Я боюсь не сдержаться

POV Юля Сон. Мне снился какой-то хороший светлый сон, но из него меня выдернул громкий стук в дверь. Кто же так может ломиться? Я укуталась в одеяло с головой и, ступая голыми ногами на пол, почти бесшумно подошла к двери. Стук продолжался, периодически сменяясь на звонок. Признаться, но мне было страшновато. Мало ли кто там мог быть? Но как только я увидела в дверной глазок кто это, то даже выдохнула с облегчением. За дверью стояла Алехина. Вид у нее конечно был такой себе. Взъерошенные волосы, какая-то грязь на лице и слегка испачканная куртка. Может что-то случилось? Я, ничего не говоря, уже собиралась открыть дверь, как услышала шепот: «Умоляю, открой. Открой.». В этот момент что-то внутри просило лечь обратно в постель и сделать вид, что никого не слышу, никого не вижу. Был страх, что Вика тут не от того, что ей негде переночевать или еще чего, а от того, что собирается «серьезно» поговорить. Эти разговоры, повторюсь, кажутся мне самым бесполезным, что может быть, ведь мы все давно решили. Но голос (не Алехиной), раздавшийся в коридоре, не дал мне сбежать. — Девушка, а что вы тут делаете? — неприятный женский голос разрезал воздух в коридоре. — Оооо, — я видела, как Вика повернулась лицом к месту, откуда доносился звук. — Отдыхаю, не видите? — Как вы сюда попали? — неприятная женщина приближалась все ближе, — Вы тут не живете! — Как? Я тут живу вообще-то! — Вика произнесла это так, что если бы я не знала, что это ложь, то точно бы поверила. — Тут другая девочка снимает, — неуверенно произнесла вахтерша (как я поняла, это была именно она), — а вы тут не живете. Вика нервно и пьяно усмехнулась. Что ж, надо было спасать «подружку». Я защелкала замками и приоткрыла дверь, слегка задев Вику. — Здравствуйте, — я вышла на порог, — Да, она со мной. Я лишь мельком взглянула на Алехину, но и этого хватило, чтобы заметить глупую улыбку на ее лице. — Точно? — вахтерша нахмурила брови, — А то так рвется к вам, думала дверь разнесет. — Да я только стучалась… — проорала Вика, но я успела прикрыть ей рот рукой, пока она не наговорила лишнего. — У нее просто ключей нет, а я крепко сплю. — на моем лице появилась глупая и одновременно милая улыбка, — Извините, пожалуйста, мы больше шуметь не будем. Вика чуть дернулась в моих руках и пыталась что-то сказать, но я не дала ей этого сделать, лишь крепче сжимая. Женщина взглянула на нас с каким-то подозрением в глазах. — А вы что? Эти самые? — она сглотнула слюну от волнения, — Ну эти… эти… — ей не хватило смелости озвучить. — Лесбиянки? — с удивлением уточнила я. — Да, да, — протараторила вахтерша, не прекращая странно смотреть. — Нет, точно нет. — отрезала я, но Вика в моих руках наоборот утвердительно закивала головой. Вот Алехина, блин, кто тебя просил. Говори за себя. — Она так шутит, — еще одна моя глупая улыбка. — Ну мы пойдем? — Идите, но будете нарушать порядок — вызову полицию. — она пригрозила нам пальцем. — Отвечаю, все отлично будет, — я впихнула Вику в квартиру и захлопнула дверь, не забыв помахать рукой вахтерше на прощание. Вежливость это определенно мое. Алехина не церемонясь сразу побежала в ванную, по пути скинув обувь и куртку. Прислонившись к дверному косяку ванной, я видела как она судорожно смывает со своего лица грязь. — Шо случилось, Алехина? — я сложила руки на груди и взглянула на часы на стене, — Поздновато ты. Два ночи уже. Казалось, что я ввела ее в ступор своим вопросом. А что она еще хотела? — Я просто гуляла. — она взглянула куда-то в сторону, — Ты ж меня не пустила к себе поговорить, вот я и решила вернуться. Блять, она все же не заблудилась, она пришла выяснять отношения. — Алехина, сколько можно… — я закатила глаза, — Разговаривать я с тобой не буду, мы все решили. Максимум, шо могу предложить, это диван на