Глава 8
13 октября 2021 г., 21:44
Обстановка накалялась всё сильнее и сильнее, она лишь предполагает, но как это разрешится знает только Ками-сама.
— Если будете стрелять, не факт, что ваш босс выживет. Это вам понятно? — в голосе прозвучала угроза весьма правдоподобно, руки не дрожали от страха.
Говорят, что глаза зеркало души, однако сейчас они нагло лгут всем, ведь там внутри было именно волнение, в голове пронеслась тысяча и одна мысль, чувство ответственности за жизни других и неуверенность в своих действиях — это давит. Преступники опустили оружие, поверив в эту игру.
— Какие твои условия? Или хочешь, чтобы мы взяли тебя в долю? — первый вопрос имел смысл для подростка, но вот второй выдавил из неё слегка нервный смешок, который сочли за угрозу, реакция «злодеев» была незамедлительна, однако недостаточно быстрой по сравнению с подростками, в момент обезоруживающих своих противников, ставя их на колени в полутора метра от с Шинзу.
— Никаких условий, чувак. Мы, просто, сдадим вас полиции с героями, — она продолжала нависать над главарём с оружием в руках, она не думала его отпускать, ей не очень нравилась перспектива: ждать помощи в таком положение. Однако другого выбора у них нет, — мне ещё больше приключений перед школой не нужно, как и моим друзьям, в принципе, — она задавалась вопросом: «Почему никто из них не использовал причуду? Не могут же они втроём относиться к этим двадцати процентам населения конечно, мир тесен, но не настолько же…», — кто-нибудь вызвал полицию или что-то вроде того? И почему нам так повезло? — ответ на первый вопрос прозвучал крайне тихо из-за барной стойки, однако можно было разобрать в нём ответ — да.
Теперь чувство тревоги и безысходности ощущали непрошенные гости, они боялись ответственности за свои деяния, это был уже третий заход за деньгами, прошлые проходили удачно из-за чего они осмелились напасть на кафе возле школы героев, это было их главной ошибки, однако можно сказать, что им просто не повезло встретиться с этими ненормальными. Их погубили их же амбиции.
Преступники ничего не принимали для побега, а как это делать, если босс, главный мыслитель команды, с вывихнутой рукой лежит и корчится от боли под девушкой, что держит у его головы этот чертов револьвер, а за их спинами два парня, также приставили ружья к их головам. Никто не мог рискнуть своей жизнью. Они верили в слова этого ребёнка, даже не понимая почему. Вообще ни у одного из присутствующих здесь не укладывалось в голове, как компания разношёрстных подростков смогла провернуть такое, не использовав своих причуд, и даже без тяжёлых последствий для города и людей. Некоторых гражданских до сих пор трясло, хотя опасность задержана, может не так надёжно, как хотелось бы, но хоть что-то.
За окном послышался долгожданный звук сирен, говоривших о том, что это всё закончится, и этот день можно забыть, как страшный сон, но перед этим им придётся ещё несколько раз повторять то, отчего у некоторых до сих пор кровь стынет в жилах.
Обученные военному делу люди в бронежилетах уже начали входить в заведение, выставив перед собой оружие. Да, им докладывали, что со всем справляются подростки, но они не представляли как именно. То как подростки уверенно держали в своих руках рабочий огнестрел, было крайне удивительным и настораживающим фактом.
— Стволы на пол и… — но фразу полицейского обрвали.
— Только не говорите, что мы теперь преступники, — скулёж был услышан всеми, кто-то из представителей закона хмыкнул, другой про себя посмеялся. Не часто встречаются такие бесстрашные дети в их размеренных жизнях, хотя кого мы обманываем, работа полицейским редко бывает спокойной, когда мир населён людьми со сверхспособностями.
— И как мне вытаскивать вас из задницы? — взмолился к небесам сероволосый парнишка, а в ответ тишина.
— Чувак, — обратил на себя внимание Рин, — нас. Мы тут как бы втроём засветились, — всё оружие проскользило по полу к просящему.
— Ну да, я сглупила, но с кем не бывает? , — девушка не в попад пожала плечами, сильнее прижимая голову злоумышленника к полу, — мне не очень нравилась перспектива умереть от пули в голову или того хуже, — короткая пауза, — бесплатно отдавать своё тело, — послышался кашель, видимо мысли такого рода от подростка звучали крайне неожиданными. Руки спасателей кафе теперь были подняты вверх, — и вот не надо так реагировать, деньги никогда не будут лишними.
— Твой отец тут, — Рин был единственный, чей взгляд был направлен на выход из кафе, огромное упущение для Шинзу.
— О таком надо говорить сразу, — девушка уловила шаги своего родителя. Да, может она с ними не жила, но ей удалось запомнить этот звук, всё-таки это практически залог безопасности, особенно когда ты чувствуешь по нему настроение.
— Что тут произошло? — голос оставался грозным, но без всяких ноток гнева, что несказанно обрадовало каждого присутствующего здесь человека, — потрудись объяснить мне это Шинзу, особенно свои последние слова, — девушка повела плечами и стала пялиться в неопределённую точку на полу.
