Новый Игрок

Летние дни летели, сопровождаясь воистину большим количеством информации, постепенно оседавшей в моей голове. Новые рецепты, таблицы совместимости, редкие реагенты, свойства которых раскрыты лишь на половину – всё это ждало того, кто решит сесть за изучение «продвинутого курса зельеварения 5 том». Голова кипела, а глаза горели: работа шла хорошо. Другой стороной моей рутины на каникулах стал вопрос о расширении нашего скромного «бизнеса». Как и у близнецов, глаза у меня были «загребущими», а желания не соответствовали возможностям. Главной проблемой стало то, что в Хогвартсе мне предстоит с ластами и маской нырнуть в зельеварение, чтобы наверняка быть готовым ко всем «финтам» комиссии по СОВ. И с такими замашками мне попросту не будет хватать времени варить множество как примитивных, так и не очень составов для нашего дела. Вопрос стоят в том, как оптимизировать начальные этапы, чтоб не тратить кучу времени на ожидание следующего этапа варки зелий. Крайним вариантом будет закупка катализаторов для зельеварения – специальных ингредиентов, ускоряющих процесс приготовления несложных составов. Вот только такие катализаторы стоят немалых денег, а «Сладкое Королевство» наверняка не согласится на сильно возросшие расценки. Да и урезать прибыль таким способом не хотелось. В идеальной ситуации мы бы заручились помощью, вот только возраст не позволяет сделать это всё без риска. Ещё одним вариантом стала возможность заказывать составы по рецепту у зельеваров «средней руки». Они сами обеспечивали себя ингредиентами, а цена была, естественно, выше, чем за расходники. Этот вариант стал основным на заметке, так как доплата за труды была посильной и при оптовых заказах имелись скидки. Вот тебе и капитализм в устаревшем магическом обществе! Сам ассортимент пополнился шоколадными лепреконами, перед съедением которых, последние отчеканивали своими ножками традиционный ирландский танец. Но за каникулы произошло и нечто не совсем приятное. Точнее не так: кое-что не происходило, и это нас несколько беспокоило. За время каникул мы не раз оправляли сов с письмами к Гарри: ради приличия и банального общения со знакомым. Вот только в ответ мы ни разу не получали ровным счётом ничего. Нет, я не считаю себя параноиком крайней степени запущенности, но это действительно было странно: с Гарри, как я, так и Рон, общались достаточно тепло, не считая ещё и наших общих занятий. Геройствовать, как и раньше, у меня не было ни малейшего желания, так что было решено обратиться к самой верной инстанции – к родителям. Выслушав наши предположения, Артур и Ксенофилиус переглянулись и последний начал: - Боюсь, даже если это действительно так, и письма до него не доходят, то мы не можем ничего с этим поделать. У Гарри есть родственники и опекун в магическом мире. - Опекун? – почти в унисон спросили мы с Роном. - Да, - продолжил уже Артур, - по законам магической Британии, все дети, не имеющие прямых родственников магов, имеют право заручиться опекуном. А в некоторых случаях, опекунство назначается и без согласия ребёнка. - Но разве у Гарри нет близких родственников в других родах? – выдал первое, что пришло в голову, я. - Есть, но в то время никто не заявил о желании принять маленького Поттера в свою семью. – продолжил старший Уизли, - Точной информации, как всё произошло нет, но на данный момент опекуном Гарри является никто иной, как Дамблдор. - Ничего себе! – вырвалось у меня, - Стоп, а почему тогда Гарри продолжает жить у родственников, которые над ним измываются? - Измываются? – переспросил отец. - Он пару раз говорил, что его детство было, скажем так, не самым простым и что ему постоянно приходилось быть за домработницу. - А вот это уже совсем интересно… - протянул Артур, почёсывая затылок, - но, боюсь, мы всё равно не можем просто так заявиться на порог их дома. - А что, если мы «случайно» оказались рядом с их домом, делая свои «дела»? Мы можем просто «предложить» Гарри прогуляться и уточнить у него, не получал ли он писем. – ответил я, после