кухне. И то, потому что на ночь глядя выгонять тебя не хочу. Я развернулась и направилась в спальню. — А что? С тобой вместе нельзя? — крикнула мне Алехина в спину. Серьезно? Какое вместе? — Вика, если выпила, то веди себя нормально. Мне это не интересно. — я кивнула в сторону кухни. — Диван тебя ждет. Вещи нужны, шоб переодеться? Я видела в каком состоянии она пришла и мне точно не хотелось, чтобы она в своих грязных джинсах залазила на диван. — Ну давай, если не жалко. — Алехина усмехнулась. Я нашла какие-то шорты и футболку в своем рюкзаке и кинула в сторону Алехиной. Молодец, поймала. — Ну ты и стерва, Чигринец. — она кинула вещи на диван и подняла недопитую бутылку вина вверх, — Может выпьем? — Нет, Алехина. Сто раз нет. Все, я спать. Я упала обратно на кровать. Что за бред. Зачем она приперлась? Пусть выметается завтра утром. В квартире стало тихо. Видимо Вика все же меня послушала. POV Вика Блять, почему я не набралась смелости все сказать. Сегодня определенно все складывается так, что я должна ей все раскрыть, признаться. Когда еще у меня будет возможность быть один на один в квартире с Чигринец? Алкоголь совсем не хотел спать и искал приключений. Наверное, Юля опять свернулась калачиком и спит. Такая безмятежная… Она же уже уснула? Я на носочках, почти бесшумно стала пробираться в спальню, чтобы посмотреть на нее хоть одним глазком. Добравшись, я присела напротив нее и застыла от того, что увидела. Как вообще можно было родиться с такой красотой? — Алехина, — я вздрогнула, все же Чигринец не спала, — Шо ты тут забыла? — она сказала это не открывая глаз. Меня застали врасплох. — Мне просто холодно. Одеяло есть? — черт, черт, опять я несу херню. — Нет. Свое не дам. — Юля посильнее прижала к себе одеяло. — Ммм… — я встала и обошла кровать. Алкоголь в моей голове нашел другое решение. Я практически молниеносно запрыгнула на кровать к Чигринец и забралась под ее одело, благо оно было большим даже для двоих. — Алехина, шо творишь? — Юля дернулась. — Да ладно тебе! Ну мне правда холодно, Юль, — я жалобно посмотрела на нее. Мы смотрели друг другу в глаза и я видела, как ее мягкое сердце берет над ней верх. Моя девочка. — Ну… Ладно, Алехина. Только чтоб я тебя не слышала. Никаких приставаний! Поняла меня? — Все понятно, Юль. Никто и не собирался. — ложь, жуткая ложь с моей стороны. И вот мы лежим вдвоем на одной кровати. Юля, повернувшись ко мне спиной, а я уставившись в потолок. Еще вчера я могла только об этом мечтать, всего пару сантиметров отделяют меня от ее руки. Как она вообще может спать в такой момент? Я вот не могу, не могу сдержать своей руки, которая тянется к ее плечу. Еще чуть-чуть и прикоснусь, оно, наверное, очень теплое, нежное… — Алехина, — Юля вскрикнула и вскочила с кровати, — Шо творишь? Она стаяла надо мной в сумраке, укутанная в одеяло, вытаращив глаза. Мне казалось, что ее даже трясло. Меня трясло тоже, но не от того, что произошло, а от того какая шла борьба внутри. Я должна была сказать, больше нет сил терпеть. Нужна смелость. — Юля, — я встала на колени на кровати и подобралась к ней чуть ближе, — Я тут не просто так пришла. — Да я догадалась, блять, Алехина, — Юля тяжело дышала, прижимая к себе одеяло. — Может ты еще о чем-то догадалась? — мне казалось, что я уже протрезвела. — То что ты ебанутая и от тебя подальше надо держаться? — она кинула мне это и вышла из спальни. Нет, Чигринец. Ебанутая и слепая здесь ты, которая до сих пор ничего не понимает. Я сорвалась с места и побежала за ней. Юля включила свет и как-то нервно стала наливать себе воду. Я застыла рядом. — Алехина, я догадываюсь к чему ты клонишь, но давай без этого. — ее рука тряслась, когда она подносила стакан с водой к своим губам. — Почему без этого, Юль? — я подошла к ней со спины и скинула с ее плеч мешающее