Your blood - my temptation

— Это самый нахальный студент в аудитории. Самый! — злится педагог, пока черноволосый парень стоит рядом и дерзко кивает на его ругательства новому директору. — Я устал, так что лучше тебя поучат здесь, если дорого место в Ёнсе, — шикает он и выходит из кабинета, хлопая дверью. В эту же секунду Сокджин щелкает замком, посмеиваясь с происходящего. — Третий профессор, которого ты вывел из себя? — вскидывает бровь уже черноволосый Намджун, всовывая ладони в карманы бежевых брюк. — Похоже, я должен радоваться тому, что ты решил пощадить мои нервы четыре года назад. — Должен, — ухмыляется Ким, подходя к младшему и проводит по его плечам обеими ладонями. — Хотя, я бы не стал трепать их тебе. — Так почему делаешь это с ними? — хмыкает Джун, перекладывая руки на талию хёна, которого он подсаживает перед собой на стол. — Прости я, — он хмыкает, — очень вредный, — бормочет брюнет, ведя кончиками пальцев по ледяной коже и обвивает талию Кима своими ногами. — Давай, ты будешь послушным сегодня, — предлагает компромисс директор и медленно приближается к лицу Джина, целуя его скулу. Вампир прикрывает медовые глаза и разбалованно ухмыляется. — Не хочу, — шепчет Ким, плывя от касаний его лица, пухлых губ напротив. — Ты бы знал, как смешно наблюдать за тем, как они пытаются засадить меня на сессии, но из года в года лажают, потому что я всё равно знаю их предмет. — Твоя наглость и правда не знает границ. — Ухмыляется Нам. — Может, все же выполнишь мою просьбу? — мужчина целует уже губы Сокджина, прикусывая. — Нет, — отвечает в поцелуй парень, — у меня триста восемнадцатый день рождения, сегодня я достаю профессоров, чтобы вместо их скучных пар побыть с тобой, что в этом плохого? — Невыносимый, — проговаривает в поцелуй Джун, оглаживая длинные ноги, которые сползли на его бедра. — У меня есть для тебя подарок. — Удиви, — Смеётся Ким. — Полет в Бад-Райхенхалль на следующие три недели. — Отличный выбор, там невероятно красиво зимой. — Джин застывает, прокручивая это название в голове ещё раз, и вспоминает свой родной город в Германии. — Стой. — Покажешь, где был твой особняк? — Черт возьми, Намджун, — парень отодвигается от него, чувствуя, будто вот-вот вскрикнет, — я так люблю тебя! — он бросается в объятья. — Не был там двести пятьдесят лет. Вампир улыбается, с лёгкостью беря Сокджина на руки, и целует. Хён отвечает, окольцовывая бледную шею своими ладонями, и, чуть оторвавшись, ведёт алыми губами по линии челюсти, касаясь ими по-эльфийски вытянутого уха. — А ведь я только хотел предложить тебе сбежать отсюда, хотя бы временно — шепнул он. — Ты читаешь мысли? — Возможно, у вампиров больше способностей, чем ты предполагаешь, — на щеках засветились ямочки. — Сбежать от учебной процессии или Кореи? — Учёбы. Ты же знаешь, как меня тошнит от неё. При чём у меня уважительная причина. — Сокджин спускается к шее мужчины, мягко целуя и иногда прикусывает кожу. Намджун прикрывает глаза, после чего переводит угольные радужки на свои часы и вздыхает. — Думаю, как директор, который устал, могу позволить себе перекус до завтрашнего дня, — он ухмыляется, вспомнив, что в расписании Джина ещё одна пара, — и возможность отчитать вредного студента на дому. — Я буду рад такому раскладу. ___ Оба вернулись в квартиру Джина, куда Нам переехал уже как четыре года назад, начав удачно сдавать свою за не маленькую сумму. Он много чего успел поменять за это время. Из-за постоянной работы и возможности не уставать, его повышали буквально каждый год и, в итоге, он сменил собой прошлого директора. Но пары по английскому вел все также, видя на них своего парня. Они с Джином не распространяли в университете то, что они пара, а догадывался кто-то или нет, их не интересовало. Из-за огромной экономии на еде, появилось много денег. Это позволило бы им обоим выезжать каждые полгода за границу, но пара пока осталась в Корее, не желая путешествовать. На это у них ещё появится