Брызги

Разговоры Жанр: романс, PWP Рейтинг: NC-17 Размер: мини Краткое содержание: Оказывается, Стив тот еще болтун по телефону... Примечание: Пост-ГВ, и жили они долго и счастливо, и не было у них никакой ВБ. Написано специально для WTF Starbucks 2020. А Стив оказался тем еще болтуном по телефону. Это было внезапное, но довольно забавное открытие. Очень скоро после налаживания связи выяснилось, что Баки неудобно набирать сообщения, а Стиву – звонить по скайпу. Потому, недолго думая, остановились на обычном телефонном разговоре, наплевав на часовые пояса и стоимость переговоров за минуту. Стив уверял, что канал защищенный, Баки верил. Поначалу все было ожидаемо: «Привет, как прошел день?». Стив будто чувствовал вину за то, что вынужден отлучаться ради спасения мира, оставляя разбуженного друга разбираться с кодами в одиночестве, потому звонил каждый день. И как-то так вышло, что сдержанному, собранному и обычно скрытному Стиву оказалось гораздо легче раскрепоститься, когда собеседник его не видит. Он шутил и даже иногда смеялся, что с ним случалось нечасто. А Баки нравился его голос. Стив его нисколько не утомлял. Сперва говорили по десять минут, затем по сорок. Потом начали ставить рекорды. Стив, казалось, настолько сильно соскучился по другу детства, что стремился обсуждать всё подряд. И разговоры об общих знакомых и их судьбе переходили в долгие рассказы Стива о пробуждении, нападении пришельцев на Нью-Йорк, о Соковии. Разговоры становились всё более личными. Потому что вскоре, выговорившись, Стив начал задавать вопросы. И, вопреки ожиданиям Баки, вовсе не об общем прошлом, к этому он был готов. Но его всякий раз пробирал мороз, когда Стив заводил разговоры о том, что творилось совсем недавно. О хэликерриере, о драках друг с другом... - Что ты почувствовал, когда остановился? Ты вспомнил меня? Голос его был негромким, будто Стив опасался затрагивать опасные темы, но чувствовал, что пора. - Нет, - Баки отвечал ему тоже тихо. Он не собирался этим делиться, но откровенность Стива подкупала, и вот так, не глядя друг другу в глаза, говорить о больном было легче. – Просто понял, что я тебя знаю. Что ты важен лично мне. Раньше подобного не случалось. - Ничего личного? – грустный, полунасмешливый вопрос. Баки невесело усмехнулся. - Да. А тут ты, и... Я был удивлен, что у меня вообще есть что-то личное. Что-то, что нужно сберечь. Эти разговоры, полные недавних переживаний, длились часами. Баки знал, что об этом они никогда не станут говорить с глазу на глаз, и Стив, похоже, это знал тоже. Только Стив при таком количестве друзей мог оставаться закрытым одиночкой. Он всегда тяжело открывался незнакомым людям, даже в прошлом достучаться до него было непросто, но Баки сумел. И теперь с горечью сознавал, что до сих пор оставался единственным, кому это удалось. Стив говорил с ним так, будто его долгие годы держали в одиночной камере без общества других людей. Это вызывало растерянность. В былые времена Баки мог бы его ободрить, но те времена прошли, и теперь он просто не знал, что ответить на то, что Стив изливал ему. А Стив спрашивал о том, где он жил, где скрывался, как и что вспомнил. Будто ему каждый вечер требовалось подтверждение того, что с ним говорит именно Баки Барнс. - Почему ты не вышел на связь? – журчал в динамике негромкий обеспокоенный голос. – Я тебя искал. - Я не был уверен, что мне стоит появляться в твоей жизни с таким багажом. Это было правдой. И Баки несколько дней обдумывал этот ответ, прикидывая, как лучше его преподнести. Знал, что рано или поздно Стив спросит. Стив был аккуратен и допрашивал его без пристрастия, но можно было не