одеяло. — Алехина, мне холодно. — Юля оперлась руками о столешницу, не поворачиваясь ко мне. — Мне кажется, — я положила руки на ее плечи, — Я могу тебя согреть. — я почти прикоснулась губами к ее шее, но она вырвалась. — Вика, хватит! — Юля стояла по центру кухни и с яростью смотрела на меня. — То что было на проекте — оставь это на проекте. У нас разные жизни, мы разные. — Юля, нет, — я стала подходить к ней, вытянув руку. — Дело не в проекте. — я сглотнула, — Я думаю это обострилось после него. — Что это, Алехина? Что ЭТО? — она кричала. — Назови сама, — я прохрипела, потому что силы говорить резко пропали. Юля свела брови и сделала пару шагов назад от меня. — Симпатия, да, Алехина? Просто симпатия? — Юля вытянула руки чуть вперед, как бы отгораживаясь от меня. — В любом случае это проходит. Я тебе ничего не могу предложить. — Не просто симпатия, — подошла к ней вплотную, почти настолько, что она могла ко мне прикоснуться, — Я с ума схожу, Юль. — Алехина, ты точно с ума сходишь. Что ты несешь? — я видела страх в ее глазах, — Хочешь сказать, что любишь? Не может быть такого! Ты вспомни, что ты творила! Это не любовь. — Нет, Чигринец! — я схватила ее за руки и прижала их ладонями к своей груди, — Все это только ревность, ревность к чертовой Мазурихе! Почему она? Почему? Ответь… — Вика, — на Юлином лице стали появляться слезы, — Просто мне с ней хорошо. Она мне не делает больно, она уважает меня, она… не оставляет меня. — Оставляет, Юля, оставляет, — я кричала ей это в лицо, — Знаю про наркотики, знаю, что она тебе врала. Она тебе врала! — Врала, Алехина, врала, но никогда не оставляла, — Юля выдернула свои руки и отошла чуть подальше, — Ты показала свое лицо, Вик. Вся та грязь, которую ты говорила, я не могу простить. — А я и не прошу прощать! — я снова постаралась подойти к ней поближе, — Просто оставим это, забудем. Начнем с начала. — Ты ведь понимаешь, — Юля тяжело вздохнула, — Что я к тебе ничего не испытываю? И дело не в Мазур. Мы с ней просто друзья. У меня нет к тебе никаких чувств, кроме жалости. — Жалось? — я попятилась назад. — Жалось? — меня начинало трясти. — Я только жалости с твоей стороны заслуживаю? — я кричала. — Может и так, Чигринец, может и так. — я стянула с себя футболку и кинула под ноги, — Смотри что ты со мной сделала! Вот она твоя жалось!!! Юля застыла на месте. Ее глаза уставились на мой исполосованный живот. Казалось, что все остановилось и есть только я, Юля и мои шрамы. Дальше она сделала то, чего я не ожидала. Подошла ко мне вплотную и присела так, что ее лицо оказалось на уровне моего живота. — Ты это из-за меня? — прошептала она. — Я, — слезы катились по моим щекам, — Мне больно, мне очень больно внутри. Я ненавижу себя за свои ошибки, ненавижу, что потеряла тебя. Юля провела большим пальцем правой руки по каждой моей ране. Она словно не слышала меня, обращая только лишь внимание на порезы. — Как давно это продолжается? — ее голос был стеклянным. — Чувства? — Юля не отреагировала на мой вопрос, — Наверное, с проекта. Я не знаю. — она промолчала, поэтому я решила продолжить, — Если ты про шрамы, то… С финала. — Вика, зачем? — она подняла на меня свои глаза, — Просто зачем ты к этому вернулась? — Я не могла иначе. Я говорила… Мне очень больно. — я отвела глаза от Юли и посмотрела в окно за ее спиной, — Просто я тебя люблю. Вот и все. Да, я это сказала, наконец озвучила. Мне стало легче. Теперь это не только мой груз, не только мне его нести. Юля встала на колени и оперлась рукой о пол так, что мне пришлось чуть отойти. Ее вторая рука прикрывала глаза. — Алехина, зачем… — ее голос дрожал, — Просто зачем, это не имеет смысла. — она встала и посмотрела прямо на меня, — Ничего не будет. Я не хочу с тобой играть и делать больно. Я не могу дать того, что ты хочешь. — она