Эйфория

1. Эрика За светом приходит тьма. Она скроет моё проклятье в ночи. – Нас сведёт с ума луна И даст от бессмертия ключи… Я её боготворила. Она была мила, изящна и безумно эмоциональна. Особенно когда речь шла о ней самой. В разговоре она загоралась, превращалась в эдакого маленького дьявола в юбке. Я любила её за всё это, но больше всего за то, что именно она сделала меня вампиром. — Или не сделала? Или сделала, но не до конца? Я сидела за столиком, в гордом одиночестве, и смотрела, как Элен мило флиртует с одним из своих поклонников. Она эффектно улыбалась-то ему, то мне. А мне как обычно доставалась лишь малая толика её улыбок. В квартире вовсю веселились вампиры разных мастей. Они занимались любовью, пили различные вина кровь, болтали о глупостях, и угрожающе, как мне казалось, поглядывали в мою сторону. Но всерьёз меня никто не трогал. Элен здесь пользовалась авторитетом, и все прекрасно знали, что она не даст меня в обиду. Но Элен со временем стала отдаляться от меня, и я очень сильно это чувствовала. — Многоликий дьяволёнок! — ласково обронила я, и вышла из комнаты. В коридоре на меня набросился парень. — Ага! Попалась! Подруга Элен! А где она сама? — Как тебе в новой шкуре, детка? — Ой, пардон! С новым нутром! Крови моей не желаешь? Вампир стиснул меня в объятьях и прильнул к моей шее: — Пить хочу! Проклятое, чёртово вино!.. Я сопротивлялась, как могла. — Не трогай меня, отпусти, пьяная обезьяна! Вырвавшись из лап слабо соображающего вампира, я вернулась в комнату Элен. Одурманенная богиня Элен валялась на диване со своим другом. Он заметил меня и с злостью в глазах протянул мне шприц, наполненный то ли кровью, то ли чем-то ещё: — На, возьми! Это тебе! Докажи, что ты одна из нас! — За твоё рожденье в вечность! Ведь благодаря тебе у нас этой ночью вечеринка! Элен уставилась на меня: — Ну что же ты? Добавь в себя моей крови! Я держала шприц и мои пальцы дрожали. Отвернувшись от безумцев, я сделала вид, что делаю себе укол, а на самом деле кровь Элен впитала скатерть. Я швырнула шприц на кровать и пошла прочь. А Элен и её парню уже было не до меня… Они – вампиры, их кровь отравлена, они прокляты, и, если бы наслаждались своим проклятьем, но ведь нет! Хотя, это только я не радуюсь, а вот им весело, очень даже! Я прошла в другую комнату. За большим столом сидели вампиры, незнакомые мне бессмертные чудовища по сути… За мной снова распахнулась дверь, и все ахнули: — Алекс! Наш мачо вернулся! Я разглядела незнакомца. – Мулат, крепкого телосложения. Ну и что? Подумаешь! Меня передёрнуло от мысли, что он способен одним махом, или взглядом поднять меня в воздух… Невероятная сила читалась в его глазах. Все вампиры сразу оживились и увлеклись новым гостем. – Да!.. Это был достойный фаворит Элен!.. Алекс обратил на меня внимание и подошёл близко. – Но, чудо?! Из самоуверенного, самовлюблённого нарцисса он превратился в добродушного вампира. Его большие, карие глаза излучали дружелюбие и интерес. Ко мне? — Детка, а вот тебя я не знаю! Ты кто? Алекс вознамерился меня обнять, но я ловко увернулась и кинулась прочь из этого проклятого логова. Они, как и я вампиры. Но мы абсолютно разные, как такое может быть? Почему они меня не принимают за свою? Может, я просто не до конца стала вампиром? Может, всё это сон? Нет, нет… Я выбежала из дома. Падал редкий снежок. Я брела по ночным, безлюдным и одиноким улочкам города. Фонари тоскливо подмигивали мне и вгоняли в жуткую меланхолию. Как же всё это случилось? С чего всё началось? Я стояла на обочине дороги, это был край холма, и глядела вниз. Обрыв, а дальше скучная картина, никчёмная речка. Неимоверная сила тянула меня вниз, чтобы больше не видеть этот мир, не видеть ничего!.. Одна моя нога нащупывала пустоту над пропастью, и вот осталась ничтожная секунда до падения вниз, как вдруг чья-то рука схватила и оттащила меня от края холма. Я упала в траву и заплакала. Сквозь мои рыдания слушался женский голос. Какой-то знакомый, но из другой жизни. Незнакомая девушка, моя спасительница, ругала меня на чём свет стоит. Неожиданно она затихла, и я решила взглянуть на неё. Это и была Элен. - All solito. Она сидела рядышком со мной и теперь мило улыбалась мне, но в её зелёных глазах таилась грусть. — Ну что? Успокоилась? — Давай знакомиться: — Я Элен. Она поднялась и устремила взгляд в звёздное небо. — О, полнолуние! — таинственно прошептала она закружилась в танце. Луна благосклонно взирала с небесного пьедестала на свою дочь… Да, Элен явно была дочкой луны. Она всё вальсировала с воздетыми к луне руками. А я любовалась её чёрным старомодным платьем, но больше всего меня заворожили её красота и грация. Я встала и шагнула к ней навстречу. Элен вспомнила о моём существовании, обняла, и я окунулась в её вкрадчивый шёпот: — Я Элен, вампир, хочешь стать одной из нас? Вообще-то, я могу выпить всю твою кровь без чьего-либо согласия, но тогда ты умрёшь навсегда… — Смотри, взамен этого я способна подарить тебе бессмертие… Ты согласна? Если нет уходи быстрее, с моих глаз прочь ,я слишком голодна! Слова Элен опьяняли меня, и, как пауки опутывали по рукам и ногам, она очаровывала меня всё сильнее и я просто не могла не согласиться. Я вспомнила свою жизнь и зажмурилась от боли. — Нет, я хочу забыть, забыть всё, не видеть ничего и никого! — Помоги мне, я согласна! Элен всё ещё обнимала меня: — Согласна? Я прошептала: — Да… Согласившись, я закрыла глаза. – Прикосновение к моей шее, что-то очень острое впилось мне в шею. И жизнь по капле уходила из меня, из моих вен. Я умоляла: — Быстрее, уходи. умоляю! Провалившись в бездонный океан, я тут-же в нём утонула. Сколько я пролежала на дне, безучастно созерцая подводное небо – не знаю. Придти в себя мне помогла Элен. Она трясла меня за плечи. — Очнись, глупая! Не умирай совсем! Я прошептала: — Элен, а что случилось, что со мной произошло? — Ничего особенного, просто ты умерла и скоро родишься заново. Я попыталась встать на ноги, но из этой затеи ничего не вышло. А Элен взяла нож, поранила себе запястье, и прислонила руку к моим губам: — Пей! Меня лихорадило, и перед глазами плясали дьявольские огоньки. Но боль отступила, и на смену ей я уже погрузилась в сонное состояние. Стихийная волна понесла меня вдаль, и я покорно подчинилась ей. – Головокружение, водовороты, потоки воздуха, и бездонная пропасть свободы, моей свободы! Когда ко мне вернулось сознание, я вгляделась в силуэт находившийся рядом. – Элен, та самая Элен, но что случилось с моим зрением, с моими глазами? Я всё теперь вижу по-другому, хотя всё осталось тем же… — Самообман? Элен натянуто улыбнулась мне: — Спасибо! Я не поняла: — Это тебе спасибо! Мне-то за что? — Кровопийца! Ты выпила всю мою кровь! Надо же! Я и подумать не могла, что ты настолько кровожадна! — Что-же, добро пожаловать в жизнь вечную! В новую жизнь! Она злорадно засмеялась: — С посвящением! — Теперь вставай подруга, пошли! Мы гуляли с Элен по улицам ночного города. То тут, то там попадались её друзья. Несколько раз мы с ней охотились, но когда она предлагала выпить кровь своей жертвы, я категорически отказывалась. Я не хотела крови. Мне достаточно хватало моей свободы, пока достаточно, свободы от всего. Настораживало лишь одно, друзья Элен, увидав меня, принимали меня за смертную, и пытались напасть или убить. Но Элен вовремя их останавливала. И в скором времени меня никто уже не обращал на меня никакого внимания, все побаивались Элен. Мне было не интересно с ними Их дикие развлечения, страсти, игры, их существование не имело никакого смысла, и навевало на меня скуку. Мы взаимно пытались игнорировать друг друга, но их враждебность ко мне – нет, но проскальзывала в их глазах. Я медленно шла по дороге в глубоком раздумье. – Почему, почему, если я стала как они, я их совершенно не понимаю? Они абсолютно мне чужие, вот я и сбежала от этой компании.. Зачем нужно было Элен устраивать сборище в честь, якобы, моего посвящения? – Испорченная кровь. Я замедлила шаг и ощутила голод. – Жажда крови? В первый раз, и когда Элен нет рядом? – Нет! Я не хочу никого убивать, тем более обращать в вампира. – Но, а как иначе? Меня знобило всё сильнее и сильней. Я вбежала в ближайший сквер и огляделась. – Мне нужна жертва! И вот, к счастью в тёмном углу сквера показался силуэт мужчины. Я смело плюхнулась на ту лавку, с трудом сдерживая приступы голода. Бросив беглый взгляд на незнакомца, я нашла его странным. – Старый, потёртый, чёрный плащ. Он смотрит себе под ноги, будто дремлет…Его тёмные, вьющиеся волосы придавали ему строгий аскетический вид. – Сколько же ему лет? – Сорок, сорок пять? – Не важно! Я пододвинулась поближе, чтобы дотянуться до его шеи, но перейти к делу всё не решалась. Несмотря на жуткие приступы голода на меня напала робость. А незнакомец, не замечал моего присутствия вовсе. — Мужчина, почему вы сидите здесь один, вы ждёте кого-то? Незнакомец удостоил меня своим странным взглядом: — Этот вопрос логичнее задать тебе, юное создание! Я совершаю вечернюю прогулку, а вот тебе жить точно надоело! —Ты не боишься? Сейчас столько маньяков развелось! Иди лучше домой, вдруг, я тоже маньяк? Я не могла больше терпеть и только попыталась вцепиться клыками в его шею, как он резко и очень грубо оттолкнул меня, притом с такой силой, что я отлетела от него на приличное расстояние. Я лежала на лужайке, меня сильно трясло, голова раскалывалась, внутри всё сжалось в сплошной комок боли. Мужчина подошёл ко мне и сел рядом. — Странно, очень странно! Почему я не сразу понял, кто ты? — Я принял тебя за человека. Но ведь это не так! Ты – вампир? Я кивнула, и меня снова скрутило от боли. Незнакомец о чём-то задумался, затем, поднял меня, взяв на руки, и я потеряла сознание. Когда я открыла глаза, ещё стояла тёмная ночь. Мой спутник сидел рядом и одной рукой придерживал связанного мужчину с кляпом во рту. — Наконец-то ты пришла в себя! — Где мы? — На кладбище. Вот твоя пища! Не медли! Из последних сил я подползла к пленнику и стала жадно пить его кровь. – Капля за каплей утоляли мой голод, наполняя силой. Дело было сделано в секунды, но для меня они тянулись долго. Незнакомец встревожено заговорил: — Всё! Нам пора уходить! Мы быстрым шагом вышли из мрачного пристанища мертвецов. Возле арочных ворот мужчина остановился и взял меня за руку: — В тебе испорченная кровь! Тебя сделала вампиром, обратила одна взбалмошная особа, но ты не такая как они, это видно, мне не досуг раскрывать, в чём тут дело, и я не хотел бы продолжать наше с тобой общение. Дело не во мне, а в тебе. Если они узнают, что я только говорил с тобой, тебе объявят войну! Мы по разные стороны стены! Прощай! Я взмолилась: — Нет! Не оставляйте меня! Не хочу оставаться одна! — Я не их круга! Не хочу обратно к ним! Незнакомец приобнял меня и грустно вздохнул: — Как же мне всё это знакомо! Я тоже по сути один! — Но мне никто не нужен! Я просто наслаждаюсь свободой вечности! — И ты тоже поступай так же! Живи своими желаниями и всё! Вот мой тебе совет! — Нет! Возьмите меня с собой! Я не хочу обратно к Элен! Мужчина поглядел мне в глаза, и, увидев в них бездну боли, поспешил меня оставить. На прощание он обернулся и сказал: — Прости! Я не возьму тебя с собой! Я впала в отчаяние. — Умереть уже не могу,что мне делать с этим проклятым одиночеством,которое затмило мою свободу? Я взяла и шагнула на проезжую часть, остановившись посреди дороги. Меня конечно сбили. Я всё понимала, слышала, но шевелиться не могла, меня парализовало. Уже близилось утро и очень хотелось спать. Забыть своё отчаянье. Но я отлично слышала беседу своих убийц. — Она мёртвая! Что теперь делать? — А давай закопаем её, тут рядом лес! Нам ведь не нужны проблемы! И без этого в розыске. — Живо, хватай её, тащи в багажник! — Ну скорей же! Пока никто не видит! Меня привезли в лес. Выкопали яму и зарыли. – Какая тишина! Как тихо! Я наконец-то отдыхала. Я спала. – Неужели меня оставило в покое отчаяние? Я беспробудно грезила. Мне в бреду являлся тот незнакомец, он нежно говорил мне, что всё имеет свой срок, что-то там ещё, чего, я не могла понять. Являлась Элен со своей шайкой. Она смеялась мне в лицо и упрекала: — Я же говорила тебе, что ты слабачка! — И что я в тебе нашла? И вправду говорят – всё имеет свой срок. Меня раскопали. Это была Элен. Я открыла глаза, села, и стала отряхиваться. А Элен кричала на меня: — Я тебя обыскалась! Пришлось даже прибегнуть к помощи тех, кто мне не нужен… — Что ты придумала? И кто тебя закопал? Прошло уже пятдесят лет, как ты исчезла. — Ты проспала большую половину своей жизни! Скажи мне спасибо! — И зачем, ну зачем, я сделала тебя вампиром? — Лучше бы я тогда умерла! — я с обидой и укором поглядела на ту, которую раньше боготворила, а теперь возненавидела: — Лучше бы я тебя не знала, просто умереть навсегда! Элен изменилась в лице, и, смягчившись, обняла меня: — Милая, знаю, я испытывала тоже самое когда-то. Отчаяние…но это состояние у меня быстро прошло. — А почему с тобой не так? Сбой какой-то! Элен насторожилась: — Постой! От тебя исходит нечто чужое, враждебное. Я прошептала Элен, что в сквере видела странного вампира, он помог мне утолить жажду, а после оставил. Элен заинтересованно впилась в меня глазами и увидела незнакомца моими глазами. — Это он! Но у нас закон – не общаться друг с другом. Теперь закон нарушен. Всё пропало! — Алекс — крикнула Элен, глянув вверх. Луна таинственно освещала нашу поляну. Из-за кустов появился тот самый мулат, которого я видела на вечеринке. Он подошёл к Элен, и сел рядом, обняв: — Что, дьяволица моя? — Алекс, она видела его и общалась с ним! Этого быть не может! Я вмешалась в их разговор: — Кто он такой, о ком вы говорите? — Какой закон? — О, это долгая история! Все знают! Почему с тобой всё не так? Элен взяла меня за руку: — Вставай, нам пора! Пошли! — Куда? — На совет! Элен не сильно пострадала от перемены отношения к ней. Вернее, её это вовсе не волновало. Среди всех она считалась самой главной, королевой, обожателей ей всегда хватало. По дороге на какой-то совет я узнала, что это Элен всех нас обратила. – Она наша мать и богиня. Вот откуда у неё пристрастие к старинным нарядам, какие она носит! Ведь она старше нас и не из нашей эпохи. Элен, Алекс, я и ещё парочка вампиров вошли в старый, ветхий особняк, и пройдя по тёмному коридору, а после, по лестнице вверх, мы шагнули в большую комнату с высоким потолком, где по углам были расставлены гигантские зажжённые свечи. Не смотря на это, в комнате царил мрак. В центре неё стоял овальный стол, накрытый тёмно-красной скатертью. А за столом недвижимо сидели вампиры. Мы присоединились к ним. Я пристально вглядывалась в лица сидевших, пытаясь найти хоть одно знакомое лицо. Всё замерло Элен восседала на своём импровизированном "троне" и тоже молчала. Будто бы все ждали какого-то знака, сигнала, повода, чтобы начать, терзать меня на куски? Надо мной нависла зловещая пасть тишины. Элен склонила голову, и закрыла глаза. – Интересно, что у неё сейчас на уме? И вот, наконец, богиня Элен спустилась с небес, и бросив взгляд в мою сторону, начала свою речь: — Мне не хотелось, но придётся, прости, дорогая! —Таковы правила. Как бы я тебя не любила, я вынуждена буду согласиться с решением большинства, что с тобой делать. Сначала будем говорить мы, а уж потом ты произнесёшь свою речь в свою защиту. А кончится всё моим окончательным решением. — Итак, мои дорогие! Начинайте! Элен окинула всех своим взором: — Кто желает первым начать? — Я! — выкрикнул Алекс. Элен разочарованно поглядела на своего фаворита. Улыбка с его лица пропала. Он уставился на меня: — Она нам чужая, Элен просто ошиблась в своём выборе! Это надо признать за факт. Создатели тоже иногда ошибаются! Она нас сторонится, и всем своим видом показывает свою неприязнь к нам. И куда-то всё время сбегает. У неё нет шансов стать как мы! Вампирша, сидевшая напротив меня, вскочила, и презрительно заявила: — Самое вопиющее – она общалась с нашим врагом, с кем нельзя говорить! Она нарушила закон! Значит, в ней не твоя кровь, Элен! Элен закрыла лицо руками и тихо прошептала: — Хватит! Да, он с ней общался! Это он нарушил закон, а не она! — Почему бы и его не наказать? — Боитесь, потому что он сильнее вас всех вместе взятых? — А более слабого готовы сожрать, сжечь? И это всё, на что вы способны? — Так что вы решили? Алекс, говори первым! — Элен, конечно, выгнать её из нашей компании! Пусть отправляется к высшей касте! Вряд ли они её примут...