Her, him and his touches

Если так подумать, тишина может стать врагом. Или причиной, по которой люди сходят с ума и совершают необдуманные поступки. Тишина оглушает своей громкостью, мысли начинают вылезать наружу и надоедать у тебя под ухом. Можно даже услышать своё собственное сердцебиение, если прислушаться, или как работают внутренние органы. Сидеть в комнате, где кроме четырех стен и мебели нет буквально ничего, это невероятно утомительно. Одно лишь тиканье часов заставляет держаться на месте и одновременно разваливаться внутри. Агата лежала в постели, пялясь в белый потолок спальни, когда скука пожирала её изнутри. Хотелось кричать от бессилия, бить кулаком по кровати, но разве это что-то бы изменило? После смерти тёти всё так быстро завертелось, не было времени подумать. Она не успела поскорбить, успокоиться, скорее даже не могла, она боялась посмотреть на неё, думала, что всё свалиться на неё как неподъемный камень, и она сломается как хрупкое создание. Она хотела казаться сильной. Не только для Аннет. Приехало много людей, с причиной и без. Без папарацци тут тоже не обошлось: они крутились возле дома ежедневно, хоть и в последнее время их стало меньше, всем хотелось отвоевать кусочек фотографии с места события, поймать на камеру убийцу или найти компромат. Детектив, собрав все улики, остался в этом доме, чтобы следить за семьёй, пытаясь найти убийцу. Стоило ожидать, что он будет не один, а со своей командой, из-за чего приходится отсиживаться в комнате, пока в коридорах расхаживают незнакомые люди. К счастью, завтра они должны уйти, пока детектив будет вести расследование вне дома, а её собственное зашло в тупик. Внезапно в комнату зашёл один парень, а за ним и второй, который осторожно прикрыл дверь. Агата от неожиданности упала с кровати, но быстро встала, сосредоточив взгляд на первом. Александр ехидно улыбнулся и произнёс в своей манере: – Мягкая посадка? - спросил он, пока Агата пыталась отряхнуть зад после падения на него. Она закатила глаза и выпрямилась, смотря на обоих. Двое парней были её маленькой командой по расследованию, ведь, не смотря на запрет детектива, они всё же продолжили своё следствие. Александр всячески подшучивал над ней, иногда одаривал комплиментами, и она могла пойти на его поводу, но он также мог вести себя как полный ублюдок. Сэм - это тот самый тип парней, которым хочется доверять, с ними себя чувствуешь в полной защите. Со дня их знакомства они очень сдружились с ним, хоть и не в лучших обстоятельствах, но она думает, что даже после всей суматохи, он будет её добрым напарником. – А вас стучаться не учили? - спросила она. – Вдруг бы я тут голая была? – Я был бы чертовски рад, - сказал он, скрестив руки на груди. – Раньше тебя это не останавливало. – Что? - спросил Сэм, смотря на борьбу между двумя. Харрис только слегка покраснела, вспомнив как она бесстыдно ворвалась к нему в комнату через потайной вход, когда Александр только вышел из душа. Он хотел достать информацию, как она попала в его комнату, не проходя через дверь, и хотел испытывать её, может, всю ночь напролёт, но Сэм, услышав крики, ворвался в комнату, к счастью, или к сожалению, остановив его игру. Она стряхнула голову, пытаясь унять бушующие мысли, если бы её друг не остановил их... Девушка посмотрела на Сэма, которые сейчас был более серьёзен, чем его друг. – Что вы здесь делаете? - спросила она. – Мы кое-что нашли в кабинете Аннет и хотели бы это проверить, - она приподняла бровь в недоумении, показывая, что этой информации категорически мало и ей нужны подробности. Прочистив горло, он продолжил. – В столе Аннет есть пару чеков из одного ломбарда на окраине города, в последнее время она достаточно часто появлялась там, будто к чему-то готовилась. Если бы у меня был ордер на обыск, можно было бы просмотреть камеры видеонаблюдения, сверяясь с чеками, но также она могла прятать остальные улики. Однако, камеры не могут дать нам нужной информации. Возможно кто-то, кто работает там, знает её или её намерения, - объяснил парень. Недолго подумав она спросила: – Что она покупала? Может продавала? Что написано в чеках? – Украшения и картины, - быстро ответил Александр, привлекая к себе внимание. – Если быть точнее две картины, ещё около пяти-восьми золотых изделий и проданная голова статуи. Остальные чеки были перечёркнуты вместе с суммой. На самом деле неизвестно сколько их всего, но могло быть и больше, - у Агаты было предчувствие, интуиция