Драгоценность

      Юнги волнуется, когда встречается с альфой в пятый раз.       Он сидит в деревянном небольшом домике на площадке и старается сплести прочный браслет из разноцветных ленточек, в тишине, так как людей на площадке было немного, и никто не пытался занять домик. Омега слышит шарканье снаружи, волнуется, а когда раздаётся стук в дерево — быстро оборачивается.       Чонгук стоит слегка встрёпанный, с блестящими глазами, в белой и чуть пыльной футболке. Взгляд Юнги цепляется за спрятанную за спиной руку альфы, и он задерживает дыхание на мгновение. — Привет. Вот, — начинает Чонгук и с улыбкой показывает шоколадку в красно-жёлтой обёртке, — это тебе, моя пара. — Я не твой, — буркает Юнги и сжимает ленточки сильнее. — А чей? — прищурившись, спрашивает Чонгук. — О-папин и а-папин. — Ну, верно, согласен, — чешет затылок альфа и кладёт плитку на маленькую лавочку. — Но когда вырастем — будешь со мной.       Юнги отворачивается, чувствуя, как начинают гореть щёки и ускоряется сердцебиение. Пальцы чуть дрожат, и ленточка никак не хочет переплетаться с другой. — Твой а-папа пришёл к нам в гости и сказал, что ты гуляешь на площадке. И вот, я здесь… — Угу. — Это новая шоколадка, — говорит Чонгук и опускается рядом на корточки, сжимая пальцами скамейку для равновесия, — ограниченная серия. С миндалём и кокосом. — Спасибо. — Не благодари, — быстро отвечает маленький альфа и склоняет голову, шумно втягивая воздух. — Я ведь за тобой ухаживаю.       Чонгук действительно вчера купил ему шоколадное мороженое, а как только Юнги доел — полез обниматься. Даже с качелей толком не дал слезть, притиснув к их спинке и крепко сжав свои руки на уровне поясницы Юнги. — Теперь ты мой омега.       Юнги тогда возмутился, быстро облизывая сладкие губы, и пихнул ладонями в живот, почувствовав потирание чоновского носа о шею. — Мне тяжело дышать. — Ой, извини!       А сегодня Чонгук опять принёс подарок, снова назвал «своим», и Юнги не знает, как себя вести. Альфа симпатичный, разговаривает без лёгкого заикания, которое есть у Юнги, а ещё он чуть постарше и уже ходит в школу. — Ты любишь браслеты? — спрашивает Чонгук и двигается ближе, рассматривая плетённое украшение на запястье Юнги. — Да. Этот я хочу подарить папе на день рождения. Он совсем скоро. — Я отвлекаю? — Нет.       Чонгук выдыхает и потирает руки. Омега снова смотрит на него и слегка отодвигается вбок, к окошку, чтобы удобнее было повернуться. Чонгук садится на лавочку, вытягивает ноги, упираясь кроссовками в стенку. — Юнги, не хочешь пообедать у меня? Папа готовит мясное рагу. Твой отец пока у нас, и я думаю, что он тоже присоединится. — Я не голоден, — пожимает плечами омега и крепко перетягивает ленточки, продолжая плести. — Может, в другой раз. — Когда? — Не знаю, — тихо говорит Юнги и слегка дёргает коленом от волнения. Здесь, в довольно тесном домике, ещё более неловко, чем тогда, на качелях. Потому что альфа смотрит пристально, буквально закрывает собой просвет, выход, а ещё как-то сильно стискивает ладони. А Юнги вспоминает недавнее: — Теперь ты мой омега. — Я буду за тобой ухаживать. — Хён, ты правда хочешь за мной ухаживать? — Конечно! — оживляется Чонгук, и глаза его снова начинают блестеть. — Будем вместе гулять, играть, если захочешь, будешь ожидать меня со школы. А когда мы вырастем — будем жить в большом доме. Я буду работать пожарным или полицейским, ну, или выберу похожую крутую профессию. — Это очень опасно, — подмечает Юнги и опускает полусплетённый браслет на колени, поднимая глаза на маленького альфу. — Я понимаю, но буду стараться и тренироваться, — говорит Чонгук, а после касается ладони младшего, осторожно сжимая и поглаживая кончиками пальцев. — А ты кем хочешь работать, Юнги? — Я ещё не думал об этом, — смущённо отвечает омега, чувствуя жар. Он пробует вытащить руку, но альфа подсаживается ближе и сильнее обхватывает ладонь. — Но мне нравятся кулинария, рецепты, красивые блюда. — Повар — очень серьёзная профессия. Но вкусная, — кивает Чонгук, а после широко улыбается, смотря из-под смоляной чёлки. — Ты очень хозяйственный, Юнги.       Омега не успевает обдумать и что-нибудь ответить, как Чонгук быстро притягивает его ближе и тычется носом в шею. — Я только недавно начал определять человеческие запахи, — шепчет он, удерживая вздрогнувшее субтильное тело. — Ещё не очень ярко, но твой пока ещё лёгкий запах мне безумно нравится. — Хён… — Я не вру, — ластится альфа, а сам скользит взглядом по изрисованной деревянной стене. — Я рад, что познакомился с тобой.       Юнги кусает губу, а потом кладёт ладони на плечи Чонгука, немного сжимая. — Я могу сплести тебе браслет, если хочешь. — Хочу.       Юнги предлагает это из-за растерянности, из-за незнания, что нужного говорить. Ему никогда до недавнего не признавались альфы, не обнимали, не делали комплименты. Чонгук понравился ему ещё в первую встречу, в квартире, когда омега увидел его, топчущегося на пороге комнаты. Высокий, симпатичный, весёлый. Юнги стеснялся до жути в последующие встречи, прятал глаза и не особо шёл на контакт. А когда Чонгук захотел начать ухаживать за ним — не поверил.       А сейчас Чонгук немного настойчивый, сжимает крепко, покачивая из стороны в сторону, дышит в шею. Мин легонько стучит пальцами по его груди, а когда альфа немного отстраняется — быстро чмокает в щёку. — Ю-юнги!.. — ахает Чонгук и отползает в сторону, вцепляясь ладонью в щёку. — Мне нужно работать, — говорит омега и ёрзает на скамье, переворачивая ленточки. — К-конечно, — тихо шепчет Чонгук, а после снова подползает ближе и хлопает руками по коленкам, — плети, плети. А потом можем ко мне пойти на чаепитие, да?       Юнги немного улыбается. Он смущён, взволнован и удивлён. А ещё очень собой гордится: не каждый день он целует альф. Всё это с ним происходит в первый раз, и он чувствует себя по-особенному счастливым.       Чонгук — безусловно тоже.