Я знаю, что ты чувствуешь

На улице было хорошо. Сейчас середина сентября, и нет той жары, как в августе или июле. Тёплый ветер подбрасывал мои уже отросшие чёрные пряди, которые мне так нравились. Раньше у меня были волосы до плеч, и я очень гордился ими, но тогда мне пришлось устроиться работать в офис, где дресс-код никого не жалел. Я отрезал их, но как только смог получить работу моей мечты, да ещё и удаленно, то сразу снова начал их отращивать и красить в чёрный. Мой натуральный цвет волос мне никогда не шёл, как ни странно. Я даже думал одно время покраситься в красный, но меня отговорил брат. Майки это казалось уже слишком по-гейски. Ну да, ему же ещё со мной на улицу выходить, а такого позора как я он рядом с собой не выдержит. Пф, тоже мне, а сам в блонд красится! Я не заметил как дошёл до дома. Погода была прекрасной, и хотелось пройтись по городу ещё, но вовремя понял, что у меня не так много осталось времени для работы. Закрыв входную дверь квартиры, в которой я жил последние несколько лет, я сначала завернул на кухню, поставил чайник и достал банку с кофе. Это было уже некой традицией, сколько бы времени не оставалось перед тем как начать работать, я всегда заваривал этот напиток. Наверное, я бы отказался скорее от алкоголя, чем от кофе, настолько сильно я его любил. Послышался щелчок, означающий, что чайник вскипел. Взяв за ручку переполненный водой чайник, я стал наливать её в кружку, с заранее подготовленным кофе, и как-то умудрился обжечься. Что-ж, сегодня явно не мой день, не считая знакомства с Линдси. Я бы не сказал, что не хотел сейчас работать. Рисовать комикс и придумывать его сюжет определённо было одним из моих любимых вещей, но именно сейчас это ещё и спасало меня от нервных мыслей о Фрэнке. Так, поставив кружку рядом на стол, я приступил к созданию моего шедевра. *** «Я не верю в судьбу» — эта мысль не давала мне покоя, пока я пытался заснуть. Каков вообще шанс, что всё пойдёт так, как запланировано кем-то свыше? Никакой, отвечу я. Потому что наше будущее решают настолько незначительные вещи, что порой мы сами их не замечаем. Всё идёт по нарастанию. Это чем-то похоже на эффект бабочки. Но, с другой стороны, к этому причастны не только вы. Вы лишь часть всей этой системы. Другой человек тоже может повлиять на вашу «судьбу». И хотя окончательные решения принимаем только мы сами, посторонние люди всё равно будут так или иначе влиять на вас.       Я никогда не был философом, мне просто нравилось рассуждать на нейтральные темы в свободное время. Но иногда это всё-таки мешало. Например, сейчас. На часах уже два часа ночи, а из-за лишних мыслей я не могу заснуть. И это раздражает. Переворачиваясь с бока на бок на кровати, я наконец заснул спустя ещё полчаса.       Я проснулся и стал резко глотать воздух, его катастрофически не хватало. Казалось, будто меня кто-то душил. По телу стекал пот, а сердце билось так, как если бы я только что выпил десять энергетиков разом. В сознании начали снова всплывать картинки из сна. Я даже не помню, когда мне последний раз снились ужасы! Но, видимо, на фоне последних событий, мой мозг решил спроецировать такую картину.       