недолгого раздумья. - Если вы действительно думаете, что кто-то не даёт Гарри доступ к вашим письмам, то мы, я думаю, - Артур посмотрел на Ксенофилиуса – тот кивнул ему в ответ с задумчивым лицом, - то, пожалуй, мы можем отправиться в их район, скажем… по работе. Маглы в очередной раз напоролись на магический артефакт, а я, - Артур подмигнул, - хотел показать деткам, как проходят мои трудовые будни. Так и был организован «налёт» на Тисовую улицу. Отправиться мы решили в скромном составе из Артура, меня и Рона, чтоб не привлекать лишнего внимания толпой нас любимых. Артур взмахнул палочкой, от чего его рабочая мантия немедленно трансфигурировалась в тривиальный костюм-тройку, а его чудаковатая шапка – в «папку с документами». Мы с Роном, же, просто оделись в магловские вещи, которых в Норе было предостаточно. Проделать аналогичный финт мы не могли не только из-за неумения: на рабочую одежду Артура были наложены специальные чары, облегчающие и сводящие к минимуму контроль над длительной трансфигурацией. Это позволяло ему спокойно ходить в таком виде, не переживая за внезапную демаскировку. И, воспользовавшись камином, мы вышли из «Дырявого Котла», направляясь к платформам пригородных поездов. Интересно было отметить, что Артур чувствовал себя во всём этом магловском мире как у себя дома: знал, как работают светофоры, что это, да что то, и с интересом рассказывал это всё нам. Рону было интересно, а я вторил ему, хоть и, естественно, прекрасно знал обо всём этом. К искомому дому путь был не самый близкий – окраина Лондона оказалась окраиной с большой буквы, так как ехали мы добрых полтора часа. Но найти саму улицу и нужный дом не составило труда, так как самих улиц в небольшом городке было мало. Ещё издалека, на окне второго этажа я приметил металлическую решётку, на что указал Артуру. Тот лишь покачал головой. Теперь настала очередь действовать «невинным детишкам»: я подошёл к двери и уверенно постучал металлической колотушкой. Спустя полминуты возни, дверь открыла высокая худая женщина, лицо которой при виде меня неприятно скривилось. - Здравствуйте, миссис Дурсль. Извините за беспокойство, я друг Гарри и мы с отцом (так проще) оказались тут неподалёку по его работе, и я хотел увидиться… - Его нет дома! - прорычала женщина, не дав договорить, и хлопнула дверью перед моим лицом. Это меня, понятное дело, не обрадовало. Я сразу подхватил небольшой камушек и легонько кинул его в сторону окна с решёткой. Камешек без урона стукнулся о стекло, а затем, уже падая, разок зацепил и саму решётку. Спустя несколько секунд, в окно выглянул Гарри, а я показал ему «Ok» рукой и вернулся к Артуру. Рассказав, о моих успехах, мы с Роном остались ждать, когда уже Артур отправился к двери. Разговор услышать не удалось, но тётка явно была в ярости, а наш «адъютант» сохранял слегка дружелюбный покер фейс – вот что значит профессиональная выдержка! Тем не менее, переговорив ещё какое-то время, Артур вернулся к нам. - Эта магла совсем сумасшедшая. Боюсь, к этому делу надо привлекать министерство. Я бы мог забрать Гарри и без этого, но тогда это можно расценить как преступление, пусть и против маглов. Оставьте Гарри какую-нибудь весточку и мы отправляемся назад в «Дырявый Котёл» вы пойдёте домой, а я – на работу, где разузнаю ситуацию. Я, предполагая такой исход, достал листок с предварительно написанным посланием: «Гарри. Если до тебя не доходили письма – дай нам знать. В скором времени наши с Роном отцы что-то придумают. Если получится написать ответ – дай нам знать.» Записка легко обернула другой камушек и со второй попытки залетела в приоткрытую, насколько это возможно с решёткой, форточку. Гарри не стал медлить и уже через пару минут, с тем же камушком, прилетел ответ: «Я не получал писем и знаю почему. Ко мне приходил домовой эльф, который назвал себя Добби. Он почему-то не хочет пускать меня в Хогвартс.» Да-а, вот ещё странных домовиков нам и не хватало. Эльфы не могли принести какой-либо вред волшебнику, если на то не было прямого приказа со стороны