сомневаться, что в конечном итоге он выпытает всё, даже мельчайшие подробности и детали. - Ты же мой друг. Я бы прикрыл тебя. - Я приношу несчастья, - заметил Баки с грустным смешком. И добавил, уже привычно: – Прости, Стив. Это стало уже почти традицией. Как и ответ: - Не извиняйся. Ты не виноват. В любом случае, я рад, что ты сейчас в безопасности. Пароль – отклик. Как всегда. Но только Стив мог сказать это так проникновенно, что сердце защемило от нежности. Разговаривая с ним, Баки всё чаще ловил себя на том, что улыбается. Они парадоксально становились всё ближе, находясь при этом безумно далеко. Единственное, о чем Стив молчал, была его личная жизнь. Баки подозревал, что в Сирии или Ираке не слишком-то много пространства для таких маневров, но все равно как-то раз поздним вечером, слыша, что Стив в настроении откровенничать, спросил: - Ну, а как у тебя с той блондиночкой? Пауза на том конце связи длилась чуть дольше обычного. - Никак. С тех пор мы не виделись. Новость прокатилась по телу неожиданно приятной волной эйфории, поэтому вслух, смеясь, Баки сказал: - Я тебе поражаюсь, честное слово. Такое потрясающее тело расходовать на одни только драки! Тебе должно быть стыдно, оно же от этого портится. - Оно привыкло и прекрасно приспособлено для драк, - смущенный смех. – У тебя тоже прекрасное тело. Это был комплимент. Неожиданный подарок от Стива, который такого прежде себе не позволял. - Да ладно, не подслащивай пилюлю, - фыркнул Баки. Он сидел на глиняном полу, вокруг пахло сеном, волосы липли к шее. Он был замотан в местные тряпки, с трудом напяливал пыльные джинсы и был весьма далек от того Мистера Очарование, каковым себя считал безнадежно давно. - Я совершенно серьезен. Мне нравится. «Боже, мы же флиртуем друг с другом!..» - он подумал об этом почти со смехом. - Прилетишь – дам потрогать. Но только в обмен на ответную услугу. Разрешишь себя потрогать, а, Кэп? – и как только он это сказал, шутливо и не всерьез, стало вдруг не до смеха. У него внутри что-то тяжело заворочалось, завозилось, растревоживая грудь, пах и живот. Будто он сказал что-то запрещенное, как в детстве – плохое слово... Несколько секунд в динамике царило молчание, но это была не потрясенная, не тяжелая тишина. Скорее, за это время они оба осознавали и смаковали эту мысль. Пробовали ее на вкус. Она взбудоражила, пустила искру. Флирт на грани фола. И это было... приятно. Одновременно сродни ужасу и восторгу. - Как именно, - голос почти подвел Стива, - ты хотел бы потрогать? Баки прикрыл глаза, чувствуя вторую волну. Она была мощнее предыдущей, его собственное внутреннее землетрясение. Почти страх и почти азарт. И легкая тень недоверия тому, что они и впрямь говорят об этом. Он догадывался, почему начинает впадать в зависимость от этого голоса. Почему каждый день ждет звонка, почему они прощаются по нескольку раз, не торопясь прервать связь. Почему тишина после каждого разговора наполнена грохотом сердца. Он давно испытывал к Стиву щекочущий нутро интерес, но развитию этого интереса мешали сперва отрицание, гнев и торг, а затем амнезия, коды и криокамера. Но сейчас... Это ведь приглашение, разве нет? - Устроим спарринг? – Баки постарался вернуть голосу прежнюю шутливую непринужденность. – Или пошли бы на пляж, я бы втирал в тебя крем от солнца... - он вдруг перестал дурачиться, поняв, что это уже не нужно, и сказал уже глуше, без смеха: – Ты очень красивый, Стив. Короткая пауза. - Ты тоже. Баки прикрыл глаза. Было жарко, и становилось всё жарче. И закат здесь был ни при чем. - Ты нарисовал бы меня? - Я часто тебя рисовал. - А таким, как сейчас? - Конечно, - легкий, какой-то нервный