Во сне я стоял в тёмном помещении, декор которого невозможно было разобрать, если он вообще существовал. Передо мной была небольшая панель управления. На ней находились разные кнопки и рычаги, а посередине небольшой экран. На нём были цифры, видимо обозначающие минуты и секунды. По-моему, там было ровно три минуты. Далее я поднял взгляд и увидел перед собой перегородку из стекла. Её нельзя было никак обойти, стенки упирались в несуществующие стены, а намёка на дверь нигде не просматривалось. Там практически не было света, но прямо на меня светили прожекторы, лучей которых хватало, чтобы разглядеть, что по ту сторону крепкого стекла был человек. Почему-то я понимал, что я всё-таки знаю его. Будто я жил всю жизнь с ним, а сейчас у меня амнезия, и я не помнил ни его имени, ни его самого. Я правда пытался разглядеть этого человека, но у меня будто было очень плохое зрение, да и к тому же, прибавлялось неважное освещение. Как бы я ни хотел, я даже не мог понять его пол. Вдруг, послышалась короткая сирена, настолько громкая, что чуть ли не пронзила мой мозг. В один миг всё забилось красным светом, а на экране начался обратный отсчёт. 2:59. 2:58. 2:57. Я не знал, что мне делать. Нужно нажимать что-то или искать подсказки, чтобы не тыкать наугад. Пытался сообразить, что это за кнопки, но выходило плохо. А также меня пугало то, что будет когда на таймере выйдет время. 2:31. 2:30. 2:29. Я услышал болезненный возглас и яркую вспышку света по другую от меня сторону. Подняв взгляд, до меня дошло, что человека за стеклом ударило током, и, видимо, очень сильно. Теперь, я всё-таки смог разглядеть его очертания. Это был парень, знакомой внешности, который сидел на стуле. От него шло много проводов, теперь стало ясно, что это электрический стул. 1:46. 1:45. 1:44 Характерный звук раздался снова, но в этот раз напряжение электричества было явно выше. Это было слышно по ужасным воплям человека за стеклом. Но я ведь даже ничего не нажимал! Или. очевидно, нужно что-то сделать, чтобы это прекратилось. В отчаянии я начал нажимать на первые попавшие кнопки и пытаться сдвинуть рычаг. Но вместо ожидаемого результата, парня стало бить гораздо чаще и дольше. 0:48. 0:47. 0:46. Мне было страшно за этого человека, так как его жизнь была только в моих руках. Я по-прежнему не знал кто это, хотя чувствовал, что этот парень мне знаком. Его всё также продолжало бить, разве что теперь за один раз это длилось около десяти секунд. Я не знал, как он ещё жив. С каждой секундой моё сердце ускоряло темп. Я пытался сделать хоть что-то, но с каждым моим действием ситуация становилась только хуже. Я нервничал и переживал. 0:02. 0:01. 0:00 Время вышло и на экране вместо таймера появилось крупное «GAME OVER», что несомненно пугало. Но гораздо больше пугала неизвестность. Я не знал, чего ожидать. Мне не пришлось долго ждать. Парня ударило большим разрядом тока, и это был последний раз, ведь больше этого не требовалось. Он закрыл глаза и опустил голову. Он умер. — Нет!!! Очнись, парень, давайте же! — это было бесполезно. Я понимал, что это ничем не поможет, но пытался делать какие-то жалкие попытки. Я уже не стоял на месте. Подбежав к стене из стекла, я начал бить её. Но это был уже скорее рефлекс. Я и до этого видел, насколько толстое здесь стекло. Даже будь у меня какой-нибудь тяжёлый предмет, он бы не помог. Внезапно зажигаются лампы на потолке. В камере, где был человек, тоже. Свет яркий и холодный, такой, как в операционных. Хотя, после красного, мне казалось это сильнее вдвойне. Я смотрю сквозь стекло и вижу Фрэнка. Мёртвого Фрэнка! Которого я убил практически своими же руками. Его чёрное каре свисало на лицо, но все равно можно было увидеть, как из его носа течёт кровь, и его кожу цвета смерти. Это выглядело жутко, и я просто не смог сдержать слёзы. — Фрэнки… Нет, ты ведь не можешь. Господи, нет, нет, нет! — я орал. У меня была истерика. Я не мог просто взять и успокоиться. Так продолжалось каждый раз до момента, как свет в комнате погасал, а я снова не оказывался у панели управления с цифрами 3:00 на экране, полностью забыв о всех предыдущих попытках оставить этого человека в живых.