замолчала и прошептала, — Просто не могу, прости. Внутри все оборвалось. Все просто бесполезно. Ей просто плевать на меня, на всех. Я обнажилась перед ней, открылась, а она не может. Ты чувствовать не можешь, Чигринец! Я хотела ей это закричать в лицо, но просто не было сил, не было эмоций. Все сжалось в клубок, все сконцентрировалось внутри. Я сползла по стене вниз и уперлась лбом о колени. Внутри словно обнажилась рана и я не понимала как ее затянуть, как мне стать целой. Она просто вырвала мне сердце, перемешала все внутри и ушла. Не может. Прости. Словно от этого легче… В квартире стало слишком тихо. Больше не было тяжелого дыхания Чигринец. Она успокоилась? У нее все в порядке? Конечно, не по ней же потоптались. Тварь. Жестокая тварь, как и все. Я начала тихонько поднимать голову, боясь увидеть ее лицо, полное спокойствия и бесчувственности. Нет, ее нет в комнате. Сбежала. Я ухмыльнулась. А такую смелую из себя строит, а на деле… Я не успела закончить свою мысль. Только одно сейчас было перед глазами, то, что останется со мной до конца жизни. Навсегда. Юля стояла на балконном ограждении, двумя руками держась за перекладину над ее головой. Я замерла. Юля замерла тоже, смотря вниз. Ее волосы вздымались, а футболка задиралась вверх. Я видела, как она дрожит от холода. Или от страха? В голове было два вопроса: Я должна что-то сделать? И хочу ли я? Нет, не верю, что она прыгнет. Не может. Она просто пугает. Одна рука Юли отпустила перекладину и безвольно опустилась вниз. Глаза. Она обернулась на меня. В них слезы. Чигринец, что ты делаешь? Ее вторая рука пришла в движение. Она отпускает? Нет. Юля, нет. POV Юля Шрамы… На ее теле… В кого я превратилась. Я так боялась оказаться на месте Оли и вот. Вот к чему все привело. Я догадывалась, что-то внутри боялось этого разговора. Я знала, что не все просто так, что Вика рвется, тянется, стучится не от дружеских чувств, совсем не от них, но я боялась. Я трус. Теперь все открыто, теперь все стало предельно понятно. Я не знаю, что с этим делать, с этой больной любовью. Выхода нет. Или есть? Холодный воздух улицы трепал мои волосы. Внизу так темно. Всем ведь станет легче? Мазур сильная, она стерпит. Больше нет никого. А Вика… Она режет себя, в один момент она просто завершит начатое до конца и все из-за меня. Хотела бы она того, чтобы я пропала из ее жизни на совсем? Из жизни в принципе? Это было испытание. Ее и меня. Я трясущимися руками взялась за балконные перила и встала на них. Держась за стену, я аккуратно приподнялась. Нет, я не хочу падать. Еще подростком я знала, что буду жить всем назло. Но это единственный выход… Примет ли его Вика? Поймет ли, что только это я могу ей предложить? Я чувствую. Она смотрит на меня. Нет действий. Падать, Алехина? Как ты думаешь? Я отпускаю одной рукой перекладину, за которую держалась до этого. Оборачиваюсь и пытаюсь найти ее взгляд. До сих пор смотришь? Ты видишь только такой выход? Мне только вниз? Вторая рука. Мой последний шанс. Надеюсь я удержусь только лишь на ногах. Страшно. Ветер усиливается, стоять все сложнее. Шатает. Неужели все? Тишина, вокруг тишина. И только толчок в живот. Падение. POV Вика Чигринец, что ты делаешь? Я сорвалась с места, снося все на своим пути. Ты всерьез решила прыгнуть? Из-за меня? Тысячу мыслей проносились в моей голове, пока бежала к ней. Кажется она сейчас упадет. Нет. Не дам. Только не ты. Я с схватила ее за живот и с силой потянула на себя. Мне не хватило сил удержать равновесие и мы повалились на пол балкона, так, что я оказалась сверху. Меня трясло. Она собиралась прыгать? Из-за меня? ИЗ-ЗА МЕНЯ? — Юля, — я взяла ее лицо в свои руки, они тряслись, — Зачем, зачем? — шептала я, — Не смей. — мы соприкоснулись лбами, она плакала. — Только не ты. — Я… я больше ничего не могу, — эти слова