Джерри-таксист

Если бы у Джерри спросили бы, смотрит ли он Меттатона, то он бы скривился и с видом, полным презрения, сказал, что приличные монстры такое не смотрят. Впрочем, сам Джерри в глубине души себя приличным не считал, и в режиме инкогнито смотрел по вечерам после работы свежие выпуски шоумена. Но старался смотреть на других сайтах, где выкладывали перезаливы, чтоб не дай Ангел не дать ни единого просмотра, с которого Меттатон мог бы заработать денег. У Джерри был грех, да, причём ещё в Подземелье. По наивности думал, что если будет следить за восходящей звездой, по которой угорают буквально все, то он сможет вписаться в общество. Восходящая звезда не помогла. Наоборот, Джерри начали сторониться ещё больше. А потом ещё и сон тот приснился… Так что у Джерри были все причины держать обиды. И ничего дурного он в этом не видел. Меттатон — железяка слишком высокого полёта. Пусть она там, в этой своей вышине и остаётся. И Джерри убедился в этом ещё больше, когда в сети появились первые кадры съёмок какого-то спецвыпуска про безопасное вождение, над которым работала даже Андайн (сама Андайн!). Джерри вспоминал: в том злополучном салоне она как раз нечто такое упоминала. Наверное, именно поэтому полицейских машин стало так много. Небось, искали, кого принести в жертву роботу на растерзание. А что? В Подземелье он был человеко-убийцей, а на Поверхности мог и в монстро-убийцу переделаться. Особенно, когда он с Андайн закорешился. В одно мгновение пытливый разум посетила страшная догадка, и два сложилось со вторым. Меттатон закорешился с Андайн. У Андайн шуры-муры с Альфис. У Альфис — эксперименты по слиянию с монстрами. Джерри взвизгнул, выронил телефон из рук, и отвернулся, чтоб перевести дух. Кажется, он раскрыл какой-то заговор, великий, великий заговор! Что сделал бы порядочный монстр на его месте? Доложил бы в полицию, причём туда, токуда здоровенные лапищи Андайн не дотянулись бы. Лучше всего идти сразу к людям… …но стоило только представить, какая предстоит нервотрёпка, и его энтузиазм угасал. Кроме того, если он поднимет кипиш, то его же первым и уберут. С Андайн станется… Кроме того, он уже дал повод на себя разозлиться. И работать в таких условиях, меж трёх огней фактически, невозможно совершенно. А Джерри работал исправно, не покладая рук. Рискнуть стоило. — Здрасьте! Это Джерри Стинкс, хочу в отпуск попроситься, — выпалил он скороговоркой. — Причина отпуска? В этот раз голос был мужской и расслабленный. Словно на той стороне реально живой монстр сидит. Ну, или человек. И тогда Джерри выложил, как на духу: — Там, говорят, Меттатон будет шоу снимать, что-то там про вождение. А там ещё и Андайн подключилась! Хочу переждать это страшное время. — А вы думаете, зачем мы вам испытательный срок дали? — зазвучала насмешка. — В смысле?.. Вы в курсе, что ли?.. — Да уж давно, на самом деле. Когда из-за одного монстра теряешь часть потребителей, замечаешь всё-таки кое-что. — К-какую часть потребителей?.. Вопрос остался без ответа, но перед глазами у Джерри пронеслись сцены. Вспомнилась женщина с рукой вместо головы, вспомнились сладкие парочки (и, мать её, Андайн), и даже та девочка из пекарни Маффет, которая отказалась к нему садиться. И многие, многие другие, с кем он был особенно остроумен. В очередной раз хватаясь за сердце, Джерри подумал, что в последнее время у него слишком много душевных потрясений. Слишком много наваливается… — Мы столько раз давали монстру вторых шансов… Но, кажется, он сам простирает дорогу к своему увольнению. Даже не знаю, стоит ли ему мешать! — П-п-прошу п-прощения… — В общем, в тонусе нужно быть