Её опасно оставлять, хватит всем притворяться, она нам чужая и точка! — Да, да, и пусть спасибо скажет, что так мягко с ней обошлись! Вампирша рядом перебила Алекса: — Элен, она нам не нужна! Мы за то, чтобы изгнать её! Элен встала, и, подойдя ко мне, обняла: — Прости, но я теперь не могу ничего изменить. Я не пойду против них. У тебя нет шансов остаться. Элен вернулась на своё "коронное" место, села, и обратилась к присутствующим: — Неужели вы с ней, которая вам ничего не сделала поступите также как и с ним? С Тони, моим Тони? Алекс вскочил, и еле сдержался, чтобы не закричать от злости. Элен запнулась, стихла, и, закрыв лицо руками, выдержала паузу, чтобы успокоиться. Я не сводила с неё глаз. – Ей тоже может быть больно? Разве такое возможно? — Что ты молчишь? — вызывающе крикнула мне девица, уродливая и тощая, как скелет. – Какая ярость! Даже скинула капюшон с лица. В первый раз меня видит, а уже так ненавидит! Я встала и всем улыбнулась: — Я с вами ни разу не говорила вот так со всеми. Но теперь пришло время сказать, я сама с радостью вас покину! — И больше я не намерена терпеть всех вас, и ваш бред! — Прощай, Элен! Я выбежала прочь из приюта чужих вампиров, и теперь уже моих врагов. — Что же! Назад дороги нет. Они сами захотели! Жалела я о чём-то? Быть может, да, немного. — О потере Элен. Ведь она единственная, кто не относился ко мне с такой злостью, как остальные. Она любила меня, как творец любит свою безделушку. Не более того. Но любила же! Но я забуду её! Я смогу! А больше мне не о чем жалеть! Элен очень любила Тони, и пусть по своему... Я узнала о том позже. Чувства – потери Элен, одиночества, гнали меня всё дальше и дальше. И я не сразу поняла, что уже сижу на кладбище, на скамейке. Передо мной две надгробных плиты. Я прочла надписи и вгляделась в фотографии умерших. – Странное чувство овладело мной, но чья-то тень застила мне глаза.Передо мной стоял молодой парень в чёрном, траурном облачении. – Может, монах? Он как ни в чём не бывало, присел рядом и свободно заговорил, будто знал меня вечность: — Кстати, ты сидишь у могилы своих родителей. Они не вынесли потерю дочери, то есть тебя, и умерли с горя. — Как видишь, я немного о тебе знаю. У каждого из нас свой дар... И я спросила своё сердце: – Может, стоит оплакать своих родителей? Но моё сердце молчало, ему было спокойно и безразлично всё. Оно спало во льдах смерти. — А откуда тебе всё известно? Кто ты? Вестник смерти? — Я, такой же, как ты изгой. Меня выгнали из той же стаи, что и тебя. — Добро пожаловать в мою маленькую компанию! Парень по-дружески пожал мне руку: — Ну, так что, ты со мной? Если не хочешь, только скажи, и я уйду! Он обладал неуёмной энергией, я ощущала это, но что-то заставляло его быть пассивным, и постоянно держать себя в руках. — А хочешь, я покажу тебе своё логово? Я зачарованно встала и улыбнулась: — Ну конечно! Я рада, что не одна, мы с тобой теперь товарищи по несчастью! Парень взял меня за руку: —Закрой глаза и не открывай, пока я не скажу! Я так и сделала. Мне почудилось, что мы высоко взлетели. Так, одна я до сих пор летать не решалась. – Чувство полёта! Я даже не желала открывать глаза. Обострённое чувство свободы вернулось, оно возвращалось в моё сердце с новыми силами. Я ликовала! — Всё, теперь можешь открывать глаза! Мы находились на краю скалы, у входа в пещеру. – Арочный вход, а что там, что скрывает мрак? Парень внимательно на меня смотрел, изучая: — Да, я здесь живу, если конечно бытие вампира можно назвать жизнью! — Ты читаешь мои мысли? — Нет, даже не пробовал, всё можно прочесть в твоих глазах. Мой друг шагнул внутрь пещеры: — Пойдём, что здесь стоять? Я сделала шаг в царство тайны и мрака,и чем дальше мы углублялись в логово, тем спешнее отступала тьма, давая в полной мере проявиться игре теней и бликов. Я вздрагивала, слыша чьи-то голоса и шёпот. Но кроме нас с Тони здесь никого не было. — Откуда исходит этот свет? Тони зажёг свечи, и ущелье, походившее на круглый большой зал,позволило себя рассмотреть. Более всего меня поразила скульптура, в центре зала. Я всмотрелась: – Это же Элен! Величественная Элен, метра в три в высоту. Казалось, Элен сейчас оживёт и заговорит. Парень подошёл ко мне и коснулся моего плеча: — Что с тобой? Всё в порядке? — Это же Элен! Откуда она здесь? И кто тот мастер-гений, что так изумительно её воплотил? — Она как живая! Тони поник и отвернулся. Но через минуту он уже смотрел на меня и улыбался. — Давай договоримся! Не говори о ней, если только я сам не начну первым, мне не хотелось бы! Это ещё больно! Я воплотил Элен как память обо всём,что было у меня и есть. Она единственная была в моём сердце. — Но так вышло, мы не вместе. — Пойдём, присядем? Вдоль зала были расставлены стулья, и лишь один не большой круглый столик прятался в углу. Но я его приметила сразу. Мы сели за стол. Тони бросил взгляд на скульптуру и тяжко вздохнул: — Глину я замешивал на своих слезах, как только меня изгнали, я начал её лепить и днём и ночью. А это место само позвало меня, нашло. Я порывался увезти Элен из компании, чтобы мы были только вдвоём. Она сама была не против. Но её проклятые друзья не отпустили, и лишили не только слова,но и права любить! — Какой я дурак! Обещал, ни слова о ней, а сам только о ней и говорю! Я с сочувствием глядела на несчастного влюблённого. Высокий блондин красавчик. — Тони! Элен не забыла тебя! Она до сих пор тебя помнит, может, даже любит. Тони вздрогнул: — Ты знаешь моё имя? Значит, она помнит меня, что она обо мне говорила? — Ничего, но, даже назвав твоё имя, она помрачнела, и чуть не заплакала. Тони внимательно глядел на меня, впитывая мои слова как губка. — Тони, а ты не хочешь сейчас её вернуть? — Как? — Просто! Ты боишься этих глупых вампиров? — Неужели какой-то красавчик фаворит Элен больше тебя достоин быть рядом с ней? Чем ты хуже? — Сказать тебе правду? Ты через чур хорош для неё. Это она тебя не достойна. Но Тони задело другое: —Что за фаворит? — Да так, его зовут Алекс, он мулат, спортивного сложения, крепкий такой. — Она с ним из-за его внешности, силы... — Хотя, кто знает? Она ветреная особа, у неё много парней. Тони разозлился: — Она совсем распустилась! Со мной она была другою. На других не глядела. — Эх, Элен, где ты? Тони вскочил и протянул мне руку: — Полетели! Я готов! Вот теперь готов! — Пришло время расставить всё на свои места! Ты не составишь мне компанию? Я протянула ладонь этому пылкому влюблённому. Мы замерли на краю скалы. — Мне снова закрыть глаза? — Необязательно! Мы полетели. Я наслаждалась ночным полётом, и таким мелким и ничтожным миром под нами. Мы спустились в тот самый знакомый сквер, где я встретила вампира из тайной касты, оказывается, это место считалось вампирским. Сюда слетались вампиры, чтобы обсудить текущие дела. Мне бросилась в глаза одна парочка. Это были Элен и Алекс. Тони неспешно подошёл к ним, а я осталась в стороне наблюдать. Элен заметила Тони и онемела. Алекс нахмурился: — Что вам надо, молодой человек? А Тони молча, глядел на Элен влюблённым взглядом. Элен опомнилась: — Алекс,это Тони, знакомься! Ты про него спрашивал, вот он сам и пришёл! Алекс ухмыльнулся и задрал свой нос: — А! Так это ты, тот самый бывший возлюбленный моей Элен? — Бывший? А ты знаешь, сколько у неё бывших? Что тебе надо? Все предали тебя забвению, тебя нет! — Давай отойдём, поговорим? Тони не возражал. Они отошли от лавки, Элен присела. Я неслышно подкралась к лавке. Элен тихо плакала. Вдруг, она вскочила и подбежала к парням. — Тони, неужели ты думаешь, что я тебя любила? Если бы любила, то отправилась с тобой, хоть на край света! — Зачем ты появился? На что надеешься? И с Алексом тебе говорить не к чему! Я сделала свой выбор! Лучше исчезни, и мы всё забудем! Тони ошарашенно посмотрел на свою любимую, он не веря: — Ты же любила меня, даже, если сейчас всё прошло – любила! — И пусть, ты сейчас с этим болваном, но ты меня любила! Вспомни! Алекс оскорблённо оскалился, и, если бы не обнявшая его Элен, набросился бы на Тони с кулаками. Элен обнимала его, и Алекс торжествовал, дерзко глядя на Тони. Алексу было невдомёк, что Элен в это время плачет. Тони отшатнулся от парочки. Я подошла к нему и взяла за руку. — Пошли, нам здесь делать нечего! Тони пришёл в себя, и мы быстро покинули сквер. Я еле поспевала за другом. Благодаря нему я очутилась возле часовни. Тони сел на ступеньку и прислонился спиной к дверям храма. Его рыдания, напоминавшие вой, разрывали мне сердце. — Тони, если ты в состоянии, послушай меня! Это важно! — Не убивайся ты так! Она ещё любит тебя! Ты видел этого Алекса? — Сплошные мышцы! Он, прости, в два счёта тебя раздавит одним мизинцем! А когда он в ярости – от него лучше держаться подальше! Элен соврала, чтобы тебя спасти! Если бы ты видел, как её сердце сжалось, когда она вспомнила тебя на совете! Она плакала! Тони в порыве схватил меня за руку и умоляюще прошептал: — Она соврала? Надо остаться с ней наедине и спросить, если, даже не любит,пусть скажет мне прямо в лицо! Я кивнула. Он начинает приходить в себя! Я дала ему хилую, но надежду. Тони вскочил и исчез из виду, оставив меня одну. А я всё сидела, но, опомнившись, встала. – Стоп! Моя миссия ещё не завершена! Я успокоюсь, буду счастлива только, когда они будут вместе! Не иначе! Мне необходимо убедиться, что соперники не столкнуться в схватке, что Тони ловко похитит Элен. Пока не поздно, я обязана им помочь! Я вздрогнула. Мне показалось, в двух метрах от меня мелькнула чья-то чёрная тень и шелест крыльев... – Ну и привидится же! Я отправилась на поиски друга, готовая на что угодно, только бы помочь влюблённым! Летаю я низко, зато быстро. Высоко не решаюсь. На этот раз моё чутьё сыграло со мной злую шутку. Я тенью скользила над местами, где могли быть вампиры. Поиски были тщетны. Оставалось одно место. – Как же я сразу не додумалась! – Пещера Тони! Я медленно прокралась в ущелье, прячась в тенях. Они услужливо скрывали меня, делая незаметной. В зале я расслышала голоса. Я выглянула из тени и снова спряталась, мне захотелось от радости запрыгать. Тони с Элен стояли возле скульптуры в обнимку и ворковали в пол голоса. — Так ты оказывается врунья? — Да, Тони, я боялась, что Алекс тебя раздавит, он даже говорить не стал бы! Ему я в принципе не нужна, он выбрал меня как вожака, потому что я главная. Была бы бешеная собака у них вожаком, он бы и с ней спелся! Ему нужно быть в центре внимания, в случае со мной – он мой фаворит. Но я его не люблю, и не любила никогда! — Он убьёт меня, если найдёт, вот теперь и ты впутался из-за меня в историю! Как тебе удалось выкрасть меня у всех на глазах? — Зачем ты заставляешь чувствовать меня слабой и беззащитной в твоих руках? Зачем заставил так часто биться сердце? — Пока ещё не слишком поздно, верни меня обратно,или просто отпусти, а я что-нибудь совру! Хоть и будет трудно. — Нет! Сто раз, нет! Я тебя не отпущу! Уж теперь точно! — Да и ты сама не сможешь уйти! — Ах, Тони! Ты воскресил меня, мои чувства! Что это со мной? — Я не узнаю себя! Сердце так стучит! Прости! Я тебя любила и буду любить! Влюблённые притихли. Я, утирая слезу, спокойно покинула когда-то одинокое гнёздышко. – Теперь они во всём разберутся без меня! Эх, потом и не вспомнят даже! Да и ладно! – Даа! Власть толпы сделала Элен рабой своих подопечных, рабой системы, одинаковой для всех. Но теперь она сняла маску и стала собой! Всё встало на свои места. Я сидела у водоёма. Толи озеро, толи болото в лесу. Я открыла для себя, что очень люблю это место, скрытое от всех глаз. – Обожаю природу! Подальше от людей, вампиров, от всех, навсегда! Но самым кошмарным для меня были мысли об одиночестве, а не само одиночество. Только я вспоминала, что одна в целом мире, меня обдавало холодом, леденящим ужасом. Вот и сейчас, меня начало лихорадить, в который раз. Я окинула взглядом непролазный лес, бескрайнее поле рядом и поглядела в небо. А ведь сейчас ещё лето, а меня трясёт от холода, стынет кровь... – Отчаянье! Что мне с ним делать? Что дальше? И вот. Впервые за много лет, которым я уже потеряла счёт, я вспомнила того вампира, из сквера. Он всплыл в моей памяти живо и явно.. Я вздрогнула. – Крови! Опять моё испорченное естество требует продления своего бытия! – А кому оно нужно? Вторая самая ужасная вещь – усталость от бесконечных, унылых, лишённых какого-либо смысла дней, похожих один на другой, как одна дохлая крыса на другую. И ничего для меня не меняется! Я поднялась, собралась с силами, и рванула к прежним местам, где когда-то побывала. Я летела по городу и вспоминала. Как теперь живут влюблённые? Где они, что теперь с ними? Внезапно я наткнулась на высокую чёрную стену и камнем рухнула вниз. Меня жестоко сбили. Сделал это не кто иной, как Алекс, бешеный Алекс. Он схватил меня за волосы и потащил над городом. У него имелись грандиозные планы, как расквитаться со мной. А я молча, смиренно приняла такой ход вещей. Он всё тащил меня, и мне было больно. Но боль одиночества, голод тяготили сильнее. Жертва, так жертва! Алекс со мной приземлился в лесу, под дубом. Я прошипела убийце в лицо: — Убей меня скорее! Ты ведь этого хочешь?! — Так давай! Чего медлить? Но Алекс подсел ко мне очень близко, и мило, но с иронией спросил: — Признайся, ведь это ты их свела? Это из-за тебя они теперь вместе? Так? Где они? Говори! — Я убью Элен, с тобой без тебя я их найду! — Но сначала, с большим наслаждением я убью тебя! — Да, вот теперь я узнала Алекса, он был в гневе. — Не скажу никогда! Ты понятия не имеешь, что такое любовь! Элен теперь счастлива, и уже никогда больше не наденет на себя вашу маску! Алекс разразился смехом: — Милая, а теперь, я вижу, ты стала никому не нужной. Никому, кроме меня до тебя нет дела! Ты – изгой! Алекс впился мне в шею, и я, миг за мигом теряла сознание, проваливаясь в сети. Я бредила. Он обескровил меня, и я уже не могла шевелиться. Но открыть глаза сил хватило. – Мерзкий Алекс! Я не узнавала его, и любопытство придавало мне сил. Алекс поднялся на ноги, и снова сел, в замешательстве. Он говорил сам с собой: — Какой я олух! Зачем выпил её кровь? Она же сумасшедшая! И теперь я тоже схожу с ума! Это проклятие! Алекс в отчаянии держался за голову. Мне стало смешно, и я засмеялась над ним, мне становилось легче. Появлялась какая-то надежда, если это не конец, то значит, я схожу с ума? Когда-же? Ну, когда, я умру навсегда? От всего происходящего,от вида Алекса меня залихорадило. Я нервно смеялась, до тех пор пока Алекс со всей злостью не накинулся на меня и не стал душить. — Я знаю, как можно тебя убить! Я не раз убивал вампиров! И вдруг произошло нечто странное. Последнее, что я запомнила на тот миг – Алекс камнем отлетел в сторону. Меня подняло вверх, и мне стало легко и тепло. Тёплый, нежный ветер нёс меня в края забвения... Но я не умерла! Когда я открывала глаза, чья-то большая ладонь ложилась мне навеки, и я слышала знакомый голос: — Ещё не время! Ты ещё слишком слаба! Голос действовал на меня гипнотически, и я снова и снова падала в бездну пустоты. Однажды, я открыла глаза и почувствовала, что могу пошевелиться. Интересно, сколько я пролежала в этой мрачной комнате, в чужой постели? И вообще, где это я? Я смогла сесть. Свесив ноги с кровати, я осмотрелась. – Высокий потолок, одно, плотно завешанное шторой окно. Сквозь штору я ощущала притяжение и власть луны. На каждое полнолуние, когда я находилась в сознании, луна превращала меня в зомби. Стоит на минуту вглядеться в её лик – я пропала! У окна стоял маленький столик. Я попыталась сделать шаг к окну, но сил не хватило. Послышались чьи-то шаги, кто-то сюда приближался. Я быстро легла обратно, укрылась одеялом и закрыла глаза. В комнату вошли. Я моргнула и бегло разглядела незнакомца. Мужчина, в чёрном облачении. Где-то я его уже видела. Он осторожно присел