Брызги

Фест валентинок 2017 Валентинка II-09: Кто-нибудь дарит Баки шоколадного Зимнего Солдата. Что будут делать Стив и Баки - на усмотрение автору. 500 слов, PG - Ну так откуда? С головы или с ног? - Звучит по-каннибальски. Ты уверен, что хочешь это есть? Перед ними на столе лежал плоский человечек. Совсем как пряничный, только шоколадный. Человечек был в темной шоколадной маске и шоколадном бронежилете, одна его рука была из белого шоколада, что должно было, видимо, обозначать металл. Зимний Солдатик хмурился. Ему не нравилось столь пристальное внимание склонившихся над ним подозрительных лиц. Ванда принесла это три часа назад. Подарок для Баки. Сказала – совершенствует кулинарные навыки, и с тех пор над столом висела дилемма. Баки взирал на человечка так, словно тот задолжал ему крупную сумму денег. А Стиву он нравился. Будил давно забытое стремление к рисованию. Только на дне души плескался отголосок ревности. Ванда подарила Баки шоколад, что бы это значило?.. - Хочешь сказать, самоедство мне не пойдет? Или намекаешь, что это будет первый шаг к таким пропорциям? – Баки насмешливо кивнул на человечка, округлые конечности которого свидетельствовали о длительном пренебрежении тяжелыми нагрузками. - Нет. Просто Ванда старалась. Не жаль? - Его? Нет. Не жаль. А если расплавить в кипящем молоке? Пусть медленно тонет... - Еще не отошел от второго «Терминатора»? - Поймал, - Баки опустил голову, пряча улыбку. А потом случился один из его «маленьких моментов». Будто вспомнил о чем-то. Побледнел, нахмурился. Стал серьезным. - Стив, - позвал глухо. – Давай его заморозим. Он кивнул, хотя по телу пробежали мурашки. Плохой знак. Это было похоже на церемонию. Они завернули фигурку в пакет, и Баки опустил ее на дно морозильной камеры. Медленно, как гроб в могилу. Закрыл дверцу, придавил рукой и какое-то время так стоял, не шевелясь. - Теперь он настоящий Зимний Солдат, - заметил Стив, чтобы разрядить обстановку. Такой Баки тревожил. - Да. Теперь настоящий. Стиву было страшно. Коды не были сняты. Он не знал, как их снять, но не выдержал и через неделю после освобождения команды попросил Т’Чаллу разморозить Баки. Разговорил, убедил остаться. Говорил, что пока команда здесь, они сумеют справиться со всеми врагами. Говорил, что это неправильно – так уходить. Стив не знал, насколько был убедителен. Знал только, что скучал невыносимей, чем мог представить. И что тоска, оказывается, может изгрызать до костей. Живьем. Он боялся, когда Баки становился таким вот. В эти моменты он выглядел так, будто готовился вернуться обратно, в холод. Будто намеревался разом, решительно всё оставить. Будто хватит с него. Жизни. Будто быть мертвым ему хотелось больше, чем быть живым. Это морозило нутро. Потому что в этом маленьком шоколадном человечке Баки видел себя и относился к этому простому жесту серьезно, как самоубийца, бросающий кепку с крыши и смотрящий, как она летит, прежде чем броситься вниз самому. - Стив, я тут подумал, - раздался тусклый голос, и все внутри оборвалось. – Может, мне тоже... - Я тебя люблю. Стив не сразу понял, что это он только что произнес. Вслух. И удивился, что абсолютно откровенен. Вот, значит, что... Баки недоуменно обернулся. Была не была. - Я тебя люблю. Не смей уходить. Баки долго молчал. Посмотрел на Стива, на холодильник, опять на Стива. И усмехнулся. - Пусть он пока за меня полежит. А у меня, похоже, намечаются дела поважнее.