Двойник, или искусить искусителя.

      Иногда Лафф искренне восхищался человечками. Ведь некоторые танцоры из рода людского двигались не хуже, чем он! Подумаешь, казалось бы, куски мяса — однодневки! Как им сравниться с тысячелетним бессмертным, который свое тело может в узел завязать?! А подишь-ты, умудрялись за свои двадцать-тридцать лет научиться двигаться почти как он, воплощенный соблазн!       Сегодня Лафей одет в ослепительно-белый костюм с жилеткой. Белая рубашка, серебристо-серый галстук-бабочка, золотистые лаковые ботинки. Светлые волосы завиты в кудри, на лице — тщательный эффект натуральности в нюдовой гамме. Сережки-гвоздики, золотистые цепочки и перстни довершают композицию. Лафей сегодня подчеркнуто мужчина. Бриллиантовые пуговицы отбрасывают лучики света на окружающих. Многие его клиенты обожали его именно за то, что он напоминал ангелов.       Лафей со скучающей миной, сидя в своем баре, листал сообщения на своем стильном айфоне: — «Немедленно тащи сюда свою белую зад… " — так, это от клиента — одного из олигархов. — «Где ты, сладкий» — это от другого клиента, банкира. — «Если ты не придешь сегодня, я утоплюсь» — это от жены премьер-министра. — «Я вспоминаю вчерашнее, и мне хочется кричать» — ага, это от вчерашнего клиента — известного музыканта. — «Я тебя растерзаю, распну, съем твои кишки, короче — приезжай, милый» — любовное письмо от постоянного клиента — одного из демонов. — «Закажи сотню яиц» — от управляющего одного из баров. — «Привезли человечину, куда ее грузить, холодильник забит» — от одного из поваров…        — Скука, скука, скука!        Казалось бы, как простой инкуб смог приобрести связи и покровительство высших демонов, стать хозяином бара в Дите и на земле, и стать даже чем-то вроде покровителя искусств в Лондоне? «Крышевать» черный рынок редкостей демонического мира? В его баре в Лондоне даже был камин, связанный каминной связью с одним подпольным баром на Ноктюрн-аллее в магической Англии.        Ответы на этот вопрос висели над стойкой в его баре. Каждый из портретов с автографами — это выполненный контракт инкуба. После некоторых из них он не помнил подробностей — так как в некоторых контрактах не предполагалось сохранить память инкубу, дабы он ничего не мог рассказать о своем клиенте. Иногда после контракта инкуб просыпался в очереди на получение нового тела — при этом не помня, как он потерял старое. Впрочем, иногда инкуб был бы рад не помнить о работе — воспоминание о том, как с ним, например, сношался гигантский богомол, параллельно пожирая его кишки — инкуб рад был где-нибудь оставить. Нет, он не гнушался своей работой, но радовался, что прошли те времена, когда любой желающий мог навязать инкубчику свое общество.       Лафей взял шоколадную конфету из коробочки на столе. Облизал конфету, положил ее за щеку, гоняя ее туда-сюда, потеребил языком. Как следует надругавшись, медленно прожевал. Облизался. Он любил сладкое.       Сегодня инкуб изрядно утомлен деловыми хлопотами и работой. Да, он давно выбирал клиентов только по вкусу, и может себе позволить не соглашаться даже на выгодные предложения. Однако, даже он не мог отказать высокоуровневым демонам, если они его захотят. Все, что он может — назначить свою цену. И иногда это бывает очень тяжело… Правда, быстрое восстановление тела входит в стоимость. Попробуй-ка откажи такому, как Хастур!       Исправить положение мог бы контакт на постоянное партнерство. Среди демонов это было понятие, наиболее близкое к человеческому браку. Заключив контракт с высокоуровневым демоном, он был бы защищен от любых домогательств. Однако, подавляющее большинство лидеров ада не вызывало у Лафея энтузиазма. Да, ему много раз уже предлагали постоянный контракт, но Лафф каждый раз отказывался.       Тренькнул мелодичный сигнал о пришедшем сообщении. Лафей открывает мессенджер, и видит значок от незнакомого автора, подписанного как Змей.        — «С-с-сладкий, как насчет встретиться? — Лафей заинтригован. Инкуб сразу понял, что вызывает у Кроули вполне определенный интерес. Такую вещь, как похоть — он чувствует кожей.        — «Кроули — удивительный демон. Необычный. А еще стильный, колючий, ехидный, ершистый, резкий, местами грубый, чертовски харизматичный, сильный, несгибаемый, местами депрессивный, но очень сексуальный. Короче, настоящий демон и шикарный мужчина. Хотел бы я с ним заключить контракт?» — думает Лафей.  — «Пожалуй, он больше других мне подходит. Древний демон, практически легендарный Внизу, которого боится Хастур, при упоминании которого заикается Вельзевул, и даже, по слухам, он умудрился натянуть нос Самому, и остаться при этом целым» — мысли о Кроули наполняют Лафея волнением.        — «Однако, при оформлении контакта есть определенные правила. Он должен сам мне предложить такие отношения. Тот, кто предлагает — становится старшим партнером. Если это предложу я — это будет оскорбление, за которое часто вызывают на дуэль до смерти. Я могу лишь попытаться подтолкнуть его к этой мысли…» — Лафф в нерешительности. Он никому не признавался, что больше всего боится стать опять рабом кого попало и низшим инкубом. Больше всего демоны презирают слабость!       Кроули отправил Лафею сообщение, предлагая встретиться в Сохо на улице, поблизости от его бара. На его удивление, Лафей тут же ответил согласием. Кроули припарковал Бентли, вошел в маленькую улочку, в которой располагается вход в бар, и где уже виднелась стройная фигура в белом костюме, прислонившаяся к стене. В голове Кроули сверкнули звезды, в глазах потемнело, мир вокруг потух.        — Ммм… — Кроули стонет. Он очнулся в том же проулке. Память медленно возвращается.        — Это надо же, попал в такую простую ловушку! — думает Кроули. Он видит над собой золотистые кудри и белую «бабочку», знакомые голубые глаза, мягкие руки нежно гладят его по голове. Змей осознает, что головой лежит на чьих-то мягких коленях.        — Аз…рафаэль. — хрипло просипел он. Голова раскалывалась от боли, затылок ныл. Остро пахло кровью.        — Не совсем, дорогой — сказал голос с вкрадчивыми сексуальными нотками. Кроули понял, что на руках его держит Лафей.        — Что случилось? — собрав силы, спросил Кроули. От бара бежали вышибала и еще несколько охранников с битами.        — Пара демонов случилась, Кроули. Я не знаю, кто посмел нападать на посетителей вблизи моего бара, но сегодня им придется вставать в очередь на новые тела! — спокойно проговорил инкуб. Кроули с трудом сел. Посмотрел на Лафея, у которого даже не помялся белый костюмчик. К стене была прислонена длинная тонкая обоюдоострая секира, покрытая черной дымящейся кровью.        — Ты полон секретов, дорогой. Не думал, что инкубы умеют сражаться! — сказал Кроули блондину с уважением.        — Я многое умею! — с легким сексуальным намеком проворковал Лафф.        — О да, ты полон сюрпризов! — с сарказом простонал Кроули, пытаясь встать. Лафей поддержал его под руку. Кроули потащился внутрь бара, рухнул на кожаный диванчик. Лафф уже протянул ему полотенце с замотанным в него льдом. Кроули прижал его к затылку, поморщился.        — Я думал, ты выманил меня на улицу специально, чтобы отдать в руки моим врагам! — сказал Кроули, чувствуя легкую вину за то, что подозревал инкуба в предательстве.        — Но это ты выманил меня наружу, Кроули, получается! — говорит Лафей, поднимая подведенные бровки.        — Хочешь сказать, что и в твоем баре Внизу я оказался тоже сам? Лег спать, и вуаля — уже у тебя? — со стоном спросил медноволосый демон. Лафей посмотрел на Кроули удивленно, потом на его лицо, как луна, выкатилось понимание. Он смеется:        — Вот как, Вам все это снилось? — Лафей идет к стойке бара.        — Я сталкивался как-то с таким. Просто, мало кто из демонов спит. Еще меньше тех, кому снятся сны. Мы во сне может переместиться туда, куда захотим, без тела. Если перед этим много думать о ком-то, можно будет попасть к объекту своих желаний. Если, конечно, действительно этого захотеть — объясняет инкуб.       Лафф смотрит в глаза Кроули, и его лицо становится серьезным. В глазах — некий вызов.        — Советую выпить, милый — подает он Кроули стакан с темным шипучим напитком. Коктейль «Эль Дьябло» от Лафея — выдержанная текила, черносмородиновый ликер, сок лайма — взбить со льдом в шейкере, подать в высоком стакане с имбирным элем и льдом. Украшен льдом в виде красного глаза и маленьким игрушечным хвостиком красного цвета. Крошечные вилы добавляют впечатления.        — Я не милый! — на автомате злобно рыкнул Кроули, с предвкушением смотря на поданный напиток. Взяв его в руку, демон с осторожностью принюхался, высунув раздвоенный язык, а затем резво опрокинул стакан в себя, наслаждаясь вкусом и теплом, разливающемся по его горлу.        — Какой ты непостоянный, Кроули! — мурлыкнул инкуб, наигранно нахмурившись, и надув губки. — А ведь твой засос даже не успел сойти! — поцокал языком, оттянув ворот рубашки, показывая оставшийся после вчерашнего след.        — А у тебя большая оранжерея? Я с радостью посмотрю на твои растения! — улыбнулся Лафф, наблюдая за Кроули.        — Безусловно, я тебя как-нибудь туда свожу! — довольно улыбнулся Змей, и про себя подумал — «может быть, этот инкуб, так похожий на Азирафаэля, будет хорошей альтернативой?» (Шесть тысяч лет френдзоны, терпение любого демона будет на исходе!).       Сидя на диване, Кроули наблюдал за тем, как бар наполняется полночными гуляками. Тем временем, в баре зазвучала медленная модная музыка. Чувственный голос певицы, четкий ритм, весьма недвусмысленный смысл песни — все это не оставляло никакой надежды на то, что посетители бара попали не в инкубский бар.        — Итак, пришла НАША ночь! Пора встряхнуться. Я сегодня был паинькой, но хочу немного пошалить — Лафей влез на барную стойку, к удивлению Кроули, и начал танцевать. Инкуб двигался тягучими и ритмичными движениями, как змея. Его обтянутое белым костюмом тело гибко переливалось под музыку. Вокруг себя он распускал волны соблазна. Толпа заревела.       Глаза Змея округлились, снова устремившись на танцующего демона.        — Святые пельмешки! Блядь! — одними губами произнëс Кроули. Это определëнно совращение, на это нельзя смотреть! После таких потанцулек в голову лезут только пошлые мысли.       Тем временем, Лафей уже артистично снял с себя пиджак, сорвал жилет, расстегнул и стащил с себя рубашку. Все это было брошено улюлюкающей толпе. «Бабочка» болтается на голой шее. Расстегнуты штаны… Обнажилось покрытое татуировками бледное гладкое тело с пирсингом в сосках и пупке. Штаны сползали все ниже и ниже. Лафей уже лег на барную стойку, изогнувшись и гладя себя по телу. Зрители вокруг стойки уже махали купюрами, желая засунуть их инкубу в предметы одежды, оставшиеся на нем.       Кроули осмотрел его тело пристальным взглядом.        — Отличное тело, сладкий! — достав из бумажника несколько купюр, демон, подавшись немного вперёд, сунул их за пояс брюк инкуба, довольно оскалившись. Быстро перевернувшись, инкуб припал, как прогнувшийся барс к стойке, вперив пристальный взгляд в лицо Кроули. В глазах его полыхал огонь. Он уже не улыбался. Кошачьими движениями блондин подтягивает себя к Кроули вплотную — лицом к лицу — выдыхая ему в губы: — Просто отличное, дорогой, о, немного преуменьшил!       Инкуб приподнимается на одной руке, держа на весу тело, двигаясь волнообразно корпусом, и вращая бедрами с нечеловеческой грацией. Поиграв грудными мышцами и прессом, он, приняв завлекательную позу, смотрит на Кроули, ожидая от него действий. Поигрывает галстуком-бабочкой.        — «Ох, люблю я, когда искусителя пытаются искусить» — подумал Кроули, усмехнувшись, уселся поудобнее, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, всем видом показывая, что ничего делать не намерен, и внимательно продолжил наблюдать за происходящим шоу.       Штаны инкуба падают на пол. Блестящие стринги, галстук, цепочка, да ботинки — это все, что осталось на инкубе. Трусы не оставляют никакого простора воображению. Уже заметно, что его тело безволосое, через ткань белья выступают контуры интимного пирсинга.        — Ну что, покажешь мне свою оранжерею, Змей? — спрашивает инкуб — Кстати, ты не против, если я твой портрет повешу в своем баре? — говорит блондин Змею, эротично гладя свое тело руками.        — Странно слышать вопросы во время такого зрелища! — фыркнул демон, внимательно осматривая потрясающее тело инкуба, но всё ещё не предпринимая никаких попыток.        — Я не знал, что ты интересуешься растениями, но если уж у тебя есть такое желание, то могу показать, конечно! — подыгрывает Змей.        — Чем это время хуже другого, дорогой? Покажи мне все, что ты хочешь, Кроули — почти стонет Лафф — А пойдем сейчас? — Лафей стек со стойки, и протянул руку, предлагая Змею покинуть зал. Рассмеявшись, искуситель принимает игру, поднимаясь со своего места.         — Играешь с судьбой, с-с-сладкий! — Кроули сдерживает дрожь нетерпения.        — Надеюсь, сегодня ты узнаешь, насколько я сладкий?! — говорит Лафей, и улыбается многообещающе Кроули.        — Я близок к тому, чтобы тебе поклоняться! — шепчет Кроули на ухо инкубу — Только тсс!       Они уходят, оставляя за спиной посетителей, радостно выкрикивающих пошлые наставления, и свистящих…