-нибудь ритуале. Она прекрасно помнила, как возродился Волан-де-Морт. С помощью одного не очень светлого ритуала ведьма уничтожила все свои частички, которые она когда-либо где-либо оставляла неосознанно. А сейчас от нее требуют ДОБРОВОЛЬНО отдать свою кровь. И непонятно, где потом окажется эта карточка.        Пока она размышляла, Баннер уже проколол палец Майка и приложил его к аппликатору. Тут она обратила внимание на Беллу. Девушка стала серовато-зеленой и во все глаза смотрела на капельку крови. В голову ей пришла замечательная идея. — Белла, тебе плохо? — спросила Эванс, перебивая мистера Баннера, который говорил что-то про Красный крест. Мистер Баннер опустил взгляд на Свон. Та еле заметно кивнула и прикрыла глаза. — Мистер Баннер, я знаю свою группу крови, — чуть слышно сказала девушка. — Может кто-нибудь проводить Беллу в медпункт? — громко спросил мистер Баннер. Майк хотел вызваться, но его перебила Эмма. — Я могу, мистер Баннер, — сказала она вставая. — Я тоже уже знаю свою группу крови. — Дойдешь? — участливо спросил у Беллы преподаватель. Она только кивнула. Эмма бережно приобняла ее за плечи и повела в сторону медпункта. Они вышли во двор и Белла попросила остановиться. — Посижу здесь немного, ладно? — сказала она, садясь на скамейку. Эмма присела рядом с ней и достала бутылку с водой. — Это лимонная вода, — пояснила она, протягивая напиток Белле. — Помогает при тошноте. Ты совсем зеленая. — Спасибо, — поблагодарив она откупорила крышку и прильнула к горлышку. — Действительно, немного помогло. — Пошли все же в мед.пункт, — строго сказала Эмма. — Тебя освободят от последних уроков. Тем более на физре в таком состоянии не побегаешь. — Я в любом состоянии не побегаю, — хмыкнула Белла. — Раз шутишь, то уже лучше, но все же идем, — хмыкнула ведьма. — Эмма! — по дороге их окликнул знакомый голос. К девушкам подбежал обеспокоенный Эдвард, — что случилось? — Белле плохо, — пояснила ведьма. — Она не переносит вида крови.       Каллен напрягся. Он посмотрел на руки девушек и убедившись, что нет порезов, расслабился. — Я вас провожу, — сказал он и подхватил Беллу на руки. — Не стоит, — пискнула девушка. — Отпусти меня! — Ничего, пусть понесет, надо же иногда пользоваться мужской силой, — усмехнулась ведьма. Эдвард тоже хмыкнул. — А как же феминизм? Женщина сильная и независимая? — иронично спросил он. — Одно другому не мешает, — хмыкнула она. Вместе с Эдвардом они быстро дошли до мед.пункта. — О боже! — воскликнул женский голос. Миловидная русоволосая медсестра всплеснула руками. — Она упала в обморок на уроке биологии, — объяснил Эдвард. Он положил девушку на кушетку в процедурной, а Эмма объясняла, что произошло. — Мы проверяли группу крови на биологии. Белле стало дурно и преподаватель отправил нас в мед.пункт. — Ну, девушки часто боятся крови, — вздохнула санитарка. — Просто полежи минутку, милая, и все пройдет! — Знаю, — вздохнула Белла. — И часто с тобой такое? — допытывалась женщина. — Бывает, — призналась Свон. — Можете возвращаться на урок, — сказала Эмме и Эдварду медсестра. — Мне велели остаться с ней, — мило улыбнувшись ответила Эмма. — А этого молодого человека мы поймали по дороге. — Хорошо, тогда выйдете из процедурной, — строго сказала санитарка. Вампир и ведьма подчинились — Ты был прав, — сказала ему Эмма. — Я часто оказываюсь прав. И в чем на этот раз? — Какое самомнение, — хмыкнула ведьма, но потом печально вздохнула. — В том, что прогуливать иногда полезно. — Ты расстроилась? Из-за Беллы? — удивился парень. — Нет, — качнула головой ведьма. — Просто, как бы я ни старалась, я не вписываюсь в это общество. Вот сейчас еще одно доказательство. Я даже кровь сдать на анализы не могу! Нельзя магу налево и направо разбрасываться таким ценным элементом как кровь. — Почему? — Если кто-то с нечистыми намерениями завладеет кровью мага, то он будет иметь над ним полную власть. Маг обязан уничтожать свои частички. Волосы, ногти, кровь. Они замолчали, каждый размышляя о своем. — Мы тоже не вписываемся в это общество, — через какое-то время подал голос Эдвард. — Но живем в нем. У тебя тоже получится.       Эмма подняла голову и посмотрела на парня. Он тепло улыбался ей, и она в ответ не могла не улыбнуться.       Входная дверь открылась и в мед.пункт вошел пыхтящий Майк, который тащил на себе парня с биологии. Еще одна жертва крови. Эдвард и Эмма посторонились пропуская ребят. — О нет, — прошептал Каллен, — у него кровь. — Пошли отсюда, — сказала ведьма. В этот момент Белла вышла из процедурной: ей было уже лучше. Они втроем оказались в приемной. — Белла, ты домой? — спросила девушку Эмма. — Думаю, да, — кивнула та. — Мне дали освобождение с последних занятий, — памахала она листком. — У тебя еще занятия? — Да, живопись и физра. — Ладно, — проговорила она попеременно смотря на Эмму и Эдварда, — пока. Спасибо.       Белла вышла из мед.