Весь мир - театр! А я в нём кукловод)

***

      Северуса пронзило резкое чувство отвращения.       Но не смотря на свою проницательность, впервые он не мог ответить на простой до банальности вопрос: а к кому?       Может, к чудовищному монстру в обличие человека? Вполне возможно… Даже, можно сказать, весьма вероятно. Ведь это именно он стал причиной нескольких учеников Хогвартса, привнёс хаос в и без того находящуюся под угрозой жизнь.       А что если… не к нему? Что если, отвращение было именно к самому себе.       Да — да, именно к себе. Тому, кто не смог остановить дьявола.       Сердце болезненно заныло.       Откуда в нём появилось это оправдательное «не смог»?       Разве он пытался?       Разве остановил Поттера в первое мгновение когда понял, что тот не шутит, а разорванное на части тело принадлежит Астории?       Разве поспешил стремглав к Дамблдору чтобы поведать о том, что новым противником школы стал тот, кто по мнению директора должен был её защищать?       Перекинув резкий взгляд колючих глаз, профессор некоторое время молчал не зная что сказать. Всеми силами он старался не выдать кроющихся в нём мыслей, столь подло напавших на самые уязвимые участки его личности.       Поттер был прав. И он знал это.       Наблюдая за своим оппонентом, глаза избранного лучились искренним удовольствием, переходящим в подобие лёгкого экстаза от беспомощности Пожирателя, упустившего время.       — Почему ты молчишь? — первым нарушил гробовую тишину парень.       На несколько мгновений опустив взгляд на пол, он показался Снеггу вполне обыкновенным подростком. Таким как сотни других учеников школы.       «Быть может, всё это пригрезилось мне?.. Может, на меня наложены какие — то мощные чары, препятствующие истинному видению?» — с надеждой подумал Северус, внимательнее всматриваясь в фигуру волшебника, внезапно поднявшего на него такой знакомый взгляд.       Это всё ещё был её сын.       Сын первой и единственной любви в жизни тёмного, тайну о которой он так трепетно хранил, не позволяя никому узнать о сокровенном.       — Так почему?.. — наивно повторил вопрос Гарри, потеряв свой звериный облик и устало присев на край ближайшего стола.       — Мне… нечего сказать тебе… — с трудом выдавил из себя Северус, чувствуя как от сильного стресса пересохло его горло.       Он даже не заметил что Поттер продолжает обращаться к нему неподобающим образом, которого ранее Снегг не мог себе даже представить.       — Жаль… Я думал, мы хотя бы поговорим. Нам есть о чём, — уверенный тон студента вернул в сознание профессора, который встрепенулся словно от резкого удара током.       — Я расскажу о совершённом тобой преступлении прямо сейчас, — злобно прошептал маг, сверля глазами избранного, стараясь не поддаваться на внезапно открывшуюся невинность Поттера.       — И что это даст тебе? Удовлетворение? — устало хмыкнул парень, небрежно слезая со стола.       Внезапно, по ступенькам ведущим в каморку Северусу раздались шаги.       Сердце мужчины невольно заныло: «кто это ещё может быть?»       Развернувшись всем торсом к входной двери, Снегг приготовился встретить любого человека, решившего столь внезапно и невовремя его посетить.       На пороге появился Дамблдор, заставляя душу тёмного сжаться от удивления.

***

      Судьба играла с ним.       Иначе, Снегг никак не мог объяснить подобных совпадений и своей нерешительности.       Почувствовав себя таким же беспомощным как в студенческие годы, маг с трудом сдержался чтобы не распахнуть от удивления глаза, что, несомненно, выдало бы его с потрохами.       — Вижу вы не один, Северус, — смотря поверх очков, неспешно проговорил директор, аккуратно прикрывая за собой дверь. В привычной для себя манере, держась за край бардовой мантии, он прошёл в комнату, с интересом осматривая Поттера и своего профессора.       — Доброе утро, профессор, — почтительно кивнул Гарри.       Снегг думал, что Поттер попытается перехватить инициативу, спасти собственное положение, наврав, что зашёл по каким — нибудь неотложным делам или за получением задания, но тот молчал.       — Профессор… — коротко кивнув в качестве приветствия, сказал зельевар, устремив взгляд на своего начальника.       Больше всего ему не хотелось объяснять причину появления в его личном обиталище Поттера, ведь Дамблдор знал: сюда маг не допускает никого.       — Даёте дополнительные уроки? — слегка усмехнувшись спросил директор, давая понять, что всё ещё ожидает получить ответ на скромно не озвученный вопрос.       Заинтересованный взгляд магика переместился на профессора. Впервые Северус видел его таким вовлечённым в диалог.       Но… В нём не было зла.       Лишь интерес ученика, услышавшего нечто поистине новое и неожиданное для себя.       «Лили была такой… " — пронеслось в голове зельевара, в памяти которого в мгновение ока отчётливо появилось миловидное личико первой и единственной возлюбленной: копна рыжих волос, едва заметные веснушки и… огонь познания, вечно горящий в полном энтузиазма взгляде.       Она всегда искала новизну в том, что казалось таким обыденным и привычным. Искала новые пути прочитки заклинаний и их применения, пыталась создать более совершенные…       Прямо как он…       И… как её сын…       Воплотившаяся в мальчишке дикость могла быть результатом непростительного заклинания, которое очернило душу невинного дитя, стоило ему только появится на свет.       «Почему я раньше не подумал об этом?..»       Несвойственное тёмной душе Северуса сожаление, впервые столь рьяно охватило всё его естество, открывая характер профессора с новой, неизвестной даже ему самому стороны.       — Поттер обязался принести мне задание, — дал неожиданный ответ маг, почувствовав облегчённый выдох избранного.       — Вот оно как… — задумчиво погладив бороду, пробормотал Дамблдор, — Ну что ж… Я пришёл с совершенно иной темой, Северус. Нам необходимо поговорить наедине, — бросив на Снегга многозначительный взгляд, добавил директор.       — Конечно, — ответил мужчина, — Поттер, можете быть свободны.

