Нефертари

      Утро следующего дня выдалось трудным. Во-первых, меня подняли с кровати не самым гуманным способом, Рамзес просто стащил меня с ней, и я не полностью проснувшись, врезалась в стену лбом, так что такое себе пробуждение выдалось. Когда передо мной поставили завтрак, я ещё плохо соображала, потому как сейчас ранее утро, и по не пойми по каким причинам, меня выдернули из кровати. Одно дело, когда я встаю ради пробежки, но совсем другое, когда это делают другие без объяснения причины. Я вчера так вымоталась, что сегодня решила сделать себе выходной от пробежки и понежится в кроватки до 7 утра.       — Тия, нам с Дэном придётся уехать на пару дней, — серьёзно сказал Рамзес, садясь напротив меня и подперев локтями стол, он сцепил пальцы под подбородком.       — Снова ваше секретное свидание? — принимаясь за завтрак, насмешливо отозвалась я. Раз в месяц эти голубки уезжают из города, и возвращаются только через две ночи. Чем они там занимаются, я без понятия, но это началось, кажется ещё до того, как они стали встречаться, если я ничего не путаю.       — Да, точно, — неохотно согласился брат, пока Дэн, хмуря брови, ставил чашки с кофе и чаем передо мной и братом. Ой, да ладно, из-за вчерашнего, что ли дуются?       — Можете спокойно ехать, пару дней я уж точно без приключений обойдусь, — делая глоток горячего чая, сказала я. Под «приключениями» я имела в виду приводы в полиции, или какие-то отмораживания.       — Можно даже не пытаться, просить тебя больше не встречаться с Клаусом? — осторожно спросил Дэн, садясь рядом с Рамзесом и держа в руках кружку с кофе. Его слова вызвали во мне тяжёлый вздох.       — Вот пристали к человеку, — буркнула я, но они меня услышали, и почти одновременно поджали губы в недовольстве. Вот только пускай не заводят повторную шарманку, что Ник не человек. Если он не человек, то я блин, дочь Нефертари Меренмут. Дата рождения: 15 сентября 1255г.до.н.э.       — Нефертари, прошу, просто будь осторожна, — неохотно отозвался Рамзес, отпивая кофе из кружки, я только кивнула его словам. Хоть и не поняла, что именно он имел в виду под этим словом. Впрочем, не важно.       Когда я закончила с завтраком, то кинула взгляд на часы, которые показывали 6:12 утра. Ну, что за…? Зачем надо было меня так рано будить, только чтобы сказать о своём уходе? Это что месть мне за вчерашнее? Да, если бы я знала, то не задавала бы себе этот вопрос. Вернувшись в свою комнату, я заправила кровать, и направилась в ванную. Ну, раз у меня так много времени в запасе, то я вполне могу принять ванную, а не быстрый душ. Набирая ванную горячей водой, я вливала кедровое масло в воду. Вчера вечером я чуть было не заснула в ванной, так расслабилась, что задремала. А когда проснулась, то вода была уже холодной, на улице глубокая ночь, а я всё также в воде.       Когда вода была набрана, я сняла с себя всю одежду и залезла в ванную, погружаясь в горячую расслабляющую воду. Вдруг у меня в голове появилась мысль, что Ник так и не исполнил моё желание. А после этой мысли пришло стойкое хотение опробовать на себе анальный секс. Я и раньше об этом думала, но как-то не было подходящего человека под боком, а тут и опыт, и полное отсутствие каких-либо предрассудков. Ник такой же пошляк, как и я, с одной только разницей, я могу вести себя так только когда выпью. Но вчера это было что-то новое для меня, я не только была трезвая, но и смогла расслабиться, не думая о себе плохо, и всё это благодаря Нику. Он был таким уверенным в себе, что я неосознанно пожелала довериться ему. Может, позже я пожалею об этом, но зато я осознала одну простую истину: «со мной всё в порядке». Я не грязная, не омерзительная, и вовсе я не шлюха. Да, я развязная, но это не значит, что я сплю с каждым, кто под руку подвернётся. Как я уже говорила, у меня есть свои требования, и это не деньги, даже порой и внешность не особо играет роль. Мне самой человек должен быть приятен — это первое моё правило. Какой смысл иметь близость с тем, кто не приятен, хоть и имеет красивую мордашку. Как, например, Тайлер Локвуд. Он проявлял ко мне некий интерес, до того, как стал встречаться с Кэролайн. Были даже его попытки затащить меня в постель, но я отказала. Он не плохой парень… Так говорят. Но лично в моих глазах он как самые типичные подростки футболисты, считающие себя лучше других. Да, он смазливый, и у него красивые карие глаза, шикарное тело, и опыт тоже имеется, он не принимает наркотики, и хорошо относится к выпивке. Он идеально подходил бы под мои параметры, но он мне был неприятен. Излишне высокомерен, самоуверен, и других держит за мусор. Если бы он, хоть бы на половину соответствовал своему эго, может быть, я бы не посчитала его заносчивым. Только потому, что его отец мэр города, он вёл себя как ублюдок, слишком много себе позволял. А вот уже после гибели его отца, он немного поубавил свой пыл, заинтересовался Кэролайн, и мне на него стало плевать. Очередной мальчик, пойманный Кэролайн, её милым личиком и притворно-милой маской.       Слишком много в школе было похожих на Тайлера парней. Поэтому мне было так трудно выбрать более менее нормальных. Обычно это были парни не из футбольной команды, Томас не в счёт. Было даже время, когда я зависала с Джереми Гилбертом и Викки Донован. Да, с малышом Джером. Он хороший парень, правда, очень любил Викки, и красиво рисовал, но его пристрастия к наркотикам меня не очень радовали. Я, конечно, не лезла в его личную жизнь, но и не одобряла. А Викки мне особо никогда не нравилась. Эгоистичная, испорченная девчонка, желающая веселья, и не думающая о последствиях. С виду можно было сказать, что мы с ней были похожи, но это не так. У нас есть некоторые отличия, которые меняют взгляды на нас обоих. Она пыталась доказать всем и себе в том числе, что чего-то стоит. А я же никогда этого не делала, потому что всегда знала себе цену. И также у нас были разные семейные обстоятельства, что тоже меняло наши взгляды на жизнь.       Джер был для Викки просто влюблённым мальчиком, с которым она время от времени спала, и снабжала его лёгкими наркотиками. После гибели родителей Джер стал их принимать, и я понимала, что это от одиночества, душевной боли, и желания забыться. Но я наотрез запрещала Викки давать ему что-то посильнее, вроде кокаина, она хотела подсадить его на эту дрянь. Что для меня было не понятным, если сама принимала, то нахрена другим давать тоже самое. Она вроде как, какое-то время была девушкой Тайлера, или той, кого он время от времени трахал, я как-то в это не вникала, точно не скажу. А Джер, потерянная душа, верил, что Викки его любит. Мне было не приятно на это смотреть, и я пыталась как-то его поддержать, помочь если нужно было. И таким образом он часто оставался у меня на ночь, только в гостевой комнате, и Елена, конечно же, всё неправильно думала. Она даже как-то ударила меня, обвиняя в совращении её младшего брата. Было неприятно, но я ничего не сказала, просто ушла. Между мной и Джером ничего не было, никогда. Мне было жаль его из-за всей той ситуации, что у него произошла, и я просто хотела помочь как-нибудь, я ведь не каменная. Сейчас мы с ним почти не общаемся, после смерти Викки он изменился. Взялся за ум, перестал принимать наркотики, начал учиться и вёл себя хорошо, поэтому я даже не пыталась поддерживать с ним связь. Ему не нужен друг в моём лице, я буду лишь тащить его на дно, так будет лучше. Думаю, мы оба это понимали, поэтому перестали так тесно общаться, как раньше. Сейчас мы просто здороваемся, когда сталкивается в коридоре школы. Он встречается с Бонни, и у них всё хорошо, он счастлив, и я рада за него.       Как-то всё медленно перетекло в моё прошлое, а ведь я думала о том, как бы завлечь Ника ко мне домой сегодня. Рамзес с Дэном не появятся дома две ночи, так что я могу позволить ему остаться у меня на ночь. Выходя из ванной, обёрнутая в полотенце, я подошла к своему шкафу, думая, чтобы одеть сегодня. Настроение у меня уже приподнялось из-за принятой ванны, так что, можно что-то впечатляющее. А как насчёт костюма в мужском стиле? Отодвинув вещи на вешалках в сторону, где в самом конце весел мешок для одежды, что скрывал мой костюм, который я сделала на заказ в соседнем городе. Тогда я была просто отчаянной девушкой, которая решила, что мужской костюм поможет ей приблизиться к Дэну. Но, пока мне его сделали, я бросила эту затею, но я уже заплатила за него, так что пришлось оставить. Однако я так его ни разу и не надела. А сейчас отличный шанс, намекнуть Нику, чего именно я хочу. Достав мешок с одежной внутри, из шкафа, я положила его на кровать, и подошла к комоду с нижним бельём. Долго я не выбирала, синее кружевное нижнее бельё (А: смотреть в конце главы), вполне подойдёт.       Скинув с себя полотенце, я надела нижнее бельё, а после расстегнула мешок, и достала костюм. Да, всё же он очень прекрасен. Белоснежная рубашка, и чёрный костюм тройка: пиджак, штаны и жилет. Начиная одеваться, я вспоминала, куда я положили свои чёрные лаковые ботинки, вроде где-то в кладовой стоят, и дожидаются своего часа. Сейчас как раз подходящая погода для такого наряда, прохладно, но не очень. Когда я была готова, я подошла к зеркалу, чтобы оглядеть себя. Нужно подкатить штаны, они немного длинноваты, а в целом мне очень идёт, только шляпы не хватает, и точно на агента какой-то секретной организации похожа буду. Кстати, шляпа у меня есть, но даже не знаю, стоит ли? Подойдя к своему туалетному столику, на котором были раскинуты мои косметические приборы, я стала думать над тем, что стоит сделать. Думаю, заплести волосы на макушке в гульку, будет очень даже подходящим решением. А вот из макияжа ничего особенного, немного подкрашу ресницы, использую блеск для губ, и всё.       Уже будучи полностью удовлетворённой своим образом, я направилась к выходу, прихватив с собой серые носки, и натягивая их по пути. Выйдя из комнаты, я обнаружила Дэна и Рамзема, которые были уже полностью собраны, и намеревались покинуть дом. Завидев меня, они удивились моему внешнему виду.       — Нефертари, откуда у тебя мужской костюм? — удивлённо спросил брат, но это не заставило меня остановиться, и я уже спустившись по ступенькам, подошла к кладовой, где мы хранили нашу обувь не по сезону.       — Где-то года два назад приобрела, может чуть меньше, — ответила я, открывая дверь, и глазами ища мои лаковые ботинки с заострённым носком и шнурками (А: смотреть в конце главы). Держа их в руках, я села на диван и стала обуваться. Вообще-то это не мужской костюм, а женский в мужском стиле, это разные вещи.       — А зачем? — поинтересовался Дэн, пока я завязывала шнурки на первом ботинке.       — Захотелось. Но с тех пор я его ни разу так и не надела. Как-то желания не возникало, — прерываю любые дальнейшие расспросы, сказала я, уже завязав шнурки на второй ноге, и поднимаясь с дивана. Посмотрев на себя сверху, я осталась довольна, но нужно бы и мнение со стороны спросить. — Ну, как вам?       — Отлично сидит, и тебе идёт Нефертари, — с одобрительной улыбкой сказал Рамзес, оценивающе пробегаясь по мне глазам. Что же он как опытный фотограф, имеет намётанный глаз, а значит, выгляжу я и правда великолепно.       — Я согласен с Рамзесом, но для этого города — твой наряд странный, — сказал Дэн, тепло улыбнувшись. Я же, чуть покраснев от этой улыбки, ощутила немного ускоренное сердцебиение, но тут же предпочла не думать об этом. Это ни к чему хорошему не приведёт.       — Для них всё, что выходит за рамки «нормального» — странно, — скептично отозвалась я, вдруг вспомнив, что забыла рюкзак с домашкой и некоторыми вещами в своей комнате, поэтому вернулась обратно.       Забрав уже заранее приготовленный рюкзак, я закинула его на плечо, и прихватив телефон с тумбочки около кровати, и наушники, снова покинула комнату. На часах было 8:27, а значит у меня ещё полчаса, чтобы добраться до школы и приготовиться к первому уроку. Времени — вагон. Дом я покинула вместе с Рамзесом и Дэном, и конечно же, они не могли упустить возможности, напомнить мне, что в нашем доме не должно быть никакой тусовки за время их отсутствия. А также никаких наркоманов, алкошей, и вообще сомнительных личностей, потому как эти люди вынесут из дома всё, что можно, а в кабинете отца много того, что можно было бы недёшево продать. Но вот про Ника они и слова не сказали, наверняка понимая, что я в любом случае здесь поступлю по своему. А после мы сели в разные машины, они поехали прочь из города, а я в сторону школы. Мой рюкзак лежал на соседнем сидении, и я вспоминала, все ли вчера сделала задания на сегодняшние уроки. Вроде я ничего не забыла, и всю домашку сделала ещё до моей вчерашней встречи с Мэган. Надо бы при следующей встрече ей всё высказать по поводу её «легального» товара пользующегося спросом у женщин. Нет, ну я всё понимаю, тот кусочек шоколада напичканный не пойми каким стимулятором, вызывает острое возбуждение, и сам процесс становится очень приятным. Но могла бы сначала предупредить, прежде чем давать мне. Да, и я тоже молодец, даже не спросила, поверила на слово, дурочка. Нужно было держать ухо востро. Хотя, голос в моей голове молчал, так что никакой опасности мне бы это не принесло. Ладно, может я, и перегибаю со степенью вины Мэг, в любом случае, вчерашний секс с Ником был незабываем. Особенно часть после, когда действие наркотика прекратилось. Сегодня думаю, стоит попробовать на трезвую голову, глядишь и побольше уверенности в себе приобрету.       Доехав до школьной стоянки, я остановила машину, И взяв рюкзак с соседнего сидения, вытащила ключи из зажигания, и вышла из машины. Поставив авто на сигнализацию, я направилась к школьному зданию, привлекая внимание подростков, что толпились на переднем дворе школы. Кто-то меня даже за парня посчитал, а я же шла, положив руки в карманы, и чувствовала себя расслаблено, точно зная, что выгляжу отпадно. Подходя ко входу, я увидела Ребекку, что шла мне навстречу, и не сразу узнала меня. Блин, хочу развернуться и пойти в другую сторону. Она в последнее время слишком много внимания ко мне проявляет, да ещё и странные вопросы задаёт.       — Тия? — удивлённо проговорила она, придя в себя до того, как я успела сбежать отсюда. Поэтому мне ничего не осталось кроме как, выдержать её оценивающий взгляд.       — А что в эту эпоху женщины могут носить мужские костюмы? — её немного шокировал мой внешний вид, а меня удивил её вопрос. Говорит так будто из другой эпохи… А, ну вообще-то да. Она как и я родилась 1993 года, то есть другая эпоха, другое тысячелетие и столетие. Но всё равно странный вопрос.       — Это женский костюм в мужском стиле, — апатично ответила я, совершенно не заинтересованная разговором с ней о моде того года.       — Выглядишь очень круто, — с улыбкой добавила она, заходя со мной в школу. Я только усмехнулась на её слова, но ничего не ответила.       Дойдя до шкафчика, я закинула туда ненужные мне, на данный момент, вещи, и захлопнув его, пару секунд ждала когда до меня дойдёт Ребекка, и мы направимся в класс. Как бы она не была приставуча, но нельзя не отметить, что даже ходить по коридорам школы в компании девушки-подростка уже немного делает мою жизнь обычной. Не могу назвать нас подругами, мы ещё не настолько близки, чтобы говорить так.       — Но знаешь, Тия, Нику твой наряд может не понравиться, — вдруг, ни с того, ни с сего, сказала она, заставляя меня даже на месте застыть от такого. Я удивлённо на неё смотрела, не понимая, с чего вдруг она вообще сказала такое.       — Повтори, пожалуйста?       — Говорю, Нику твой наряд может не понравиться. Но я не хотела тебя обидеть, просто мой брат любит более женственных девушек, которые подчёркивают свою красоту красивыми вещами, вроде платья. Поэтому… — ей будто было неловко говорить о таком, а меня просто выбило из колеи сказанное ею. Но пару раз проморгав, я немного пришла в себя.       — Ребекка, кажется, ты не так всё поняла. Во-первых, у нас с Ником не такие отношения. Во-вторых, мне плевать, что там Нику нравится, я буду носить то, что мне нравится, и подчёркивать свою фигуру так, как я того хочу. Ну, и в-третьих, не думаю что ему вообще важно, что на мне надето, с учётом того, что наши встречи всегда заканчиваются тем, что я оказываюсь без одежды, — продолжая свой ход до класса, ответила я. Но Ребекка больше ничего не говорила, хмурясь и что-то обдумывая в своей голове. Может, её удивляет то, что он просто трахает меня, ничего личного, он может делать что хочет, и более того, я не связываю его обязательствами передо мной.       Войдя в класс по истории, я направилась к своей парте, а Ребекка шла рядом. Не знаю, как так вышло, но теперь она сидит рядом со мной, вместо Адама. И если уж говорить на чистоту, то это словно глоток свежего воздуха. Иногда взгляды Адама, направленные на меня, напрягали. С Ребеккой, конечно, тоже не просто, но она не напрягает, и не раздражает, разве что иногда своей излишней болтливостью. Выкладывая на парту тетрадь по истории, и доклад, который мне задали подготовить для этого урока, я повернулась лицом к Ребекке, что говорила о том, как её бесили трое девушек, что сидели на своих местах, и о чём-то болтали.       — Ну, хоть в чём-то мы с тобой солидарны, — с ухмылкой отозвалась я, улавливая недовольный взгляд Кэролайн. До чего же детское поведение, и раздражает, и одновременно злиться не получается.       — Я слышала, вы были подругами раньше. Почему перестали дружить? — заинтересованно спросила она, заставляя меня перевести на неё взгляд.       — Непримиримые разногласия, — ответила я, но этого ответа ей оказалось мало, и она ещё больше любопытствовала. А я же, за это недолгое время нашего знакомства, знала, что если Ребекку что-то заинтересовало, она не отстанет, пока не узнает всё, поэтому я тяжело вздохнула.       — Когда я изменила свой образ жизни, они оставались прежними. И как это обычно бывает, либо я должна была вернуться в мою прежнюю жизнь либо отказаться от неё. Я выбрала второе, и последствиями было то, что мы перестали дружить, — добавила я, видя как брови Ребекки стали съезжаться к переносице.       — Другими словами, они просто вышвырнули тебя, когда ты стала меняться?       — Ну, можно и так сказать. Хотя, я предпочитаю вариант, где я сама решаю с кем мне общаться, а с кем стоит разорвать связи, — усмехнувшись, я смотрела, как Ребекка негромко рассмеялась. Хоть мне и не понятно, что её рассмешило, но она выглядела весёлой, что не могло не радовать глаз.       — Лично я думаю, что они много упустили, перестав с тобой общаться. С тобой куда интересней, чем с их извечно правильной жизнью, — с улыбкой говорила она, а я же только пожала плечами. Люди сами выбирают, какую жизнь они предпочтут, так что не мне судить об их выборе. Лично я не жалею, что пошла по такому пути, именно на этой дороге я много чего познала из мира «неправильности», но и черту я тоже не переступала, зная меру своей безрассудности.       Когда начался первый урок, все разговоры стихли, и мистер Зальцман начал урок. Примерно через пятнадцать минут, учитель спросил у меня, сделала ли я доклад, на что я ответила положительно, а затем вышла к доске, чтобы зачитать краткое содержание доклада. Если вкратце, то мне нужно было подготовить доклад о начале гражданской войны в США между штатами Севера, которые были за отмену рабства, и 11 рабовладельческими штатами Юга. Чтобы долго не занудствовать, я коротко рассказала причины начала войны, с кем они шли, и кто победил, точнее о том, что спустя 4 года был подписан акт о капитуляции, собственно тогда гражданская война и закончилась. На всё про всё, у меня ушло 10 минут, а за это время уже никто странно не поглядывал на мой наряд. Отдав доклад учителю, я получила высокую оценку за мою двухнедельную кропотливую работу, и огромное штудирование сайтов в интернете, и книг об истории США, которые были в кабинете моего отца. Хотя, по большому счёту мой доклад состоял из информации взявшейся в книгах, а интернет позволил только немного разбавить события того времени.       Возвращаясь за свою парту, урок продолжился, а я уже больше не вникала в то, что говорил учитель. Как собственно и все последующие уроки, которые я провела в скуке, и частом общении с Ребеккой на переменах, или даже во время уроков. А после, когда уроки закончились, она сказала, что идёт на репетицию черлидерш, и предложила пойти с ней.       — Ну, же пойдём. Заодно глянешь нашу новую хореографию, я слышала, что предыдущую придумала ты, — всё продолжала она меня уговаривать.       — Вы сменили хореографию? — удивлённо спросила я. Этого я не знала, я думала они до сих пор показывают одно и тоже.       — Да, твой танец был очень хорош, но все его уже столько раз видели. Вот я и решила сменить на новую, когда стала капитаном черлидерш, — её хвастовство вызвало во мне усмешку. Я знала, что Ребекка стала новым капитаном, она уже говорила об этом. Но я удивилась, что Кэролайн так просто отдала своё место другой, но учитывая, что в последнее время, ни она, ни Елена с Бонни не посещала репетиции, не удивлюсь если её никто и не спрашивал.       — Ладно, гляну, что у вас, — согласилась я, и мы направились на спортзал, где на данный момент проходят репетиции. Сейчас уже слишком холодно, чтобы репетировать на улице, в их-то коротеньких юбочках, и топиках.       — Кстати, скоро Ник должен прийти, — как бы невзначай отозвалась Ребекка, когда мы шли по коридорам школы.       — Зачем?       — Не знаю. Он сказал, что должен с кем-то поговорить, а заодно и меня из школы заберёт, — в приподнятом настроении ответила она, а я только хмыкнула. Что же значит мне не придётся его искать, сам идёт ко мне в руки, удобно.       Войдя в спортзал, где уже собрались другие участницы группы поддержки, Ребекка, сказала все готовиться, а сама направилась в раздевалку, чтобы переодеться в более удобную одежду. А я же, пошла к скамейкам под пристальные взгляды девушек.       — Простите, а Вы и есть та самая Тия? — спросила какая-то девушка, и её ко мне обращение, заставило думать, что она младше меня.       — Смотря, что ты имеешь в виду, — садясь на скамейку, спросила я.       — Ну, просто тут много говорили о девушке по имени Тия, которая раньше была в группе поддержки, мне рассказывали, что у неё потрясающий талант, и отличная хореография, — говорила она, немного вгоняя меня в краску. Даже неловко как-то, говорит так, словно я легенда какая-то.       — Ну, в целом, да, — ответила я.       — Девочки, становимся! — возвращаясь уже полностью при параде, скомандовала Ребекка, и все стали занимать свои позиции.       Осмотрев присутствующих, я узнала только половину из них, а остальная половина была мне не знакома. Но и Кэролайн, Елену и Бонни я не увидела. Скорее всего, они снова пропустят репетицию, или вообще в скором времени их, как и меня, вышвырнут из команды. И вот заиграла довольно заводная, ритмичная музыка, которая была мне не знакома, но меня больше волновало не это. Я всё своё внимание уделяла их хореографии и соответствию с песней, всё должно быть гармонично, это важно. Наблюдая за порой плавными движениями тела, иногда резкими, я думала о том, что лучше было бы заменить плавные на более интенсивные движения, тогда было бы больше накала, и заводило бы зрителей. Некоторые девочки вообще плохо двигали задницей, когда нужно было это делать более активно, у некоторых движения были вялыми, и они совершенно не старались. По всей видимости, только Ребекку, и новеньких интересовала качество выполненных движений, остальные же просто для галочки. А может, они просто не видели смысла выкладываться во время репетиции, что вполне можно было понять, ведь постоянное выкладывание утомляет, и они не разогрелись полностью, поэтому могут быть ещё и травмы. Затем, они повторили танец ещё раз, а после ещё одни раз, чтобы полностью разогреться, только потом Ребекка спросила моё мнение.       — Ну, что скажешь, Тия? — подходя ко мне, спросила она. Я же, задумчиво осматривая девочек, которые смотрели на меня, только половина из них понимала, почему Ребекка спрашивает моё мнение, потому как с ними я уже была в группе, и они в курсе о моих талантах. Вставая со скамьи, я стала разминать руки.       — Как для обычного танца очень даже хорошо, но вот для черлиденга слишком вяло, и трюков маловато. В идеале было бы и поддержку сделать, но справятся ли? — последнюю фразу я сказала задумчиво, словно для себя. Обычно я, когда готовила эту часть хореографии, всегда приглядывалась к девушкам, и на основе их физической подготовки вставляла трюки. Но если прошлогодние девушки были заинтересованы в трюках, то вот нынешние не сильно, судя по их недовольным лицам. Что же, можно и без поддержки.       — Вяло? По-моему нормально. Да, девочки не старались, но когда нужно они выкладываются по полной, — говорила Ребекка, не совсем довольная моим вердиктом. Я же, идя дальше, и останавливаясь напротив девочек и спиной к входу в спортзал, стала разминать ноги, приседая и подпрыгивая вверх. С учётом того, что я намереваюсь сделать, мне лучше разогреть мышцы, чтобы не покалечить себе чего.       — Я покажу, чего вам не хватает, и ты поймёшь разницу, — поднимая ногу в вертикальном шпагате, я проверяла, насколько моя одежда позволит мне проявить растяжку. И я удовлетворилась, потому, как штаны совсем меня не сковывали в движениях.       — А ты что-то готовила? — спросила Ребекка, удивляясь моему решению. Я же, только улыбнулась, попросив одну из девочек включить их музыку.       — Тия всегда всё придумывала на ходу, — отозвалась Рейчел, девушка с которой я раньше состояла в группе. Она не особо была довольна тем, что я снова вмешиваюсь в их деятельность, но как не крути, а придуманные мной хореографии всегда были отличными.       Заиграла музыка, и я пока просто раскачивалась, не слишком двигая телом, и привыкая к ритмам музыки. И с пятнадцати секундной подготовкой, я уже видела в своей голове картинки того, что можно сделать под эту музыку, и даже какие трюки будут уместны, и их смогут выполнить девушки. А после я расстегнула пуговицу на пиджаке, чтобы дать больше свободы себе и своим движениям, я стала двигаться. Ритмичные, динамичные движения, порой переходящие в сексуальный твёрк, при этом, не забывая и о верхней части тела. Лично я уже была на кураже, и просто отдавалась музыки и её ритмам, выражая свои чувства в движениях тела. В такие моменты я совершенно не могу контролировать мимику моего лица, поэтому то и дело игриво улыбалась, стреляла глазками, и в буквальном смысле пыталась соблазнить девочек. Некоторые, наблюдая за моими телодвижениями бёдер и верхней части в целом, смущённо отводили взгляды в сторону, а некоторые завистливо смотрели, и понимали какая разница, в том, что показывали они, и я. Это ведь черлиденг, поддержка футбольной команды, и в тоже время способ отвлечь и сбить настрой конкурирующей команде, именно поэтому сексапильные движения попой, на мой взгляд, уместны. И конечно же, я не могла не выделиться тем, насколько хороша моя растяжка, потому я также использовала поперечный шпагат, в котором выполняла твёрк. Не уверена, что мой танец они смогут повторить, но выпендриться то хочется, к тому же, я использовала почти полностью их движения, только с разницей в мастерстве, интенсивности движений, и никаких плавных движений, только если это не для перехода к какому-нибудь акробатическому трюку.       Закончив своё исполнение их танца, я оглядела лица девушек, которые были не очень довольны моим вмешательством, и тем, что я с трёх раз запомнила их хореографию, и добавила своей изюминки, в виде моей отличной работы попой. На мой взгляд, это никогда лишним не бывает, везде можно попой потрусить. Но не прошло и пары секунд, как музыка стихла, а за моей спиной, около входной двери послышались аплодисменты. И я машинально обернулась на звук. POV Никлаус.       Кто бы мог подумать, что я так удачно появлюсь в школе Ребекки. Вообще-то я сначала хотел встретиться со Стефаном, чтобы точно убедиться, что они никак не причастны к замыслам нашей матери, но в последний момент передумал, и первым делом направился искать сестрёнку. В тайне надеясь, что смогу также увидеть Нефертари. Не знаю, почему, но прошлой ночью я так и не смог уснуть, думая об одной фразе, сказанной этой пошлячкой: «Хочу сзади». Вот и мучайся теперь, что именно она имела в виду. Я-то переспросил, но она ответила так же. Поэтому гадал, а правильно ли я понял её слова. И всю ночь не смог заснуть, поэтому, сегодня я бы хотел избавить себя от этих мыслей, просто спросив напрямую. В любом случае, если я не встречу её в школе, то всегда могу позвать её к себе, она уж точно не откажет. А если и откажет, то я сам заявлюсь к ней на порог, и возьму своё. Я не знаю, чем она такая особенная, и для чего нужна Эстер, но лично меня она сводит с ума, и заставляет терять контроль. Не могу держать себя в руках, когда вижу её, сразу хочется коснуться её тела, поцеловать, а потом отыметь там, где меньше свидетелей. Хочу заставить её кричать и извиваться в моих руках, хочу оставлять на ней свои метки, и хочу чувствовать её прикосновения. А её бёдра… Чёрт, просто не могу не сжимать их так сильно, аж до синяков, и хоть я знаю, что она человек, но ничего не могу с собой поделать. Эта часть её тела просто сногсшибательна, и она это знает, и умело этим пользуется. Её бёдра, попа, и то, что она ей вытворяет, так сильно меня возбуждают, что я теряю последние крупицы самообладания. Не знаю, насколько её устраивает то, что я постоянно груб с ней, но она ни разу не жаловалась на синяки, или на мою грубость, даже на то, что вчера я испил её крови. И если честно, хочу ещё.       Выяснив у какой-то девушки, что моя сестра сейчас на репетиции черлидинга, и то, что она из-за похолоданий проходит в спортзале, я направился туда. Но кто же мог подумать, что даже войти не успею, а моя любимая попка уже там. Мне даже искать её не пришлось. Нефертари сейчас показывает мастер-класс, так эротично двигаясь. Даже этот мужской костюм не мог скрыть её сексуальности. Правда, хотелось бы мне знать, зачем она вообще надела именно это. Мой приход также заметила Ребекка, которая лишь усмехнулась, потому, как я почти не мог оторвать взгляда от Нефертари. Её тело всегда меня заводило, но вот способности в танце, и подавно крышу сносят. Я и раньше замечал у неё отличную растяжку, но чёрт, как она ею пользуется… даже немного обидно, что я узнаю об этом только сейчас. Это ведь даёт такие возможности... Прислонившись к дверному косяку, я скрестил руки на груди, чтобы хоть как-то сделать вид, что её телодвижения вовсе не заставляют меня воображать разный разврат с ней в главных ролях. Да, эта девушка, точно знает, как свести меня с ума.       Когда она закончила свой танец, я отходил от её последних движений в танце, и тех чудес, что она вытворяла в поперечном шпагате. Твою жешь… У меня непреодолимое желание отыметь её прямо сейчас, но к моему огромному сожалению, мне нужно сделать то, ради чего я собственно и явился в школу. Я и так слишком много отвлекаюсь на неё, нужно хоть немного сдерживать свои порывы. Но я не мог не поаплодировать её способностям, и даже отметил, что она действительно очень талантлива в плане танцев. Словно у неё это в крови. Нефертари, обернувшись на звук, встретилась со мной взглядом, и я лишь на секунду утонул в её глазах. Пожалуй, её большие тёмно-серые глаза, ещё одна причина моего лишения рассудка, а как же они возбуждают, когда наполнены слезами, просто словами не передать. Я вчера это понял, и не пожалел, нисколько.       — Как давно ты там стоишь? — с усмешкой и без тени смущения спросила она. Мне приятно, что она меняется и становится более уверенной в себе, и всё это из-за моих слов. Это и правда заставляется испытывать некое самодовольство.       — Не долго, — я стал подходить к ней, а она не сдвигалась с места. Думаю, и так понимала, зачем именно я к ней шёл. Оказавшись с ней почти в плотную, я притянул её одной рукой ближе к себе, а другой приподнял за подбородок накрывая её губы своими. Обожаю её губы, и то, как она целуется. Её покорность, и полное подчинение мне, заводит. Она всегда была такой, и как оказалось, это было неумышленно, может быть, она на подсознательном уровне подчиняется тому, кто сильнее.       — Ты неподражаема, моя чокнутая дурочка, — немного отстранившись, в полголоса отозвался я, прекрасна зная, что она не обидится. Но она не чокнутая, странная — да, но не чокнутая. Просто особенная, и кто знает, может голос, который ей помогает, это кто-то из её близких или родных, кто умер, но хочет её защитить. Может Нефертари медиум? Этого я не знаю, но она точно дурочка.       — Знаешь, Ник, на самом деле, ты очень вовремя, я уже хотела идти тебя искать, — положив руки мне на грудь, игриво улыбаясь, говорила она, заставляя меня удивиться. Снова, что ли какой-то секс-драйв намечается?       — Я так понимаю, отказ не принимается? — насмешливо спросил я, хотя вообще-то только полный идиот откажется от её предложения. Нет, я серьёзно, хоть уже давно и не мальчик, но вот с ней, ощущаю себя как в 16. Это одновременно и странное чувство, и до одури приятное.       — А ты попробуй, и посмотрим, что будет, — это явно была насмешка, знает ведь, что я не смогу ей отказать. Выбираясь из моих объятий, она направилась к скамье, где были её вещи, а я стоял на месте, наблюдая за ней, и усмехаясь.       — Ей, Ник, так вы встречаетесь, или нет? Я всё понять никак не могу. Тия говорит, что у вас не такие отношения, — подходя ближе ко мне, негромко говорила Ребекка, наверное, чтобы не создавать ненужную тему для обсуждения другим девушкам.       — Нет, мы не вместе. Я трахаю её, когда захочу, — я был серьёзен, говоря это. У нас на самом деле, далеко не романтические отношения, и с этим мы оба согласны. И ещё, я знаю, что стоит мне лишь сказать Нефертари, что я хочу её, она сама раздвинет ножки, даже уговаривать не нужно, и ждать, когда у неё настроение появится. Поэтому меня всё устраивает.       — Знаешь, Ник, как бы эти твои игры с ней, не помешали делу, — ещё более тихо проговорила она, заставляя меня нахмуриться. Не хочется мне признавать, что она, возможно, права, и я уже под властью этой девушки.       — Проводишь меня до машины? — подходя к нам, с игривой улыбкой, спросила Нефертари, а я согласно кивнул. Хотелось бы определиться, со временем нашей сегодняшней встречи, а потом можно будет и поговорить со Стефаном.       Выходя в коридор, мы не говорили, молча шли к выходу. И я думал о том, что меня такие отношения и правда устраивают. Не нужно никого подыскивать, кто не будет против секса на одну ночь, не нужно тратить время на очарование. Пишешь Нефертари «приходи», и она придёт, в этом я уверен. Эта развратная, порочная девочка не упустит возможности получить удовольствие, и ей не нужно для этого ни романтического ужина, ни цветов и подарков, мне не нужно быть милым с ней, добрым и заботливым. Не нужно проявлять к ней повышенный интерес, заваливая комплиментами, не нужно думать о том, что ей может понравиться, какие места она посчитает красивыми. Мне вообще ничего не нужно делать, просто написать одно единственное слово, и она сама придёт. Она сама разденется, сама заведёт меня, и может даже сама всё сделать. Вот поэтому с ней так просто. Она ничего и не требует от меня, и ей плевать кто я такой, и сколько крови на моих руках, скольких людей я убил, и насколько черна моя душа. Ей на всё это наплевать, более того, она даже закрывает глаза на действительность, ведь вчера я проявил жестокость к её старшему брату, а она не только никак на это не отреагировала, даже встала на мою защиту. Нефертари одновременно обычная девчонка, и самая необычная из всех кого я встречал.       Выходя на улицу, мы подходили к её машине, и только сейчас я обратил внимание на то, что на неё действительно мужской костюм, причём не фабричный, а сшитый на заказ, легко понять по тому, как он на ней сидит. Более того, ей очень идёт, и белоснежная рубашка, и костюм тройка, всё сидит идеально, даже обувь правильно подобрана. Видно, что она всё предусмотрела, а не надела первое, что под руку попалось.       — Нефертари, а почему ты в мужском костюме? — всё же спросил я, когда мы уже дошли до её машины, и она, открыв дверь, не села на водительское сидение, а облокотилась рукой о дверцу.       — Это женский костюм в мужском стиле, — её ответ дал мне понять, что я не первый, кто её об этом спрашивает за сегодня. Но всё равно, это не ответ на мой вопрос.       — И всё же? — смотря, как она игриво улыбается, я стал подозревать неладное. Я что-то упустил? Она же, шагнув ко мне ближе, и протянув руку, провела пальчиком по моей груди, спускаясь ниже, по торсу, и останавливаясь на ремне.       — Вчера я сказала о своём желании одном человеку, но он неправильно меня понял. И чтобы избежать этого сегодня, я решила одеться таким образом, чтобы у него не возникло других вариантов, — её негромкий голос, с сексуальными низкими тембрами, вызвали по моей спине мурашки. Блин, я возбудился… Да, что она со мной делает?       — О чём ты? — пытаясь держать себя в руках, напряжённым голосом спросил я. А эта пошлячка, игриво улыбнулась, словно ожидала от меня именно этого вопроса.       — Моё желание не изменилось. Хочу сзади, — не дав мне и секунды на осознание её слов, как она поднялась на носочки, почти касаясь моего уха губами, добавила, — анальный секс.       Смотря, как Нефертари разворачивается, и садиться в свою машину, я и звука не произнёс, переваривая сказанное ею. После она заводит мотор, что приводит меня в чувство, а затем уезжает в сторону своего дома, а я всё также смотрю на её машину, которая всё дальше отдаляется от меня. То есть её костюм в мужском стиле, был дополнительным намёком на то, чего она хочет? Да, нетрудно понять. Но я вчера не понял…       — Вот я идиот?! — через сжатые зубы, прошипел я, проводя пальцами по волосам, зачёсывая их назад. Я всю ночь ломал голову над тем, что она имела в виду, а всё оказалось именно так, как я и хотел, но не мог этого сделать. Не только потому, что не понял её желания, но и потому, что вчера у нас не было на это времени. А это знаете ли небыстрый процесс.       Всё также стоя на месте, я положил руки в карманы, и перевёл взгляд на открытое окно, класса, в котором я должен был встретиться со Стефаном и остальными. Но не ожидал увидеть там Кэролайн, по лицу которой можно было легко понять, что она слышала мой разговор с Нефертари. И думаю, она также понимает, что я не сдвигаюсь с места потому, что не могу решить, что делать дальше. Либо я иду в школу, и говорю со Стефаном, выясняя то, что мне нужно, либо сажусь в машину, и вдавливаю педаль газа, чтобы догнать Нефертари, и оприходовать её сзади. Всё также, неотрывно смотря в глаза Кэролайн, которая, хоть не признает этого, но будто уверена в том, что я сейчас войду в здание школы, и на время забуду о словах Нефертари. Но на деле же, я всеми силами удерживал себя на месте, чтобы не сорваться и не рвануть к машине. Господи, не могу выкинуть из головы эти картины, где моя пошлая девочка, стоит на коленях, и вся жаждет моего проникновения. Да, я люблю Кэролайн, но дело в том, что хочу я именно Нефертари. Именно её я хочу видеть в своей постели, именно её я хочу трахать до умопомрачения, и именно в неё я хочу проникать снова и снова. Никогда в жизни я не испытывал такого сильного желания обладать кем-то. Но если я сейчас сяду в машину и уеду вслед за ней, то не смогу выяснить то, что важно как для меня, так и для моей семьи.       Прошло, наверное, всего пара тройка минут, а ощущение, будто целая вечность, пока я решался. Я понимаю, что разговор займёт не больше получаса, и я всё равно получу своё, но эти полчаса ещё нужно перетерпеть. Глубоко вдохнув в лёгкие кислорода, я шагнул в сторону школы, замечая слабую победную улыбку на лице Кэролайн. Ох, зря радуешься любовь моя. Стоило мне лишь пересечь порог школы, как я тут же, на гибридной скорости, оказался около двери в тот самый класс, где меня дожидались Стефан, Елена, Беннет, Кэролайн, и Аларик. Они не ожидали, что я так внезапно появлюсь на пороге класса, но мне было плевать. Но чёрт, почему именно школа? Нет, я понимаю, никто из них не жаждет желанием впустить меня в свои дома… Собственно, вот и ответ.       — У вас есть пять минут, чтобы всё мне сказать, если, конечно, у вас есть, что мне сказать, — я всё ещё был в напряжении, и честно говоря, не особо уверен, что смогу продержаться пять минут. Хоть и пытаюсь выкинуть из головы различные позы раком в исполнении Нефертари, но никак не выходит.       — Клаус, ты ведь сам просил об этой встрече, — отозвался Стефан, заставляя меня изогнуть бровь. Ну, если в его понятии «или вырву сердце», значит дружелюбная просьба, то пускай.       — У меня дело неотлагательное возникло… — негромко проговорил я, а после, добавил, — так вы что-то знаете о планах нашей матери? Советую мне не лгать, и сразу говорить как есть.       — Мы уже говорили, что ничего не знаем, — неубедительно солгала Елена, что меня крайне разозлило. Я тут, понимаешь ли, ради этого разговора отложил анальный секс, а они со мной в игры решили поиграть? Всего мгновение, и я хватаю деревянную палку, что стояла около доски, и, возникнув рядом со Стефаном, вонзаю её ему в грудь, лишь в миллиметре от сердца останавливаюсь.       — У тебя есть три секунды, чтобы мне всё рассказать, иначе твой дорогой Стефан умрёт, — прибегая к более эффективной угрозе, я точно знал, что сейчас Елена мне всё расскажет, даже если сильно этого не хочет. И побыстрее давай…       — Мы только знаем, что она куда-то отправилась, чтобы отыскать ведьму, больше нам ничего неизвестно?! Пожалуйста, отпусти его, — с мольбой в голосе, проговорила Елена, и я помедлил всего пару секунд, а после выдернул палку из груди Стефана, и кинул её на пол. Эта информация и нам известна, видимо больше я не выясню.       — Если ты мне солгала, или что-то утаила, Елена, поплатишься, — и снова угроза. Как не крути, а эти спасители вселенной иначе не понимают. Собираясь покинуть этот класс, а в последствии и школу, я направился к выходу.       — Это твоё «неотлагательное дело», встреча с Тией? — настороженно спросила Кэролайн, заставляя меня обернуться к ней, и усмехнуться.       — Ты ведь всё слышала, Кэролайн, тогда зачем спрашиваешь? — мой немного саркастичный вопрос, её смутил, а после в её глазах вспыхнуло отвращение, и осуждение. До чего же старые у неё взгляды, и к тому же, она за что-то ненавидит Нефертари.       — И тебе не мерзко? Или уже плевать с кем? — с сильным отвращением спросила она, заставляя меня действительно от души посмеяться.       — За что ты так ненавидишь Нефертари? — спросил я, но когда понял, что она не понимает, о ком я говорю, добавил, — я про Тию.       — Я её вовсе не ненавижу, просто она мне противна. С такой грязной шлюхой вообще возиться не желаю, — высокомерие, ненависть, осуждение, призрение, всё это было отражено в её глазах и на лице. Сказать, что я ей поверил, это ничего не сказать. Потому что она лжёт. И что-то мне подсказывает, что причина её ненависти — зависть. Но даже так, она вообще понимает, как её действия и психологические издевательства влияют на Нефертари?       — «Грязная шлюха»? Как по-детски… — ухмыльнувшись её словам, я продолжил свой ход к выходу. Это так низко, выезжать на счёт унижения другого человека. Я, конечно, тоже не святой, но к таким методам никогда не прибегал, да мне и не нужно было.       — Да, ты просто не знаешь, сколько мужиков у неё было. Небось, она напела тебе, что всё это лишь слухи, — презренно стояла на своём Кэролайн. И снова я остановился. Почему-то меня сейчас она сильно раздражает. Наверное, именно так и рождаются слухи о Нефертари, прямо в точности, как она говорила. Кэролайн просто не видела того затравленного взгляда у девочки, что видел я вчера. Она мысленно так себя унижала, что у неё на лице всё отпечатывалось. А вот мне было совершенно не понятно с чего это вдруг она считает себя грязной и омерзительной.       — Да, что ты вообще о ней знаешь? — я не выдержал, просто не смог. Меня, в самом деле, злит эта ситуация, пускай мы с Нефертари просто трахаемся, но за это недолгое время я узнал о ней так много. Она оказалась такой ранимой, с глубокими душевными ранами, но всё же пытается сопротивляться окружению, как умеет. Не то, чтобы я проникся ею, просто бесит, что к ней такое отношение.       — Уж побольше тебя! С её порочной душонкой она вообще не достойна даже крохи любви, — с ядом в голосе прошипела Кэролайн. Кто эта девушка? Она не моя Кэролайн, которую я знал… Помниться она говорила, что если человек умеет любить, то его можно спасти, а что сейчас я вижу? Такая сильная ненависть, что затмевает её свет, и делает уродливой её чистую душу.       — Ошибаешься… — напоследок бросил я, и исчез из класса, а затем и из школы, оказавшись около своей машины.       Это заняло даже меньше времени, чем я выделил, так что могу сосредоточиться на неотложном деле. Заведя мотор, машина тронулась с места, а я всё сильнее вдавливал педаль газа, чтобы как можно быстрее оказаться около её дома. Мы не договаривались где именно, так что поеду сначала туда. Но всё же слова Кэролайн меня взбесили. Эта настолько печально, что люди думают, будто пара развратных подвигов, делают их недостойными любви. Эта так глупо! Ведь Кэролайн даже не представляет, какой разврат она будет творить в колледже, или куда она там собирается. А это будет, потому что в силу совершеннолетия, желания, и огромного соблазна перед глазами, она сдастся. Я говорю это потому, что знаю. Нет, я никогда не учился в подобных заведениях, не вижу в этом какого-либо смысла, но часто сталкивался со студентками, были даже те, кто считался тихоней. И они такое вытворяли, что вспоминать стыдно даже мне. И это при том, что шлюхами они себя не считали. С годами этот термин «шлюха» смывается, и тебе уже не кажется, что пара тройка беспорядочных связей делает тебя таковой. А уж, что нужно сделать, чтобы считаться «недостойным любви», и того больше потребуется. Нефертари нужно как минимум тысячу лет нагонять ужас на людей, убивать, рушить жизни, жить в похоти и разврате столетиями, и возможно, тогда можно будет предположить, что она недостойна. Лично я себя таковым не считаю, хотя многие говорят, что я вообще не способен любить кого-либо. И в целом они правы, потому как я отказываюсь от таких чувств, но сейчас решил принять их, и чем это для меня обернулось? Безответной любовью… Хотя, тут я бы немного подумал, всё же некий интерес ко мне Кэролайн имеет, но никогда не проявит его, поэтому мне можно даже не рассчитывать.       Подобные мысли посещали меня только до того момента, пока я не подъехал к дому Нефертари, и не увидел, как она открывает дверь ключом. Чёрт! Даже в этом костюме она так соблазнительна. Выключая мотор, я вышел из машины и поставив её на сигнализацию, быстрым шагом приближался к Нефертари. Она же обернулась в мою сторону только в тот момент, когда распахнула дверь, а я даже секунды не медля, схватил её в охапку, и закинув себе на плечо вошёл в дом, захлопнув за собой дверь.       — Ник, а разве у тебя не была какой-то важной встречи? — упираясь руками мне в спину спросила она, пока я поднимался по ступенькам в её комнату, и поглаживая её соблазнительную попку, несильно шлёпнул.       — Сама виновата, мне пришлось всё ускорить, — входя в её комнату, я кинул её на кровать, и пока она возвращала себя в устойчивое положения, я уже снял свою футболку. К чёрту всё, эта девушка меня просто с ума сводит.       — Ты слишком нетерпелив, — чуть краснея, отозвалась она, рассматривая мой голый торс.       — А чья, по-твоему, это вина?       — Полностью моя, поэтому я возьму на себя ответственность, — игриво улыбнувшись, она всё ещё была, немного красной от смущения. Всё же, трезвая она мне больше нравится, более естественная. Я даже сделать толком ничего не успел, как она встала с кровати, и, подойдя ко мне в плотную, приподнялась на носочки, касаясь моих губ своими.       Каким-то образом мы поменялись местами, и теперь я стоял спиной к кровати. Но не долго, потому как она заставила меня сесть, а сама тем временем, удобно устроилась на полу, стоя на коленях передо мной. Стоило ей коснуться губами моего торса, как я тут же понял, что именно она намеревается сделать. Конечно же, я как мужчина отреагировал на это, и не стал её останавливать. Она всегда так, если чего-то хочет просто делает, хотя это только к сексу относится, в другом плане я её не знаю. Расстёгивая мой ремень, она всё также покрывала мой торс и грудь поцелуями, а я немного откинулся назад, облокачиваясь на руки, и позволяя ей делать то, что она делает. Толи она настолько возбудилась, толи ей просто не хотелось снимать остальную одежду с меня, но это и не важно, потому как её влажный язык уже прошёлся по всей длине моей возбуждённой плоти.       Иногда мне кажется, что ей этот процесс нравится не меньше моего, хотя может я и преувеличиваю. Но мне так нравится наблюдать за тем, как Нефертари заглатывает мой член, и при этом так усердно помогает себе язычком и губами. Это возбуждает очень сильно. Так что я уже еле могу себя контролировать, но даже так она и слова мне не скажет, даже если я грубо отымею её в рот, она ничего не скажет. Как и в тот раз, она не выглядела злой, её словно и не волновал тот факт, что я был груб. И сейчас тоже самое, я хоть и не поступаю, как тогда, но всё равно не слишком ласков, заставляя её заглатывать ещё больше, отчего на её глазах наворачиваются слёзы, и она по прежнему немного красная от смущения. Не знаю, что именно она делает, но её вибрации горлом, просто лишают рассудка, а выступившие слёзы на глазах лишь побуждают меня к ещё большей грубости. Нефертари была восхитительна, как и всегда, в общем-то, поэтому я не стал её останавливать, позволяя дойти до самого конца, а после, когда кончил ей в рот, она всё глотнула, что тоже не менее возбуждает.       Вставая с пола, Нефертари, подошли ближе ко мне, и наклонившись поцеловала, глубоко, но немного неуверенно, поэтому я тут же взял инициативу на себя, притягивая её ближе к себе, но меня удивило то, что она оттолкнула меня. Не то чтобы сильно, но я упал спиной на кровать.       — Мне надо в душ, — снимая пиджак, а за ним и жилет, ответила она, на мой немой удивлённый вопрос.       — Сейчас, что ли? — возмутился я, офигевая от такого заявления. Раз уж так надо было, зачем тогда вообще меня заводить? Чтобы потом уйти принимать душ?       — Я вспотела немного из-за танца, я быстро, — и она скрылась за дверью ванной, захлопнув дверь.       — Да, плевать мне! — ещё больше возмутился я, но меня уже никто не слушал.       Да, вы шутите? Мне, что, в самом деле, придётся ждать? Принимая сидячее положение, я недовольно смотрел на дверь, что скрывала меня от желаемого тела Нефертари, и думал о том, что стоит выломать эту чёртову дверь. Но если так сделаю, она ещё перепугается. Снимая с себя обувь, за ней носки, штаны с трусами, я всё же перестал возмущаться по этому поводу. Не думаю, что она шутила, говоря об анальном сексе, а значит, мне всё же следует немного успокоиться, с учётом того, сколько терпения понадобиться для этого дела. Увы, с этой стороны я не могу быть грубым, иначе наврежу ей. А я этого не хочу. Да, и если подумать, было лучше, если бы я прихватил с собой презервативы, вообще мне они не нужны, с учётом моей бесплодности, но сейчас пригодились бы для большего скольжения. Может сгонять в аптеку, пока она в душе?       Так я подумал перед тем, как она открыла дверь в ванную, и вышла оттуда, с немного влажной кожей после горячего душа. И, правда, быстро, не прошло ведь и пяти минут, наверное. Я молча наблюдал за тем, как она абсолютно обнажённая, обходила кровать, и дойдя до тумбочки, что стояла рядом, открыла самый нижний ящик, что-то достала, а после задвинула его обратно.       — Это тебе пригодиться, — впихивая мне что-то в руки, она залезла на кровать, и легла на живот. Я же, переведя с неё взгляд на то, что у меня в руках обнаружил лубрикант на этикетке которого, была нарисована малина, и упаковка презервативов.       — Ник, доверяю свою попку, в твои умелые руки, — повернувшись ко мне лицом, немного смущённо, но в тоже время на её губах была игривая усмешка. Собственно мне дважды повторять не надо, потому как от её слов у меня окончательно сорвало башню.       — Смотри не передумай, — нависая над ней, я решил немного её расслабить, покрывая тело поцелуями. Всё же, как не крути, а в этом деле она должна быть полностью расслаблена. Только сейчас подумал, что она по причине моей вынужденной сдержанности, удовлетворила меня ротиком.       — Признаюсь честно, у меня это в первые, поэтому я не знаю, что мне нужно делать, — ещё больше краснея, сказала она, заставляя меня, немного удивиться. Я, конечно, не думал о том, был ли у неё опыт в анальном сексе, но всё равно.       — Тогда почему ты так легкомысленно это предложила? — продолжая покрывать её спину поцелуями, спросил я. Но она так прижималась ко мне своей очаровательной упругой попкой, что трудно сдерживать себя. — Ничего не «легкомысленно»… — попыталась возразить она, но как-то не особо убедительно, однако я всё равно думал, что её предложение действительно было слишком спонтанным. Не прошло и пары секунд, как она добавила, — я уже давно думала об этом, но всё никак подходящего партнёра не было… которому я могла бы довериться, — смущённо ответила она, заставляя меня лишь на мгновение перестать покрывать её тело поцелуями, и оставлять новые засосы поверх вчерашних. «Довериться», да? Ну, в каком-то плане она права, одно резкое движение, и она неделями будет залечивать повреждения, к тому же это её первый раз. Даже как-то тепло вдруг стало внутри, от её слов.       — Полагаю, у меня не осталось выбора, — выпрямляя спину, я резко приподнял её таз к верху, от чего она тут же согнула ноги в коленях, и даже сдавлено ойкнула, не ожидая таких действий. Эта коленно-локтевая поза такой вид открывает, что оттесняет мою решительность быть сдержанным.       — Я… хорошо вы-вымылась… — сдавленно пропищала она, что я вообще еле расслышал её слова. То как она при этом смущённо краснела, и прятала лицо в подушке, крепко стискивая её пальцами рук, на мгновение заставило меня подумать, что она милая. Вообще-то меня мало волнует подобный вопрос, всё же я прошёл довольно тёмные времена, так что вопрос о её чистоте, вообще последнее, что меня могло волновать.       — Теперь понятно, зачем ты убежала в ванную, могла бы и прямо сказать, Нефертари, — наклонившись к её ушку, я негромко добавил, — хочешь, чтобы я тебя облизал? — знаю, что не следует издеваться над ней в такой момент, но чёрт, когда она так смущается, это не может не быть очаровательным. Да, определённо, трезвой она мне нравится больше. Будь она под градусом, то скорее всего уже сама бы себя разработала. Но это слишком волнующая стадия, я как мужчина, не могу ей это доверить.       — Дурачок, не говори таких вещей, с таким серьёзным лицом, — не особо уверенно возмутилась она, хоть вообще-то это «дурачок» и ругательством назвать, язык не повернётся. А ведь если припомнить, она только так и говорила, будто не желала задеть чужих чувств. Блин, но она так мило смущается, при том, что до сих пор стоит в коленно-локтевой позе, ну, тут скорее я не позволяю ей лечь. И почему, я раньше не замечал, какая Нефертари милая? Странно, обычно такие вещи сразу в глаза бросаются.       — Но, ты ведь хочешь, я это точно знаю, — прикусив мочку её уха, добил её я, и она окончательно расплылась от смущения. Её не столько поза смущает, сколько мои слова, что тоже довольно мило. Однако меня даже удивило её сдавленное угуканье, но позже я лишь негромко посмеялся над такой невинностью.       Она ведь ни разу не просила меня, чтобы я сделать ей приятно, интересно, у неё тоже какие-то комплексы по этому поводу, или ещё какая-то причина, не менее глупая? Что же, в любом случае, желание Нефертари я выполню, и с удовольствием понаблюдаю за её реакцией. Проводя пальцами по её позвоночнику, я наблюдал, как её спина выгибается, отчего мне открывается лишь больше откровенной картины. Усмехнувшись от этого, я не смог не шлёпнуть её по попе, уж больно она меня прельщает. Держа руки на её упругих ягодицах, я немного поглаживал их, сжимая пальцами, отчего ей приходилось только больше оттопыривать её. Нефертари была такой красной, что даже её усиленные попытки спрятать лицо, не скрывали этого от меня, уши то она не прятала.       Взяв в руки лубрикант, я открыл его, и стал наливать на попку Нефертари, отчего она дёрнула тазом. Холодный, наверное, хотя это было даже забавная реакция, от которой я усмехнулся. Думаю, на сейчас, столько смазки будет достаточно, поэтому я закрыл тюбик, и кинул его рядом с ногой Нефертари, скоро он снова пригодиться. Стоило мне лишь коснуться пальцем анального отверстия, как она уже реагирует, сдавленно простонав в подушку. Я не торопился, во-первых, спешка здесь не к чему, во-вторых, мне и самому этого не хотелось, откуда-то такое титаническое терпение появилось, и меня вполне удовлетворяли издаваемые ею звуки, её открытость для моих глаз, и доверие, ну, хотя, это только на пока. Поглаживая большим пальцем по кругу, я больше наблюдал за тем, как Нефертари сжимает пальцами подушку, и от нехватки полноценного дыхания, поворачивает голову на бок, сильно красная, но в тоже время очень даже возбуждённая. Должен сказать, ей определённо это нравится. Что же, думаю, если я прибегну к ласкам языком, она не будет против. Но я начал издалека, сначала покрывал поцелуями её ягодицы, немного покусывая, и зализывая языком, и медленно приближался к заветному местечку. Стоило мне коснуться кольца мышц языком, как она тут же вскрикнула от удовольствия, что мне польстило, и мелькнула мысль в голове, действительно смазка со вкусом малины. Спуская руку к клитеру, я одновременно ласкал её языком, и руками, доставляя больше удовольствия, что хорошо было и видно на её лице, и слышно в её стонах.       Но долго я так не развлекался, потому, как она уже достаточно расслаблена, и сильно возбуждена, так что можно и дальше идти. Снова использовав лубрикант, я одной рукой продолжал ласкать её спереди, большим пальцем надавливая на задний проход, и вводя его внутрь неё. Реакция не заставила себя долго ждать, потому как она прикусила губу, и сдавленно простонала. Трудно было понять, от боли это, от дискомфорта, от непривычных ощущений, или от удовольствия, поэтому я продолжил, и наблюдал за ней. И с новыми более громкими стонами я больше не думал о том, что ей больно, ей очень даже приятно, и дело не только в издаваемых ею звуках, но и в том, как она подаётся мне навстречу.       С каждым введённым пальцем, мне было всё труднее себя контролировать, и честно сказать, что ласки клитера я на какое-то время забыл, больше внимания уделяя её заднему проходу, который должен быть, хорошо растянут, иначе будет очень больно не только ей, но и мне в какой-то степени. И когда уже три пальца, относительно нормально могли войти в неё, я перестал её разрабатывать, убирая руку, и позволяя ей лишь на какие-то секунды передохнуть, упав тазом на кровать. Она тяжело дышала, и уже мало что соображала, а уж о смущении и подавно речи больше не шло, потому как она совершенно забыла об этом, полностью отдаваясь в мои «умелые руки», как она выразилась. Беря в руки упаковку презервативов, я достал один, и надев его на уже до боли возбуждённую плоть, наклонился к её губам, за поцелуем. Она была такой покорной, и податливой, что выполнит всё, чего бы я не попросил, и я понял, что такой она бывает неосознанно. Толи от нежелания сопротивляться в моменты, когда сильно возбуждена, толи она на подсознательном уровне понимала, что мне куда больше удовольствия доставит её полное подчинение, чем если бы она пыталась перетянуть на себя инициативу. Когда она это делала, то это было скорее с моего молчаливого согласия, и она это понимала, всегда отдавая мне главенство. Не то чтобы это было для меня ново, я ни раз встречал таких податливых девушек, но как-то у неё это выходило по-особому, что ли. В жизни она не такая послушная и покорная, скорее сделает по своему, чем послушается других, и своим поведением может даже вывести из себя, что я на своей шкуре испытал, когда она сиганула с моста в воду. Но в постели она такая послушная, покорная, даже прирученная, но в тоже время не теряет этой своей непокорности. Может это и странно, но в моменты, когда девушки слишком податливы, мне это кажется противным, они будто куклы, с которыми я могу делать что захочу, а после одной ночи я их всегда убивал, чтобы кислород зря не тратили. Но с Нефертари всё иначе, её покорность, её громкие крики, даже её влюблённость в Дэна меня не бесят… Хотя, с последним я бы поспорил, это меня бесит только в том случае, когда я становлюсь этому свидетелем, потому что в такие моменты она абсолютно на меня не смотрит, и Дэниел для неё становится словно центром вселенной. Это бесит, и раздражает.       Откинув ненужные в данный момент мысли, я разорвал глубокий и даже грубый поцелуй, смотря на её затуманенные страстью большие тёмно-серые глаза. Да, глаза у неё восхитительны, цвет, форма, размер, всё идеально. Смотрел бы вечно…       — Нефертари, назови моё имя, — потребовал я, коснувшись мочки её уха губами. Она ни разу во время самого процесса не назвала меня по имени. Ни разу! Это немного бесит, словно я, в самом деле, совершенно ничего для неё не значу, только один из тех, кто трахает её. Это бесит, чертовски раздражает.       Но она молчала, хотя я точно заметил, что услышала. Почему она никогда не называла меня по имени? Почему она только стонала, кричала, и извивалась, но никогда не просила чего-то, ни говорила, ни слова? Почему мне кажется, что она так далеко от меня? Я касаюсь её тела, ласкаю каждый миллиметр её кожи, проникаю в неё, сливаюсь воедино, но у меня нет этого ощущение, словно она рядом. Она далеко, так далеко от меня, что это бесит. Нет, мне нравилось это её отстраненность раньше, потому, что это не создавало проблем, но сейчас я подумал, что меня это начинает бесить. Я хочу услышать, как она извиваясь от наслаждения, выкрикивает моё имя, хочу слышать как она произносит его своим голосом, полным блаженства. Я действительно этого хочу, и я заставлю её кричать моё имя, всё сделаю, но заставлю её хоть раз назвать меня по имени. Может тогда это странное чувство в груди, которое неприятно давит, перестанет доставлять мне дискомфорт.       Покрывая её спину поцелуями, я снова вернул её в коленно-локтевую позу, устраиваясь поудобней сзади, пока она откидывала подушку в сторону, однако от такой силы, та просто вылетела к стене, ударившись об неё, и упав на пол. Снова использовав лубрикант, я убедился, что всё хорошо смазано, и только потом начал медленное, аккуратное проникновение. Стоило мне лишь надавить головкой на проход, как она напряглась, хотя тут же попыталась расслабиться, что выходило не очень хорошо, так что я решил ей помочь, поглаживая спину, талию, грудь, и попу. Только после она расслабилась, расставив ноги немного шире, и я продолжил проникновение. Введя лишь головку, я остановился не только потому, что спешить не стоит, и лучше дать ей немного привыкнуть, но и потому, что она ощутимо сжала меня внутри, и честно признаться, я чуть было не кончил. Да, я всегда знал, что анальный секс куда приятней, чем вагинальный, хотя бы из-за того, что сзади отверстие уже, и мышцы куда ощутимей сжимаются. Но я смог сдержаться, одной рукой придерживая таз Нефертари на одном уровне с моим, а другой, начиная ласкать её клитер, чтобы немного сгладить болевые ощущение.       