смешок. – Попозируешь мне? Обнаженным? Баки едва не спросил это вслух, вовремя прикусив язык, но это слово горячо прострелило его насквозь, поднимая волоски на руке. В штанах Баки почувствовал первый толчок возбуждения. И не удивился. - С удовольствием, - голос предательски дрогнул. – Буду полностью в твоем распоряжении. Впрочем, Баки был уверен, что этого никогда не случится. Что они прямо сейчас, на ходу, лепят из воздуха и эфира фантазию, которая увлекает их обоих, до дрожи, до этих сладких подергиваний в паху. Он сидел в хижине безумно далеко от Стива, но казалось, что может расслышать в динамике, как у Стива колотится сердце. - Полностью? – нервный смешок. – Значит, мне можно не сдерживаться? - Никогда не стремился сдерживать твои творческие порывы. Даже если тебе захочется рисовать прямо по мне. - Как раз подумал об этом... - Стив. - Да? - Ты хочешь нарисовать меня обнаженным? Едва он спросил это вслух, острый толчок возбуждения повторился с утроенной силой. Пауза была немыслимо долгой. Хриплое: - Да, - и выдохом, - давно хотел. В паху мучительно потянуло, заныло. Баки накрыл его ладонью, едва не застонав. Он только долго выдохнул носом, услышав ответный выдох – короткий и шумный, ртом. И внутренне ощутил ликование тому, что Стиву всё труднее сдерживать эти реакции. Они завели друг друга, просто блеск... - Стив... – Баки облизнул губы, сжимая и разжимая пальцы на своей ширинке. – Ты сейчас возбужден? На сей раз Стив шумно втянул воздух. После чего сухо, сдавленно сказал: - Думаю, нам лучше это закончить. Баки едва не выругался. Стоило этого ждать, но он так надеялся... Слышал же это в словах, в интонациях голоса... Неутоленность. - Мы перешли черту? – спросил он, даже не пытаясь скрыть досаду, - если ты из-за этого... - У тебя всего одна рука, - вдруг прервал его Стив. Этот сиплый, отяжелевший голос звучал почти отчаянно. И стало так легко, что Баки даже рассмеялся. - После разговоров с тобой на такой жаре телефон прилипал к уху, - сказал он спокойно, чем немало удивил даже себя, - поэтому я завел хэндс-фри. Телефон на зарядке, Стив, - и тоном ниже. – Поговори со мной. Он снова сжал и разжал пальцы, возвращая ощущения. Последовала очередная пауза. Обострившимся слухом он уловил, как Стив облизывает губы. Несколько раз. - Да, - ответил Стив сдавленным шепотом, - да, я возбужден. Это честное «да» упало прямо в пах. Пульсация становилась болезненной, но Баки не спешил. - Чего бы ты хотел сейчас? Если бы мы были в одной комнате, и я позировал тебе обнаженным... - Я бы забыл о краске, - резко, судорожно. – И я хотел бы раздеть тебя. Сам. Баки прикрыл глаза, понимая, что начинает проваливаться в этот голос, что его затягивает в самое жерло, и ему нисколько не хотелось сопротивляться. Наоборот, он хотел еще больше слов. Еще больше Стива, шепчущего на ухо о том, чего он действительно хочет. - Сейчас это не составило бы труда, - приподнявшись, он расстегнул пуговицу, дернул молнию вниз. – Что еще? - Я бы хотел поцеловать тебя, Бак. Баки ощутил, как жарко сжался и потяжелел грохочущий комок в его груди. Он это сказал. Он же действительно это сказал... Одновременно заныли губы, ладони, пальцы, в головке члена сладко задергался пульс. Баки высвободил его, на пробу двинул пальцами по стволу, содрогнувшись от остроты ощущений – он был так возбужден, что это было почти больно. И слышал по тяжелому дыханию Стива, что он тоже переживает эту мысль, смакует ее. - Куда? – спросил он на одном выдохе, мысленно умоляя Стива сказать это еще раз, и именно этим голосом. - В губы. Хочу тебя целовать. Очень... давно. Слова обволакивали мозг, трогали ушную мембрану и посылали по