***

      Покинув личную обитель зельевара, Гарри не спешил возвращаться в гостиную Гриффиндора.       Прохаживаясь по коридорам, он вспоминал отражавшиеся в глазах Северуса эмоции.       «Неужели он так быстро понял, что сопротивляться бесполезно? — подумал избранный, — Но… он не из таких… В этом я полностью уверен. Если только сам не почувствовал нечто, что заставило его передумать…»       Проведя по взлохмаченным волосам, Гарри задумался.       Утихнувшая после встречи с профессором ярость плавно перетекла в интерес, мешающий концентрироваться на чём — то ином.       «О чём ОН будет говорить с Дамблдором?.. " — пронеслось в голове магика, постоянно прокручивающего в голове все возможные результаты этой встречи.       Что будет если Северус всё же сдаст позиции под натиском директора?       Что если расскажет о произошедшем?..       — В принципе, мне стоит научиться решать проблемы по мере их наступления, — произнёс вслух Поттер, пожав плечами.       Ему вполне хватило утренних эмоций, несмотря на прерванный с зельеваром разговор.       — Эй, приятель, — окликнул его Рон, — Куда ты сбежал с завтрака? Мы с Гермионой искали тебя повсюду, но ты как сквозь землю провалился, — голос рыжеволосого волшебника был пропитан искренним интересом.       Уизли рассчитывал, что друг непременно раскроет ему секрет своего времяпрепровождения.       «Я бы тебе показал, чем занимаюсь в свободное время… " — злобно подумал Гарри, хмыкнув носом.       Ему не хотелось находиться в невольной компании, но сбежать во второй раз было невозможно.       — Меня немного мутит со вчерашнего вечера, — растягивая слова, ответил Гарри, поворачиваясь к Рону, — Думаю, мне не стоило есть тот тыквенный пирог. Он явно не был свежим.       — Вот чёрт! Может, тебе стоит сходить в лазарет к мадам Помфри? — хлопая глазами воскликнул волшебник, искренне удивлённый подобным поворотом.       — Уже. Она подтвердила — это отравление, — присаживаясь на кровать, ответил Поттер, медленно приглаживая волосы, — Сожалею что доставил вам такие неудобства, — сухо добавил он, едва сдерживая рвущиеся наружу эмоции.       Несмотря на отсроченное спокойствие, Гарри вовсе не хотел вести этот разговор, ведь если Северус расскажет об увиденном вчера, его непременно вызовут. А он очень не хотел чтобы при этом присутствовали какие — либо свидетели.       Лишь эмоции во взгляде зельевара, которые магик с лёгкостью мог распознавать, могли даровать последнему уверенность о том, что профессор сохранил эту тайну, позволив довериться.       — Больше не буду есть их стряпню, — сплюнул раздосадованный Уизли, покачивая головой.       — Я тоже, — отозвался Гарри, поднимаясь с кровати, — Знаешь, мадам Помфри сказала, что мне необходимо зайти к ней ещё раз и выпить лекарство. Я не должен опаздывать.       — Хочешь, я схожу с тобой? — с готовностью в глазах сказал Рон, но Поттер отрицательно покачал головой.       — Думаю, будет не вполне хорошо, если мы будем таскаться целым хороводом к тем, кому действительно нужен покой. Видел в лазарете нескольких студентов из Пуффендуя, им явно плохо. Не будем тревожить их, — объяснил магик, стараясь как можно скорее отделаться от назойливого собеседника, — Лучше, сходи к Гермионе и скажи ей, чтобы она не волновалась. Уже всё хорошо. И спасибо вам обоим за заботу.       Направляясь в сторону обители Снегга, Поттер решил во что бы то ни стало узнать, что происходит за её дверями.