Медленно проникая всё глубже, я почти не двигался, но вот эта неугомонная особа, всё норовила насадиться глубже. Я конечно, понимающий человек, но у меня ведь тоже есть свои приделы терпения. Если она и дальше так продолжит, я просто сорвусь, и оттрахаю её, тем самым точно порву её изнутри. Не доводи до греха, Нефертари! И тут фиг поймёшь, отчего именно она так ко мне жаждет прижаться, из-за ласк рукой, или ощущений сзади. Но я всё же начал двигаться, медленно и аккуратно, держа её мёртвой хваткой, чтобы она не дёргалась. А Нефертари же мои страдания не разделяла, метясь по кровати, сжимая простыни пальцами, которые вот-вот порвутся от такого напряжения, она стонала в удовольствии, иногда срываясь на крик, и то и дело, смотрела на меня. Чего только не перетерпишь, ради такой вот картины, и откуда только берётся во мне столько терпения? Продолжая двигаться, я входил всё глубже, но мне этого было мало, поэтому я целовал её спину, плечи, и шею, желая доставить ей как можно больше ласк и удовольствий. Это тоже впервые, с момента нашей встречи, я думал о ней больше, чем о себе. Иначе, если я подумаю о своём удовольствии, то точно сорвусь, без сомнений не смогу держать себя в руках.       Только когда она смогла принять меня полностью, я немного ускорился, лишь немного, не могу быть грубым сейчас, хоть и хочется просто отыметь её, и не сдерживать себя, но не сейчас. Но думаю, самое время сменить позу, иначе какой бы гибкой она не была, но в позе раком она уже довольно долго. Я остановился всего на пару тройку секунд, чтобы поменять позу, как она тут же запротестовала, прося меня не останавливаться. Что же, это в первый раз, когда она о чём-то меня попросила, но ты уж, прости, дорогуша. Переворачивая её на спину, я взял оставшуюся подушку, и подложил ей под поясницу, чтобы поднять таз вверх, так куда удобней. Теперь я мог не только ласкать её, но и целовать, что тоже большой плюс. Мне нравятся её губы, мягкие, и приятные, и нравится вкус языка, немного сладковатый, в основном из-за алкоголя, а когда трезвая, ощущается вкус какой-то еды. Снова входя в неё, я ощущал, как она всем телом вздрагивает, и вижу, как её ножки дрожат, сильно обхватывая мою талию, наверное, чтобы я точно никуда не ушёл. Это так мило… Наклоняясь для поцелуя, я затыкаю очередной её стон, и она тут же обхватывает мою шею руками, пропуская пальцы мне в волосы, и немного стягивая. Нефертари такая податливая, такая соблазнительная, и сводящая меня с ума лишь одними прикосновениями рук. Я пытаюсь держать себя в руках, но чем больше терплю, и сдерживаю себя, тем труднее мне расслабиться, уже даже пот проступил от напряжения.       Не могу сказать точно, сколько раз она кончила, сколько раз её тело вздрагивало, и она прижимала ближе ко мне, выгибая спину, и крепко за что-то ухватываясь руками, чаще это были мои руки и плечи, и куда реже простыни. Но я дошёл до финала только единожды, и меняя презерватив не мог не слышать её протестов, в которых зачастую она употребляла слова. Не знаю, толи причина в том, что сегодня мы занимаемся сексом иначе, толи ещё в чём-то, но она куда болтливей, чем когда-либо. Но не могу не признать, что мне нравилось над ней измываться, точнее над её выдержкой, хоть немного пускай поймёт как мне трудно держать себя в руках. Продолжая двигаться в её заднем проходе, я был до такой степени напряжён, что, в самом деле, ещё немного и у меня сорвёт крышу. Сам удивляюсь тому, как ещё держусь, чтобы не ускорит ритм, хоть мои ощущения в любом случае вряд ли сильно изменяться, скорее останутся прежними, но инстинкты требовали. Я не особо люблю быть нежным во время секса, потому что я не такой, мне нравится быть грубым, да иногда можно для разнообразия, но тут скорее играет роль больше моё настроение и отношение к партнёрше, чем необходимость. А сейчас я так нежен и аккуратен с Нефертари, что фиг поймёшь самого себя. Я без понятия, почему я не хочу даже помыслить о том, чтобы навредить ей, ещё вчера я мог запросто её кусать, испивая кровь, а сегодня даже сдерживаю себя, чтобы не сжимать её бёдра до синяков, как обычно это делал. А так хочется, хотя бы здесь не сдерживать себя, и я дал себя волю, лишь немного ослабив самоконтроль.       Только вот не ожидал, что это послабление выльется не только в сжатии её шикарных бёдер, но и в ускорении ритма. Я больше не мог остановить, или хотя бы замедлить себя, но всё же до грубости не доходил. А Нефертари только громче стала стонать, прижимая меня к себе уже не только ногами, но и руками, что давало мне послабление ещё больше. Я хоть и понимал, что всё это были последствиями её сильного возбуждения, а когда это спадёт она ощутит все последствия моей несдержанности, в виде боли. Точно ведь так и будет, но сейчас эта мысль лишь проскользнула у меня в голове, когда Нефертари сжала меня в себе сильнее обычного.       — Ник! — её громкий выкрик, сильные судороги, выгибания спины, и струйный оргазм, до такой степени меня удивили, что я даже кончил. Нет, серьёзно я совершенно не ожидал подобного. Да я представить не мог, что анальный секс ей принесёт куда больше и ярче удовольствие, чем обычный.       — Ник, ещё хочу… пожалуйста… больше, — смотря на её взгляд полный мольбы, и неутолимого желания, я будто услышал, как что-то в моей голове щёлкнуло. Растягивая губы в пошлой ухмылке, я двинулся внутри неё, заставляя её громко вскрикнуть.       — Не вини меня потом, если завтра встать не сможешь, — с некой угрозой, отозвался я, и больше не думал о том, какие последствия могут быть завтра. Я ведь пытался, я, в самом деле, пытался быть нежным с ней, она сама виновата, что лишила меня последних крупиц самообладания.       Остаток вечера, я только и делал, что упивался в наслаждении, не только физическом, но и моральном, потому как всё чаще она выкрикивала моё имя, только моё, и ничьё больше. Она смотрела только на меня, просила о большем наслаждении, и я давал ей его, удовлетворяя все её желания. Я не был груб, всё же эту черту я переступить не смог, не сейчас, когда она так уязвима, будь она вампиром, я бы себя не сдерживал, но она человек, и мне приходится сдерживать свои желания, так или иначе. Но я кусал её шею, пуская кровь, и делая всего пару глотков не больше, за раз, пока она сидела на мне, работая бёдрами в своём ритме, а я мог немного расслабиться. Она так сжимала меня, так глубоко насаживалась, так громко стонала, и всё чащу вздрагивала всем телом, что я не мог, никак не мог остановиться. Мне не было мало её, она выполняла все мои желания, она смотрела на меня своими большими тёмно-серыми глазами, наполненными ненасытностью, она звала меня по имени, Нефертари всего на немного стала ближе ко мне. Но я всё ещё был возбуждён, когда доходил до финала, она не позволяла мне выйти из неё, чем только вызывала всё больше желания. А когда всё же отпускала, то начинала покрывать мою грудь и торс поцелуями, спускаясь ниже, и снова на меня накатывало возбуждение. Разве так можно? Сколько бы я не трахал её, мне постоянно хочется ещё. Когда вижу её, такую податливую, покорную, и открытую для меня, у меня крышу сносит. Я начинаю терять контроль над собой, поддаваясь этому животному инстинкту размножения, как кролики ей Боги.       — Я вымоталась… — страдальчески проговорила она, падая на кровать, животом вниз, после очередного оргазма, на этот раз не струйного. Но как-нибудь мы обязательно его повторим, уж больно это подпитывает моё мужское эго.       — Да, ты как с цепи сорвалась… Ещё бы ты не устала, — смотря на её оголённое тело, усмехнулся я, замечая, что почти вся её кожа покрыта засосами. Да, уж, я немного перестарался, обозначая моё.       — Но анальный секс оказался таким приятным. Ты бы тоже попробовал, — уставшим, но полным удовлетворения голосом, сказала она, заставляя меня перевести взгляд с её попки на ухмыляющееся личико. Издевается, в этом сомнений нет.       — Нет, спасибо, я всё же предпочитаю быть активом, — скептично ответил я, и шлёпнул её по попе. Она же сдавленно простонала, и поморщилась от болевых ощущений, я то ударил совершенно не сильно, это последствия её же действий.       — Пожалуй, лучше пока повременить с этой частью моего тела, и не прибегать к нему слишком часто, — страдальчески заявила она, заставляя меня рассмеяться. Господи, до чего она забавная. Я так и продолжал сидеть, прислонившись спиной к изголовью кровати, а Нефертари лежала рядом, обнимая подушку, и недовольно поглядывая на меня.       — Сама виновата, нечего было меня соблазнять, — отозвался я, намереваясь сходить в душ. Да, уж это было бы очень кстати, учитывая, что я почти полностью измазался смазкой со вкусом малины.       — О чём это ты? Ник, у тебя встаёт от любого пустяка, ты словно подросток в пубертатном периоде, так что не надо на меня всё валить, — хоть она и жаловалась, но что-то я не заметил в ней недовольства. Однако тут даже возразить нечего. А что поделать? Она меня так возбуждает только одним своим видом, ничего не могу с этим поделать. Но я действительно ощущаю себя подростком в период полового созревания, это немного унизительно.       Заходя в ванную, я включил горячую воду, и вдруг вспомнилась фраза, сказанная Нефертари, что сюда она никого кроме меня не пускала. Даже не знаю, как мне стоит относиться к этому признанию? Хоть это и делает меня в какой-то степени особенным, но это лишь с моей точки зрения, а вот для неё это вряд ли что-то особенное. Хотя она всё же называла меня по имени, и этим я более чем доволен. Надеюсь, она не забудет об этом, в следующий раз, потому как я хочу слышать это из её уст. Интересно, почему она раньше этого не говорила? Может, у неё какие-то свои правила? Откуда же мне знать. Она ведь говорила, что если я влюблюсь в неё, Нефертари просто меня выбросить, как пережиток прошлого, и найдёт кого-то другого. Хотя, давайте будет честными, лучше меня ей никого никогда не найти. Но даже странно, что меня подобное вообще волнует, не сильно, так лишь самую малость. Просто вдруг подумал, а вдруг и правда так поступит? Хоть и маловероятно, что я влюблюсь в неё, но всё же. Стоит, наверное, и здесь проявить честность и сказать, что хер там у неё получится от меня избавится. В случае если я буду в ней заинтересован, я же буду её добиваться, проявлять интерес, и пробовать много разных способов, завоевать её любовь. Ей от меня уж точно не избавится, я буду мелькать у неё перед глазами, надоедать, и вмешиваться в её личную жизнь, пока она не сдастся.       