Похищенный жених.

      Чужая душа потемки! Хоть раз, но каждый из нас слышал эту присказку. Для Мукуро чужие души не были непроходимым лесом. Он ломал, использовал человеческие пороки и страхи, чтобы достигнуть своих целей. Лишь душа одного человека была для него неприкосновенна.       Однажды прикоснувшись к ней, почти осуществив свою угрозу по захвату тела этого мальчишки, он вдруг понял, что не сможет… Он — Рокудо Мукуро — не в силах завладеть душой Савады Тсунаёши. По одной простой причине: он уже там, как и другие Хранители. Для него, человека без морали и принципов, нашлось место в сердце Савады. Сил тогда хватило только на один вопрос:       — Почему?        А в ответ услышать:       — Ты мой друг и Хранитель.       Рокудо уже перестал удивляться наивности Савады, перестал… и отбросив ненависть и страх, пошел за этим пареньком. И не пожалел о своем выборе, Дечимо взялся за Вонголу всерьез. Головы наркодилеров, торговцев оружием и работорговцев летели только так. Тюрьма Виндиче была расширена. А от Десятого босса Вонголы было невозможно откупиться. Со временем, благодаря общим усилиям Вонголы, Мильфиоре, Аркобалено и Каваллоне, им удалось вернуть утерянный блеск семье.       Со временем и сам Мукуро научился доверять Тсунаёши, а когда Нана — сан умерла, именно он в ту минуту оказался рядом. Пожалуй, впервые за последние пять лет он видел слезы на лице Савады. К нему вновь вернулись кошмары, Рокудо дал пару советов, как управлять ими. А сейчас, проникая в сознание Дечимо, Мукуро боялся совершить ошибку. Один неверный шаг и сознание их босса будет уничтожено вместе с душой. Он даже был рад, что сейчас он не один вступил на этот путь. Рядом Ямамото, Ламбо и Кёя.       — Так, где мы? — спросил Такеши, оглядывая серое пространство.       — Мы в сознании Тсуны, — ответил Мукуро и сделал шаг вперед. — Идите медленно, иначе я не смогу вас удерживать.       — Может стоило дождаться Гокудеру — куна и Рёхея — семпая? — спросил Ламбо.       — У нас нет времени, — Мукуро продолжал идти вперед. — Яд, что ввела Киоко, играет против нас. Все было бы проще, если бы он не разрушал психику. Его свойства влияют на кошмары. Сейчас Тсуна сражается со своими призраками, а нам нужно как можно скорее найти его, пока не стало слишком поздно.       Дальнейшие объяснения были излишни. Путь они продолжили в молчании, пока впереди не показалась дверь. Открыв ее, ребята оказались в особняке Вонголы. На стенах и полу кровь, а воздухе витает отчетливый металлический запах.       «Убийца! Убийца! Убийца!»       Это слово, словно молот, ударил каждого. Поскольку голос явно принадлежал Саваде.       «Убийца! Убийца! Убийца!»…       Повторяло невиданное эхо.       Мукуро знал, что кошмар Тсунаёши был реален, но не думал, что настолько. Потирая виски пальцами, он сказал:       — Я знаю, где он.       И решительным шагом, несмотря на окружающую его обстановку, он направился дальше по коридору. Ламбо, Кёя и Ямамото шли за ним. Еще одна дверь и Рокудо резко открывает ее. За ней действительно оказался Тсуна. Стоявший на коленях, он устремил свой пустой взгляд в зеркало, в руках у него был окровавленный стилет.       — Кёя, твой черед, — Мукуро подтолкнул Облако к Дечимо. Хибари не ответил, а лишь сел рядом со своим зверьком, обняв его крепко со спины. Они не слышали, что сказал Хибари, но уже через минуту комната вокруг них начала рушиться. Небесное пламя стало окружать Кёю и Саваду.       — Зажигайте пламя, нам нужно выжечь этот яд! — сказал Мукуро. Ламбо и Ямамото кивнули и зажигая свое пламя стали делиться им с Тсуной.       Зеленое, голубое, сиреневое и фиолетовое пламя слились с оранжевым небесным огнем. Со стороны зрелище казалось завораживающе — прекрасным. Однако у четверых Хранителей, что находились в самом эпицентре, создалось ощущение, что вместе с пламенем они теряют и часть жизненной энергии.       — Савада Тсунаёши, не смей сдаваться!       Закричал Мукуро, вливая все свое пламя без остатка.