— Попытка ограбления, когда я со своими друзьями решили расслабиться перед учёбой, понять, что дальше нас ждёт лишь одна работа, работа и ещё раз работа, чтобы стать тем, кто зарабатывает много денег, хотя если быть точнее, то мне бы просто стать героем, в отличие от этих двоих. Человек, которого я обездвижила, распустил свои руки, поэтому я и сказала про тело, не то чтобы мне хотелось что-либо делать за деньги, но лучше с ними, чем без, — на одном дыхание проговорила дочь героя, люди вокруг почувствовали себя неловко.
— Поговорим о твоем отношение к себе позже, — со вздохом ответил Старатель.
— А может никогда, — в надежде сказала Шинзу, но прожигающий взгляд был ей ответом, — нет, так нет, стоило попробовать.
Разговор ребенка с родителем был на этом закончен, неприятного осадка не осталось, потому что всё было логично. Преступников отправили в полицейский участок для выяснения всего, конечно, детей тоже было бы неплохо их забрать, но их на выходе окружили репортеры, полицейские уже хотели оградить это трио от этого внимания, когда они сами уже начали с улыбками на лице отвечать на вопросы, словно сейчас ничего угрожающего для их жизни не произошло, словно им только что не угрожали расправой. Они описывали события не очень подробно, разбавляя это своими умозаключениями, иногда меняя темы разговора на что-то более повседневное, чтобы успокоить собственные нервы.
Трио говорило о том, чего именно ожидают от предстоящей учебы в академии UA, за мгновения они стали самыми известными первогодками, и это не беря внимания на то, что Шинзу и так популярно в некоторых кругах.
Толпа разошлась лишь через час, прохожих было огромное количество, среди них компания недо-героев, шедшие плечом к плечу, заметили и знакомые лицо.
— Эммм… Ты сделал своего клона? — Осаму вглядывался в блондина, что очень раздражённо ходил из стороны в сторону, проклиная всех и вся. Девушка положила руки на плечи своих друзей, радуясь тому, что они живы и здоровы.
— Просто мой брат-близнец, имя Кацуки, — ответил Рин, не поворачиваясь к нему, он следил за своей агрессивной копией.
— Мне кажется, или он плохой близнец? — он склонил голову к Шинзу, которая играется с чужими кончиками волос своих пальцев, данный жест успокаивает.
— Он просто агрессивный шпиц, — нарочито громко сказала девушка, наконец бросая взгляд на так называемого шпица, что уже подходил к компании, возможно с намерением кого-нибудь ударить, а может взорвать.
— Тебе нравится его бесить, — высказал своё мнение Рин со слабой улыбкой.
— Ты хочешь умереть молодой — заключил Осаму.
— Я уверена в том, что смогу доверить ему свой тыл в будущем, — как бы между прочим сказала девушка, сбрасывая руки с плеч мальчиков, — так что же Вас привело к нам, о Великий Злобный Шпиц, — шутливый поклон, Рин делает вид, что кашляет, скрывая свой смех, выходит ужасно, а у Осаму сводит живот от приступа смеха. Кацуки хватает Шинзу за ворот футболки.
— Что ты вообще несёшь? — их лица чертовски близко, что ни капли не смущает, она поднялась на носочки, чтобы суметь прошептать на ухо парня.
— Я успокаиваю свои нервы, — она отстранилась, вместе с тем убирая его руки от себя, — было приятно встретиться и поболтать, однако сейчас я хочу домой и поспать.
— Нет, не напоминай о этом аде, — Рин тяжело вздохнул, — Ну, вот за что ты так жестоко со мной, Шинзу? — ответа парни не услышали, потому что девушка уже ушла, скрывшись в толпе.
— Вы уверены в том, что у неё нет причуды? — будничным голосом спросил старший из близнецов.
— Что? Конечно е… — слова Осаму прерваны резким выкриком Рин
— Конечно её нет! — и тут пришло осознание того, что это подозрительно, и дома ему спокойствия никто не даст. Взгляд, говорящий о том, что из него всю душу высосут, был брошен сразу же, — я ничего говорить не буду.