всегда! А то и остальных клиентов распугаете. — Так вы даже после выпуска не дадите мне отдохнуть?! С той стороны раздались только гудки, и Джерри чудом сдержался, чтоб не бросить телефон на пол. Как ни крути, а ситуация вырисовывалась некрасивая. То есть, за него взялись лишь из-за того, что вот эта… Вот эта… Вот эта гнида металлическая какой-то свой проект собиралась устроить?! А вот до того, как он подвёз эту… Женщину рукастую, всех всё устраивало! А если кого и не устраивало, то им хватало… Хватало чего-то там, чтоб молчать в тряпочку и не портить жизнь рабочему монстру! Да, может, характер кому-то может показаться неприятным, но ведь у Джерри тоже стресс! Сидеть в замкнутом пространстве с незнакомцами, да на большой скорости! От него, может, их жизнь зависит! Они должны быть благодарны! Но большую злобу он испытывал на компанию. Он верой и правдой работал на них, и только на них, и работал получше некоторых! Да, совершал ошибки, но ведь и исправлял их! А стоило отпуск попросить, так нет, не можем, ты сам во всём виноват! А, может, он и виноват потому, что работал без продыху! Да и то, клиентов распугаете… Да каких клиентов?! Богатеев, что ли, из стражи, да из свиты Меттатона?! Нет уж, эти могут себе хоть личные автомобили позволить. А у Маффет семья большая, кто-нибудь так точно подбросит. А Джерри сиди теперь на иголках, потому что он якобы VIP-персонам не угодил, пока Меттатон не соизволит что-нибудь родить! И даже если он родит, то на этом всё не кончится. Джерри так и будут помыкать! Хотелось орать, но под окнами в любой момент могла проехать Андайн. Или, по всем законам подлости, сам Меттатон. Или кто-то из подчинённых. Или вообще кто-то ещё, кто окажется большой шишкой, кто напрямую с ними связан, и с чьей лёгкой руки жизнь Джерри пойдёт по одному месту. Да что там пойдёт… Уже пошла! Поэтому он закрыл и зашторил окна, сел на кровать, плотно прислонил подушку к лицу, и издал протяжный стон. — Чтоб вы все на стол к Альфис попали, — чётко сказал Джерри. И упал без сил. Ситуация не радовала. На клиентов Джерри давно не рассчитывал, но теперь, когда и начальство отказалось ценить его труд (хотя не то, чтобы оно ценило, судя по зарплате, но такой вопиющей наглости не ожидал), оказался уже не в отчаянии, а в злобе. И, самое неприятное, в злобе бессильной. «Так переезжай отсюда», — вдруг вспомнились слова мудрого Смита. Но теперь они заиграли новыми красками. — Уеду, — зарычал Джерри. — Правда уеду… А они все здесь останутся! В этом проклятом городе! И он мгновенно вскочил и едва ли не побежал к компьютеру. Надо было подготовиться к переезду. А для этого требовалось разузнать всё самое необходимое. Но Джерри уже ожидал, что ему придётся работать как следует, но он был к этому готов. Ведь теперь работа приобрела новый смысл, ради которого стоило потерпеть и начальство, и клиентов и, кажется, вообще всё на свете. Потому что хуже уже не будет. А на новом месте, может быть, даже и лучше. Особенно по сравнению с теми, кто останется. Потому что возвращаться сюда, к этим поганым богатеям, злым учёным, полицейским, шоу-менам и их прихлебателям он не будет точно. В Джерри пылала решимость, и уже ничто на свете не могло её подавить. Город, из которого Джерри собирался уезжать, мог бы выдохнуть с облегчением. С ещё большим облегчением выдохнул бы только сам Джерри, и этот момент мог настать совсем скоро. Просто нужно как следует постараться. Не ради работы, не ради того, чтоб, не дай Ангел, испытательный срок завершился раньше времени, а ради себя. И Джерри решил, что отныне и впредь будет жить только так. Потому что он достоин лучшего!