Проклятые глаза

      Ворон провел Саске к запечатанному проходу, за которым находилась его дочь. У входа уже столпились люди Кудо, ожидая появления шиноби из Листа. «Сборище идиотов» — пренебрежительно заключил мужчина, и в темном проходе кроваво-алым сверкнул шаринган.       Учиха не привык сражаться в замкнутом пространстве, противник многократно превосходит численностью, но отточенные до совершенства за много лет движения один за одним убирали врагов, пока в живых не осталась только правая рука Кудо — Ронни.       Его спас щит — клановый кеккей генкай, позволяющий телу выдержать любые увечья и остаться невредимым. Саске уже сталкивался с ним, когда Ронни вблизи деревни выискивал шиноби с особым даром для гладиаторских игр. Тогда нукенин смог удивить Учиху, он стал третьим, после Райкаге и Наруто, кто выжил после огня Аматерасу.       Раскачиваться и долго размышлять над стратегией было некогда, а бой на мечах и обычные техники не принесут желаемого результата. Мужчина убрал Кусанаги в ножны. Безрассудно, но есть шанс навсегда избавиться от нукенина, который даже для Учихи может быть проблемой. Саске кинулся на противника, повалив на землю, в секунду открывая портал в самое опасное измерение Кагуи.       Раскаленный воздух ударил в лицо, мгновенно обжигая кожу. Лава пузырилась и бурлила, опасно приближаясь к ниндзя. Ронни ухватился за плащ, Саске попытался скинуть его, но безрезультатно. Бандит хватался за жизнь до последнего. Тогда Учиха скинул накидку, до расплавленной породы оставалось метров десять, и тут же Сусаноо взмыло вверх.       Кудо и двое его приспешников прислушивались к тому, что происходит за стеной. Они слышали звуки сражения, и в один миг все затихло. Напряжение читалось на лицах, каждый шорох заставлял вздрагивать, они уже знали — из катакомб живым никто из них не уйдет.       Кудо старался держать себя в руках, все еще полагая, что имеет козырь и схватил ничего не понимающую девочку, рассчитывая использовать ее, как щит. Сарада дернулась, но скованные руки помешали ей вырваться из крепкой хватки.       В центре бункера образовалась черная дыра. Главарь попятился к стене, держа перед собой девочку, у горла которой поблескивал своей сталью кунай. Это заставило Саске остановиться. Насколько бы он не был ослеплен яростью, он не мог подвергать дочь такой опасности.       — Вот и свиделись, — нервный, но в то же время самодовольный смешок вырвался из уст главаря, — ты уж прости, что так не гостеприимно, но иначе ты и слушать не стал, — мужчина молчал, прокручивая в голове варианты своих движений, выискивая тот, при котором Сарада не пострадает, и выжидал подходящего момента, — видишь ли, недавно со мной связалась некая организация, их интересуют хвостатые звери. И мне была обещана немалая сумма за поимку одного, — наблюдая за бездействием Учихи, мафиози немного расслабился и залился довольным, мечтательным смехом, — только представь, сколько они заплатят за всех! И кто как не Саске Учиха — единственный живой носитель риннегана, сможет мне в этом помочь? — Кудо резко замолк, ожидая ответа под пристальным, яростным взглядом.       — Ты идиот, — процедил мужчина сквозь зубы. История действительно повторяется. До него уже доносились слухи о тайной организации, цель которой вырастить новое Древо, но после тщательной проверки информация не подтвердилась. Если Кудо что-то знает, взять его надо живым, — ты же понимаешь, чего они хотят, — рука коснулась рукояти, но вмешалась Сарада:       — Папа, прости, — всхлипнула она и, не видя другого исхода, сконцентрировала чакру в ступне, с силой ударив по бетонному перекрытию.       По полу поползли трещины с характерным звуком, и глыбы бетонного камня посыпались вниз, утягивая за собой главаря и его пленницу. Сараде чудом удалось избежать серьезных ран, кунай задел лишь кожу до того, как бандит выпустил его из руки. При падении замок на ее маске ослаб, и девочка смогла скинуть ее, освобождая свое оружие.       Опомниться она не успела, из-под груды камней сильная рука схватила ее, но теперь куноичи не чувствовала себя такой беспомощной, Сарада ощутила в себе силы дать отпор. Хватило мгновения, и Кудо попал в иллюзию, выпуская куноичи из своей хватки, а спустя секунду перед ним появился Саске. Сверкнуло лезвие катаны, и оружие оказалось в ножнах, а противник мешком рухнул на землю, неспособный больше двигаться.       