время, как на будущий полет в Райхенхалль. Намджун кардинально поменялся внешне. Кроме волос, которые отросли и стали натурального цвета, в нем появилась вампирская аристократичность и накопленные неловкие ситуации, когда за ним начинали ухлестывать студенты. Он и Джин, в лучшем случае, должны помолчать о своих отношениях, чтобы не получить осуждения со стороны других. Поэтому каждый раз, когда очередной студент или студентка, подходили к Наму, мужчина смотрел на Кима, который озлобленно собирал вещи и надеялся на то, что его ученики как минимум будут жить. Потому старший был очень вспыльчив к подобным ситуациям. В принципе, как и Джун, когда видел рядом с Джином парней, или ещё хуже, педагогов, которые пытались к нему подкатывать. Так же, Нама поражала сущность вампиров. После своих отношений он мог с уверенностью сказать, что чувства остывают и этого не избежать, но не в этом случае. Они будто с каждым днём начинали любить заново и никогда не уставали от присутствия друг друга. В общем, если подводить итог, то он с уверенностью мог сказать, что жизнь приобрела лучшие из своих оттенков. Лишь в последнее время он начал думать о самом главном минусе и плюсе одновременно. Уже успел поговорить об этом с Юнги, потому что тот сам только недавно избавился от мыслей о вечности. Похоже, такое происходит со всеми новообращёнными. И сейчас брюнет тоже думает об этом. О том, что будет после. — Всё хорошо? — интересуется парень, быстро целуя младшего в щёку. — Да, — бормочет брюнет, после чего улыбается и быстро подбегает к вампиру, который был уже на кухне, обняв его со спины. — Чем хочешь заняться в свой день? — Напиться до состояния овоща, — Сокджин тянется к своему бару и смотрит на алкоголь, — Что предпочитаешь? — Я всеядный. — Вино двадцатилетней выдержки подойдёт, или это кощунство, чтобы тратить на простую пьянку? — В твой день рождения на пьянку я бы потратил вино и столетней выдержки, но, к сожалению, я ещё столько не прожил. — Тогда пьём его, — довольно ухмыляется Сокджин. Он берёт рядом лежащий штопор, быстро открывая бутылку. Развернувшись лицом к Джуну, Ким отпивает вина, пробуя его, даже не кривясь от лёгких нот горечи, после чего вздыхает. — Оно великолепное. — Я не сильно разбираюсь в алкоголе, поэтому просто поверю тебе на слово, — мужчина ведёт взглядом от алых глаз к пухлым губам парня, которых снова касается стеклянное горлышко с вином. — Бокалы нам не понадобятся? — вскидывает бровь он, наблюдая, как Сокджин убирает бутылку, но с уголка губ стекает красная капля, похожая на кровь. Младший подхватывает её кончиком языка, касаясь губ старшего, и чувствует привкус терпкого алкоголя. — Вино правда отличное. — Шепчет Ким. — Это ведь пьянка, а не роскошный ужин, но, если ты хочешь бокалов, — улыбается брюнет. — Да и такого «ужина» у меня больше не будет. Твоя кровь была лучшим, что я пробовал когда-либо. Оба улыбаются и после того, как Джин всё же берёт два бокала, они идут в обнимку в гостиную, садясь напротив окон. Пока старший разливает вино, брюнет снова погружается в мысли, поджимая губы. — Тебя ведь что-то беспокоит? — Начинает парень, отвлекаясь от вина. — Всё-то ты видишь, — улыбается он. — Я лишь предположил, — пожимает плечами хён и доливает алкоголь, оставив бутылку рядом. — Боюсь будущего. Вечности. Не знаю, вроде, когда только обратился, думал, что это подарок судьбы, а сейчас напуган этим. Я не хотел напрягать тебя, потому что, вдруг тебя тоже это беспокоит, — в какой-то лёгкой растерянности отвечает Нам. — Нет, — Джин поднимает голову на своего парня и тихо шепчет, — уже как три века не беспокоит. Мужчина вздыхает, опуская голову. — Вечность — это просто время, — он чуть улыбается, — люди задумываются о смерти, которая неизбежна, а мы о вечности, которая неизбежна. У каждой жизни есть свой нюанс. У тебя пропадет это пугающее чувство, правда. Потому что в итоге ты вспомнишь, что такое жить и наслаждаться этим, — Ким кладет голову