Двойник, или искусить искусителя.

      Кроули решает, что с ситуацией что-то надо делать. Теперь вид его ангелка напоминает ему о бесстыжих глазах инкуба, и том поцелуе. Тело до сих пор помнит фантомные ощущения прикосновения к гибкому телу Лаффа. Он попросил Азирафаэля о встрече, и в панике думает — под каким бы предлогом пригласить его к себе домой. Кроули надеется только, что тело не выдаст его неожиданной реакцией. В парке он покупает Азирафаэлю мороженое. Когда рыжий демон смотрит, как ангел его ест, облизываясь и закатывая глаза, он вспоминает совсем другие губы — блестящие от помады.       Кроули никогда прежде не думал об одном из демонов подобным образом. Вспоминая своих знакомых «коллег по цеху», ему хотелось содрогнуться. Ни один из инкубов или суккубов его никогда раньше не привлекал, он крайне редко с ними общался. На адских ступенях иерархии они занимали не слишком высокую позицию.       Кроули невольно представил себе блондинистого инкуба, облизывающего мороженое, и по его телу проходит дрожь. Он не удержался от стона. Ангел спрашивает его с участливым тоном: — Кроули, с тобой все в порядке? — О да, у Энтони Дж. Кроули все как нельзя лучше!       Сегодня Кроули решил спуститься в ад через официальный вход. Спросил у знакомого демона — знает ли он, как найти бар «Безвременье».        — Как, Господин Кроули, вы разве никогда там не были? — получает удивление коллеги в ответ на вопрос. Змей узнает, что бар находится в Дите, и спешит туда. Внешне бар являлся копией заведения на Земле, даже охранник тот же, только вот никаких хитрых заданий ему не загадывают, а сразу с поклоном открыли тяжелую дверь.       Над входом — неоновая вывеска с надписью «RETFARVE». Внутри бар тоже оказался подобием земного. Вот только, посетители были другие. Сегодня там в прямом смысле яблоку было негде упасть. Лафея не было ни среди танцующих, ни за баром. Кроули подошел к грешнику, исполняющему обязанности бармена, отпихивая от стойки какие-то человеческие души, спрашивает про инкуба.        — Лафей здесь, — ему указали на небольшую сцену.       Там извивались полуголые танцоры, танцуя яростный тверк. Переливающиеся гибкие тела, напряженные мышцы, блестящие от пота спины, намазанные маслом ягодицы суккубов и инкубов вибрируют, движения гипнотизируют и возбуждают. Многочисленные цепочки на их телах сверкают. Среди них Кроули, с замиранием сердца, с трудом узнал своего знакомого инкуба. От этого зрелища рыжий демон онемел и пришел в замешательство. Да, он не раз наблюдал и стриптиз, и танцы человечков, но никогда они его еще не трогали. Змею опять захотелось снять очки и потереть глаза — не кажется ли ему это?       Сегодня Лафф выглядел по вполне демоническим стандартам. Шёлковая чёрная рубашка была расстегнута до пупа, открывая татуированное тело. Узкие кожаные чёрные штаны со шнуровкой на бёдрах низко сидели, открывая полностью пресс и низ спины инкуба. Они совсем не оставляли места воображения, показывая, что белья под ними нет. Сверкали колечки в сосках и камешек в пупке. Цепи на шее и бедрах довершали композицию. Рукава были закатаны, обнажая подкачанные татуированные предплечья. Браслеты из кожи с шипами и кольца в серебристом металле сверкали на руках инкуба. На длинных заостренных ногтях у Лафея сегодня чёрный лак. Ликёрного, темного цвета помада, густые чёрные тени «смоки айз», блестящий хайлайтер на скулах довершали драматический образ. Волосы были тонированы в синий оттенок и уложены в высокую прическу. Туфли из чёрной блестящей кожи с каблуками в виде черепов и металлическими набойками на остром носке привлекали внимание. Сегодня инкуб был как никогда похож на падшего. Неудивительно, что Кроули сразу его не узнал.       Среди посетителей Кроули с удивлением замечает Дагон. Она ест шашлык из адской саламандры и запивает все это каким-то горящим коктейлем из причудливой формы бокала, разговаривая с одним из мелких клерков адской канцелярии. Приглядевшись, Кроули узнает еще нескольких своих знакомых.       Лафей внезапно оказался рядом с Кроули.        — Здравствуй, дорогой, рад опять видеть тебя у себя в баре! — кокетливо улыбаясь и хлопая глазками, сказал тот. Кроули отмечает, что длинные загнутые фиолетовые ресницы инкуба намазаны какой-то блестящей тушью. Змей не к месту вспоминает земных бабочек.        — «Опять?» — ошеломленно думает Кроули.        — Будешь что-нибудь, сладкий? — спросил Лафф. Рубашка инкуба чуть сползла с плеча, и Кроули отчетливо видит на гладком бледном плече след засоса. Инкуб понимающе улыбается, берет за руку Кроули, и ведет того к стойке.       В руке у Кроули оказывается стаканчик с коктейлем «Сердце дьявола» — слоями черная водка и томатный сок, с капелькой соуса табаско. Шот украшен перчиками чили, торчащими на краю, как рожки. Лафей обнял Кроули за плечи, и тихонько сказал, щекоча дыханием ему ухо: — Выпей, дорогой. Вчера ты приходил сюда, когда бар уже был закрыт. Я обычно не беру работу на дом, но для тебя сделал исключение. — Лафей соблазнительно улыбается, стреляя глазками в Кроули.        — Для нас, инкубов, ты — легенда, и образец для подражания. — Лафф сказал ему сексуальным полушепотом в ухо.        — Ммм. А ты хорошо танцуешь, мне понравилось. Я бы не отказался повторить — голос инкуба томный и мурчащий. В руках у Лафея появилась фотография Кроули в рамочке.        — Подпишешь мне портрет, дорогой? Я повешу его над стойкой — спросил он Змея с многозначительной улыбкой.        — Но как я вчера… я же…  — Кроули хочет спросить о том, как он попал во сне в бар Внизу, но не стал. Не хватало еще ему выглядеть дураком, который себя не контролирует. Кроули решил выяснить это у Лафея наедине. Если надо, он вытрясет правду из этого хитрого скользкого инкуба, даже если ему надо будет прижать его к стене, сжимая на горле руки. Кроули внезапно вспоминает, как он прижимал к стене Азирафаэля в бывшем монастыре перед Апокалипсисом, и ему становится жарко. Кроули решается…        — Я подпишу тебе портрет, но наедине — отвечает Лаффу рыжий демон.        — Завтра я приду к тебе в Сохо, и отвезу тебя к себе домой. Покажу тебе…эээ… свою оранжерею. Тебе нравятся цветы? — Змей многозначительно делает паузу между словами, поигрывая бровями, и глядя на инкуба поверх очков. Если Кроули хорошо знает нравы инкубов, то они все до одного подрабатывают эскорт-вызовами на дом, а от предложений высокоранговых демонов никогда не отказываются. Кроули на это и рассчитывал. Да, он заплатит инкубу, но сначала выжмет из него всю правду о том, как и кто смог заставить Кроули потерять контроль над своими снами.       Лафея предложение демона привело, кажется, в замешательство. Глазки стали еще больше, губки приоткрылись в удивлении, ресницы трепещут. Инкуб отстранился от Кроули, недоверчиво прищурился с гримаской недоумения. Он провел рукой по груди демона, чуть царапая его заостренными коготками.        — Не так быстро, дорогой, у меня завтра дела. — говорит Лафф, поворачивается, и уходит. Кроули оторопело смотрит ему вслед, не в силах оторвать взгляд от перекатывающихся под тонкими блестящими штанами ягодиц, покачивающейся надписи на крестце «hell power», и капельки пота, стекающей в тайную ложбинку.       Кроули тыкнули в бок — он оскалился, разворачиваясь к наглецу. Там стоит Хастур, довольно скалясь.        — Ненавижу этих холеных засранцев — инкубов! — Смотрит Кроули в лицо своими безумными, бездонно-черными глазами.        — А ты, походу, из их братии! Вы все, искусители, одного поля ягоды. А этот, метящий под ангелочка — самый из них всех мерзкий. — Хастур, по-видимому, как всегда, не в настроении.        — Говорят, он так хорошо лижет задницы, что его услугами пользуется Сам. И он самый из всех дорогой. — Продолжает Хастур.        — Не засматривайся, Змей, у тебя на него не хватит денег! — Хастур смеется хриплым каркающим смехом.        — «Пошел ты…» — говорит ему Кроули. Сейчас ему как никогда хочется набить Хастуру лицо.       Над стойкой Кроули заметил портреты некоторых демонов с подписями, в том числе Вельзевул, а на самом верху — изображение Владыки с его личной печатью. Кроули стало не по себе. Он в раздражении покидает бар и ад, возвращаясь на Землю.