Обычно так я бы себя и повёл. Да, но с Кэролайн, всё было не совсем так. Я хоть и пытался, много-много раз, но из-за ненависти, что она испытывает ко мне, это трудно. И очень неприятно, даже если я это скрываю. Я не могу быть более настойчивым, по той простой причине, что она не заслуживает моего доверия. Кэролайн столько раз меня предавала, и ранила в самое сердце, причём намеренно, что я не хочу ей доверять. На самом деле, я даже не особо уверен, что хочу от неё взаимности. Всё потому, что мы совершенно не подходим друг другу… Хотя, я всегда считал бредом фразу: «не сошлись характерами», но сейчас это как нельзя лучше подходит к данной ситуации. Мы с ней абсолютно разные, и просто не ужились бы вместе. Какие бы чувства я к ней не испытывал, но это реальность, а не слезливый роман о любви, где всё у главных героев заканчивается хорошо. Но самое печальное в этих романах то, что всегда есть те, кто в конце остаётся несчастным. И в её истории, я не главный герой, а второстепенный, тот о ком даже главы не напишут. Вот это реальность.       — Ник, ты в норме? — касаясь моего плеча, настороженно спросила Нефертари, каким-то образом оказавшись рядом со мной, и держа в руках испачканную в лубриканте простынь. Я даже не заметил, как она вошла, так сильно, что ли задумался?       — Да, всё нормально, — ответил я, и она всё ещё хмурясь, полминуты недоверчиво смотрела на меня, а я молчал. Она такая же, как и я. Не является главным героем в истории любви Дэниела, хоть и находится рядом с ним, и занимает далеко не последнюю роль в его жизни. Наверное, это не просто, жить под одной крышей с тем, кого любишь, не иметь возможности не только сказать об этом, даже позволить прикоснуться к себе, или коснуться его, она не может.       — Ну, ладно, — неохотно отозвалась она, и подойдя к корзине для белья, засунула туда простынь. При этом она хмурилась, скорее всего, потому, что ей больно двигаться. Удивительно, что она вообще смогла с кровати встать.       — Ей, Нефертари, а ты не думаешь, что мы не сильно-то подходим друг другу? — вдруг спросил я, хотя, возможно, неправильно выразился. Я не имел в виду в романтическом плане, скорее как люди. Она же, правильно меня поняла, наверное, даже не рассматривая меня в другой роли, что немного бесит.       — И что дальше? Тем, кого мы любим, мы не подходим ещё больше. Так чего ради париться? — беззаботно ответила она, пожимая плечами. Я от её слов, даже взглянул на неё иначе. Я никогда не считал её глупой, но даже подумать не мог, что она скажет такую умную фразу.       — Иди сюда, — протянув руку, с ухмылкой потребовал я, хотя скорее просто предложил ей свою помощь в принятии ванны. Боюсь, сама она скорее в ванной навернётся, чем нормально смоет с себя лубрикант.       — А я всё думала, как тебя об этом попросить, — принимая мою помощь, она не без болевых ощущений, залезла в ванную, становясь передо мной. Собственно я вообще-то уже закончил, и даже не заметил когда точно, так погрузился в свои мысли.       — Не думаешь, что мяться уже поздновато? — немного насмешливо спросил я, проводя рукой по её подтянутому животу. Разве не странно, что она смущается таким простым вещам, в то время как в сексе более развязна… когда пьяна, пожалуй. Хотя, думаю, вчерашнего приступа самобичевания у неё больше не будет, это было очень грустно, если уж быть честным.       — Ник, одно дело, когда ты спишь с кем-то, и совсем другое, когда позволяешь ему то, что считаешь более личным, — буркнула она, а теперь я вообще ничего не понял. Толи у неё неправильные понятия о «личном», толи они у неё настолько размытые, что и не поймёшь ничего.       — То есть для тебя секс является не личным?       — Не то, чтобы… Я имела в виду, те действия, которые сближают на эмоциональном уровне, — объяснила она, но я всё равно ничего не понял. Вот мы и стояли под струями горячей воды, я обнимал Нефертари со спины, она же наверняка, желала лечь в кровать. Поэтому я немного отогнал в сторону это непонимание, пообещав себе, что обязательно вернусь к нему как только мы закончим с водными процедурами.       Не больше десяти минут мне потребовалось, чтобы смыть с Нефертари всю смазку, правда, когда я делал это в интимных местах, она так краснела, и упиралась, что я просто не мог не поиздеваться над ней. До чего же она забавная. То раскрепощенная, дальше некуда, то смущается от таких относительно невинных действий. Я уже говорил, что трезвой она мне нравится больше? Но всё же издеваться я над ней прекратил, сжалившись под весом её состояния, и помогая ей выбраться из ванной, и стерев остатки воды, взял её на руки, и вынес из ванной комнаты. Она такая лёгкая, она вообще питается? Да в ней не больше 40 килограмм, если не меньше. Направляясь к уже свежей постели, я положил её на кровать, и только когда сел рядом, прислоняясь спиной к изголовью, решил продолжить тот разговор.       — Нефертари, что для тебя является эмоционально личным? — смотря, как она сдвигается на другую сторону кровати, я чуть придвинулся к центру. Где-то минуту она молчала, лёжа на животе, и обнимая подушку руками, положила не неё подбородок, обдумывая мои слова.       — Если в повседневности… держаться за руки, обниматься, целовать в щёку, или трепать волосы, последнее для меня особенно важное. В детстве Дэн всегда трепал меня по голове, и говорил, что так он узнавал, как я себя чувствую, — она говорила вполне серьёзно, а я был удивлён. Это же надо так… Господи, это так невинно, что аж не вериться. Для неё подобные обыденные действия, которые большинство людей даже особенными не считают, являются такими важными? Это, в самом деле, до такого невинно, что даже меня умиляться заставляет.       — А в интимном плане? — спросил я, уже имея одну мысль по этому поводу.       — Оральные ласки, ну, со стороны партнёра… хотя это скорее вопрос о доверии, нежели в эмоциональном плане, — чуть краснея, ответила она. Так и думал… Но её слова немного меня удивили.       — То есть ты мне доверяешь? — удивлённо спросил я. Это даже неожиданно, вдруг узнать о том, что девушка, которую я просто трахаю мне доверяет.       — Пустила бы я тебя сзади тогда… Знаешь ли, это очень доверительный процесс, да и опыта у тебя побольше чем у тех, с кем я имела дело раньше.       — Постой, это ведь значит, что ты никогда не испытывала оральных ласк? — вдруг спросил я, что-то через чур заинтересованный её ответом. И сам не знаю, чего это меня так распирает от любопытства. Но вообще-то я думал, что раз она так хороша в умении доставлять удовольствие ротиком, то соответственно её партнёр должен был делать тоже самое. Хотя бы из солидарности…       — Ну, да… Раньше меня не то, чтобы беспокоил вопрос о доверии в этом плане, но Саймон относился к этому виду удовлетворения агрессивно, говоря, что это мерзко. Ну, а потом, другие считали так же… Не скажу, что меня это задевало, но было любопытно, какого это… Вообще был один парень, который сам предложил, но когда дело почти дошло до оральных ласк, он спросил: «была ли я в ванной», и это всё настроение отбило, — хмурясь, она была так недовольно тем, что произошло в прошлом. А я бы, наверное, засмеялся, если бы не побывал в прошлых столетиях. Раньше на подобное не то, что закрывали глаза, они даже не считали чем-то зазорным нечистое тело.       — Должно быть, тебе было неприятно слышать это, — негромко отозвался я.       — Нет, вообще-то, мне было плевать, я была пьяна. Но желание всё равно отбило… Да, блин, я всегда душ принимаю, а если есть время то ванны с маслами, по несколько часов к ряду?! А уж если знаю, что у меня секс будет, то подавно ванна это первое место, куда я пойду. Да, и вообще я трижды в день в ванной бываю, а то и больше, меня просто раздражает если я потная, даже самую малость, — возмущалась она, вызывая во мне смех. Ты смотри, как завелась, а? Забавная она всё же… Хотя, её пристрастия к ваннам мне были известны, она уже говорила об этом. А после того, как я побывал в её ванной комнате, то создалось впечатление, что это спа-салон какой-то, там столько всего, что глаза разбегаются, даже ароматические свечи.       — Всё же, тебя задели его слова, больше чем ты признаёшь.       — Да ничего они не задели! — капризно заверила она, забавно хмурясь. Нет, всё же она чертовски милая.       — Знаешь, Нефертари, я бы с удовольствие облизал тебя всю. Как на это смотришь? — проведя рукой по её спине, отчего, она тут же покрылась мурашками, я хоть и издевался, но вообще-то был бы не против. К подобному роду ласк я отношусь хорошо, и не считаю это чем-то мерзким, по-моему, когда девушка метается по постели от ласк, это заводит.       — Не искушай меня… Сейчас я не в состоянии, — жалобно простонала она, с полминуты рассматривая моё предложение. Я не смог подавить в себе смешок, рассматривая её немного покрасневшее лицо, но в её прекрасных глазах, я увидел подавляемое ею желание. Ого… А ей всё мало. Интересно, будет ли она когда-нибудь полностью удовлетворена? И что вообще нужно сделать, чтобы она была удовлетворена?       — Что же, тогда отложим это до следующего раза, — негромко отозвался я, накрывая её голое тело одеялом. Тут бы как самому не сорваться, а то уже подумываю о втором заходе.       Нефертари довольно быстро уснула, всё же она и правда сильно устала, а я думал о том, пойти домой, или остаться на ночь. Она вроде не говорила мне уходить, и о своём брате с Дэниелом тоже ни словом не обмолвилась, да и уже слишком поздно. Глубокая ночь, как-никак. Но даже при том, что я не спал всю прошлую ночь, мне совершенно не хотелось, да, я был расслаблен, но в сон не клонило. А где-то минут пять, поразмыслив, я всё же решил пойти домой. Поэтому стал одеваться, и только перед уходом из комнаты Нефертари, я обернулся, посмотрев на спящую девушку, которая морщила лоб, каждый раз, когда собиралась перевернуться на бок, но не могла, из-за боли пониже пояса. Может, стоило дать ей своей крови, но я подумал, что не стоит. Это конечно, садизм, но я не хочу лишать себя возможности понаблюдать за её восстановительным процессом. Поэтому ушёл, так ничего и не сделав. А после я покинул её дом, направляясь к себе. Конец Никлаус.