на грудь мужчины и обнимает его руку. — Последнее столетие я думал не о бессмертии, а о смерти. Это волновало меня больше, потому что меня здесь ничего не держало, но потом появился ты. Я не обращаю внимания ни на смерть, ни на вечность, потому что у меня есть смысл и я просто живу. Ах да, об этом думают все новообращенные, не переживай, — ладонь Кима касается щеки напротив. *** Юнги касается дверной ручки своего нового дома. Они с Хосоком за это время, также, как и Намджун с Джином, решили избавиться от своих старых квартир и воспоминаний. Так что теперь их снимают другие люди. На отложенные деньги они подумали раскошелиться и, собственно, недавно купили дом. Как только дверь открылась, Мина встретила рыжая кошка, которая начала тереться о его ноги и по-домашнему урчать. Подняв Сани на руки, он прошёл в гостиную, где сидел всё такой же ярко-рыжий Чон, с головы до ног укутанный в пёстрой мишуре. Темноволосый Юн заметил, как его парень растянул улыбку, а сам начал рассматривать ёлку, которую они украшали в преддверии рождества. — Получилось отлично, — младший вместе с Сани сел на пол, рядом с Хосоком. Кошка забралась на плечи рыжеволосого, стаскивая лапками шелестящую мишуру, а Мин поцеловал хёна в щёку, уткнувшись носом в его приятно пахнущие волосы. Хосок обнял Юнги, и, как только Сани спрыгнула на ламинат, повалил младшего под себя на пол, прижимая к себе как можно ближе. — Как на работе? Наверное, все поражаются тому, как долго ты сидишь за ноутбуком и не устаёшь, — улыбается Хо, оголяя клыки, и оглаживает кончиками пальцев бледные скулы Мина. — Да. Начальник изумлён моей работоспособностью, — он вытягивает губы уточкой, хмыкнув, — а это означает моё возможное повышение. — Как раз хотел сказать тебе, что меня тоже повысили. — Неужели? — поражается брюнет. — Это нужно было сделать ещё два года назад. Поздравляю, — Юнги быстро целует губы парня и обвивает его шею руками. — Кстати о поздравлениях. — Я помню, что у Джина день рождения и уже успел поздравить. — Я и не сомневался, просто хотел уточнить, — оправдывается младший. — Скоро и у тебя день рождения, — Мин смеётся, — если бы мои родители узнали, что мой парень почти пенсионер, они бы, мне кажется, тут же потеряли сознание. — Ах, а разница в возрасте Джуна и Сокджина тебя не смущает? — Меня и наша не смущает, я просто шучу. Кстати, ещё, — парень садится обратно, и стаскивает с Хосока оставшуюся мишуру, — ты бы не хотел куда-нибудь слетать? — Я не против. Деньги на пятизвёздочный отель тоже будут, — Юнги видит очаровательную улыбку, — я был только в России, Франции и Японии. — Не хочешь в Великобританию? — спрашивает парень с надеждой в глазах. — Там как раз дождливая и пасмурная погода. Хосок пожимает плечами, усмехаясь. — Полетели. — Спасибо! — брюнет снова накидывается с объятьями. — Ты не думал, что там мы вполне можем встретить ещё вампиров? — задумывается Чон. — В Франции они точно есть. — Вполне, но я правда не задумывался. Не знаю, после случая с Вадалвалфом меня пугают другие вампиры, особенно, если они такого же возраста, что и Джин. Или ещё старше. — У тебя стереотип, что они самые кровожадные? — Хо звонко засмеялся. — Даже Вадалвалф не носил мантию и не питал желания сжигать людей на площади. Да и не переживай, вряд ли такие остались. Обычно вампиры, которым за три, четыре столетия уже погибают. Либо с их парой что-то происходит, либо они просто устают. Не могут иди в ногу с новым обществом, технологиями. Застревают в своём времени и не могут принять перемен. — Хо поджимает губы. — Джин тебе об этом не рассказывал? — Говорил, что даже когда ему было двести, устал. — Я о том же. Но теперь всё хорошо. А ещё, знаешь… — Чувствую, ты хочешь предложить отметить твоё повышение. — Засмеялся Юнги. — Читаешь мысли, Юнни, — Хосок затягивает младшего в очередной поцелуй. *** Оба Кима напились с пол бутылки вина и это успело поразить Нама, потому что раньше он был устойчив к алкоголю. Вампирское