на краешек постели и посмотрел на меня. Моё сердце предательски забилось, выдавая меня с потрохами. Я очень сильно прониклась вампиром, почувствовала его. Стоило ему ещё сесть на кровать, как гармония, умиротворение коснулись меня, и я сразу поняла, чего так не хватало моему сердцу, и что есть то, единственное средство, способное победить мои тоску и отчаянье. Вампир коснулся ладонью моих век, и по моему телу пробежал трепетный холодок. Затем, он встал и подошёл к окну, отдёрнул штору. И я открыла глаза, не в силах больше сдерживать своё любопытство. Вампир стоял спиной ко мне, и будто безмолвно беседовал о чём-то своём с луной, а она в ответ дарила ему свою благосклонность. Вдруг незнакомец резко развернулся, и я обомлела,узнав в нём того самого вампира из сквера. От страха я зажмурилась. – Он меня спас. Но зачем? Ведь единственное, что я хочу – умереть навсегда. – Странно! Но в его присутствии даже самые мои мрачные мысли окаймлялись светлой аурой, они теперь были не столь темны и безнадёжны. – Он дарит мне надежду?! Вампир снова присел на край кровати и заговорил. Я вздрогнула. Его голос меня заворожил,просто очаровал. — Ты ведь пришла в себя? Ну, не бойся! Открой глаза! — Я не кусаюсь! От этих последних слов мне стало смешно, и я улыбнулась. — Ладно, всё равно меня не проведёшь! Открывай глаза! Пора! — Ты и так пролежала здесь целую вечность. — И как тебя угораздило попасть в передрягу? Ты специально ждала, пока тебя этот мерзавец не прикончит? Зачем? Всё, действительно, хватит! Хватит играть в невидимку, это нелепо. Я открыла глаза: — А сколько я проспала? — Не год точно! Сто лет! — Целую жизнь?! Ничего себе! Вампир скупо улыбнулся, чем ещё больше меня очаровал. Он собрался уходить. Когда он подошёл к двери, я мысленно его спросила: — Вы что, так и уйдёте, ничего больше не сказав? Тут же я услышала в голове ответ: — Если ты чувствуешь, что в тебе уже достаточно сил, вполне можешь прогуляться по дому, когда пожелаешь! — Здесь тебе всегда рады! Я улыбнулась: — Как же приятно! Вот не помню, а улыбалась ли я когда-нибудь так легко и светло? Самое главное – всё стало теперь обретать для меня некий смысл. — Может, я влюбилась? — Нет! Вот, Тони с Элен. Они любят друг друга, а ведь тоже вампиры. Но этот вампир, хозяин дома другого сорта. Он, как чародей, ему дано больше, чем всем остальным вампирам, каких я встречала. – Алекс! Вспомнив своего убийцу, я вздрогнула, и заставила себя забыть весь ужас. Медленно поднявшись, немного постояв у двери, я всё-таки вышла из комнаты. С каждым моим шагом силы у меня улетучивались, но я зачарованно кралась на голоса. Медленно спустившись по лестнице с второго этажа, я притихла, спрятавшись за колонной. Один голос мне уже был знаком. Как я раньше не замечала благородства, магнетизма в голосе? А ещё сексуальность и силу. – Стоп! Стоп! Только не влюбись! — Ты думаешь, Эрика уже в полной мере может покинуть наш дом, и пордолжать свой путь дальше? Так, Арни? — Да, Энди, я только что с ней беседовал, она вполне оправилась. — Энди, а ты не находишь её какой-то странной? Когда я принёс её сюда на руках, то ощутил – она не принадлежит ни к одной из известных мне каст. Впервые встречаю подобное. — Но заметь, мой друг, она в чём-то на нас похожа. — Да, Арни, согласен с тобой! — Кстати, когда ты о ней говоришь, называешь имя, от тебя что-то исходит. Флюиды что ли... — Уж не влюблён ли ты, братишка? — Какая любовь, что ты!? Скорее всего, заинтересован немного, и проявляю к ней отеческие чувства. Я прошептала: — Эрика — странно, до сегодняшнего дня у меня не было имени. Никого, даже меня этот факт не тревожил. Я продолжила слушать братьев. — Единственное, благодаря чему она здесь тот факт, что я пытаюсь, и буду пытаться понять, что она за птичка такая, что за фрукт. — Тогда посади её в клетку! И проводи опыты. — Энди, ты утрируешь, и твоя ирония здесь неуместна. — Эрика свободна в своём выборе. И я не собираюсь её насильно здесь удерживать! Энди прошептал, будто чувствуя, что их подслушивают: — Арни, ты не против, если я начну за ней ухаживать? Она мне нравится. Арни промолчал в ответ. Я, не дыша, отправилась обратно в комнату. – Только бы не застали врасплох! Наконец-то я добралась до комнаты, и мигом нырнула в постель. Затем, сомкнув глаза, я погрузилась в сон. Наступило утро. В комнате стоял мрак. Вдруг, привычную тишину нарушила хлопнувшая дверь внизу, и меня разбудили, встревожили незнакомые голоса,громкие возгласы. — Ты хотел перебороть страх? Ты это сделал! Надо было прихватить с собой три осиновых кола, а не один! Днём они должны спать. — Ну что, кто-то из нас проспорил пари! — Гарольд, ты выиграл, красавчик! Здесь никого нет! — Нет здесь никого! Дверь в мою комнату отворилась, я, конечно притворилась мёртвой, как не смешно, но у меня всё вышло более чем убедительно. Наступила тишина, компания замерла в ступоре. Кто-то коснулся моего лба, а затем мои губы ощутили прикосновение чего-то холодного. Я приоткрыла глаза так, чтобы было не заметно. Три молодых парня, бледные как смерть, стояли, уставившись на меня. Они перешёптывались, но я почувствовала их дрожь... О,этот страх в чужих сердцах! Оказывается он опъяняет. — Гарольд, она живая! Зеркало запотело. Это о ней ходят слухи. Она не похожа на вампиров, тем более хозяин дома мужик, сам один раз с ним столкнулся. И у него ещё есть брат. А кто тогда она? Невеста одного из них? — Ты забыл добавить, мёртвая невеста... — А вдруг она оживёт? Что тогда? — Гарольд, а для чего у нас осиновый кол, как думаешь? Я медленно поднялась с постели, как Носферату из чёрно-белого кино. У гостей исказились лица. Даже режиссёр фильмов ужасов стал бы кусать себе локти, узнав, что пропустил такой сюжет. — Такие лица, маски ужаса! Мне стало смешно. Я разглядывала парней, упиваясь их страхом. — Если Гарольд это тот парень, на котором задержался мой взгляд, то он красив, бесподобен! Через ничтожный миг я уже стояла у двери, преградив ребятам путь к отступлению. — Выпусти нас отсюда, ведьма! Мы просто адресом ошиблись! — Мы тихонько уйдём и всё! — Какой красавчик! Я обхватила шею предполагаемого Гарольда руками. Он взмолился: — Если ты вампир, прошу, не убивай, а обрати меня! Я ещё толком и не жил! Я для тебя что хочешь, сделаю! — Ты Гарольд? — ласково спросила я, целуя шею парня. — Да! Я пила его кровь, и, если бы не грохот двери внизу, опустошила бы парня, и он бы умер. Я вовремя остановилась. И после, ни разу не пожалела, что сделала Гарольда вампиром. Его кровь наполнила меня его мыслями и образами. Я всё не могла понять,чего не хватало юноше.Ведь он специально сюда пришёл.Он знал на что идёт, и был уверен,что здесь и сейчас закончится его короткая человеческая жизнь. — Перед ним были распахнуты все двери, имел успех у девиц, любую выбирай! А он со всеми холоден как лёд. — Философ, увлечённый аскетизмом, и любитель одиночества. — Милый ты мой! Какой ты смысл искал? Смысл того чего нет? — Да ты эстет — прошептала я лежавшему на полу Гарольду. Его тело было безжизненным, холодным, а кукольные глаза устремились на меня. Но он нашёл силы прошептать: — Не дай мне умереть! Я твой слуга, твоя правая рука! Я поранила себе запястье и дала ему пить. И он пил, то с жадностью, то медленно, будто погружаясь в дрёму. Меня закружило, в глазах побелело. Но я быстро пришла в себя. Когда моя рана заныла и последовала ноющая боль, я отдёрнула руку от ненасытного Гарольда, и отсела от него подальше. Он, заторможено принял сидячее положение и стал тупо оглядываться по сторонам. Его взгляд остановился на мне: — Спасибо! Теперь я твой! Как же это прекрасно! Не о чем больше жалеть. — О, эта вечность! Её начало. А я у самого её причала... — А ты расскажешь мне как вы живёте? Я улыбнулась в ответ: Мой поэт! Не знаю чему тебя учить. Живи своим чутьём, восприятием. Естество само тебя всему обучит со временем. — Ты меня создала, обратила. Теперь мы навсегда связаны. — Да, я теперь всего только твоя сестра по крови. Парень подсел ко мне поближе и обнял: — Моя сестра! — Эрика — добавила я. — А ты теперь мой брат Гарольд! — Гарольд всегда к твоим услугам. Он поцеловал меня в губы, я в смущении отвернулась. — Тебе пора уходить! Я чую, они скоро проснутся! Когда ты мне понадобишься, ты поймёшь, я мысленно тебя позову. Какое бы расстояние нас не разделяло. Также и ты зови, если что! — Я постараюсь, моя Эрика. До встречи! Гарольд прижался губами к моей ладони, а после ушёл. — А ведь он стал ещё привлекательней, с вампирским посвящением, фото модель! Когда он ушёл, я легла в постель. Силы меня оставили. Я отключилась, меня залихорадило. Приходя в себя, я слышала и видела рядом Арни, и спрашивая, что со мной, обессиленно проваливалась в сонное состояние. — Опять? Наконец мне стало легче, и я уже спала спокойным сном. В одну из ночей мне стало легче настолько, что я облокотилась на подушку и свесила ноги с кровати. — Вот интересно, смогу ли я пройтись по комнате? И к великой радости смогла! Подойдя к окну, я отодвинула штору и устремила взгляд на луну. Скоро, через день полнолуние! Боль отступила, силы вернулись. Почему, ну почему я снова хочу страдать? Привычка? — Нет! С меня хватит! Пора учиться, как Арни с Энди радоваться всему, не задавая вопросов – счастлив, или нет, хорошо или нет, философски на всё смотреть. — Правильно! Арни во всём прав. И он такой… Наклонив голову, я любовалась луной. Но внезапно я почувствовала приближение бессмертных. — Кто это может быть? Это не Арни, не Энди, и не в доме. Я подбежала к кровати, нырнув под одеяло с головой. — Как же медленно тянутся мгновения, и ничего не происходит! Моё любопытство одержало верх. И я высунула голову из под одеяла. У окна стояли два призрака, две неподвижные тени. Я вгляделась — тени обрели черты и исчезли. – Мистификация какая-то! У двери кто-то кашлянул, я повернула голову на звук. – Ну конечно! Этой парочке аристократов вздумалось подурачить меня, я для них игрушка! Они подошли ко мне и стали разглядывать, будто впервые видят. – Что вы так на меня уставились? — Энди, брат мой, у нас были гости, как тебе спалось, когда над нашими головами расхаживали незваные проходимцы? Арни внимательно глядел мне в глаза. — Эрика, ты в праве сама отвечать за свои поступки, но ты уверенна, что сделала верно? Ты этого хотела? Энди вышел из комнаты, и мы с Арни остались наедине. Мы сидели рядышком, и Арни положил ладонь мне на голову. — Ладно, потом мы его всё равно увидим, рано или поздно он заявится. Хотя слово "поздно" к нам не приемлемо. — Если бы ты знала, Эрика, за всё своё существование я обратил в вампира только одного человека. Но это тайна. Может быть, я тебе её открою, потом. — Скажи, правда, тот юноша настолько хорош собой, что очаровал тебя? Я промолчала в ответ. — А теперь, Эрика, вставай, быстрее собирайся. Мы идём на охоту, то есть на прогулку. Мы с Энди ждём тебя внизу. Арни ушёл. Через несколько минут я уже спускалась по лестнице. – Какие же забавные эти братья! Меня переполняло чувство благодарности. Не знаю, кто из них, но кто-то подбирал мне одежду и обувь. Каждый день на спинке кровати висело платье, каким образом оно появлялось, не знаю, мне его, как и обувь никто не приносил, просто появлялось, и всегда всё новое, с иголочки. Поспешно надев пышное чёрное платье из шёлка, и примерив, лакированные туфли, я прихватила с собой длинный плащ, на всякий случай. Вроде бы он очень лёгок и согревает в холода. Эти богачи вампиры без сомнения приняли меня в свой круг! Мне не терпелось узнать их получше, наверняка они хранят свои тайны, секреты. Я спустилась к ним и сразу же утонула в глазах Арни. Он взял меня за руку и горделиво посмотрел на брата, тот отвёл свой взгляд. Мы вышли из особняка и одновременно вдохнули всю прохладу осенней ночи. Арни спросил: — Эрика, а куда бы ты хотела? Но я не успела ничего ответить. Он обнял меня,и я окунулась в лёгкий сон.Арни наконец вывел меня из транса: — Э – ри – ка! Хватит спать! Разве можно спать в такую лунную и звёздную ночь? Я открыла глаза и не поверила им. Мы уже сидели в каком-то сказочном и дремучем лесу на поваленном дереве.. Арни глядел вдаль, будто вслушивался в лесную жизнь. Я поднялась и ничего не сказав братьям, углубилась в лес. Он заманивал меня в свои сети. Энди хотел последовать за мной, но Арни его остановил. — Пусть погуляет одна! Ничего с ней не случится! — Что ты всё-время суетишься, Энди? Энди отвернулся от брата. Я бродила по лесу, слушая голоса редких птиц, смешанных с голосами каких-то заблудившихся призраков. Но их совсем не боялась, они вызывали во мне любопытство. Кто-то высоко на дереве привлёк моё внимание. Я задрала голову. – Кусочек ночного неба. Луна. Звёзды... А вот и объект моего любопытства! На ветке, почти на макушке ели сидела белка, и у неё от страха бешено колотилось сердечко. Она почувствовала, что обнаружена, и окаменела. — Милая, как же сильно тебя выдаёт твоё сердце! Но не дышать ты не можешь! Мне так хочется дотянуться до тебя, взять на руки и разглядеть! Во мне проснулось чувство голода. Я ещё раз взглянула наверх, как вдруг стала подниматься ввысь. И вот – я уже у цели. Вот и белка! Она не шевелилась. Я что, её загипнотизировала? Комок с колотящимся сердцем, странно! Взяв белку на руки, я опустилась обратно на землю. – Неужели это всё происходит со мной? Я прижала зверька к сердцу. — Прости, но мне нужна кровь! Я должна тебя убить, чтоб немного продлить себе жизнь! Дело было сделано, я отшвырнула обескровленный комок в сторону и села, прислонившись к дереву. Чутьё во мне обострилось, и я услышала, как крадётся лисица где-то далеко отсюда. Она петляла, путая свои следы. — Глупая! Я метнулась через лес к зверю, и только протянула ладонь к застывшей от страха лисе, как увидела рядом Энди. Он тоже хотел эту лису. Я отошла в сторону и отвернулась. Энди мгновенно расправился с зверем и подошёл ко мне: — Эрика, я хочу с тобой поговорить! — Давай присядем на поваленное дерево, здесь. Настроен Энди был как никогда серьёзно. Мы сидели рядом, и я заметила на его губах кровь лисы. – Красив ли он? Сколько ему лет? Лет тридцать пять, он помоложе Арни, и во всём они с братом разные Энди мне как друг, я к нему испытываю дружелюбие. Он взял мою ладонь: — Эрика, ты не безразлична мне! Не поверю, что благодаря какой-то белке у тебя пропал голод! Тебе надо больше! Я кивнула, и мне стало неловко. — Да, Энди, я голодна. И он заговорил настолько волнительно, что я поразилась. Я его не узнавала! — Эрика, я чувствую ответственность за тебя и не знаю каким образом, но заинтересовав Арни, ты влюбила меня, в себя! Банально! Ты хочешь крови? Ты ведь этого хочешь? Энди медленно, боясь отпора, обнял меня, и я услышала его мысли: — Моя кровь к твоим услугам! Его губы. Я коснулась пальцем его губ и поцеловала в шею. – Вот он! Источник наслаждения, силы! Совсем рядом, что ты медлишь? Но вместо этого, я отодвинулась от Энди подальше и отвернулась. — Энди, прости, не могу! Ты мне самый лучший друг! Ты хочешь большего, знаю, но я не люблю тебя! Не знаю, любят ли вампиры, дано ли им это? Энди очень расстроился: — Значит, ты испытываешь ко мне отвращение? Ты голодна, но не хочешь моей крови? Почему? Я улыбнулась: — Энди, ну что ты такое говоришь? Прекрати! Я повернулась к нему и провела пальцем по его щеке. – Он плачет? Его кровь на моём пальце... Я попробовала её на вкус. — Зря ты так говоришь, я ни к кому не испытываю отвращения! — А хотела бы крови моего брата? — Неожиданный вопрос... — Арни, кровь, его кровь. — Нет! Не думать об этом! А Энди хитёр, он читает мои мысли! Я дружески обняла Энди и ничего не ответила, заставляя себя не думать об Арни, не думать бо Арни. Энди не унимался: — Эрика, подумай, прежде чем ответить. Я хочу сделать тебе предложение. Через миг он уже стоял на коленях и держал мои ладони в своих руках: — Эрика, я предлагаю тебе стать моей спутницей! Подумай, прежде чем сказать нет! — Сейчас ты меня не любишь, но время меняет всех! Я завоюю твоё сердце! Я не прошу твоей любви, прошу руки! Сказать, что меня шокировало происходящее – не сказать ничего! — Почему, ну почему я слышу всё это от Энди, а не от... — Стоп! — он читает мои мысли. Я заставила подняться с колен безумного Энди и усадила рядом. — Друг мой сердечный! Прости, но ты поторопился! — Может, потом, но не сейчас! Я не говорю, нет, я прошу отсрочки! Энди тяжко вздохнул и повернул голову: — Вот и братишка! Я всё понял, Эрика,у меня есть хилая, но надежда! Только не говори брату, это между нами! Арни с палкой в руках подошёл к нам: — О чём это вы, прошу прощения, секретничаете? О чём не говорить мне, Эрика? Что за тайны? Мы с Энди переглянулись и пожали плечами. Разрядил напряжение конечно Арни, он просто засмеялся, глядя на наши серьёзные лица: — Ладно вам! Что случилось? — Эрика, я хочу показать тебе копьё... Я взяла в руки то, что приняла сперва за обычную палку. И только хотела коснуться острия, как Арни выхватил копьё из моих рук. Наконечник пропитан ядом – это копьё настоящее оружие против наших врагов вампиров и людей. Достаточно дотронуться острия и ты умрёшь навсегда, и никто тебя уже не воскресит! Нас могут убить: – светом, солнцем, если на долго лишат крови, есть много способов, и конечно мы можем дать отпор гипнозом, исчезнуть , но всё это не гарантия, может не сработать. На такой случай мы и берём с собой копьё. Яд, несущий вампиру, всему миру смерть собран с очень редких деревьев. Таких на всей планете несколько. Одно из них растёт здесь, оно перед нами. Я с упоением слушала Арни,его голос меня убаюкивал. Мои глаза сомкнулись, и я погрузилась в сон.