телу волны дрожи, одну за другой. - Ты безумно милый, Стив, - Баки провел рукой вверх и вниз, понимая, что говорить становится всё труднее. И не смог сдержаться: – Я хочу, чтобы ты кончил мне в рот. Ты мне это позволишь? И завелся еще сильнее от того, что сказал это вслух – отрицаемое, подавляемое годами... - Да, - тяжелое, учащенное дыхание. Стив на том конце связи тоже был занят. – Я бы хотел, чтобы ты это сделал. - Сделал что? - Чтобы ты... взял у меня в рот. Хочу это видеть. Хочу... придерживать тебе волосы, пока ты будешь делать это. Баки хотелось это представить, но воображение отключилось – голова была переполнена словами, звучащими здесь и сейчас. Слух настолько обострился, что он улавливал отдаленные звуки, которые не мог идентифицировать, но их размеренный ритм наводил на чарующие, опьяняюще порочные мысли. - Когда будешь кончать, можешь сжать их в кулаке посильнее, - хрипло сказал он. - Боже, Бак... – шумный выдох, - тебе это нравится?.. - Мне это понравится, - он сжал пальцы сильнее. Его всего трясло, но он отчаянно вслушивался в шорохи, учащенное дыхание – в звуки комнаты, где Стив точно так же трогал себя. – Будет то, что нужно. Вверх-вниз. Откинувшись к стене, пошире разведя гудящие от напряжения ноги... - Да, то, что нужно. Пальцы ноют, - признался вдруг Стив с коротким смешком. – Так хочу погрузить их тебе в волосы... думаю об этом с тех пор, как увидел тебя длинноволосым. - И сжать? Выдох носом, как будто Стиву пришлось закусить губу. - Да, на затылке. Чтобы ты принял... - Я приму всё до конца. Выпью тебя до последней капли. Рука уже против воли начала набирать отрывистый ритм. - Господи, Бак... - Ты ответишь мне тем же? Возьмешь меня в рот? Он чувствовал, что приближается. Что осталось совсем немного... еще парочку откровенных, пылких признаний и наполненных страстью фраз. - Боже... да. - У тебя самые... сексуальные губы из всех, Стив. Хочу двигаться между ними... - Всё, что хочешь... Голос Стива тёк сквозь его тело, заставляя его вибрировать и содрогаться. — Хочу тебя... — Да... — Ты понимаешь? — еще чуть-чуть. — Я хочу секса с тобой. Хочу взять тебя... черт!.. — Я согласен. Давай вместе, Бак... я почти... — Да... Хочешь меня? — Очень. Хочу, чтобы ты вставил мне. А потом я вставлю тебе... — Да, Стив!.. Еще!.. — ... и я буду трахать тебя, Бак, трахать так, что ты увидишь звезды... Одного этого грубого, крепкого, потрясающего слова Баки хватило, чтобы оказаться на самом краю. - Обещай мне... – почти всхлипнул он. – Обещай мне, что будешь!.. - Да!.. – он услышал, как Стив застонал, и отпустил себя. На короткое время всё стихло, они даже перестали дышать. – Обещаю, - раздался, наконец, хриплый выдох. Усталый и опустошенный. Это было то, чего ему не хватало, чтобы кануть в посторгазменные небеса. Спустя почти минуту он сказал, тяжело дыша: - Договорились. - Бак... – судя по голосу, Стив очнулся достаточно, чтобы начать извиняться, - я должен тебе сказать... - Нет, Стив, - прервал Баки глухо. Он покачивался на волнах, голова была звонкой, легкой и полной Стива. Пауза в динамике выразила замешательство. - Нет? – осторожно. - Нет, - Баки медленно потянулся, разминая мышцы. – Это ты скажешь мне лично. Понял? В трубке раздался смешок, полный облегчения, смущения и надежды. Очень теплый смешок. Баки такого еще не слышал. Опять потянуло губы. Впервые с начала разговора он пожалел, что Стив далеко. - Через четыре дня прилечу. Тогда и поговорим. Если не забуду все слова, когда тебя увижу. Четыре дня... если завтра они созвонятся снова, это время пролетит незаметно. - Я тебе напомню, - Баки мягко усмехнулся. – Мне ведь тоже есть, что тебе сказать.