пункта. А в приемнную вышел Майк. Он тоже переводил недовольный взгляд с Эммы на Эдварда. — Ты на биологию идешь? — спросил он ее. — Нет, урок уже скоро закончится. Смысла нет. — Да уж, — он бросил свирепый взгляд на Каллена, который застыл статуей за спиной Эммы. Слишком близко для такого достаточно просторного помещения. И слишком близко, чтобы Эмма чувствовала странное беспокойство. — Завтра на Ла-Пуш поедешь? — Эмма, ты помнишь обещала завтра познакомиться с моими родителями? — отмер Эдвард. И так не вовремя! — Познакомиться с родителями? — пораженно воскликнул Майк. — Вы что… вместе? — Да, мы вместе, — сказал ему Эдвард, подходя ближе к девушке, что ее окутал запах его тела. От него пахло хвоей, дорогой кожей, лавандой. И морозным холодом. — Эмма? — Ньютон посмотрел на девушку, взглядом будто моля, чтобы она сказала, что Каллен пошутил. Эдвард положил руку на плечо девушке и слегка сжал. — Да, Майк, мы вместе, — бросила она свирепый взгляд из-за плеча на вампира. — Только мне Эдвард не сказал, что встреча с его родителями завтра. — Чем раньше, тем лучше, — улыбнулся он девушке. Эмма готова была его придушить. Интересно, а Круцио его возьмет? — Понятно, — бросил Майк и выскочил из приемной. Эмма резко повернулась к Эдварду, сбросив его руку. — Каллен, это что сейчас было? — зло прошипела ведьма. Эдвард же веселился, что еще больше разозлило девушку, — Ты зачем ему сказал, что мы парочка? И вообще встреча с твоей семьей после обеда, а на пляж мы едем с утра. — Если бы ты внимательно слушала, то услышала, что я не говорил, что мы парочка, — улыбался вампир. — Ты сказал, что мы вместе! — воскликнула она. — А это подразумевает, что мы встречаемся. А мы не встречаемся и даже не собираемся! Ты вообще не в моем вкусе!       Эмма взмахнув волосами развернулась и выскочила во двор. — Ой ли? — догнал ее Эдвард и выгнув бровь посмотрел на нее — Да! — вскричала она. — Ты не в моем вкусе! Ты наглый, самодовольный и рыжий! — в гневе ткнула его в грудь, чуть не сломав сломав ноготь. — Это же надо было сказать Майку, что мы вместе! Это как протрубить Сонорусом, чтобы все услышали! — Тише, Эмма, не кричи так. На нас люди смотрят, — сказал он. — Потом, Ньютон такой забавный. Он не может определиться, кто ему больше нравится, ты или Белла, но при этом злится, когда я рядом с тобой. И я просто не удержался, — хихикнул он. — И что ты имеешь против рыжих? — Ах, не удержался?! — в притворном удивлении воскликнула Эванс, проигнорировав его вопрос. — Тогда я тоже не удержусь и поставлю тебя перед выбором. Но выбирать будешь не девушек, а между своими частями: которую из них лучше всего первой срастить. Вот будет забавно! — Эмма, ты такая милая, когда злишься, — откинув голову засмеялся Эдвард. Все вокруг уже начали останавливаться и смотреть на них. Эмма тоже залюбовалась этой картиной, потому что смеющийся Эдвард нереально красив. Но она все еще была на него зла, поэтому фыркнув, ушла на живопись. — Элис, твой брат придурок, — бросила она вампирше только зайдя в кабинет. — Который из них? — мило прощебетала вампирша. А Джаспер хмыкнул. — А второй тоже такой? — удивилась Эмма. — О, нет, лучше ничего не буду про него говорить, а то раздавит как мошку еще, а если жива останусь, то Розали добьет.       Вампиры рассмеялись. Что с ними вообще сегодня происходит? — Я про Эдварда, — с размаху опустив голову на парту, пробубнила ведьма. — Он неотесанный болван. — О, я догадывалась, — прозвучал смеющийся голос вампирши над Эванс. Она подняла голову и посмотрела на мисс Каллен. — Ты же уже все знаешь, — проговорила Эмма. — Но все же, где и когда ему мозги отшибло? Может удастся вернуться в прошлое и избежать роковой ошибки? Это же надо было сказать, что мы ВМЕСТЕ! Теперь этот слух распространится со скоростью звука! И что обидное, это не правда! — Обидное? — хитро посмотрела на нее Элис. — Проехали, — смущенно пробубнила ведьма. — Элис, ты не обидишься, если я убью твоего брата? — Нет, но лучше оставь мне моего брата живым, — улыбнулась Элис, а глаза ее продолжали лукаво смотреть на ведьму. — Ага, значит, вредить ему можно! — воскликнула Эмма стараясь не реагировать на взгляды, бросаемые на нее, вампиршей. — Сколько угодно! — рассмеялась она. — И посмотри на ситуацию с другой стороны. Вас с Эдвардом будут часто видеть вместе. Пойдут слухи, тебя будут доставать вопросами, встречаетесь ли вы. А тут одной фразой, решили некоторые проблемы в будущем. А теперь рассказывай? — Что? — не поняла Эмма. — Как я докатилась до такой жизни? Однажды решила, что общаться с Эдвардом забавно… — Нет, я не про это! — перебила ее Элис. — Нам Эдвард все рассказал. Ты волшебница! — Элис, тише, — попросила Эмма, оглядываясь, но никто не реагировал на них. — Что это до завтра подождать не может? — умоляюще спросила она ее, но под напором огромных горящих глаз, сдалась, — Да, я волшебница. Но это такая же тайна, как ваше существование. — Хорошо-хорошо, я молчу, — сказала вампирша. — Но завтра ты от меня не отвертишься!       Эмма печально вздохнула. Завтра ее ждал тяжелый день.