Когда проснулась, поняла – лежу в своей знакомой постели. За окном,если бы не шторы солнце решило всё испепелить. – Эти ядовитые лучи солнца!!! Меня передёрнуло. – Как же слипаются глаза! Как хочется снова спать! И я провалилась в сон. Звуки органа услаждали мой слух. Я стояла в храме гигантских размеров, как какая-то букашка в банке. Передо мной скульптура Мадонны, она пристально на меня глядит, и будто спрашивает, что я забыла в её храме чистоты, что привело меня к ней? — Чего ты хочешь? Я с воодушевлением и трепетом упала перед ней на колени, и, скрестив на груди руки, взмолилась: — Знаю, что это сон, что у вампиров нет надежды, нет никакого Бога, знаю! Но если ты существуешь, услышь меня! — Я хочу, хочу что-нибудь понять в своей жизни, и наконец поговорить с ним, сказать,что Люблю! Казалось, Мадонна прячет улыбку в уголках губ... И вот, вдруг она открыла рот, и, улыбнулась! Нет! Я увидела её клыки! О, ужас! Очнулась я от своего крика. Рядом никого. Стояла уже лунная ночь. Чувство голода пробудилось вместе со мной. Я свесила ноги с кровати и ахнула, заметив на спинке кровати аккуратно сложенное платье. Оно всё светилось серебром! Серебряные нити! Как красиво! Нам, вампирам не нужен свет, электричество и в темноте мы всё видим как кошки. Но я зажгла свечу и переоделась. Уложив в пучок на затылке свои длинные, чёрные как смоль волосы, я подошла к овальному зеркалу, висевшему у окна. – Странно, почему все считают, что вампиры не отражаются в зеркалах? – Суеверие, не более того. – Дракула? Историческая личность, маниакальн убийца, собирательный образ всех не-умерших. Он сошёл с ума от любви. Много чего про вампиров привнесено из фантазий писателей, народов, мифов, преданий.... – Арни, почему я всё-время думаю о нём? Когда открываю глаза и встаю, первая мысль о нём. Сколько ещё мне предстоит о нём грезить? Есть ли у меня надежда? — Свет мой зеркало, скажи, как мне правду уличить во лжи? Я спрашивала себя, глядя в своё отражение, и не находила ответа. Не знаю, что овладело мной, но я внезапно, одним порывом выскочила из особняка, и, встретив первую попавшуюся машину, очаровала шофёра и приказала ехать не берег реки, подальше от навязчивого Арни. Мне необходимо было обдумать, как дальше жить, на расстоянии. Спустя час мы подъехали к берегу. Я отправила безвольного шофёра восвояси, а сама села на прибрежный, влажный песок. На меня нахлынула тревога. — Кто-то меня зовёт?! — Арни? Нет. Ему не до меня. — Энди? Тоже нет, с ним всё нормально. — Может, Гарольд? Он мгновенно ощутил на себе мой взгляд, но не отозвался. Чем он занят? Тоже не он. — Так в чём же дело? Я прислушалась сильнее. — Да это же Элен с Тони! Я стрелой понеслась к пещере Тони. Чем я могла им помочь? Присутствием? Не смешно! На краю скалы дрались Алекс и Тони. А Элен стояла у входа в ущелье и с любопытством наблюдала за дракой. Я её не узнала! Её же забавляет эта бойня! Она ликовала! Я попыталась разнять безумцев, подлетев к ним: — Остановитесь! Алекс отшвырнул меня с такой силой, что я, потеряв сознание камнем полетела вниз со скалы, и должна была разбиться вдребезги. Сквозь плотный туман я услышала голос: — Эрика, очнись! Не спи! Не умирай! Я открыла глаза. — Всё плыло, когда воронка оставила меня, передо мной стоял спаситель. Я взмолилась: — Гарольд, у меня всё болит! Я умираю? Гарольд протянул мне руку: — Пей сколько надо. Я мертвецки вцепилась в его запястье и пила. — Вот, теперь немного лучше! Силы наполняли меня. — Гарольд! — я попыталась сама встать на ноги, но не смогла. Гарольд ухмыльнулся, и, подхватив меня на руки, полетел ввысь,так стремительно, что в ушах свистело. — Лихо ты набрался опыта! Ты такой сильный! Он доставил меня в особняк братьев. Я еле стояла на ногах. Как и чем мне отблагодарить спасителя? — Ты меня спас, иначе бы мне пришлось туго! Но почему не Арни? Или Энди? Они не могли почувствовать, что я в беде? Энди вообще клялся в любви! И где он был? — Ты не права, Эрика! Это они послали меня за тобой! Гарольд взял мои руки в свои. — Ты жива, моя Эрика! — А ты красивая! Я в смущении отвела взгляд: — Красивая? — Мне никто не говорил. Гарольд приобнял меня, но тут же спохватился, отойдя на метр. Он теперь глядел не на меня, а на стоявшего позади меня. Я обернулась. — Арни! Мой Арни! Я подошла к Гарольду: — Спасибо тебе, дружище! Я так тебе благодарна! Гарольд подмигнул. — Кстати, с Алексом всё кончено, не станет больше никого мучить! Я крайне удивилась: — Как, ты не шутишь? Гарольд пожал плечами: — Подробности потом, дорогая, а сейчас мне пора, извини! — Я тебя доставил в целости и сохранности, но как-нибудь тебе не мешало бы ко мне заглянуть! Пока! Я всегда тебе рад, и помочь тоже! И Гарольд растаял у меня перед носом. — Удачи тебе, красавчик! Арни не замедлил вставить комментарий: — А ты и впрямь разборчива в мужчинах! Он действительно красив! В него невозможно не влюбиться! Он вызволился спасти, найти тебя и сдержал слово. — Но что там произошло? Кто причинил тебе боль? — Всё в порядке, Арни, Гарольд спас меня от Алекса и убил его. А ты был в это время здесь, мне был нужен ты, а не Гарольд или кто-то ещё! Арни удивился моим словам и замолчал, после раздумий он печально на меня поглядел: — А я думал, у вас с Гарольдом роман, любовь. Что ты в него влюблена. — Нет, Арни, мой дорогой Арни, ты ошибся! Я создала Гарольда, он теперь мой друг, мой брат, и у нас отношения приблизитнльно как у вас с Энди. — Но любить? Арни, ты разве знаешь, что это такое? Сомневаюсь. Арни в ответ промолчал, но было очевидно, наша беседа его потрясла. Я пошла к себе в комнату, чтобы остыть от всего. Арни куда-то пропал, и отсутствовал несколько суток. Я не раз просила Энди поискать брата, и вернуть домой, но Энди отказывался, уверяя, что с Арни всё в норме. Энди намеренно избегал подходить ко мне близко, не желая сердить. Мы понимали друг друга без слов. Но на четвёртую ночь он, встревоженный зашёл ко мне в комнату. — Эрика, я ненадолго тебя покину, а ты здесь одна не скучай! Вероятно, я вернусь вместе с Арни. Я в ответ улыбнулась: — Хорошо бы! Энди растаял в дверях, а я подошла к окну. — Эрика! Я обернулась. В комнате стоял Гарольд. — Как ты, Эрика? Мы сели на кровать. — Гарольд, а ты и впрямь убил Алекса? Алекс сильный, а ты новообращённый. Гарольд указал на связку копий, возле двери. — Ты их украл у братьев? — Успокойся, Эрика! Гарольд закинул ногу на ногу и уставился в потолок: — Мне необходимо оружие, я веду охоту, и теперь более чем уверен, что тот, кого ты знаешь, ведёт не честную игру! — Идёт война, Эрика! Открой глаза! — Ещё эта шайка Элен! У стаи теперь нет вожака! — Гарольд, но ведь ты один, а их много! — Не беда! — А ты не знаешь, куда пропал Арни? Гарольд сел у моих ног и положил голову мне на колени: — Госпожа моя, Эрика, что ты в нём нашла? — Видишь, я у твоих ног, Энди в тебе души не чает, а ты сохнешь по Арни! — Да твой Арни слепой! Я погладила Гарольа по голове: — Гарольд, прошу, даже не пытайся меня соблазнить, ты красив, молод, горяч, но люблю я не тебя! — Даже ты за короткий отрезок времени понял, почувствовал меня, но не он. — Гарольд, отсядь, пожалуйста, подальше от меня, а то я голодная. Гарольд сел на другой конец кровати: — Да видел я твоего любимого! С ним что-то не ладное творится! Один раз, буквально прошлой ночью, он чуть не сшиб меня с ног. Он носится по городу как неприкаянный. Что-то его тяготит, мучает, не даёт покоя. Гарольд замолчал и вслушался. У меня кольнуло в сердце. — Арни? Что с ним? Почему у меня нет с ним связи? — Эрика, да с ним беда. Мы подошли к открытому окну. — Ты тоже чувствуешь не ладное? — Эрика, оставайся здесь! Ты должна, слышишь?! Я заплакала, и сердце моё разрывалось от боли. Гарольд меня обнял: — Я сам отправлюсь на помощь, а ты останешься здесь, и будешь ждать! — Всё будет хорошо! Я рыдала. — Ещё этот жуткий голод, я очень ослабла, эта боль в сердце, казалось, в него вбили кол. — Эрика, я не могу оставить тебя в таком состоянии, ну чем тебя успокоить? Я умоляюще глядела на парня. — Хорошо, я уже в пути, обещаю спасу Арни и точка! Гарольд ушёл, и я осталась одна. Мысли путались. — Арни убит? Что за мысли? Откуда? Не верю! Но знаю, что так, я должна лететь к нему, иначе будет действительно поздно! Я рухнула на пол без чувств. Моя душа покружила над телом и стремительно понеслась к нему, к моему Арни. Душа знала куда лететь, где его искать. И стала свидетелем жуткого зрелища. Вот, Гарольд пронзает копьями несколько вампиров, а Энди сидит возле мёртвого Арни, и пытается привести его в чувства. Враги повержены, и Гарольд подходит к Энди. А я зову Арни, кричу ему, но он не реагирует. Я склоняюсь к нему: — Ну же, Арни, очнись! Ты не умер, ты мне нужен! Если ты умер, я тогда тоже, навсегда! Арни открыл глаза. Видел ли он меня? — Нет! Меня не видел никто! Я отлетела в сторонку и стала наблюдать. Энди дал Арни своей крови, и тот понемногу приходил в себя. Израненный, он пытался встать на ноги, но падал. Энди предложил ему ещё крови, но гордый Арни отказался. — Мне уже лучше, брат! В беседу встрял амбициозный Гарольд: — Арни, тебя ноги не держат, значит надо ещё крови! — Вот тебе моя дружеская рука! Арни в удивлении удивил всех нас. Он не отказался от крови Гарольда. Выпив немного, ему стало и вправду лучше, он поднялся, улыбнувшись Гарольду: — Благодарю, юноша! Теперь мы кровные друзья! Эрика разбирается в людях и вампирах! Я облегчённо выдохнула и понеслась обратно, к брошенному телу. Оно требовало моего возвращения. Я открыла глаза, лёжа на полу, двигаться, не могла. Возле сидел Арни. Он задумчиво надо мной склонил голову и что-то шептал. — Арни! — я растворилась в глубине его глаз, и мне ничего уже не нужно! Арни заботливо поднял меня на руки, и отнёс в комнату. — Как же было уютно в колыбели его рук! Уложив меня на кровать, он робко поцеловал мои волосы, и ушёл. Веки сомкнулись. Сколько я спала, не знаю. Сон, пустой, серой полосой, наконец, покинул, и я пришла в себя. Рядом стоял Гарольд, держа меня за руку. Радости его не было предела, когда я проснулась. Я присела и укуталась в одеяло: — Сколько я хандрила на это раз? — Да так, мелочь, неделю! Я безумно рад, что тебе лучше, что не скажешь про Анри. Стоит упомянуть твоё имя, он впадает в безумие. — Интересно, он знает, что ты пришла в себя? И ещё эта его рана. — Эрика, помнишь моих земных приятелей? Так вот я их тоже обратил. Это одна новость. А вторая новость – победа нашей троицы. Арни, Энди, я над кастой Элен. — Каким образом, Гарольд? — Я показывал тебе копья. Я их позаимствовал у Арни. В комнату ворвался Арни, вне себя от ярости. — Так значит это ты вор? Ты, кого я считал другом! Я думал, те копья твои. Убирайся отсюда! Я никогда не видела Арни в таком состоянии. Гарольд поспешил ретироваться. Арни присел рядом со мной, на кровать и схватился за сердце. — Арни, что с тобой? Он закрыл глаза: — Шайка Элен напала на меня и ранила в сердце. Рана всё не заживает, кровоточит. Вампир тряхнул головой, будто отгоняя морок: — Прости, что это я всё о себе? Как ты? Я улыбнулась: — Уже лучше! — Эрика, прости, я наверно выгляжу в твоих глазах чудовищем! — Хочешь, я верну твоего друга прямо сейчас? — Только не сердись, ты из-за меня опять погрустнела?! — Да, я веду себя непонятно, сам осознаю! — Поцелуй меня — мысленно прошептала я. — Что? Ты что-то сказала, Эрика? Я в смущении залезла под одеяло. — Спокойных снов, Арни! Уже светает! Арни промолчал в ответ. Будто незримая стена проклятья выросла между нами. С приходом ночи к нам в особняк заявилась сама Элен. Она бесцеремонно плюхнулась в кресло Арни. Мы вопросительно смотрели на неё, а она, сделав кислое выражение лица, глядела только на Арни. — Тони убит! Кто-то убил его! — Теперь я одна, у меня никого не осталось. Можно мне пожить у вас? — Конечно, Элен — сдержанно ответил Арни. — Пойдём, я покажу тебе комнату. Они поднялись на второй этаж, а мы с Энди переглянулись. Я пожала плечами. Не прошло и часа, как Элен прошмыгнула мимо меня, и я решила за ней проследить. Я кралась за Элен по улицам, прячась в тенях. Она остановилась в скверике, что-то ожидая, то и дело, оглядываясь по сторонам. К ней приблизилась тень, тут же обретая черты. Я узнала Гарольда. Он примило заговорил с Элен, и она внимательно слушала его болтовню. – Болтать он любил! Я вслушалась. — Боже мой, сколько комплиментов он ей дарит! — Странно, а я думала он ей враг. Но тут я заметила, что за спиной он прячет копьё. — Он же сейчас её убьёт! Гарольд схватил Элен за руку, и замахнулся на неё, он парализовал её волю, она была испугана не на шутку. Тут она увидела меня, и умоляюще позвала. Элен конечно знала, что я за ней слежу! А вышло всё так нелепо! Она хотела вызвать у меня зависть, а вышло наоборот. Я выбежала к ним и закричала: — Гарольд, остановись! На мгновение он отвлёкся и Элен, воспользовалась секундой, чтоб выхватить из рук Гарольда копьё. Гарольд швырнул её на землю, и навис над ней. Но я забрала у него копьё. Удаляясь от них, я мысленно обратилась к нему: — Ты разочаровал меня, считай теперь мы в ссоре! Прощай! Как выяснилось после, Гарольд всё-таки ранил Элен, не существенно, но всё-же. Арни ухаживал за Элен, всячески угождал этой взбалмошной особе. Я видела, все видели, она его очаровала! А я потеряла покой и сон. Однажды Энди, улучив момент, подошёл ко мне, я стояла у окна. — Эрика, я озабочен, с тобой что-то происходит, тебя что-то тревожит, скажи, я помогу! И ещё я хотел бы повторить своё предложение! Давай сойдёмся и будем решать все проблемы вместе? Я с грустью посмотрела на друга: — Энди, я не могу сказать тебе ничего. Мне сейчас не до этого! — В чём же дело? Что за тайна тебя терзает? Он попытался меня обнять, но я вырвалась из его объятий, кинулась прочь, куда угодно! Только подальше отсюда! У Тони было замечательное гнёздышко – его пещера, она сейчас пустует, я отправилась туда. — Бедный Тони! Стоило мне произнести его имя вслух, он отозвался. Окунувшись во мрак пещеры, я вздохнула, как появился серебристый фантом Тони, всего только призрачный мираж! Но фантом зажёг для меня несколько свечей, лишь после растаял... А может, Тони не умер? Я позвала его, но кроме своего эха в ответ ничего не услышала. Подойдя к скульптуре Элен, я заплакала, и поняла, что стою в лужице своих кровавых слёз. — Почему у вампиров вместо слёз кровь? Могла ли я ответить Энди согласием? Чтобы из этого вышло? — Находиться рядом с Арни и не сметь признаться? Что может быть ужаснее? Мой вопрос повис в воздухе. — Арни, Арни, почему ты, а не Энди в моём сердце? — Стоп! К пещере приближался некто бессмертный. Я юркнула за скульптуру Элен. — Смешно! Я теперь стала тенью Элен! Какая честь! Кто-то