***
«Черт, черт… Черт!», — девушка бьётся головой об стол, проклиная этот день, они все могли пострадать, могли умереть те, кто дорог ей, и те, кто вообще ничего не понимал. Телефон разрывается от сообщений семьи, от уведомлений из соцсетей, не хочется трогать это, успокаивать, говорить о том, что в порядке. Она может лгать, но прямо сейчас от этого станет лишь хуже — всё завтра. Сейчас ей хочется написать хоть кому-нибудь о том, что всё плохо, всё чертовски хреново. Её могут понять друзья вот только, они переживают тоже самое. »…Как вообще я смогу появиться на учёбе? Меня же просто убьют учителя…», — поток мыслей был прерван звонком в её дверь, девушка от неожиданности содрогнулась, не понимая что, где и когда вообще происходит. Она не торопилась открывать, чувство тревоги может и было от того, что подросток никого не ждал у себя в гостях. Подходила к выходу, прикидывая, как именно она разберётся с нежеланным гостем, поэтому в прихожей в её руках оказался зонт. Шинзу была готова нанести удар прямо в висок. «Тодороки-сан, как ты?» — голос за дверью был знакомым. «Случайно убить приемника символа мира, занятная перспектива, — с этими мыслями девушка отложила оружие подальше, — у меня есть свободный доступ к клинкам… А я выбрала зонт». — Ты точно в порядке? Просто… эти новости, — мальчишка подумал о том, что в доме никого нет, и был готов уйти, однако его остановили звуки, доносящиеся за дверью. — Я не в порядке, — голос был тихим, глаза были пусты, руки подрагивали; девушка отошла в сторону, пропуская своего знакомого; мальчик стушевался, не понимая, как ему действовать: обнять или, просто, пройти. — А можно? — Изуку прошёл в дом, закрыв за собой дверь. — Конечно, — Шинзу не представляла на что соглашается, но это ее не тревожило, она доверилась ему. Парень притянул к себе девушку, обнимая неуверенно, словно боялся того, что его оттолкнут. Он хотел дать ей уверенность в том, что она не одна. Она вцепилась в Изуку как за спасательный круг, принимая всё, что он ей отдавал. Её глаза наполнились слезами, которые она сдерживала долгое время, не желая разбираться в себе. — Всё обязательно станет лучше, — уверял подросток, — ты совсем справишься. Сама подумай, ты поступила на геройский факультет без причуды, ты уже добилась того, о чем мечтают многие.Я тобой восхищаюсь… Я уверен в том, что ты справишься, но сейчас, думаю, тебе будет лучше выплеснуть свои эмоции, — были слышны всхлипы, на плече ощущалась влага, но это никак не заботило парня, сейчас его главная задача поддержать человека, по которому видно, что он устал слишком сильно для жизни. Шинзу казалось той, кто самостоятельно справляется со своими проблемами и даже не думал просить о помощи. Изуку был восхищён её силой, её умением трезво мыслить, её аналитическими способностями, — по-настоящему сильный человек просит о помощи, когда она нужна. Я рад, что ты не боишься этого, — они стояли около десяти минут, она отстранилась от парнишки и, шмыгнув носом, отправилась на кухню. — Спасибо… Будешь воду, есть пирог? — вид девушки был потрепанный, глаза красные, однако теперь в них читались благодарность, грусть и облегчение. — Да, буду. Я рад, что тебе стало лучше. Они молчаливо решили не продолжать разговор об эмоциях, поэтому темами их разговора были герои и последние события. Сидели они не очень долго, разошлись с неплохим настроением. Как только дверь закрылась, девушка тяжело вздохнула, она чувствовала себя уставшей и опустошённой, прямо сейчас ей хочется заснуть без всяких сновидений.***
— Что там произошло? — спросил парень, без стука входя в комнату, он был редким гостем в кабинете отца, он с радостью бы не появлялся здесь, но волнение за близкого человека было намного сильнее ненависти. Стол героя был заполнен стопами документов, которые ещё предстоит прочитать. — В новостях вполне подробно описали это событие, не думаю, что тут должны быть другие объяснения, — не поднимая глаз, ответил мужчина. — Она моя сестра, я вправе знать, что на самом деле произошло. Я уверен в том, что вы что-то утаили от общественности, — глаза и интонация парня парня говорили о том, что он был взбешён. — Так позвони ей, в чем проблема? — отец семейства всё-таки бросил свой тяжёлый взгляд на младшего сына. — Она не берёт трубку, прошу ответь. — Узнаешь в школе, — слова прозвучали резче, чем хотелось, — не беспокойся, она придёт, — спокойнее добавил Энджи, направляя свой взгляд на листки бумаги. Парень вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. Он волновался о состояние своей сестры, он уверен, что в такой момент ей нужна помощь, но он даже не знает, где она живёт. Разузнать такую информацию у отца невозможно. Шото решил успокоить свои нервы изнуряющей тренировкой, он хотел выместить свой гнев за свою невозможность помочь ближайшему для него человеку. Мысли в голове мужчины не могли сосредоточится на работе, они были зациклены на его младшей дочери. Он волновало её состояние, потому что про неё нельзя выразиться, что она в порядке. Люди не могут говорить так легко о домогательстве. В его голове был один вопрос: «Когда всё пошло не так?». Вечер в доме Тодороки прошёл тихо, никто больше между собой не контактировал, однако это не уменьшает беспокойства за свою кровь.***
«Так у неё есть причуда? — парня спрашивают об этом на протяжении нескольких часов, никакие отказы не помогают, отмазки о том, что завтра в школу, или о том, что он сможет спросить у неё лично, его вообще не волнуют. Рин не представляет, как именно с ними расправится Шинзу за их с Осаму языки; он вытерпел все захваты своего брата, было больно, неприятно, и ни одного слова про это не слетело с его губ, — если не хотели оказываться в такой ситуации, стоило бы вообще ничего говорить».