их хозяина. Был ещё и другой вариант, при котором домовик мог двинуться рассудком и воспринимать приказы через свихнувшуюся голову, но о таком даже думать не хотелось, так как уж слишком это было опасно и таких эльфов, обычно, казнили. Ну, вот и куда я опять лезу? Эх, сошлю это на слишком сильную адаптацию к обществу. Когда я передал ответную «весточку» Артуру, тот сильно задумался, насупив брови. Складывалось ощущение, что он что-то предполагал, но его предположение его очень не радовало. Впрочем, главное, чтоб всё получилось, а там уже будем «плясать» от ситуации. Ведь впереди не только мой порыв со сдачей СОВ, но ещё и пополнение рядов первокурсников в лице двух наших младших сестёр. И если Джинни была боевой поклонницей Избранного, то Луна всегда витала в облаках, что может сыграть с ней злую шутку. Вот только обижать сестру начинающего зельевара… не стоит. Лирическое отступление. Гарри был рад, что Максим и Рон решили его проведать. Он был невероятно зол, когда узнал, что не получал от них письма и наделал глупостей, из-за которых теперь практически не покидал комнаты. Единственным плюсом было то, что чулан под лестницей сменился мало-мальски приличной комнатой, пусть и с полуразваленной мебелью. Теперь у него была надежда, что у мистеров Уизли и Лавгуд получиться, хотя бы, вернуть его в Хогвартс к началу учебного года. Помимо этого, Гарри сильно беспокоил сам факт того, что чужой домовой эльф мешает ему попасть в школу. За прошедший год он успел узнать, что такое не случается просто так и скорее всего, домовику приказали мешать ему всеми силами. Он не хотел связываться с этим всем, не хотел причинять вред профессору Квиреллу, пусть в нём и сидел убийца его родителей. Гарри Поттер имел скромную мечту жить спокойно и стать колдомедиком, не попадая в подобные неприятности. Мадам Помфри, услышав о его стремлении, была рада помочь и обещала в новом учебном году обучить его простым диагностическим чарам, которые колдомедики изучали в самом начале обучения. Его тянуло это, а не жажда доказать свою Избранность, которую он уже успел невзлюбить. На кой чёрт нужно быть Избранным, если при этом не можешь идти своим путём? Может это и странно, что подобные мысли роились в голове мальчика его возраста, но Гарри отчётливо чувствовал, как после каждого занятия, после каждого общения с Максимом, мыслит всё чётче, не ссылаясь на тягу к приключениям, как в начале прошедшего учебного года. Сейчас ему было одиноко, но он старался верить в то, что его заточение закончится скоро-скоро. О, законы, о, Министерство! Какие же вы суки! Не знать, что Гарри и близко не живёт со своим опекуном, а остаётся на попечительстве у маглов-садистов. Это могло вызвать не шуточный скандал, учитывая положение моего сокурсника. И, кажется, наши любимые взрослые стремятся этот скандал осуществить. Отец сел за печатную машинку со своеобразным блеском в глазах: мне показалось, что это была помесь профессионального интереса и некого злорадства. Может Дамблдор ему чем-то насолил? Чёрт его знает, посмотрел бы в своё время фильмы – может и узнал бы. Артур же, со своей стороны, тряс связи в министерстве и, кажется, готовил материалы для передачи в «Ежедневный Пророк». У них с отцом была договорённость, что материалы отправятся в газету анонимно и сразу после выхода «Придиры», чтобы не портить нам заработок на сенсации. К слову, Артур тоже поимеет долю от продаж, так как, несомненно, сильно помог с ситуацией. А что вы думали, мы не хотим заработать на этом лишнюю сотню галеонов? Как бы ни так! Спасение спасением, но пополнение семейного бюджета – дело правое. Ну, правое для нас, разумеется. Уже через день заголовки пестрили сенсацией, а Артур разузнал, что некий домовик Добби принадлежал достаточно известной в магическом мире семье Лестранжей. Вот такие пироги с котятами: Добби, будучи привязанным к своим хозяевам, подпитывал широко известную преступницу и пожирательницу смерти Беллатрису, от чего немного поехал мозгами. После он начал мнить себя спасителем великого