приближался. Я выглянула. — Ну конечно, это Энди! Кто ещё? Что? Я обрадовалась его появлению? Энди подошёл и взял меня за руку: — Ну и чудно, я тебя обыскался! Полетели обратно домой! Я в удивлении глядела на Энди. — Да это я, а кого ты ожидала увидеть? Может, Арни? Угадал? — Да, ты прав, я люблю твоего брата и больше не хочу скрывать от тебя очевидное! Теперь ты всё знаешь! Энди был потрясён, он отвернулся и закрыл лицо руками. Я так и знала, что новость заденет его, и поспешила покинуть ущелье. Но Энди меня догнал, когда я расстроенная, замерла на краю скалы. Он взял меня за руку: — Ничего страшного! Ничего не произошло! Просто теперь всё встало на свои места, и я предлагаю забыть о моих притязаниях на твои руку и сердце! — Мир? Я кивнула. — Ну, тогда полетели обратно?! Мы летели, держась за руки, Энди смеялся, только мне было не до смеха. Когда мы уже подлетали к особняку, Энди всё-таки удалось меня насмешить. Он, заметив идущую по тротуару женщину, завис над ней и окликнул. Та завопила во всё горло и припустила от нас, обронив сумку. Я подняла сумку, и, догнав женщину, вернула пропажу. Женщина долго стояла как вкопанная, и не могла двинуться с места. На пороге особняка стоял сердитый и хмурый Арни. Он сверлил Энди глазами, а я прошла мимо него в дом,даже не глядя в его сторону. Его это задело, я почувствовала. К моей радости Элен в особняке не было, она покинула нашу обитель! — Стоп! А имею ли я право считать, что принадлежу к их кругу? Что я о них знаю? Да в принципе ничего. Я легла в постель, мои веки закрылись и я провались в темноту. Спать мне долго не пришлось, меня кто-то настойчиво будил. Этот "кто-то" вторгся в мой сон, называя моё имя. Я открыла глаза и вынырнула из под одеяла, и вызвала своим сонным видом улыбку у Энди. Он сел рядом, а я укуталась в одеяло. Меня застали врасплох! Энди указал рукой на кресло, я увидела новое платье. — Как тебе вещи, нравятся? Претензий нет? Я кивнула: — Очень! Твоя забота? Энди погрустнел: — Милая Эрика, да, этим занимался я, но теперь этим займётся Арни. А я отправляюсь в путь. Вот, зашёл попрощаться. Меня ждёт дорога. Именно сейчас, с братом я уже поговорил. Близится ночь. Так надо, зачем, не спрашивай! Вот и всё. Осталось на прощание поцеловать твою ладошку! Без этого мне не будет доброго пути! Я в удивлении замерла, уткнувшись подбородком в колени. Энди взял мою руку, и слегка коснувшись губами, задержал дыхание. Затем, не проронив больше ни слова, он поднялся и просто ушёл. Я наспех оделась, и спустилась на первый этаж, в гостиную. Арни сидел в своём любимом кресле, прикрываясь развёрнутой газетой. Он делал вид, что читает. Я села напротив. — Арни! У тебя в руках газета прошлогодней давности, и ты вполне способен её прочесть не разворачивая. Кого ты пытаешься обмануть? Арни в ответ не шелохнулся. Я рассердилась, встала и пошла на выход: — Я ухожу, Арни, прощай! Задержавшись в дверях, я позвала любимого друга: — Гарольд! Забудем разногласия, я тебя жду, прямо сейчас! Через мгновение мой друг уже стоял рядом, и исподлобья улыбался мне: — Я здесь, Эрика! Я за тобой! Шагнув навстречу к Гарольду, я наткнулась на выросшего перед носом Арни. — Арни! Оставь меня в покое! Давай мирно расстанемся, без всякой там клоунады! Но Арни молчал и глядел на меня в упор, и я тонула в его глазах. — Эрика, я тебя не понимаю! Что случилось? Давай поговорим? Я не хочу тебя терять именно сейчас! Вы с Энди сговорились что ли? Я тебя чем-то обидел? Арни не сводил с меня глаз, он глядел, как художник смотрит на свой гениальный шедевр. Я прильнула к его груди: — Арни! Я обычный вампир. Тебе этого никогда не понять, раз сразу не понял! А вот твой брат... Арни отшатнулся от меня: — Уходи тогда, раз я такой ужасный в твоих глазах! В этот миг я поняла – между нами всё кончено. Вот сейчас он уйдёт, а я отправлюсь подальше с Гарольдом, и больше не вернусь! — Прощай, моя любовь! Только я так подумала, как Арни вернулся ко мне и взял за руку: — Ты никуда не идёшь! Я тебя не отпускаю и точка! Я ликовала! Меня переполняла радость, и я, конечно, покорно последовала за ним, бросив на Гарольда взгляд. Он прочёл мои мысли и всё понял... Арни молча, привёл меня в незнакомую комнату. — Вот моя кровать, в ней спал я несколько столетий назад, когда был человеком. Сюда никогда потом не входил. —Столько лет прошло! Если хочешь – она твоя! Арни зажёг по всей комнате свечи. Бывшая его комната была более просторной, чем моя. Он сел рядом со мной на кровати: — Я не могу читать твои мысли, но твои глаза красноречивее слов, а голос твой волшебство, теперь все правила диктуем только мы с тобой, Эрика! Может быть, скоро, но не сегодня ты всё узнаешь! — Эрика, а ты помнишь что-нибудь о своей земной жизни, когда была человеком? Я пожала плечами: — Абсолютно ничего! Пустота. — Арни, а сколько тебе лет? — Мой год рождения... а нужна ли тебе, правда? — Не хочешь, не говори! — Хорошо, скажу. — В день своего рождения, на сорокапятилетие я и стал вампиром. А родился я в 1635 году. — Это ещё что! Существуют вампиры намного, значительней старше, древнее и могущественнее. Вот один из них и обратил меня с Энди в одну ночь. — Расскажи об этом, Арни! — Не сейчас, давай потом, извини! — Арни, а где спишь ты? — У нас с братом фамильный склеп, он надёжно скрыт под домом. За 400 лет ни одна живая душа не бывала там. — Я покажу тебе его, позже. — Арни, я заметила, тебе не безразлична Элен! Арни промолчал, слегка отвернувшись, и я пробилась сквозь завесу и прочла его мысли! « — Если бы она знала, что Элен просто моя дочь, а вампиром её сделал единственный враг всех вампиров, самый могущественный из всех, что я знаю! И именно тогда, когда Элен была пьяна. С тех пор она стала моим тайным, потом явным врагом. Но сейчас всё изменилось, её шайка потерпела поражение. Их община распалась. А её второго отца я с тех пор ни разу не видел..." — Я удивлена, Арни! Арни повернулся и поглядел на меня: — Меня очень заинтересовало то, что Элен обратила тебя, но ты на неё не похожа, совсем другая! — Да, я просто ангел! — мило улыбнулась я в ответ. Арни поцеловал меня в щёку: — Мне пора оставить тебя, мой ангел! Располагайся здесь! Уже близится утро, скоро светает. — Да, ты прав, Арни! Он погладил меня по голове, и вышел. — Она его дочь!!! Вот в чём дело! Он гладил меня по бестолковой голове. И у него ко мне какие-то отеческие чувства! — Как же всё это глупо и смешно! — Эрика! Ты меня слышишь? Выходи во двор! — Кто это? — Боже, Элен! Но что её ещё надо? Я тихонько вышла из дома. — Предрассветное утро! Самое время спать! Элен выросла у меня перед носом. — А вот и я! Она была крайне возбуждена. — Эрика, знаешь, а ведь это я убила Тони! Он сам виноват! Я отшатнулась от неё. — Быть не может! Врёшь! Каким образом? — А вот так! Элен замахнулась на меня с копьём и почти ударила в сердце. Я упала, и перед глазами всё поплыло. — Опять? Ну, сколько же можно меня убивать, и всё время не до конца? Я провалилась в жуткий сон, когда очнулась, рядом стоял Гарольд. — Очнулась? Всё к лучшему, милая! — Где Элен? — Мы с Арни упекли её в секретную лабораторию, на ней учёные будут проводить опыты. Это ей в наказание! — Гарольд, мне надо к ней! Ну, разве мог мне отказать Гарольд? Есть варианты? Я и Элен, нас разделяет толстая решётка. Элен вцепилась в неё, пытаясь согнуть в бараний рог: — Забери меня отсюда! Эрика, за что они так со мной? Здесь надо мной ставят эксперименты, делают противные уколы, дают не понятную кровь, не понятно чью... Милая, забери меня отсюда! Я согласна на всё! Они со своими уколами лишили меня силы! Я теперь железные прутья согнуть не могу, не то, чтобы пройти через решётку! Я с обидой ответила: — Ты, Элен, злая, у тебя злое сердце и ты никогда не уймёшься! — За что ты хотела убить меня мне уже плевать, а вот за что Тони? Он чем не угодил!? — Да он мне просто надоел! — Эрика на меня ходят смотреть всякие уроды, как в зоопарке. — Ты не представляешь, как они все ущербны в сравнении со мной, даже ты. — И что теперь? Я как клоун. Меня выставили посмешищем! Как ты не понимаешь? Я – богиня! Я избранная! Не ты ли мне об этом твердила? Мне нужен трон и достойный фаворит. Неужели я хочу так много? А на остальное мне плевать! Если Тони вспомнить, то с ним я попала в клетку, а мне нужен простор, и свобода! Элен перевела взгляд в сторону: — Эрика, папа, заберите меня отсюда! Арни подошёл к решётке с суровым выражением лица: — Элен, ты давно мне не дочь, с того момента, как стала дочерью тьмы! Вот у неё, у ночи, у своего покровителя и ищи спасения и защиты! Ты летала в своих мирах, изредка возвращалась ко мне, вспомнив о своём папе. Увы, слишком редко. Я всем сердцем не желал, чтоб ты стала вампиром, ты сама, добровольно стала исчадием ада! Ты создала свою паршивую банду отщепенцев, которой уже нет. — Ха-ха! Ты был вампиром и скрывал это от меня! Ты старательно и умело разыгрывал из себя добродеющего папашу, оберегая от дурных компаний! И получил в итоге, что заслуживаешь! Всё запретное слишком желанно и заманчиво, па-поч-ка! Мой настоящий отец всё-таки придёт и заберёт меня, вот тогда мы с вами со всеми расквитаемся! Элен разразилась жутким, истеричным смехом. — Дочь моя, Элен, ты не бессмертна! Если потребуется, я без сожаления тебя убью, ты уже давно перегнула палку! Эрика была последней каплей! За неё я тебя не прощу! — Отец, ты меня убьёшь? Сомневаюсь! Брось ты! Представляешь, я тут очаровала одного дурачка, так вот он теперь в психушке! И он вампир. Я позаботилась. Никто ему не верит, и мне тоже, что мы вампиры. Арни взял меня за руку и потянул за собой. Я и сама хотела поскорей уйти! Я не желала больше её видеть и слышать! Мы с Арни нашли "дурачка" Элен и кратко объяснили, кто он теперь такой, и как ему вести себя, чтоб не попасться к людям. Когда мы вернулись домой. Меня охватили неописуемые радость и восторг. — Энди вернулся! Я кинулась к Энди и расположилась у его ног. — Энди! Вернулся! Я так рада! Энди передалось моё настроение, и он из кресла перебрался поближе ко мне на ковёр, и обнял по дружески. Арни застыл в дверях, наблюдая за идиллией: — Ну, здравствуй, братец! Он присоединился к нам с Энди. – Я в курсе, где вы были недавно! Вы беседовали с новообращённым вампиром. Я встречал на пути несколько подобных. А ещё есть такой тип людей, которые априори не могут стать вампирами. Они страдают, сходят с ума, или в полной неразберихе-что с ними, кто они. Мы ещё долго сидели и слушали Энди, он рассказывал о необычных встречах, людях, но более всего его трогало искусство во всех его проявлениях. Под конец он сам устал. И замолчал. Мы без лишних слов раскланялись и разбрелись по своим норкам. Вечером меня разбудил Арни, я поглядела на него сонными глазами. — Эрика, просыпайся скорее, нам пора, нас ждёт ночная прогулка над городом. Через пятнадцать минут мы с ним уже летели над куполами храмов, главным собором, людьми, машинами, магазинами и домами. Внезапно моё внутреннее чутьё обострилось. — Ощущение натянутой струны. Если не разгадать в чём дело, то она вот-вот лопнет! И я увидела. На одной из крыш домов стоит одинокая тень, и плачет. — Где она, Арни? Я передала спутнику своё видение, он сразу нашёл тот дом. Мы приземлись на крышу, где на краю стояла красивая девушка, но убитая горем. Она причитала и её худое тело содрогалось. Мы попытались отговорить её от шага в бездну. Я подумала: — Гарольд, тебе бы она понравилась! Вы бы стали самой красивой парой на свете! И Гарольд чуть не сшиб меня с ног, появившись перед носом. Арни погрозил ему кулаком. Но только взгляд Гарольда упал на силуэт незнакомки, он подплыл к ней и протянул ей руку. Девушка в испуге поглядела на нас. Вдруг она шагнула вниз. Гарольд кинулся следом и спас её, я знала как дважды два – четыре, он унёс девушку в своё убежище, которое мне так и не довелось увидеть. Но это дело поправимое! Что-ж, оставим Гарольда в покое, ему теперь не до меня. В последнее время я стала замечать, что Энди скучно моё общество, даже общение с братом вызывало у него печаль и тоску. Выражение глаз свидетельствовало о том, что ему одиноко. Я озабоченно ломала голову как ему помочь. И в один из вечеров ответ пришёл сам собой. Энди стоял у окна в гостиной и смотрел во двор. Я подошла к нему. — Что его так заинтересовало? Оказалось большая собака грызла кость, а рядом сидели две дворняжки и, поскуливая, ждали, когда пёс с ними поделится. — Забавно! Энди или хочет эту собаку в качестве друга, или же настолько голоден. Всё! Хватит строить домыслы, гадать! Энди не хватает друга, а преданней собаки нет никого на свете! Арни нас окликнул и дал на сборы десять минут. Предстояла очередная ночная прогулка, охота. У меня созрел план. — Подарить Энди собаку, и окончательно выяснить отношения с Арни. Именно этой ночью я скажу Арни о своих чувствах, без свидетелей,а как там дальше будет-всё равно! — О боги! Если бы я умела молиться и верила в Бога, то непременно расшибла лбом землю, разжалобив самого творца! Но я не верила и не знала молитв, никогда о Боге особо не задумывалась, а верю ли я во что-нибудь? Я стрелой кинулась в комнату, там меня уже ждало новенькое платье. — Где же они берут такие экстравагантные платья? Грабят, убивают? Я второпях втиснулась в своё новое платье, и положила ладонь на фитиль зажжёной свечи... — Ни боли, ни ожога. Я решила на этот раз удивить братьев, и телепортировалась во двор впервые для себя. — Где же ты,большая псина? Но собака находилась далеко. Не смотря на расстояние, она меня услышала и кинулась на зов. — Быстрее! — умоляла я. Прошло несколько минут, и она уже рядом, с выжидающим взглядом. Я присела и погладила её. Собаке понравилось. Мне захотелось её обнять, и я сделала этот жест. Несмотря на свои габариты, животное никак не проявляло преимущество, оно понятия не имело ни о чём другом, кроме дружелюбия. Я стала шептать псу свои указания, планы и она тявкнула мне напоследок в знак согласия, потом вильнув хвостом, убежала. Ко мне подошли братья. — Эрика? Как ты здесь оказалась? Мы обыскали весь дом. Энди оглянулся: — Не слышите лай собаки? Мы, пожав плечами, ответили, что нет. — Вот, опять, не слышите? Ей нужна помощь! Арни внимательно посмотрел на брата: — Только не говори, что оставишь нас с Эрикой ради какого-то пса! — А что здесь такого? Я так и сделаю! — А вы идите! Я ещё не так голоден! Позже я к вам присоединюсь! Арни перевёл свой тяжёлый взгляд на меня. Луна светила в полную силу, круглая и беспощадная. Глаза у него сияли как алмазы, но для меня его взгляд и он сам были дороже всего на свете, собственного бессмертия, дыхания! Я сильно смутилась и отвела взгляд. — А где вы берёте для меня одежду? — Неужели ты?! —Да, мы с Энди иногда посещаем портного, он мастерски шьёт что-угодно, любую одежду на заказ. У него есть ещё жена-рукодельница, она обшивает твои платья. Как-то давно мы с Энди подарили им небольшое поместье и много драгоценностей. Они в своё время очень помогли нам с братом. Это долгая история. Так вот они и настояли, чтоб мы одевались у них. — Эрика, а теперь ответь ты, это твоя идея с собакой? Зачем? Ты нашла ему друга? — Да, ты прав. Арни приобнял меня и прислонился щекой к моим волосам. Я ликовала, всё идёт по плану! Мы с Арни одни, он обнимает меня! Нам покровительствует луна, сумасбродная и всевластная царица ночь. Я закрыла глаза — Как же сладко быть рядом с ним! Пусть даже когда обнимает по дружески! — Арни, а вампиры могут любить? Он вздрогнул, ослабил свои объятья, и наши глаза встретились. — Да, ты нужна мне, привык! Я заставила себя отойти от него, и, обняв одной рукой яблоню, тихо спросила: — Арни, скажи, а что стало с матерью Элен? Ты любил её? Арни подошёл и сел возле дерева, которое я обнимала. — Нет, я её не то, что любил, здесь другое. Я её толком и не знал. Нам с братом осталось огромное наследство, его вполне хватало на содержание дома, в котором мы и живём, по сей день. Мы держали немногочисленную прислугу, нам хватало вполне на образование. Мы с Арни рано остались без родителей, они погибли. Из всех желающих стать нашими жёнами мне не нравилась ни одна девушка. А таких было не мало. Что уж говорить о