Ангел. Часть первая.

Я знаю, что так не принято, но я решила вернуться в прошлое Джастина и рассказать, почему он стал настолько не канонным. Воспоминания Джастина. Часть 1: Школа. В первый раз за свои почти 17 лет мне страшно. Я не могу понять, почему этот парень меня так привлекает. Почему я думаю о нём, почему он мне снится, почему я постоянно думаю о его губах. Мне так стыдно, а главное я боюсь хоть кому-то об этом сказать, кроме моей подруги Дафны. Мой альбом изрисован его портретами, я хожу на его тренировки, подсматриваю за ним в душе. Его голос звучит в моих ушах. Мне так горько, ведь мы оба парни. Я не говорю ему о моих чувствах, и не стремлюсь их ему показать. Он футбольная звезда, любимец девчонок, Крис Хоббс - парень, которого знает вся школа. А я, Джастин Тейлор - подросток, любящий рисовать, подросток, как бы страшно это не было признать, гей. Мне так тяжело было в этом признаться самому себе, а что будет если узнают родители? Возможно, свою ориентацию я должен был понять и раньше, но я человек искусства, меня кроме картин ничего не интересовало. Пока ко мне в школу не перевёлся он, парень, из-за которого я взглянул на мир по другому. Как назло он перевёлся в мой класс. У нас одни и те же уроки и дисциплины. Я каждый день вижу его улыбающееся, чуть насмешливое лицо. Он относится ко мне по дружески, но как он ко мне отнесётся, если узнает какой я... Сегодня, благодаря чертовой училке по истории, мой личный ад вышел на новый уровень. Нас с Крисом поставили в пару для создания доклада. И теперь я буду в течение нескольких недель, пару раз в неделю находиться наедине с ним, вдыхать его запах, слушать его шутки и мучиться от желания впиться в его губы. Прошла неделя с тех пор, как нас с Крисом поставили в пару, за это время мы с ним сблизились. Я заметил, что он на меня начал засматриваться и взгляд стал каким-то другим. Это вызвало у меня в душе ад № 2, почему он так часто меня касается, почему он задерживает взгляд. От этих "почему", я потерял аппетит, приобрёл постоянную головную боль от разрывающих душу мыслей. Со временем лишь одна мысль стала постоянной, я должен проверить, как он ко мне относится, должен, наконец, получить покой. А это значит, нужно подстроить ситуацию когда мы с Крисом останемся наедине, но уже без грёбаных учебников. Всё сложилось как нельзя лучше и без моего участия. На уроке литературы Крис выбесил учителя и его отправили убирать в кладовой спортзала. Не долго думая, я пошел за ним и предложил помощь. А дальше всё было как дважды два, банка содовой, плечи рядышком, непристойный трёп, лёгкие касания и вот результат, у него стоит на пол второго, а глаза горят от желания. И вот я на свой страх и риск уже глажу его по бедру, а он не отрывает от меня глаз и облизывает губы. Кто бы знал, какой ужас я испытал, когда я решился всё же расстегнуть ширинку у него на брюках и взять в руки член. Как я ожидал удара от Криса за свою наглость, и какой катарсис я испытал, когда он часто задышал и прислонился своей головой к моему плечу. Тогда я решил ещё больше обнаглеть и прижался к его губам в поцелуе. Я ожидал, что он набросится на меня с кулаками или хоть оттолкнет, но я не ожидал, что он обхватит мою голову руками и ответит на поцелуй. Это был мой первый поцелуй, это был первый раз, когда я касался чужого члена, это был первый раз, когда кто-то под моей рукой извивался от страсти. Когда Крис кончил, я тоже кончил даже не прикасаясь к себе, прямо в штаны. И хотя я и оказался грязным и липким, на моём лице сияла самая идиотская улыбка в мире. Услышав ругань приближающегося учителя, мы вскочили и привели себя в порядок. Смущенно улыбнувшись друг другу, мы повернулись к учителю. В его глазах не было ни презрения, ни ужаса только неуверенность, а значит ничего ещё не кончилось... Крис начал избегать меня, поэтому я даже и не ожидал, что он придет ко мне домой продолжать делать доклад, если честно я был просто в шоке. Так как моих родителей не было дома, от этого мне стало легче, потому что если зайдёт разговор о том, что у нас с ним произошло, хорошо что нет свидетелей, которые могут нас подслушать. Как ни странно Крис не стал заводить разговор о случившемся. Не успев проучиться и пяти минут мы начали целоваться. Так мы и провели не только этот "учебный" вечер, но и несколько других, целуясь и дроча друг другу. Мы не заходили дальше, но начали планировать заняться сексом. Мы особо не заговаривали об отношениях, я его полюбил, но как он ко мне относится для меня осталось загадкой. Наедине он меня целовал и ласкал, на людях делал вид, что мы не знакомы. Так и тянулись наши "отношения", умирая внутри на людях и теряя голову наедине. Вот и наступил час х - день, когда мы решили использовать презерватив, день, когда мы решили не просто трогать, но и сделать всё по-настоящему. Мои родители уехали в гости и весь дом остался в нашем распоряжении. Я не брал его за руку, когда мы поднимались по лестнице, он даже пальцем ко мне не прикоснулся, когда мы сели на кровать. Мы просто смотрели друг на друга и приближались головами... От силы удовольствия мы не слышали и не видели ничего вокруг, погружаясь в него, я не думал ни о чем, а тем более о незапертой двери в моей комнате, ведь тогда мой отец не зашел бы в комнату, в то время когда я кончал. И вот я сижу теперь уже в своей бывшей комнате и трясусь от пережитого ужаса и слёз. В моих ушах даже сейчас звучит крик отца вперемешку с криком и плачем матери. Крис вылетел с родителями из моего дома, он сказал, что я его соблазнял и угрожал рассказать всем о нас - поэтому он и лег под меня. В итоге он ни у дел, а я растлитель для всех, что для его родителей, что для моих, и плевать, что Крис выше и сильнее меня. Я чертов извращенец, который губит души невинных парней. Мне было очень больно от его слов, а то, что говорили мои родители, как меня называли - просто уничтожило меня. Я был в том состоянии, в котором на всё дашь согласие, только бы на тебя перестали кричать и смотреть с презрением и ненавистью, перестали бить. Поэтому через несколько недель я и подписал все бумаги без разбора, даже не читая. Каким же я был идиотом - я подписал документы в военное училище. У отца там были крутые связи и он нажал на все рычаги. Мои родители просто выбросили меня из своей жизни, навсегда. Через месяц я сел на автобус до Вест-Поинт, предварительно перевезя свои вещи к Дафне. 4 года учебы и 5 службы ждали меня, мой личный ад, но теперь уже созданный для меня родителями...