она произносила сквозь рыдания. — Я не могу, не могу тебя полюбить. Могу только уйти. Совсем уйти! — последние слова она прокричала. — Ты этого хочешь? Хочешь? — Чигринец, — я на выходе прошептала ей это на ухо, — Что за глупости, что за глупости, моя хорошая. — я начала судорожно гладить ее по волосам. — Не смей, никогда даже не думай об этом. Я уйду, только прошу, больше никогда. Слышишь? Она замерла, смотря мне в глаза. Испуганная, маленькая, наивная. Это я, это я надавила на тебя своими чувствами как бульдозер. Ты просто не выдержала, ты слабее всего этого дерьма. Прости меня, прости. Я все решу, я разберусь. Да, хотелось ее поцеловать, но после того, что было, стоило мне прикрыть глаза и я видела ее, стоящей на балконе. Вот он, вот он результат моего безумия. Это того стоит? Стоит? Момент, сейчас был только момент. Есть мы. И каждая понимает, что это конец. Я не позволю ей шагнуть вниз, она не позволит себе полюбить. Прощай, моя Чигринец. Моя слабая, чистая, светлая девочка. Прости. POV Тая Вика. Четыре часа ночи. Почем ты не берешь трубку? Почему? Еще один звонок. Мы же договаривались. Казалось, что гудки в телефоне будут вечно. — Да, ало. — это был голос Юли. — Юля, — я чуть ли не закричала от радости, что мне кто-то ответил, — Вика у тебя? — Да, она спит. — ее голос был потерянный. — Приедь, забери ее. — Ладно… Через пол часа буду. Я не задавала лишних вопросов. Что-то произошло между ними двумя. Может подрались? Нет, не буду гадать. *** Юля встретила меня у дверей подъезда. На ней не было лица. Опухшая от слез, казалось, что даже пошли нервные пятна по лицу, от которых она страдала на проекте. — С тобой все нормально? — мне было страшно за нее. — Да… — она споткнулась на этих словах, — Все нормально. Я ей не поверила. Мы прошли мимо удивленной вахтерши, но Юле казалось было на это плевать. В квартире было все нормально, ни битой посуды, ни следов крови. — А где Вика? — я оглянулась и не нашла ее ни на диване, ни на кровати. — На балконе. — прошептала Юля. — На балконе? — я сорвалась с места. Перед моими глазами предстала картина: Спящая Вика лежала на полу, укрытая теплым одеялом, а под ее голову была подбита подушка. Что произошло между ними? — Вика, — прошептала я, — Вставай, поехали домой, такси ждет. — Юля, — Вика открыла глаза, оглядываясь по сторонам, — Где Юля? — почему-то в ее голосе был испуг и глаза застыли на балконных перилах. — Она в комнате. Вы поссорились? — Нет, — мне казалось Вика выдохнула с облегчением, — Она тебя позвала? — Ты не отвечала на телефон. Ответила Юля и попросила тебя забрать. — А, хорошо. — Вика стала потихоньку подниматься. Она была не в своей одежде и почему-то без футболки. Мы зашли в комнату. Юля сидела на диване, сложив руки на коленях и смотрела в стенку напротив себя. Что-то произошло. Что-то серьезное. — Вика, — произнесла она металлическим голосом, — Я твои вещи в пакет сложила. То, что на тебе — можешь оставить. — Ммм… — Вика замялась. — Спасибо. Можно было уже уходить, но Вика не могла. Что-то держало ее. — Юля. — она присела перед ней, положив руки на колени. — Забыли, все забыли. Хорошо? — Вика пыталась поймать ее взгляд. — Больше так не делай. — Иди, Алехина. — безэмоционально произнесла Юля, — У меня завтра фан-встреча, мне еще выспаться надо. — Я думаю ты меня поняла, — Вика поцеловала ее ладонь. — Мы пойдем. — Да… — прошептала Юля. Мне не хотелось их торопить. То, что происходило сейчас, может быть только раз в жизни. В моей такого еще не было. До боли, на грани. — Я готова, Тая. — Вика накинула на свои плечи куртку. Она стояла все так же в Юлиных шортах. Я думала, что они скажут хотя бы «Пока» на прощание. Но был только взгляд. Жалостливый, виноватый взгляд Вики и потерянный взгляд Юли. Что-то закончилось между этими двумя. Что-то сильное.