опьянение тоже было чем-то новым для него. Правда, Джин вёл себя как тот же человек под градусом. От его прежней галантности и аристократичности не осталось и следа. Только громкий смех из-за любого пустяка и расслабленное состояние. — Каждый раз удивляюсь тому, как тут красиво, — протягивает Джун, смотря в панорамные окна и вздыхает. В его глазах плывут огни, которые начинают постепенно загораться в сумеречном Сеуле, как вдруг он снова слышит смех своего парня, который лежит на другом конце кожаного дивана с открытой бутылкой, так как на бокалы они уже успели забить. Ким поворачивает на него голову и сам начинает смеяться с не пойми чего, а после берёт кожаную подушку и кидает её в Джина. — Разве я сказал что-то смешное? — вскидывает бровь мужчина, после того, как хён по пьяни не успевает поймать её, и она прилетает ему в лицо. — Я не знаю. Джун улыбается, уже просто уставившись на старшего, который медленно съезжал с боковушки дивана из-за смеха. Парень приоткрыл алые глаза, для того, чтобы сделать ещё несколько глотков вина, а Ким продолжал его рассматривать и вздыхать уже от самого Джина. Хён поднялся и нормально уселся, облокотив руку с бутылкой о спинку и прикрыв глаза, закинул нога на ногу. — Помнишь, ты как-то спрашивал меня о моей родословной? — мужчина кивает. — Я покопался в ней, оказывается, я действительно, двоюродный правнук Чосонского Короля, который тоже был Кимом. — Парень начинает смеяться, — поверить не могу, если честно. Мою прабабушку звали Сиджон. — Так ты все же, вау, — протягивает мужчина и хмурит брови, — а вдруг, ты переродился и был тем самым Королем? — растягивает улыбку он рассматривая вампира по-лучше. — Все может быть. Возможно, мы тогда были вместе и поэтому я искал тебя так долго. — Да, только, вряд ли Король мог в то время позволить себе близость с мужчиной. Оба сначала сидели напряжённо, но после вновь выдохнули, засмеявшись и забыли об этой теме. — Я не пил так давно. Не делал этого лет пятнадцать. Точнее, я пил с тобой совсем немного, но, чтобы напиться до такого состояния, — протягивает старший. — Чувствую себя по-настоящему классно, меня больше никто не хочет убить, кроме профессоров, которых я достаю, это так охуенно. Мужчина смеётся, и Сокджин подхватывает это в момент, когда пьет, подавившись алкоголем и расплескав его на лицо и одежду. — Твою мать, — не может успокоиться он и вытирает себя рукавом той же вещи, которую запачкал. — Это была моя любимая водолазка. — Я бы хотел сказать до этого, что профессорам придется иметь дело со мной, чтобы убить тебя. Сокджин улыбается, и, поднимаясь, подходит к Наму, садясь с ним и передавая бутылку. Джун пьёт ещё, добивая себя по голове градусом и смотрит на парня, который находится в десяти сантиметрах от его лица. — Вино ведь отстирывается? — Я постараюсь, а так, не знаю, — пожимает широкими плечами хён, кладя ладонь на бедро мужчины, и начинает водить по нему кончиками ногтей. — Буду надеяться, что да. А ещё, как думаешь, что на этот раз преподы устроят мне за выходки? — Звучит смешно, пусть сначала получат докторантуру как ты, а потом права качают. — Ты просто единственный педагог, который относится к студентам хорошо. — Констатирует факт парень. — Да что ты, — улыбается он. — Все курсы об этом болтают. А ещё о том, какой ты красивый, умный. О том, что некоторые из них хотят сблизиться с тобой, — смеётся парень. — Бедолаги, — Ким делает глоток, — а знаешь, какие у меня сюрпризы? Я пока не был директором, не знал, что профессоры, которые яро доказывали какие они гомофобы, оказывается были просто латентными геями. Они иногда шепчутся по поводу тебя. — Чёрт я, кажется, даже знаю, кто это. — Отвратительно. Я держусь, чтобы не высосать их кровь так, чтобы они сморщились в изюм. Джин прыскает со смеху, услышав это высказывание, как и Джун, который допивает все вино. Парень пытается чётко смотреть на младшего, но в его глазах плывёт. Он упирается лбом в лоб мужчины и