***

      В комнате, где Хранители пытались выдернуть своего босса из лап смерти, иллюзионисты, что поддерживали их силы, почти выдохлись. Наконец Хроме поняла, что пора звать Гокудеру и Рёхея. Как бы не было больно, если они сейчас потеряют Тсуну, будет больнее вдвойне.       — Кто-нибудь найдите Хаято и Рёхея! — крикнула Хроме в толпу, что собралась у двери.       Семья Рико была разбита и задержана, а босс этой семьи был в глубоком нокауте после боя с Занзасом. Несколько человек из толпы бросались на поиски. Ими были Дино, Бьякуран и Скуало. Они решили разделиться. Дино пошел искать на первых этажах, Скуало на улице, а Бьякуран на крышу. Ему быстрее, все же крылья весьма полезная штука.       Взлетев в небо, босс семьи Мильфиоре увидел разыгравшуюся перед ним драму. Не раздумывая ни секунды, он выхватил пистолет и стреляет в Киоко, целясь в плечо. Рука Сасагавы дрогнула и она, нажав на курок, стреляет в своего брата. Гокудера бросается вперед, отталкивая Реохея, сам попадая под пулю.       — Твою налево!!! — задается яростный крик Хаято, который держится за бедро, куда и попала пуля.       Хару, что до этого была в руках у Киоко, ударив локтем свою подругу в живот, освобождается из захвата и подхватив упавший пистолет, наводит его на лежащую девушку.       — Игра окончена, сестренка, сдавайся!       Поднявшись на одно колено, Киоко горько усмехнулась. И правда, она проиграла, хотя может и выиграла.       — Киоко, почему? Почему ты совершила все это? — Реохей с болью смотрел на сестру.       — Вы убили Майюри, я любила его, а вы его… на моих глазах… на моих глазах Тсуна сжег его дотла!!! — Киоко яростно выкрикнула эти слова брату в лицо. До боли сжав зубы, Сасагава-младшая понимала, что ее загнали в угол. Сейчас она ожидала чего угодно, но только не пощечины Хару.       — Майюри Рико и Алекс Рико не братья! Это один и тот же человек, тебя с самого начала использовали! — голос Хару звучал резко и надрывисто, она подошла к Киоко и стала трясти ее за плечи. — А ты, ведомая своей местью и горем, пошла на подобное… Я не могла ослушаться приказа, но я думала ты подойдешь к Тсуна и все расскажешь… Киоко, ты…       Хару не могла говорить от душивших ее рыданий. Киоко застыла от слов подруги, она не могла поверить, что ее так жестоко обманули. Из-за своей мести она не заметила некоторого сходства Алекса и Майюри. Только сейчас, когда яд что был введен всем подчиненным и Хранителям Рико и начал действовать, с глаз девушки будто спала пелена.       Отслонив Хару, Киоко тепло улыбнулась и обняла подругу, прошептав ей на прощание:       — Попроси у Тсу — куна прощения за меня.       Резко оттолкнув ее, Киоко сделала пару шагов и сорвалась с крыши.       — Нет!!! — Раздался вопль Рёхея, он упал на колени и заплакал. Бьякуран помог Хаято подняться, они подошли к Сасагаве и Хару.       — Сейчас вам обоим нужно идти к Цуне. Иначе мы потеряем и его.       Эти слова будто отрезвили Рёхея и Хаято. Ураган, схватив боксера, что находился в прострации и побежал с ним в ту самую комнату.       Хару так и осталась сидеть на коленях, обхватив руками плечи. Почувствовав обнимающие ее руки, она уткнулась в грудь Бьякурана и разрыдалась. Джессо укачивал девушку, пытаясь забрать хоть часть ее боли себе…       Несмотря на то, что бедро жгло огнем от раны, Гокудера довольно быстро достиг комнаты вместе с Рёхеем на буксире. Ворвавшись в комнату, они увидели полусферу, что переливалась разным пламенем. Гроза, Дождь, Небо, Туман и Облако стеной окутали Кёю, Тсуну, Мукуро, Ламбо и Ямамото.       Однако взгляда на друзей было достаточно, чтобы понять, что они на грани. Не раздумывая ни секунды, откинув боль, они вошли прямо в пламя и зажгли огонь своих атрибутов. Теперь Ураган и Солнце слились с остальными. Теперь у них получится. Зажигая пламя на максимум, Хранители встали на ноги, образовав круг.       Вытянув руки с кольцами, они сжали свое пламя до тонких, похожих на ленту, нитей. Шесть нитей вошли в тело Цуны. Отдавая свое пламя до последней капли, каждый вспомнил, как мало они сделали для своего друга, босса… человека, который столько раз закрывал их от пуль. Никто из присутствующих не мог допустить смерти Цуны.       Наблюдавшие со стороны мафиози никогда не забудут звериного рыка, что раздался вместе с криком Хранителей. Не ослепительного пламени, что взорвалось на их глазах ярким светом, который разлился по всему особняку волной.       И когда все стихло, позже союзникам и друзьям сообщили новость, что потрясла их. Савада Тсунаёши, Десятый Босс Вонголы, впал в кому.