Сараде показалось, что она услышала облегченный выдох отца, но он все так же, не проронив ни звука, снял с ее рук оковы. Онемевшие запястья постепенно приходили в нормальное состояние, принося с собой боль. Содранная кожа, кровь сочилась из маленьких ран, при падении она повредила грудную клетку, и дыхание приносило дискомфорт. «Главное не подавать вида», — решила Сарада, глядя отцу прямо в глаза, и застыла в ожидании, побаиваясь реакции на то, что она задержала его. Но Саске лишь опустился на одно колено и крепко обнял дочь, прижимая к себе:       — Ты молодец, — вроде бы обычные слова, но такой похвалы от отца она давно не слышала. Это заставило девочку вновь разрыдаться. «И в кого я такая плакса», — пронеслось в голове, эмоции переполняли. С отца спала эта маска безразличия, Сарада вновь ощутила, что ему не плевать. Он по-настоящему беспокоился, а значит, в его сердце есть место для нее.       Все прошлые обиды ушли на второй план, вспоминать и выяснять, почему папа поступал так, а не иначе, Сараде больше не хотелось. Она сможет смириться с этим. Главное, что он больше не тот безэмоциональный робот, остальное мелочи. Но к удивлению девочки, Саске сам заговорил:       — Прости, — видно, как тяжело далось ему это слово, повергая Сараду в шок. Она ни разу не видела, как отец перед кем-то извинялся, и это говорило о многом, — я должен был сам все рассказать, но боялся посмотреть в твои глаза и увидеть ненависть, — в голове что-то щелкнуло, и мысли собрались воедино. Хватило одной фразы, чтобы она поняла, что двигало отцом. Девочка сдержанно усмехнулась, а остатки ее обиды окончательно испарились.       — Неужели Саске Учиха может чего-то бояться? — улыбка на лице дочери расслабила мужчину, а на душе стало как-то спокойнее. Его груз будто стал чуть-чуть легче, а вдали замелькала надежда, что еще есть шанс все изменить.       Задерживаться долго на одном месте они не стали, еще будет время для длинных и откровенных разговоров, сейчас же они положили начало, а это главное.       Холодные катакомбы и кромешная тьма погружали в странное состояние. Все чувства обострились. Шорохи, дуновение гуляющего сквозняка, новые запахи — все было настолько ярко, что Сарада могла сказать с точностью до сантиметра, где пробежала крыса, куда упал отколовшийся от стены камушек или где разлагается труп случайно заблудившийся кошки.       Счет времени утерян, неизвестно сколько они шли, но казалось целую вечность. Длинный, извилистый лабиринт превратился в единый проход, он был словно бесконечный, но когда отчаянье и страх того, что они потерялись, начали подступать к горлу, вдалеке появился яркий, белый свет.       В залитом белым помещении возвышались две массивные колонны, неустанно держащие на себе свод. На стене у алтаря красовался барельеф двух сражающихся ангелов и повсюду бумажные цветы. Время не пощадило, бумага состарилась и пожелтела, но все еще было видно с какой безграничной любовью и заботой создавались эти оригами.       В центре алтаря находились два тела, они удивительно хорошо сохранились, пролежав под землей больше десятка лет. Отчетливо видны черты лица, без труда можно определить, кто есть кто и даже разглядеть места, где когда-то находились черные передатчики в теле Яхико. Сарада подошла ближе, рассматривая скелеты. Она и не думала, что воочию когда-нибудь сможет увидеть того, кто разрушил деревню до основания, почти убил Седьмого и держал в страхе Пять Великих Стран.       — Почему их двое? — вдруг спросила девочка, разрушая тишину и таинство этого места.       — С помощью риннегана Пейн управлял телами и прятался в их тени. А это его главное тело, — коротко пояснил Саске осматриваясь. Если Обито действительно решил припрятать для себя запасные глаза, то лучше этого места не найти. Конан постаралась, чтобы никто и никогда не смог отыскать могилу.       — Вы как-то связаны? — мужчина непонимающе взглянул на дочь, отвлекаясь от своего занятия, — Риннеган, у тебя ведь он тоже есть. Как ты его получил? — Сарада тоже принялась за поиски, хоть и не до конца понимала, что именно надо найти.       — Поговорим об этом позже, — взгляд упал на изображение глаза Бога в центре святилища.       — Опять ты за свое, — насупилась девочка и сложила руки на груди, наблюдая как Саске сдвинул часть изображения и вынул из тайника покрытую пылью колбу, — это и есть то, что поможет Итачи? — она не успела разглядеть, что находилось внутри, а приблизившись, получила мягкий тычок в лоб и улыбку отца:       — Однажды ты все узнаешь, а сейчас пора возвращаться домой.