продолжает растягивать улыбку, проведя ладонью от бедра выше к его черной водолазке и переводя её на правый бок. Нам приподнимает голову, начав целовать скулы Сокджина, и обнимает его, руками подтягивая к себе. Парень прикрывает глаза, находя губы Кима своими, и толкает его на спинку дивана, перекидывая ногу и усаживаясь к нему на колени. После ладони старшего застревают на бедрах брюнета, пока они напористо целуются, чувствуя на губах друг друга привкус закончившегося вина. Джин спускается поцелуями к шее Нама, кусая, и тихо стонет, когда его руки прижимают к себе. Парень пытается просунуть ладони между ними вниз, чтобы стянуть с Джуна водолазку, но проигрывает ему в силе и в итоге плюёт на всё, порвав вещь прямо на мужчине. — Что ты делаешь? — усмехается он. — Пытаюсь тебя раздеть, — отвечает хён, спускаясь поцелуями ниже и присасываясь к шее и ключицам Кима. Нам закусывает губу, пока парень стягивает с него обрывки водолазки и откидывает за диван, опускаясь всё ниже, и сжимает его бедра. Младший затягивает Кима обратно в поцелуй, а он в этот момент начинает плавно двигаться на Джуне, имитируя толчки. Вампир тихо вздыхает на действия Сокджина и задирает уже его водолазку, опрокидывая и вдавливая парня собой в диван. Брюнет отвечает на поцелуй, протягивая руки к брюкам мужчины и стягивает их вместе с бельём. — Твою мать, — шепчет Нам и расстёгивает узкие джинсы хёна, — как их вообще стянуть, — бесится он. — Советую тебе быть осторожным и не рвать их. Они мои любимые. — Конечно, какая же ещё твоя одежда так сильно позлит меня. — Именно, — проурчал Сокджин. Младший наконец справляется, стаскивая с парня оставшуюся одежду и из вредности кусает брюнета, слегка отпивая у него крови, пока Ким глубоко вдыхает, впиваясь ногтями в спину мужчины. — Черт, — ругается хён. Джун в этот момент переворачивает Сокджина на живот, шлёпая, и кусает плечи через ткань. Мужчина ведёт ладонью по входу старшего и медленно вводит два пальца, начав сжимать бедро хёна на его громкий вздох, пока он прогибает поясницу и придвигается ближе. Ким двигается навстречу, чувствуя, как холодная ладонь Нама блуждает по его телу и останавливается на груди, игнорируя не стянутую с него водолазку. Брюнет стонет, когда младший добавляет третий палец и оглаживает стенки изнутри. Мужчина опускается, целуя Кима вдоль позвоночника и расставляет пальцы в нём, заставив дрогнуть, после чего достаёт их и медленно оглаживает бёдра парня. — Намджун, — хнычет он из-за того, что брюнет тянет, — пожалуйста, — парень упирается лицом в локоть и придвинувшись, начинает тереться о пах мужчины. Нам вздыхает, шлепая Хёна ещё раз, и ведёт пальцами от поясницы до его лопаток. Через секунду Ким начинает медленно входить, все ещё дразня. Он слышит, как Джин под ним скулит, поэтому вставляет до конца, выбив из его лёгких громкий стон. Рука продолжает идти вверх и в итоге оказывается на голове вампира, после чего Джун впутывает пальцы в черные локоны и тянет на себя. Хён сразу поднимается за ладонью, вытягивая руки, и выгибает спину идеальной дугой. Нам наблюдает за этим, начиная двигаться, закусывая губы. Сокджин стонет и просит ещё, пока младший ускоряется, после чего он останавливается и входит медленно и глубоко. — Ох, блять, — вздыхает парень от каждого толчка, пока Джун улыбается, наблюдая за таким опьянённым Джином. Мужчина двигается то быстро, то медленно, сжимает рукой его ноги и ягодицы до синяков, которые все равно вскоре пропадут. А парень не находит себе места, поэтому после того, как толчки обретают бешеный темп, он начинает громко стонать, иногда срываясь на короткие вскрики от удовольствия. Джун на секунду останавливается, отпуская волосы старшего и оглаживая тело под собой. — Малыш, тебе не кажется, что ты испугаешь соседей? — Пусть бесятся или завидуют, мне плевать, — быстро отвечает парень, начав тихонько двигаться на встречу. Ким усмехнулся и провел дорожку поцелуями по широким плечам, касаясь