***

      Дни для обитателей особняка Вонголы слились в один, все ходили мрачнее тучи. Рёхей был подавлен, и если бы не Хана, он давно бы упал и больше не вставал. Он потерял сестру и мог потерять друга, и во всем он винил себя.       После того, как произошел посмертный взрыв, ребята очнулись уже в лазарете. Им сообщили, что над Тсуной работает лучшая команда медиков. И что силы, которые они передали своему боссу, значительно увеличивает его шансы на жизнь.       Удалось ли им сохранить разум их друга, ребята не знали. И каждый из них боялся и ждал с нетерпением дня, когда Дечимо придет в себя. Похороны Киоко прошли тихо, были лишь Хранители и Хана с Хару. Ламбо пытался сдержать слезы, но когда Хару обняла подростка, он не выдержал и расплакался. Ханна обнимала Рёхея, а он просто уткнулся ей в плечо, слёз у него уже не осталось…       Им осталось лишь набраться терпения и дождаться пробуждения своего Неба.       В больнице Намимори было необычно тихо, виной тому было нахождение в одной из палат бывшего главы ДК.       В палате, где лежал Тсуна, раздавался только писк приборов и шум от работающих машин. Хибари Кёя сидел на стуле рядом с кроватью своего зверька, держа его за руку. Он категорически отказался покидать палату. От него отстали, когда он отправил на соседние койки парочку травоядных врачей.       Сейчас грозный хищник Намимори спал, положив голову рядом с головой Тсуны. Увидев такую картину, Гокудера улыбнулся.       «Удивительный ты человек, Джудайме, раз приручил таких хищников, как Хибари и Мукуро»       — Либо убирайся, либо заходи, — раздалось шипение Кёи.       Хаято молча проходит и ставит пакет на стол у окна.       — Хару приготовила тебе обед, не забудь.       — Унеси, я не голоден, — холодно отрезал Хибари, даже не обратив внимание на возмущенное фырканье Гокудеры. Хаято резко приблизился к Кёе и дал ему подзатыльник.       — Оборзел, травоядное!       — Единственное травоядное тут — это ты, Хибари Кёя! — ткнул ему пальцем в грудь Хаято.       — Не веди себя как ребенок, если Джудайме очнется и увидит твой зомби — фейс, его хватит сердечный приступ. Поэтому ешь и не возникай!       К концу предложения Хаято уже кричал в лицо шокированного Кёи. Грозный хищник Вонголы не понимал, откуда у Урагана столько наглости. Но потом как-то устало вздохнул, по-видимому решив, что от него не отстанут.       — Кусок в горло не лезет, — отвернулся Кёя от Хаято.       — Тч, — Хаято посмотрел на Джудайме, а потом развернулся и подошел к двери.       — Не у тебя одного, Кёя…       И с этими словами покинул палату.       «Что, черт побери, я делаю»? — подумал Хибари. — «Пора тебе проснуться, зверек».

***

      Было трудно идти в темноте. Словно ты в лабиринте, где все повороты похожи друг на друга, как близнецы. Я не знаю, сколько прошло времени. Не знал, чем закончилось мое спасение из лап кошмара. Я лишь молился, чтобы с ребятами все было хорошо. Передача пламени опасна, это очень трудная и изматывающая процедура. Странно, я вроде в коме, а могу думать и помнить, кто я. Неужели я умер? Никогда не боялся смерти, а тут захотелось жить. Сколько всего не успел. Обнять Ламбо, сказать спасибо Ямамото и Гокудере. Взять обещание с Мукуро, и главное — сказать Кёе, что я люблю его.       Как у меня много сожалений… наверное, я эгоист! И что если так, быть эгоистом в моем случае не так уж плохо. Я лишь жалею, что не смогу этого сказать.        — Зверек, и долго ты собираешься спать!       Звучит где-то недовольный голос Кёи. Что?! Как вообще это возможно? Или это мое сознание решило поиграть со мной?!        — Если не очнешься, я забью тебя до смерти!       Меня пробило на смех. Хибари, ты, видать, спятил я и так не жилец…        — Зверек, я забью до смерти весь травоядный сброд, что ты зовешь друзьями!       Теперь мне было не до смеха. Кёя вполне может осуществить свою угрозу. Я не могу этого допустить, но существует одна проблема. Отсюда нет выхода, вокруг меня сплошная тьма.       — Дечимо.       Я оглянулся и увидел силуэт Примо в паре шагов от меня.       — Пора вернуться, иначе ты останешься в кольце в качестве Воли.       — Примо, я…       — Не нужно, Дечимо, ты и твои друзья — это начало новой истории Вонголы. Дечимо, придет время, и мы встретимся, а пока оно не пришло, храни Вонголу…       И в следующий миг, что я увидел, было склоненное надо мной лицо Кёи.       — С возвращением, зверек. Кёя снял маску и легонько коснулся моих губ. Сил у меня хватило только на то, чтобы улыбнуться.