любви? Я увлеклась рассказом Арни и не заметила, что уже сижу близко. — Дальше! Что было дальше? Я не сводила с него глаз. — Как я уже сказал, обслуги у нас было мало. Несколько служанок, две из них в летах, одна молодая, и домоуправляющий. В обязанности последнего входило несчётное количество дел, и за это мы исправно ему платили, грех было жаловаться. Молодая служанка в тайне меня любила, и видимо однажды ей надоело, что я в упор не вижу её прелестей, она подсыпала мне в еду какой-то порошок. И воспользовавшись моим беспомощным состоянием, провела со мной ночь. Но я ничего не помнил, поверил с её слов. Вскоре она узнала, что ждёт ребёнка. – И понеслось! Она с упорством маньяка преследовала меня и, обезумев в конец, перешла на шантаж. Она поставила условие – или я женюсь на ней, или отдаю всё своё состояние, оказавшись нищим. Конечно, брат бы мне помог, но такой расклад меня не устраивал. Я сказал ей, что мне надо подумать, она дала мне неделю. И вдруг исчезла. Не знаю до сих пор, что там с ней приключилось, но однажды в дверь особняка постучали, как помню ранним утром. И на пороге наш слуга обнаружил кроху девочку. Это была Элен. Я всё сразу понял. По срокам всё совпадало. Больше я Камиллу, мать Элен не встречал ни разу. Её будто стёрли с лица земли. Мне пришлось стать отцом Элен, и матерью тоже. Но я не жалел, а был даже рад! И мысленно благодарил Камиллу, что она ушла из моей жизни навсегда! Ведь я её никогда не любил! Арни заглянул мне в глаза, мы встали, он взял меня за руку. Он тянул меня за собой. Мы шли, пробираясь сквозь кусты и буреломы. Вдруг я осознала, Что мы чудным образом уже идём по лесу, что сад превратился в таинственный, глухой лес. Арни сделал остановку, он посмотрел на меня. — Всё, Эрика! Дальше нам не пройти! Я с восхищением глядела на него, изучая каждый его жест, взгляд. Он почувствовал меня и прошептал: — Иди ко мне! — Его близость, дыхание, взгляд. Он изучающе на меня смотрел, и я попыталась прочесть его мысли. — Бедное дитя! Ты ведь ничего о себе не знаешь! Обо мне впрочем, тоже. Я в твоих глазах наверно выгляжу эдаким бездушным и непонятным вампиром! Эх, Эрика! Глупо! Я прильнула к нему: — Ты вовсе не бездушен! Ты веришь в любовь между вампирами? Я чувствую, ты знаешь ответ! — Эрика, не знаю! Мы все одиноки, сильнее и обречённее людей. Мы обречены на проклятое одиночество и скитания! А то, что называется вампирской любовью всего-навсего обмен кровью. Мы просто пьём кровь друг друга, и неважно, какого мы пола. У вампиров нет пола в людском понимании. Чем больше тебе импонирует бессмертный, тем сильнее ощущение от близости. — Как интересно, Арни! Я слушала стук его сердца. Наши сердца – моторы бьются в унисон! Он проникся моей энергией любви. — Какое имя у этой твоей силы, Эрика? Ты колдунья! Ты поймала меня в сети и теперь радуешься? Он целовал мои волосы. Я считывала его мысли, понимал ли он это? — Ты не безразлична, нет! — Знаю, Арни! Я поцеловала его в шею, и он прошептал: — Крови. Ты этого хочешь? Знаю, что да. — Пей, Эрика! Как глупо, но я сам прошу тебя... Слегка коснувшись его мягких, податливых губ своими губами, я спросила: — Ты вправду хочешь то, о чём сказал, или... Арни молча, целовал меня. Судорожно сжимая мои ладони своими руками, он будто боялся, что в любой миг испарюсь, вырвусь из его капкана рук, губ. — Арни, ты меня провоцируешь! Умоляю! Я тонула в колдовской бездне его зелёных глаз. Таинственная бездна. Он не выдержал моего пристального взгляда и перевёл взгляд на небо... — Арни! Посмотри на меня! Ты не знаешь, есть ли любовь, а сам боишься на меня смотреть. — Арни! Мой обольститель, где твоя сила и власть надо мной? В чём она заключена? Скажи, ты ведь знаешь ответ! — Я влюбилась в тебя с первого взгляда! Мне тебя всегда не хватало! Разве ты не видел? Ты был слеп или намеренно меня избегал? — Если это игра, то она явно затянулась! — И почему, вот сейчас, ты глядишь на эти проклятые звёзды, а не на меня? Арни мечтательно глядел в небо. — Хорошо, я пойду к Гарольду, или отыщу Энди! Вижу, тебе надо побыть одному! — Вот и поговорили! Я пошла от него прочь, как же я молила, чтоб догнал и больше не отпускал никогда, никуда! И он так сделал! Догнал и сжал в объятьях. — Никуда ты не пойдёшь! У меня всё внутри перевернулось, когда ты сказала, что не любишь Гарольда и ждала, что я приду тогда на помощь! А сейчас шокировала словами любви. Я пытаюсь понять, что происходит, может это сон? — Пробил час всё тебе рассказать! Он прильнул к моей шее и почувствовал губами рвущуюся к нему мою кровь. Но через миг отпрянул. — Давай присядем. Я положила голову ему на колени и закрыла глаза. — Рассказывай! — Половина истории касается тебя тоже... — Слушай дальше, моя Эрика. …Лишь единожды я сделал вампиром человека, тем самым нарушив свою клятву. Это случилось лет сто назад, хотя, я не веду счёт годам Вот ты сейчас можешь сказать какой сегодня день недели, а число? С трудом?! Так у всех вампиров. Однажды, гуляя по лесу, я встретил огромного белого волка. Это был оборотень. Я вовсе позабыл бы про эту встречу навсегда, если бы не история, случившаяся спустя несколько лет. Я снова охотился в том лесу и нос к носу столкнулся с большим волком. Началась наша битва, никто не хотел уступать. Но рано или поздно волк всё-таки уложил меня на лопатки,и оскалившись сверлил меня страшными глазами. Он ловко читал мои мысли, и сканировал прошлое. Как только он узнал, что Элен моя дочь, он слез с меня и отбежал в сторону, однако продолжая наблюдать за мной. Волк внимательно сканировал меня, такого жалкого, поверженного вампира. Я спросил: — Кто же ты? Ты ведь не простой оборотень! Ты близок мне, знаю, но и не вампир. — А ты вглядись повнимательней! Ну как? Он начал превращаться в вампира. — Так это ты! Твоё имя запретное в нашей среде! Ты для нас воплощение зла! — Да, это я! И ничуть не жалею, что сделал твою дочь кровопийцей! Я теперь твой враг не веки! И знаю все твои тайные места! Например, Элен. И ещё знаю, что за всё своё вампирское существование ты не обратил ни одного человека! Почему, не сложно догадаться, ты – трус! Это его последнее слово и жуткий, гнетущий смех ещё долго звучали у меня в голове, как проклятье. Даже, когда он исчез. С того момента я потерял покой и сон. Как неприкаянный я бродил по ночным улицам города, кладбищам, как сам не заметил, что волею судеб пробрался в чей-то дом, и очутился в спальне некой особы. — Моя прекрасная незнакомка! Арни остановился и вздохнул... …Я выпил у неё кровь, оставив живой, но ослабленной. Последние годы её жизни промелькнули у меня в голове, мне стало её жаль. Я проникся к ней жалостью. Но более всего я возмутился, насколько судьба несправедливо с ней обошлась! Ей не везло в любви, единственный любимый человек недавно её предал, разбив сердце и веру во всё. Она пыталась покончить с собой, но в самые последние минуты её кто-то спасал. Родители не понимали и не воспринимали её всерьёз. Всем было на неё плевать. Причём отец ее, иногда даже бил. Я задумался. — А чем я лучше всех тех её обидчиков, предателей? Я желал сделать ей вампиром, обратить, но клятва, данная когда-то самому себе, давала знать. Я не решался переступить ту грань. Несколько следующих ночей я пил её кровь, приходя в её сны бездушным кровопийцей. — Как же легко она впадала в бессознательное состояние и поддавалась гипнозу! Меня пугала, даже ужасала моя сила и её слабость. Я стал мучиться дилеммой: Или убить её или обратить... но под утро я уходил, и она всё забывала. Только лицо её сильнее бледнело, а тело превращалось в скелет. Но я обожал глядеть на неё спящую,гладить по голове. Меня манило к ней с невероятной силой. Что явилось причиной такого притяжения? Не знаю. — Хотя знаю! — Любовь! Я получал от неё море нежности, и что-то ещё несравнимое ни с чем. Ощущения, которые может дать женщина мужчине. Я пил её кровь как нектар. — Да, я никому не говорил слов любви, но приходя к ней, каждую ночь я говорил ей часами, как сильно люблю. Я любил её ещё и за то, что она человек. Так прошёл месяц, за ним ещё и ещё. Пока не наступил момент, который нельзя вспомнить без боли. Я пришёл к ней в очередную ночь. Она мне показалась слишком холодной. Будто из неё вынули душу. — Боже, неужели это сделал я? От неё веяло смертью! Я же её убил! Я прислонился к её груди. Сердце не билось, я мог преспокойно покинуть её навсегда. Но не сделал этого. Я не оставил это слабое создание, которое вот-вот испустит дух. — Ведь она ещё жива! Я плакал как ребёнок, мне стало невыносимо больно. — Если я не спасу её, то умру я, вместо неё... от боли, с горя. Тогда я в отчаянии прокусил себе запястье и прислонил рану к её губам. — Мне показалось? Она вздохнула, и облизалась, кровь частично проникала внутрь, и вот она уже пила мою кровь. Когда девушка открыла глаза, мне стало не по себе. Я почувствовал себя преступником. Ей было мало, она взглядом умоляла меня о помощи. Я приподнял её на руки, и она сама губами искала на моей шее вожделенное место, ей руководил инстинкт. — Пей! Кусай! Иначе ты умрёшь! Она нашла артерию и впилась намертво. Через ничтожный миг она уже опустошала меня, я заметно слабел, но ликовал! Я — творец! В моих руках моё дитя! Оно жадно пьёт мои силы. И будет пить, сколько захочет! — О, этот нектар, дающий бессмертие! Обессилев сам, я уложил её в постель, а сам лёг рядом. Она крепко уснула в моих объятьях. Во сне, воскрешающем сне, она становилась бессмертной, это происходило быстро, и у меня на глазах впервые. Я чувствовал это каждой своей клеточкой. И вдруг я испугался. Мне стало страшно. — А что, если она очнётся и всё поймёт, что если мои чары не помогут? Что, если её рассудок не выдержит такого потрясения? Я должен немедленно её оставить! Из последних сил я высвободился из её нежных рук, и встал, устремив взгляд и мысли к ней. Не стану вдаваться в подробности, скажу только, что я заблокировал её память, внушив, всё ей приснилось, ничего не было. Ничего. По мере того, как я удалялся от неё, мне становилось всё легче и свободней. — Трус, скажешь ты. И будешь права. Больше я не появлялся в том районе, обходил стороной. — Если бы не тот случай, когда судьба свела мою жертву с Элен! Я стал свидетелем, как моя дочь помешала ей спрыгнуть с края пропасти, а после выдала себя за создательницу. Как же это характерно для дочери! А ведь тогда она просто дала тебе немного своей крови и всё… Я отсела от Арни и в замешательстве отвернулась. — Неужели так всё и случилось? Неужели мои сны, и тот, кто меня создал и завладел моей душой, был сам Арни? Как же я не поняла это раньше? — Не может быть! Я не знала – плакать мне или смеяться. Я повернулась к Арни. Он стоял на коленях, обхватив лицо руками: — Прости меня, Эрика! Прости! Он плакал, и его голос дрожал. Я тоже заплакала и обняла его, целуя его слёзы. Когда мы немного успокоились, я прошептала: — Наконец-то всё встало на свои места! Так это был ты Арни, ты сделал меня вампиром, а не Элен! Вот почему меня тянула к тебе неудержимая страсть! Ты был моим недостающим звеном! Вот одна из причин! — Арни, но почему ты молчал всё это время? — Эрика, я боялся! Меня пугало то, что я сделал с тобой! Ведь теперь мою ошибку не исправить никогда! Я очень боялся тебя ранить, задеть, увидеть, и одновременно меня тянуло к тебе! Я специально ждал тебя тогда в сквере, знал, что ты придёшь. Я хотел дать тебе кровь, открыть всю правду. Ты была голодна и машинально потянулась к моей шее. Но я снова отступил. Страх победил. Эта жалкая ответственность быть чьим-то творцом. В моём случае. Я не хотел обращать тебя, полюбил больше всего на свете, а в результате отравил тебе жизнь. — Я преступник! — Я с тобой, Арни! Я прижалась к нему. Мы стояли в колдовском лесу,обнявшись. — Эрика, это странное ощущение, которое ты у меня вызываешь пугает меня до сих пор. — Это стихия, против которой мне – капле этого океана не устоять! — Теперь, Эрика, мы с тобой связаны навеки! Он прижался губами к моей шее, целуя: — Должен ли я спрашивать тебя? Ты хочешь? Его страсть и жажда доводили меня до исступления. Я задыхалась от эмоций и переполняющих меня ощущений. Как же я ждала этого момента! — Арни! Неужели сейчас всё случится? Это не сон? — Эрика, люблю тебя! — Арни резко вонзил в моё горло свои острые клыки, и я полностью погрузилась во тьму. Она отступала, и царство мрака затопило меня багровым, вязким. — Этот обжигающий цвет агрессии. Боевой цвет силы крови. — Странно! Он забирает мои силы, энергию, а мне кажется это я пью его нектар. — Это и есть любовь! — услышала я за спиной чей-то голос, и обернулась. — Арни. Как же он красив! Бардовый бархатный костюм, залаченые волосы убраны назад, и повязаны шёлковой лентой. — Как ты прекрасен! Он подошёл ко мне с невероятно сияющим лицом и нежно обнял. — Какой ты нежный… Он, мой единственный, любимый, ласково гладил моё тело. И тут я опомнилась. — Я же стою перед ним совсем обнажённая! Арни прочёл мои мысли, ответив долгим поцелуем. После, он с упоением начал разглядывать мою грудь, и ниже… — О, трепетный ужас! Арни будто гладил меня и ласкал, не прикасаясь. Мои веки налились свинцом, и я сладко уснула. Закрой глаза, и ты увидишь его рядом. Он — твой создатель, твой безмолвный спутник и господин. Я очнулась в склепе братьев, в гробу Арни. Ложе было усыпано розами, я втянула в себя ароматы, и опьянённо улыбалась, стоящему рядом Арни. Он неподвижно стоял, склонившись ко мне, с закрытыми глазами, и что-то шептал, будто читал молитвы. — Арни, любовь моя, открой мне свои объятья! Мой чёрный ангел, мой господин! Арни смотрел на меня удивлённо. Он провёл пальцем по моим губам: — Я наверно не должен был так поступать… Я тихонько засмеялась: — Арни, вечно ты во всём сомневаешься! Иди лучше ко мне! Арни лёг со мной рядом и обнял правой рукой. Мы находились в его с братом фамильном склепе, вдвоём. Насладившись друг другом, под самое утро, мы крепок уснули. — Ни утро, ни вернувшийся с охоты Энди не могли помешать нам! Нас с Арни связывала теперь прочная, незримая нить. Как же сладко спать в его объятьях! Даже просто рядышком. С приходом следующей ночи мне не пришлось идти на охоту, убивать кого-то. Его близость, сильные, но нежные руки, весь он, его горячее сердце ,запах волос — Мне не забыть никогда! — Мой Арни! — шепнула я. Он тут же отозвался нежным поцелуем, касаясь губами моих губ, щёк, глаз… Мы лежали, обнявшись, и блаженно дремали. — Разговоры! Словами чувств не передать. Я слегка укусила моего героя за мочку уха. Он вздрогнул и открыл глаза. И всё понял, что я хочу. Я пила его кровь, и тонула от наслаждения. Ночь сменяла ночь. Мы с Арни повсюду были неразлучны, как одно целое. Что нам до того, что Энди впал в меланхолию, и интересовался только двумя вещами – дружбой с собакой и охотой со своей собакой. Казалось, Энди нас не замечал, или мне хотелось так видеть. Одной ночью, после прогулки мы ступили на порог особняка и замерли. Повсюду расставлены маленькие разноцветные свечки, и на столе стоят наполненные бокалы. Я сразу поняла в них кровь, но чья? Весь пол был засыпан лепестками красных роз. — Этот аромат! Он повсюду! Я поглядела на Арни: — Ты тоже это видишь или у меня галлюцинации? Арни коснулся губами моих волос: — Самого главного ты и не заметила! У нас гости! Я не поверила глазам. Только сейчас заметила гостей вампиров, сидящих вокруг стола. Мои ноги приросли к полу, но Арни потянул меня за руку, усаживая рядом. Вампиров было не меньше дюжины. Они, молча, но красноречиво глядели на меня. Мне стало неловко, и вспомнился тот самый вечер, когда друзья Элен устроили надо мной суд. Я вздрогнула. Но Арни мысленно успокоил: — Не бойся, это мои друзья, а все, что было с Элен забудь, больше тебя никто никогда не обидит! Я всегда буду с тобой! Странно одно,все в сборе,только нет брата. Я окинула гостей взглядом: — Господа, чем мы с Арни обязаны вашему визиту? Вы во фраках, париках, шляпах... — У нас намечается бал-маскарад? Мы с Арни вопросительно смотрели на гостей. Самый старший по годам вампир, на вид ему было лет пятдесят, одетый в чёрный бархатный костюм, слегка улыбнулся, снял шляпу и кинул на пол. — А седина