Гарри Поттера. Почему? Неизвестно. И началась буча: свихнувшийся домовик и Дамблдор, не выполняющий обязанности опекуна – большая заявка на скандал десятилетия. Опять же, такой сенсацией новость стала благодаря именам – на не особо известных личностей не обратили бы так много внимания, как на Мальчика-который-выжил и Альбуса Дамблдора, количество титулов и полномочия которого сильно выделялись среди даже самых важных личностей магической Британии. Пошли судебные разбирательства и вся вот эта тяготня. Бедного, преданного своей хозяйке домовика было решено казнить, по всем понятным причинам: мало ли что может взбрести в голову настолько опасного существа в следующий раз? Почему, например, не убить кого-то ради чьей-либо мнимой безопасности? Али ещё чего посерьёзней? Так что решение суда было исполнено в кратчайшие сроки традиционным методом – голова Добби была отсоединена инструментом, который все знали под названием «топор палача». Вторая же сторона конфликта, в отличие от домовика, могла защищаться и яро этим пользовалась: Альбус Дамблдор явно не желал лишаться опекунства над Гарри. Вот только, видимо, то ли законы в магической Британии соблюдали более тщательно, то ли Дамблдора не захотело поддержать большинство участников процессии – опекунства его, всё же, лишили. И теперь вставал закономерный вопрос: кто станет новым опекуном Гарри Поттера до его совершеннолетия? Да, теперь Гарри мог сам согласиться или не согласиться с подобным предложением, но он не знал большинства людей, которые приходились ему дальними родственниками. Да и толпы желающих не обнаружилось, так что на данный момент опеки со стороны магического общества над Гарри не было. По закону, если он не заручится опекой на протяжении ближайших трёх месяцев, то опекуна ему назначит Визенгамот. И угадайте кто его председатель? Правильно, сам Дамблдор. А это значит, что хоть наш директор и не имеет права более становиться опекуном Гарри, через три месяца он вполне может назначить приближенного к нему человека. Нет, я не считал Дамблдора ужасным человеком, но, видимо, опекунство над Поттером давало ему определённые регалии, иначе, зачем ему было так яро защищаться и вообще становиться опекуном? В любом случае, такие серьёзные вещи, как опекунство, просто так не решаются и Артур «любезно предложил» Гарри остаться в Норе до начала учебного года, хотя на самом деле просто хотел забрать мальчика из всей этой мешанины и дать прийти в себя. Ни отец семейства Уизли, ни Ксенофилиус не были мессиями, помогающими всем просто так. Да, они были замечательными родителями, поощряющими начинания своих детей и поддерживающими оных. Но Гарри не приходился нам родственником, а его родители никогда не были близкими друзьями нашим семьям. Но, всё же, речь шла не только о важной фигуре в непонятной политической возне, но, вместе с этим, об обычном мальчике, который абсолютно не желает ввязываться во все эти «приключения». Да, об Артуре в данном случае можно сказать, что его поступок был альтруистичным и очень добрым, но семья Уизли всё же возымела с этой ситуации некую премию, так что принятие такого гостя было скорее удовлетворением совести Артура. Да и, если вдруг им вздумается взять Гарри под опеку – это давало им непосредственное право получать пособие по опекунству, которое вкупе с личными средствами Гарри, абсолютно не било по кошельку рыжего семейства. Так что, если за ближайшие три месяца ничего не изменится – Артур скорее всего подаст соответствующие документы на расмотрение. Сейчас же, до начала учебного года, я продолжал заниматься подготовкой к СОВ, параллельно занимаясь с Гарри и Роном подготовкой ко второму курсу по зельеварению и другим предметам. Оба уже давно согласились, что быть подготовленным – не только полезно, но и приятно. Таким образом, дни перед началом второго курса постепенно заканчивались, а в моей голове, по непонятной мне причине и немного с иным контекстом звучала знакомая мелодия… and another one gone, and another one gone, another one bites the dust…