ладонью алых губ старшего. Джин целовал пальцы брюнета, взяв их в рот, а Джун быстро толкался, выбивая из Сокджина уже простые вздохи и мычание, так как занял его рот. Парень двигался навстречу как можно быстрее и умудрился громко выдохнуть, когда рука младшего прошлась по его стояку. Нам надрачивал парню в такт и достал пальцы из его рта, проводя ими по губам, облизав свои, и понял, что не успокоится, пока не поцелует старшего, поэтому быстро развернул его под собой на спину. Мужчина переплел с ним пальцы и поднял обе его руки, вытянув их над головой Сокджина, придавливая его к коричневой обивке дивана. Он нагнулся, держась за ладони вампира, коснувшись его губ своими и начал искусывать их и вздыхать, когда брюнет сам продолжил какое-то движение, ведь Джун его полностью сдерживал собой. Парень вдруг попытался вырвать руки из хватки младшего, но все было тщетно. Поэтому Ким напряг ноги и всё-таки умудрился победить мужчину и перевернуть его под себя. — Какой же ты упрямый, — раздражённо упрекает он Нама, обхватывая его руками и ногами. Сокджин сжимает сильные плечи под собой и двигается уже на Джуне, полностью контролируя ситуацию. В какой-то момент он застывает, находя идеальный угол и максимально ускоряется, упираясь лицом в шею мужчины, который стонет под ним, сжимая длинные ноги парня. Брюнет начинает кусать линию челюсти Кима и переходит на его губы, напористо целуя, затыкая самого себя от вскриков. К опьянению Намджуна добавляется удовольствие и он, сильно прикусив губы своего парня, откидывает голову назад и страдальчески вздыхает, а брюнет ахает, когда полностью ложиться на младшего, и его член трётся между их животами. Он в последний раз выгибается и громко стонет в унисон с Джуном, после чего они одновременно кончают. Парень продолжает целовать всего Кима, иногда на секунду отвлекаясь, чтобы набрать в лёгкие как можно больше кислорода. Он останавливается на шее, просто перебирая кожу на ней губами, пока Нам выходит из него, заставив дрогнуть, после чего ложится рядом с Джином, расцеловывая его лицо и искусанные губы. — Это было огонь, — сказал парень и закинул на Джуна ногу, когда он рассмеялся со сказанного. — Соглашусь с этим, — мужчина проводит ладонью от талии к рёбрам вампира, мягко касаясь губ и проводя кончиком языка по его клыкам, после чего резко рвёт водолазку на Сокджине, которую они так и не сняли, в отместку за свою. Парень остаётся в ступоре, смотря на обрывки одежды, которые Джун выкидывает с наглой улыбкой, ожидая того, как на него взъесться парень. — Я же просил, не рви! — психует он, будто бы протрезвев, потому что вспоминает, какую цену отдал за эту вещь, испачканную в вино. — Да? — Блять, Намджун! Сокджин приподнимается, чтобы напасть первым, но Ким его опережает, сжимая руки, ноги, и кусает его губы, чтобы предотвратить ругательства. Парень брыкается, дергая ногами, но ничего не может поделать, вспоминая, что у Джуна такая же вампирская сила, и бесится из-за этого ещё больше. — Ким Намджун! — как-то вскрикивает он, но после вздыхает и на минуту расслабляется из-за действия алкоголя. — Джинни, такой беспомощный, нужно было меньше пить, — подкалывает он его, всё ещё смеясь. — Я думаю, что ещё один скромный подарок от меня тебя успокоит. В нашей гардеробной стоит упаковка. — Что? — С пальто, — он делает паузу, — это твой любимый Александр Маккуин. Сокджин молчит и смотрит на мужчину уже сощурив глаза. — Я подумаю, обижаться мне или нет. — Подумаешь? — вскидывает бровь Намджун, проводя носом от линии челюсти к уху брюнета. — У нас обоих всё ещё плывёт в глазах, предлагаю, посмотреть на подарок после душа, или после того, как мы проспимся. Сокджин промолчал и через пару секунд хмыкнул. — Джинни, — шепчет Ким и оглаживает его тело. — Да ладно, я же шучу, — начинает смеяться парень, затягивая мужчину в поцелуй. — Дурак, — упрекает старшего Джун, отвечая на поцелуй, и подхватывает его за ноги, взяв на руки. — Я тоже тебя люблю.