ему к лицу — подумала я. — Ничего не произошло, мы просто узнали, что Арни нашёл себе пару, и решили пригласить к нам, на пир устроенный в вашу честь! А как насчёт свадьбы? Арни взял мою руку в свою: — Бэс, я безумно рад, как тебе, так и твоим друзьям! Я и сам хотел предложить Эрике стать моей женой, но мы ведь вампиры и всякие земные церемонии, вроде свадеб для нас всего только предрассудки. Всё зависит от Эрики, пусть она решит. Мы и так с первой нашей встречи повенчаны судьбой! Любопытные взгляды гостей устремились на меня. Я пожала плечами: — Нам и без свадьбы не плохо! Арни продолжил: — А мне кажется, вы просто по нам с Энди соскучились, а наше сближение с Эрикой лишь повод к встрече! Я прав? Микаэль засмеялся: — А ведь ты как всегда прав! Согласись сын мой, ведь раньше ты был на меня в обиде, но сейчас-то простил?! —Я же вижу! Арни кивнул. Бэс приподнялся с места: — Если будет необходимость, зови нас, Арни, моё почтение! Сказав это, Бэс растаял, за ним исчезли остальные. Арни встал и развёл руками, увидев пришедшего брата: — Как же я сразу не догадался! Это твоих рук дело? Ты их позвал! Энди сел рядом с нами, собака улеглась у его ног. — Свадьбы не будет — сказала я. — Мы с Арни не хотим никаких пиршеств! Нам и так хорошо! Энди немного удивился, гладя собаку за ушами. — Нет-так нет! — Да будет вам известно, они сами узнали без меня, что вы вместе. Энди встал: — А теперь, разрешите вас покинуть! Не стану вам мешать! Энди подошёл к двери и задержался на минуту, многозначительно глядя на брата: — Арни! — сказал Бэс — твоя дочь, она изолирована от общения с тобой, со мной и Эрикой. Совет так решил. Впредь, как бы она не хотела, она отгорожена от нас стеной. Теперь ей нам не навредить. На ней заклятье. Энди ушёл. Арни обнял меня: — Слава небу! Да будет так! — он прижал меня к себе, целуя. — Как же я тебя люблю! Ты в моём сердце! Я утонула в его нежности. Он коснулся губами шеи, заставив трепатать то место, которое для нас является самым эрогенным, источником бессмертия и непостижимой тайны, даже для нас самих. Но я остановила Арни: — Милый, а расскажи, как ты стал вампиром? Пожалуйста! — Ты действительно хочешь знать? — Да, Арни, расскажи! Арни протянул мне руку: — Тогда прошу вас, моя госпожа,самое время для прогулки! Так мне будет легче начать свой рассказ! Мы гуляли по улочкам города, как простая смертная парочка. Зачинался рассвет. Арни крепко держал меня за руку, наконец, я дождалась, он начал свой рассказ: …Когда мне исполнилось тридцать пять, мы с братом отправились в Бельгию, учиться. Мы мечтали стать художниками, да, ты не поверишь, именно так! Среди учеников художника той эпохи мы с братом казались стариками, но он увидел в нас фанатизм, волю к искусству и принял в свой круг, нет, не друзей, а учеников. Разумеется, мы ему платили. Шёл 1660 год. Мы с Энди старательно учились мастерству, и пришли в восторг, когда нам стали доверять расписывать храмы и здания. Нужно отдать должное моему учителю! Когда он изредка появлялся в кругу своих учеников, мы трепетали. У нас вырастали крылья, мы впитывали каждое его слово, жест. Наш учитель был гением! Казалось, когда он кладёт свой мазок на холст, его рукой движет ангел! Его друзья, тоже известные люди нам симпатизировали. Мы все очень сдружились. Если ты удивлена, что при тебе я ни разу не брал в руки кисть, скажу одно, после того как нас с Энди обратили мы зареклись. Хотя, может Энди и рисует, тогда он умело скрывает это от всех. После того случая, перевернувшего всю мою жизнь я проклял искусство, всех художников и поклялся никогда не рисовать больше. Тот факт, что друзья великого художника нас любили за талант и любовь к искусству являлся вдохновителем и двигателем наших стремлений к самосовершенствованию. Имена Антониса Ван Дейка, франка Снейдерса тускнели перед именем мастера, самого Рубенса. Ван Дейк тоже обладал талантом, но Рубенс для всех считался авторитетом. — Ваш учитеь был сам Рубенс? — Да, ты не представляешь, как долго я молчал о прошлом, своей боли. — Дальше! Что было дальше? Я замедлила шаг, коснувшись ладонью его щеки. — Арни, ты плачешь? Он смахнул слезинку. — Подумаешь, какая-то слезинка! Мы пошли дальше. Арни немного помолчал, бросая пустые взгляды под ноги, а потом продолжил: Всё произошло хмурым, дождливым летом. В сумеречный день мы спешили с Энди домой, поскорей закончить работу, нас ждали друзья, знакомые, мы совместно снимали особняк. Наши друзья жили в соседних комнатах, и в доме всегда было шумно и весело. В тот день у меня был день рождения, я уже говорил. Мы с Энди подрабатывали реставраторами, расписывали храмы, дома, что не мешало нам учиться у мастера. У Рубенса мы проучились целых десять лет. Элен тогда жила с нами, а до её обращения оставалось ещё несколько лет. Служанка исправно заменяла ей меня в моё отсутствие. Расписав внешние стены храма, мы вошли внутрь. Храм был пуст и в нашем распоряжении. Мы заметили в полумраке тень, она мгновенно приковала наши взгляды к себе. Тень гипнотизировала нас, мы вгляделись внимательней, и нас повергло в шок, незнакомец стал обретать черты мастера! Тень манила нас к себе, двери храма захлопнулись сами, и церковь погрузилась во мрак. Всё произошло в считанные секунды. Призрак сшиб меня с ног и повалил на мраморный пол, проявив невероятную силу. Призрак имел имя Микаэль. Ты его только недавно видела, это он. Что-то острое впилось мне в шею. Я провалился в сон. Очнулся от жуткой боли в голове, теле, но силы быстро оставили меня... В окна храма проникали убийственные лучи солнца. Они меня жутко бесили и ослепляли. Я повернулся, рядом сидел обескураженный брат. Он с испугом на меня глядел, и я прочёл его мысли: — Что случилось, Арни? — Почему у меня болит всё тело? Я какой-то другой, ты тоже, а шея… — Ты что-нибудь помнишь, Арни? Я заметил на его шее две красные точки. Мы еле собрались с силами и добрели до нашего дома, где нас уже не ждали. Все отсыпались по комнатам, а мы заперлись в своих, замуровались. Благо, Элен жила отдельно с няней. Мы с братом крепко проспали до ночи. Когда я открыла глаза, то по его взгляду поняла, он доволен, ему хорошо. Ещё не рассвело. Мой взгляд задержался на оголённом участке его шеи. Я коснулась губами. Этот редкий пульс в его артерии, он свдит с ума и обжигает! Зачем мне слух, зрение, зачем? Арни откинул голову, и я жадно впилась ему в горло своими маленькими, но острыми клыками. Перед глазами всё поплыло. Передо мной выросла призрачная стена воды, простираясь до неба. Я пальцем тронула её, и меня окатило ледяным потоком чувств и ощущений. Арни стоял рядом, и мы находились в его склепе. Я легла в его гроб и позвала: — Арни, иди ко мне, уже утро! Так хочется спать! Ты так на меня смотришь, будто видишь в первый раз! Он промолчал в ответ и улёгся рядышком. Он лежал на спине, я прижалась к нему, положив голову на грудь: — Арни, что-то не так? Что случилось? Он молчал, но я поняла, он хотел крови, моей, его одолел голод. — Пей! — я зарылась лицом в его мягкие волосы, и застонала от боли. Он жадно иссушал меня. Таким голодным я ещё его не видела. Я всецело ему покорилась. Он не может меня убить, выпив всю кровь без остатка, если любит. А ведь он любит! Его объятья ослабли, и он закрыл лицо руками. Я быстро уснула у него на груди. Меня кто-то тряс за плечи. Я лениво открыла глаза. Если это не Арни, снова буду спать, пошлю их всех!.. — Арни? Я хочу спать, оставь меня! Арни подхватил меня на руки и вынес из склепа. Стояла тихая, безлунная ночь. Я быстро просыпалась, вдыхая ночную прохладу, глядя в небо Поразительно! Став вампиром, я почти не утратила восприятие прекрасного в мире. Природа, искусство и подобное могут потрясти меня до слёз... — Эрика! — Его голос вернул меня в реальность. — Прости, любовь моя, я был очень голоден, я немного увлёкся, чуть не переборщил! Не спи! Ты проспала несколько суток! Если вампир долго не просыпается, то впадает в кому, из которой потом трудно выбраться, тебе, ведь это знакомо! — Ты голодна! Арни подпрыгнул вверх, и через миг мы уже находились в нашем заветном лесу. Арни нашёл мне несколько зверушек, я опустошила их,но мне не хватило крови. Настолько мало, что я не смогла стоять на ногах,я сидела на траве, Арни обнял меня. — Милая, я в твоём распоряжении! — Нет, Арни я не хочу твоей крови! Он встал и исчез, а через несколько минут вышел из кустов, неся на плечах человека. Сбросив тело к моим ногам, он отошёл в сторону: — Этого мужчину я встретил первым, у леса, он ещё не остыл. — Пей, Эрика! Ты должна жить! Я села у изголовья жертвы и наклонилась. Мужчина шелохнулся и попытался открыть глаза, но я не дала ему опомниться, я выпила его кровь с такой быстротой, что самой стало дурно... Арни еле оттащил меня от жертвы. Он поднял меня на руки: — Эрика, ты убила его, а потом пила мёртвую кровь. Это опасно. Обещай, что впредь будешь контролировать себя! Понимаю, что кровь зверей это ничто в сравнении с нашей или человеческой. Ты в порядке? Я поглядела на Арни и улыбнулась: — Да, спасибо! А теперь поставь меня на ноги! Я уже могу и ходить и летать, а то ты меня избалуешь окончательно, и я разучусь ходить... Арни смотрел на меня как на своего шаловливого ребёнка... — Нет уж! До дома я понесу тебя на руках, хочешь или нет. Ты ведь моя невеста! Мы вернулись в наш особняк. Ощутив под ногами пол, я закружилась в танце. Арни мной любовался. Пусть его холодный, неприступный взгляд скрывал это, но я знала – он меня любит! Не все вампиры каждый день спят, и их убивает свет дня. Я, Арни, Энди, к нам это не относится, мы способны прогуливаться по миру в любое время суток, когда захотим, солнцезащитные очки вполне спасают нас от света... Конечно, если в жару я выйду на пекло, и буду долго стоять, солнце начнёт меня убивать, но я ещё в своём уме и делать этого не собираюсь. Арни уснул, я решила немного почитать, последняя книга, что я взяла из библиотеки братьев была про вампира Лестата «История похитителя тел», быстро, на одном дыхании я прочла шедевр, получив столько впечатлений. Писательница так нас чувствует, понимает, будто сама вампир. Я представила, а какой этот вымышленный Лестат? И вспомнила Гарольда... Образ Гарольда подходит. И мне захотелось навестить своего друга. Я тронула спящего Арни за плечо: — Арни! Я ненадолго. Хочу навестить Гарольда. Ты не против? Арни, с просоня обнял меня и прошептал, целуя: — Разве можно тебе отказать? Я умчалась к Гарольду. Как же давно я его не видела! Он уже был в курсе насчёт меня и Арни, в курсе всех новостей. Мы долго беседовали, а потом я побродила по его дому. Девушка Гаролда закрылась в своей комнате и не захотела выйти. Наш с Арни и Энди особняк был почти таким же по размеру. Когда пришли его друзья, было три часа дня. Я приветствовала их, любопытно было разглядеть друзей Гарольда, ставших вампирами. Мы весело распрощались, и я отправилась домой, где меня уже заждался любимый. В моей голове созрел план. И я незамедлительно привела его в действие. Арни натыкался в доме на предметы искусства картины и скульптуры. Увидав мною купленную картину, висевшую на самом видном месте, он замер как изваяние и долго не мог двинуться с места. Это же была копия самого Рубенса! А когда он увидел меня, пытавшуюся вывести на холсте линию, он не сдержался, не мог пройти мимо. Я намеренно выводила каракули. Он вынул из моей руки кисть и сменил на мольберте лист. — Смотри, это делается так! Нельзя бояться рисовать, надо смело держать кисть в руке. Кисть это продолжение руки. Я пыталась изобразить старание, а на самом деле намеренно и безжалостно уродовала листы, один за другим. После несколько часов мучений со мной. Арни обнял меня, и кисть выпала из моих рук. Он с нежностью прошептал: — Не хочу тебя обидеть, но тебе лучше не рисовать, а чем-то другим заняться,и учитель из меня никакой! Я ликовала – цель достигнута! Он ни за что не бросит рисование, я знала, он снова начнёт рисовать. Знала! Сделав вид, что мне немного обидно, я вышла из комнаты. Теперь Арни повеселел и каждую ночь, по несколько часов рисовал. Я незримо любовалась его творчеством. Его полотна меня восхищали! Оказалось, что Энди втайне рисовал всегда, и теперь он тоже ничего не скрывая, держал дверь своей мастерской открытой. Казалось, что наше с Арни безоблачное счастье будет длиться вечно. Пока мне не приснился сон. Мы с Арни спали. Я вскочила и кинулась будить любимого: — Арни, мне приснился наш с тобой ребёнок! Я его качала вот этими самыми руками! Наша с тобой дочка! Я плакала, уткнувшись ему в плечо, и умоляла: — Арни, я хочу ребёнка! Он целовал меня, желая успокоить: — Это был только сон, сама же знаешь, это невозможно! Я отвернулась от него, и больше не проронила ни слова. Мне было больно. Он не понимает меня. Впервые! С того момента я стала часто уединяться. Сон неизгладимо испортил мне жизнь. Очень часто я оставалаь спать в нашем лесу. В нём круглые сутки царила ночь. Меня всецело охватила одержимость иметь ребёнка. Иногда я приходила к Арни под утро, молча, ложилась рядом и засыпала. Я чувствовала, он порывался меня обнять, заговорить,но не решался. Однажды, бродя по лесу, я столкнулась с Гарольдом. Я поделилась с ним о своей мании. Мы шли по тропе, и он в свою очередь поделился со мной своим наблюдением: — Я видел, был свидетелем, что Арни страдает... — Гарольд, я хочу ребёнка, нашего с Арни ребёнка, понимаешь? Гарольд пожал плечами: — Не знаю чем тебе помочь, у вампиров не может быть детей, ты знаешь лучше меня! Мы с Гарольдом тепло расстались. Когда я вернулась в особняк, почувствовала, что он опустел. Что же произошло? Энди вышел мне навстречу. Собака села у его ног, и уставилась на хозяина, Энди был сильно расстроен: — Эрика, Арни уехал, ему приспичило встретиться с Микаэлем, ты видела его. — Теперь мы с тобой остались одни. Когда он вернется, не знаю. Я ошеломлённо села в кресло Арни и видела, как Энди с собакой пошли на прогулку. Потом, по инерции встала и вышла на крыльцо дома. Энди неподалёку играл с собакой. Он кидал ей палку, и она весело несла её обратно. Энди заметил меня и мысленно обратился: — Тебе сейчас грустнее, у меня хоть есть друг! Я подошла к ним и погладила пса. — Как ты назвал собаку? Прости, что спрашиваю только сейччас! — Его зовут Чарли. — Милый вампирский пёсик! Я потрепала Чарли за ушами, взъерошила шерсть и поцеловала в лоб. — Забавный! Энди молчал. Я встала и поглядела на него. — Ты сам не свой! Что с тобой? Он взял мою руку и прижал к сердцу: — Это сердце страдает! Эрика, скажи, почему не я? — Я пытался смириться, но не могу! Почему ты выбрала его? — Я полюбил тебя сразу, как только он принёс тебя в дом. Тогда ты меня дразнила, чтобы вызвать у него ревность. Давала мне надежду. Но нет, я не виню тебя, прошу, умоляю, верни мне моё сердце, не мучай больше! Или убей! Прямо сейчас! Энди был вне себя. Он тяжело дышал и кровавые слёзы полосками стекали по его лицу. Я с болью в сердце быстро стёрла его слёзы и по дружески обняла, мысленно умоляя: — Прости, но сердцу невозможно приказать любить именно тебя, а не Арни. — Прости, что я люблю именно его! Тебя я люблю тоже, но по дружески. Энди сжал меня в объятьях: — Тогда позволь тебя поцеловать! И обещаю, что буду держать себя в руках. Я хотела ему возразить, но он обезумев, целовал моё лицо, шею. Он впился мне в шею своими клыками, и я со всей силы оттолкнула его. Ему всё-же удалось попробовать меня. Он кинулся прочь от моего гнева, собака убежала за ним вслед. Через секунду рана на шее зажила, но мне было жутко и паршиво. Плата за любовь! Бедный Энди! Он по сути ни в чём не виноват! С того случая мы избегали встреч. Я скиталась по округе, странствовала по другим странам, и тешила себя надеждой, что случайно столкнусь с Арни. Но шли дни, недели, я потерялась во времени. Был поздний вечер. Выдалась промозглая погода. Промокшая до нитки, я забрела в некий сиротский приют. По видимому я появилась не во время, и в детской спальне. Дети, завидя меня, не прошеную гостью в испуге забились под кровати. Но взгляд мой задержался на ребёнке девочке. Она сидела в дальнем углу спальной, и хлопала глазками. Я мгновенно прониклась любовью к этому маленькому созданию. Мне стало не по себе. У неё же порок сердца! Бедная! Так все говорят. Я это увидела. В тот самый момент я открыла в себе способность видеть людей и вампиров (почти всех) насквозь. Девочке оставалось жить несколько лет. Я подошла к её кровати и села рядышком. К моему восторгу девочка дала себя погладить. Какие у неё золотистые локоны! Какая она маленькая и глазки пуговки! Странно и великолепно! И я рядом с ней будто бы тоже стала маленьким ребёнком. Мне захотелось хлопать от восторга в ладоши. И девочка ничуть не испугалась меня, всю взъерошенную и промокшую. — А, правда, что ты моя мама? Мама, почему ты так долго не приходила? Забери меня с собой! Я оторопела, её голос колокольчик свёл меня с ума. Я взяла её ладошку и поцеловала: — А ты будешь меня слушаться? — Да, я буду самой послушной дочкой на свете! — Я всегда знала и верила, что ты меня найдёшь и заберёшь отсюда! Девочка тихонько засмеялась, так искренне, что у меня замерло сердце. Она крепко прильнула ко мне и быстро уснула на моих руках. Мне ничего не стоило усыпить такое маленькое существо. — Боже! Как же жестоко здесь относятся к детям! Как к зверям! Образы из сна малютки один за другим сводили меня с ума. — Анна! Что они с тобой вытворяли! Из здорового ребёнка чуть калеку не сделали! Били, морили голодом, один мальчик хулиган избил ногами, а все стояли и никто не заступился, не остановил безобразие. — Бедная моя! Вот и ответ! Это судьба! Я бережно укутала девочку в одеяльце и взяла с собой. Ступив на порог особняка, я поняла: — Он вернулся! Мой Арни! Что ещё нужно для счастья? Я разбудила девочку, она слабо стояла на ногах. Я загородила её собой от Арни. — Арни, ты вернулся! А у меня для тебя новость! Он подозрительно поглядел на меня, и чуть не потерял дар речи, когда перед ним возник ребёнок. Я взяла её на руки и протянула Арни. — Папа?! — Арни, это теперь твоя дочка! Познакомься! Мы искали нашу Анну долго-долго, а теперь нашли! Какое счастье! Что Арни мог ответить? Моя радость сменилась печалью. — Знаешь, Эрика, я не ожидал от тебя такого вот сюрприза! Он демонстративно хлопнул дверью и покинул нас с Анной. После прогулки он ушёл к себе, закрыв дверь, ни с кем не разговаривая. Из своей личной комнаты мастерской он не выходил несколько суток. Анна не поняла реакции отца, и плакала, почему папа не хочет её увидеть. Я утешала девочку как могла. Вскоре я поняла, моя девочка-ангелочек очень отходчива и смышлёная. Мне не пришлось скучать в роли мамы. Энди сразу принял девочку как племянницу. Меня же он избегал. Теперь меня избегали оба брата. Я всецело отдалась воспитанию малышки, и всё время тратила на неё. Когда мне нужно было поохотиться, я оставляла Анну с няней. Энди часто играл с девочкой в догонялки и прятки, дом большой, прячься – не хочу! У нас появились служанки, несколько поваров, и привычная тишина сменилась смехом и шумом. Я исполняла все прихоти дочки, балуя её. У нас имелись деньги и мы могли позволить себе всё, что душе угодно. Арни с Энди в очередную из прогулок наткнулись на одного кладоискателя, тот обнаружил сундук с драгоценностями и сидел рядом в полном замешательстве. Братья его загипнотизировали и конфисковали сундук. А кладоискатель отныне завязал со своим увлечением. И каждый раз, вспоминая странную парочку с клыками, вздрагивал и крестился. Кода Арни всё-таки удостоил меня своим появлением, он совершенно преобразился. Он смирился и мило принял Анну в объятья. Энди по прежнему души в Анне не чаял. Мы с Арни помирились и стали даже ближе чем были раньше. У нас появилась дочь, будто я её выносила и родила. Анна плод нашей любви! Прошёл год. Я стала замечать, что Анна окончательно к нам привыкла, полюбила нас и приняла в своё сердце, и не из-за того, что больше чем мы никто её не любил, что больше её не мучили, и прошлое осталось кошмарным сном. Нет! Она приняла нас с Арни как своих родителей, про порок сердца я боялась вспоминать. Арни о болезни ничего не знал, не почувствовал. Однажды доченька увидела на улице музыканта скрипача и загорелась желанием играть на скрипке. Я быстро приобрела для неё великолепную скрипку, и наняла самого лучшего педагога. Теперь я стала поклонницей двух талантов, даже трёх. Энди ведь тоже изумительный художник. Но мы с ним редко общались лично. Арни просто обожал рисовать под аккомпанемент дочери, когда та разучивала очередную партию. Анна часто простаивала у картин отца и наблюдала, как тот рисует. К великой радости и удивлению, болезнь Анны отступила, будто её не было вовсе. Когда она спала, я положила ладонь ей на грудь и проверила. Я была готова к приговору, но от болезни не осталось и следа. А ведь я уже давно готовилась к неизбежному. Чтобы обратить её не было и речи! Я сразу решила так-если ей суждено умереть скоро, то я ей восполню крупицу того,что она заслуживает по праву ребёнка… — Тепло, ласка, забота. Мы с Арни, Энди, его собака всё это дали девочке. Когда я поняла, что Анна исцелились чудным образом,я рассмеялась и обняла спящую красавицу принцессу. — Малышка моя, как же я счастлива, что у меня есть ты! Когда ты проснёшься, я закажу тебе огромный торт, как ты любишь! У нас сегодня будет праздник! Анна спала сном ангела. Она, конечно, замечала за нами странности, но особо не парилась, как все дети. Когда мы все вместе сидели за столом и делали вид, что тоже едим, пьём, Анна понимала, что мы притворяемся. То, что мы с утра и до вечера куда-то пропадали, приучило её тоже иногда по ночам бодрствовать. Она вопросительно на нас глядела, но молчала. Я полюбила читать книги, прикасаясь к ним, особенно любила их запах. Портные наши уже давно поумирали, теперь вещами занималась я, что-то перешивала, что-то мы с Арни покупали. А для дочери мы наняли портниху. Женщина сразу полюбила нашу дочь. Анна была скромна в своих запросах. Однажды я зашла в мастерскую Арни, и мой взгляд упал в угол комнаты, там валялись скомканные свёртки бумаги. Подойдя поближе, я развернула один лист, затем другой. На них была я, мои портреты, почему он выбросил и скомкал? Они же превосходны! Только у меня на глазах слёзы. Вошёл Арни. Он присел и вздохнул: — Это неудавшиеся портреты. Когда ты бросила меня, я пытался тебя вернуть, твой образ, хотя бы на бумаге. А красные пятна, кровь на бумаге это. — Твои слёзы догадалась я. Ты плакал, душа моя? Я села к его ногам и положила голову ему на колени. — Я тогда только о тебе думал! — Ну, прости, Арни, я была не права, что отправилась скитаться, бросив тебя! — Всё уже в прошлом, забудь милая! На десятилетие Анны мы устроили пир, пригласив по просьбе дочери любимую няню и молоденькую служанку, ставшую подругой имениннице, ей было восемнадцать лет. Мы сидели за столом, когда вошёл опоздавший Гарольд. Анна встала из-за стола и расплылась в улыбке, увидав моего друга. Гарольд как заворожённый подошёл к девочке, встал перед ней на одно колено и поцеловал её ладошку,и протянул ей алую розу: — Это тебе от дяди Гарольда! Арни поднялся с места, помрачнел и велел девочке отправляться в свою детскую. Анна взяла цветок и убежала. День рождения был испорчен. Арни предупредил Гарольда, чтоб держался от Анны подальше. Гарольд в недоумении глядел вслед убежавшей Анне. Арни, заметив, что Гарольд его игнорирует, повысил свой голос: — Уходи, Гарольд! Чтобы духу твоего здесь не было! Чтоб я тебя не видел рядом с Анной! Гарольд кивнул и покинул нас. Я побежала к Анне извиниться за отца. Никто не ожидал, что так получится. Вскоре я получила от Гарольда письмо. Иногда мы развлекались и таким способом связи. Он отправился в путешествие со своей пассией. Но, по видимому их союз скоро даст трещину, они стали часто ссориться, с ней ему было сложно. В ближайшее время возвращаться Гарольд не планировал. Прошло ещё десять лет. Анна превратилась в девушку ангела. Чтобы сделать её одной из нас речи не было. Для нашего круга-табу! Как-то Арни оставил нас с Анной абсолютно одних, все куда-то подевались, и служанки и Энди. В дверях появилась чья-то тень. Нет, то был не Арни. Это вернулся Гарольд! Я кинулась к нему на шею: — Мой друг, ты вернулся! Дай тебя обнять! Анна слегка приветствовала Гарольда кивком головы и опустила взгляд. Увидав прелестную дочь, Гарольд обомлел. Он закрыл глаза ладонью. Я почувствовала, что он влюбился в Анну без памяти. Что он полюбил её ещё десять лет назад. Он приобнял меня и прошептал: — Эрика, я всю жизнь искал Анну, навеки ею покорён, а со своей бывшей я давно расстался, девять лет назад. Я очарован твоей Анной на веки! Я вернулась к дочке, она мне шепнула на ушко: — Мам, а кто это? Вошёл Арни. Как всегда кстати! Он был в гневе. А Гарольд? Не сводил с Анны глаз. Он упал перед Анной на колени и протянул ей белую розу. Анна в смущении покраснела, и дрожащей рукой приняла цветок: — Вы Гарольд, я вспомнила вас! Ттолько в прошлый раз была красная роза! Она убежала. Арни кинулся к Гарольду, схватил за шиворот и прорычал, я его таким ещё не видела: — Она невинна! Ду-рак! Мы не собираемся её обращать! Тем более отдавать кому - попало! Я же запретил тебе, щенок здесь появляться! А ты опять за своё? Гарольд хладнокровно оттолкнул Арни, улыбнулся, сделал нам поклон и испарился. Несмотря ни на какие запреты, Гарольд с Анной встречались. Я знала. Они гуляли в тенистых садах и лесах. Она иногда играет ему на скрипке. Только Арни находился в неведении. Однажды о себе напомнила Элен. Когда Гарольд рвал любимой букет, с ней беседовала Элен. Она сдала нас всех с потрохами, сообщив дочке, что все мы вампиры. Гарольд ещё не успел собрать букет, его что-то насторожило. Он почувствовал близость бессмертного, и подоспел вовремя. Элен схватила Анну и пыталась укусить. Анна вырывалась и позвала на помощь. Он в один миг вырвал Анну из лап Элен, и унёс в наш особняк. Мы с Арни испуганно выслушали его рассказ. Я с болью в груди смотрела на лежащую на кровати Анну. — Она жива, Гарольд спас её! Герой! Арни немного поворчал на тему тайных встреч, но все, же поблагодарил Гарольда. Гарольд попросил нас с Арни встать рядом и робко опустил взгляд: Я прошу у вас руки дочери! Я её люблю, она меня тоже! Мы не можем друг без друга! — Как же лет через тридцать? А пятьднсят? Она же будет стареть, и умрёт, как вы перенесёте? Неужели она будет всю жизнь кивать вам головкой и слушать дальше ваше враньё? Арни вы хотите лишить её своей воли, а она ведь свободна! Если вы её не отпустите, я всё равно её заберу с собой! Арни вскипел: — Никогда! Гарольд спокойно возразил: — Я её забираю не против её воли! Арни открой глаза ей уже не десят лет! И теперь ты меня не запугаешь! Я всё сделаю для счастья ангела! Арни был готов накинуться на Гарольда: — Только попробуй! Ты вообще кто такой? Я прижалась к Арни: — Милый, я всегда молчала, но сейчас скажу! Успокойся! Гарольд прав! Анна его любит, я знаю. Если бы не я, они бы подрались. Гарольд вызывающе смотрел на Арни: — Я ваш родственник, и только из уважения к Эрике держу себя в руках! Арни!!! Глупо отвергать очевидное! Мы с Анной друг друга любим, как ты любишь Эрику, так я Анну. Анна очнулась, села на кровать и обвела нас взглядом: — Папа, мама, я сделала свой выбор, и всё о вас знаю. Я знаю, кто вы, но меня это совершенно не пугает! Вы как были моими родителями так ими и останетесь навсегда! Арни, от вида дочки смягчился, подошёл к ней, поцеловал в лоб и вышел в окно. Так просто и непринуждённо, что я развела руками. Мне осталось попрощаться с влюблёнными, оба были мне дороги. Анна конечно больше. Я проводила их до дверей, и они побежали, широко раскинув руки, навстречу счастью… Арни ещё долго переживал, что мы остались без любимой Аннушки, но потом смирился. Спустя год я узнала от Гарольда на расстоянии, что Анна желает стать бессмертной, и ей нужно моё согласие. — Это ваше личное дело, решайте сами, я конечно против, только ей не говори. И передавай ей привет! — Хорошо, тогда благослови, Эрика! И на следующую ночь меня позвала Анна! Мне показалось? Высвободившись из объятий Арни, я вышла за порог дома, во дворе стояла Анна. Я обняла принцессу и поняла, насколько сильно соскучилась. Как опустело всё без неё! Но Арни нельзя говорить, он только что смирился, что ты ушла… Анна поглядела мне в глаза: — Я знаю, мама! Я тоже по вас соскучилась! — Гарольд обратил меня, я не жалею, даже наоборот. Дочка оставила меня, её заждался Гарольд. Они торопились на первую для Анны охоту. Я заплакала. Но Арни, проснувшись, меня утешил. Спустя несколько лет со мной случилось нечто невероятное. То ли во сне, то ли на яву, а может, в лихорадочном бреду, я покинула спящего Арни, покинула его владения и очутилась на берегу бескрайнего океана. Силой воли я подпрыгнула вверх и взлетела над водной гладью, и вот, вдали показался еле заметный сказочный остров. Я пересекла океан, и, ступив на берег, присела на песке, не ощущая прохлады ночи. Я просто-навсего знала, что он холодный и всё. Уже светало. Но мне не хотелось спать. Первые лучи солнца не пугали меня, а радовали. Я пальцем на песке начертила имя: — АРНИ, где ты? Арни сразу меня услышал: — Я знаю, где ты сейчас, Эрика! Что-же! Я знал, это должно было случиться рано или поздно. Ты преодолела океан забвения, но помнишь меня, ничего и, ни кого не забыла. Теперь ты будешь видеть всё по иному, и никакое воспоминание неспособно уже тебя огорчить! — Всё так, Арни! Арни продолжил: — Эри-ка…я вжился в твои взгляды, понял твою суть, пусть поверхностно и не сразу. Я принял все твои жизненные привычки человека, которые остались в тебе. Твоё человеческое естество требовало семьи и детей. Модель семьи. Он и она. Желание иметь ребёнка. С тобой я перестал бояться себя, своих чувств и узнал о себе много нового, ты мне так помогла! Я впервые полюбил! И теперь Эрика всё это уже не главное для нас с тобой. У нас с тобой кредо-стезя одиночества. И надо всецело принять этот факт. Мне было с тобой так чудно, прости, что мало говорил о любви, скажу сейчас. — Я любил, и буду любить только тебя всегда! Я долго сопротивлялся себе и тебе, жаждал тебя, любви, мы связаны с тобой. Ты навсегда в моём сердце! Но твой первый путь завершён, поиск окончен, и твоя суть, как я не опасался, нашла свой исток. — А полюбить ты ещё сможешь и не раз…и сильнее чем меня. Я вгляделась и увидела родной образ Арни, он мне грустно улыбался: — Эрика, ты безумно смелая! Для нас нет ни вечера, ни утра, ни завтра, ни вечера! — Только сегодня! Обрести себя важнее всего на свете! Я протянула ему руку, пытаясь ладонью коснуться его лица: – Арни, мой родной, с тобой я познала истинное единение двух душ и сердец. Когда мы спали, ты слегка меня обнимал, и я слушала биение твоего сердца, как упоительную колыбельную,и я засыпала, и мне не нужно было больше ничего, когда я чувствовала твою близость, тело, сердце. Я всецело тебя полюбила, ты был рядом, отгонял страхи, врагов, охранял меня от себя самой. — Я полюбила каждую чёрточку на твоём лице и ладонях. А твои – искренность и нежность ко мне? — Ты тоже меня прости, когда я тебя оставила в поисках ребёнка. Тогда я больше искала себя, а не Анну. И ты понял, пусть не сразу, но принял Анну, полюбил и смог отпустить , ты дал мне раскрыться в полную меру, раскрыл все чувства, дал распуститься нашему цветку любви! — Эрика! Ты стоишь большего! Кто знает, может, мы когда-нибудь увидимся? Кто знает? — Милый мой мастер, рядом с тобой я обрела свою целостность, обещай, что не бросишь писать картины и простишь Анну, если она станет одной из нас! — Обещаю! Арни тёплым, лёгким ветерком коснулся моей щеки: — Прощай, моя Эрика! — Прощай, Арни! Странно. Но после прощания с тем, кто был мне дорог, как никто на свете, мне вовсе не было тяжко, горько, душа не плакала. Всё осталось в памяти. И только гармония с собой и с миром. Мне стало свободней дышать, я примирилась со всем на свете. Мысленно сказала Анне. — Доченька, будь счастлива с Гарольдом! Она меня услышала: — Спасибо тебе мамочка за всё! Я попрощалась с Энди и Гарольдом. После, я поднялась и произнесла: — Этот Остров Эйфория. Что ждёт меня здесь? Не знаю. Но в одном я уверенна точно, если и существует рай для вампиров, то я его уже нашла.