её не подводила, она была на столько быстрой, что разум не смог её ещё обработать. В голове не сходилось, и именно эта несостыковка была ключом. Тётушка была взрослой самодостаточной женщиной, зачем ей ездить в ломбард? Девушка в раздумьях села обратно в кровать, смотря на точку в воздухе, обстрагируясь от всего вокруг. Она чувствовала себя самым настоящим Шерлоком Холмсом, который рылся в чертогах разума. Почему Аннет не ходила на аукционы? За украшениями? Точно! Она расширила глаза, поднимая брови вверх. – Тётушка не любила украшения и бижутерию, считала их ненужной тратой денег и грузом, чтобы носить их на себе, - парни переглянулись друг с другом, а потом сосредоточили свой взгляд на девушке, не совсем улавливая ход её мыслей. – Думаешь у неё был тайный бизнес? – Или кто-то её заставлял это делать? - спросил Александр. - Ну, заниматься этим самым тайным бизнесом, а когда она больше не хотела это делать её убили? - предложил он свою теорию. Да, она была не плохой и даже слишком простой, но в ней были пробелы... Хотя, может, их восполнит хозяин ломбарда. Девушка встала с кровати, начиная собираться, когда две пары глаз следили за ней. Она раскрыла шкаф, выбирая, что наденет. – Почему вы сказали мне первой, а не детективу? - спросила Агата, не поднимая на них свой взгляд и копошась с обувью. – На самом деле, мы были в кабинете не одни. Всё сразу донесли до главного, когда чеки были найдены. У нас не больше двух часов, перед тем как туда приедет полиция. – Разве ты не под крылом детектива? – Да, но мне нужно остаться здесь и следить за семьёй и их реакцией, куда уходят, если им разрешено, - ответил Сэм, когда Александр недовольно стоял неподалеку от него, ежесекундно раздражаясь. – И ты, конечно, не собираешься это выполнять, - она поправила одежду, подходя к парням. – Так чего же мы стоим? У нас мало времени, - сказала девушка, уже направляясь к выходу, как её мгновенно остановила чья-то рука, которая неожиданно появилась перед грудью и переграждала путь. Она вздохнула от удивления, подняла взгляд и увидела Александра с немного требовательным и возмущённым видом. – Никуда ты не пойдёшь, куколка, - девушка попыталась убрать его руку, что мешала пройти, или же обойти, но он был как минимум сильнее, встал прямо перед ней, возвышаясь и смотря на неё со всей высоты своего роста. На его лице заиграли жевалки, небольшая дрожь окатила всё тело из-за его строгого и непоколебимого взгляда, направленного на неё. – И какого чёрта я никуда не иду? С чего ты взял, что можешь запрещать мне? - спросила она, хмурясь и неосознанно, и по-детски, надувая губу. – Как минимум, потому что я так сказал. Или ты забыла, что было в прошлый раз? Я вот отлично помню как ты решила войти в образ лёгкой дамы, напилась и залезла на стол в баре, требуя рассказать о своей тётушке. Особенно, как ты кричала в полицейской машине, на которой нас привезли домой. Помнишь, что нам вообще запретили лезть в это дело? Хочешь повторить? – Я была на эмоциях, тем более я всё поняла и такого больше не повторится, - Девушка решила просто обойти его, что, казалось, почти удалось, но через секунду она перестала ощущать пол под ногами и оказалась у него на плече. – Что ты делаешь? Отпусти меня, придурок! - Агата начала бить его по спине, но всё было тщетно. Александр сделал пару шагов и кинул её обратно в кровать. Она посчитала странным, что прямо сейчас представила, что была бы немного другая ситуация: они одни, а на них намного меньше одежды... – Эй, пупсик, наручники есть? - спросил он Сэма, повернувшись к нему вполоборота, держа руки на поясе. Агата решила воспользоваться моментом и начала ползти к краю кровати, но парень быстро заметил это и среагировал, схватив её за руки и подняв их над головой, он поставил колено между её ног и высвободил руку, держа обе её в одной. Она была полностью в его власти, и неожиданный жар в её животе вынуждал её сжать ноги, а он это увидел, не выдав ни единой эмоции на своём лице. Стоило ей только взглянуть на него, как он смотрит на неё, проходя по всему телу глазами, не упуская ни одной детали, будто пожирал её своим собственническим взглядом, и к щекам стала приливать кровь, и они мгновенно покраснели. Когда он посмотрел ей в глаза, поймав её взгляд, он хищно улыбнулся и подвинул коленку ближе к её промежности, наблюдая за её реакцией. Александр видел как её лицо мгновенно вспыхнуло, тело стало более податливым, а бёдра сжались на его ноге. Он развернул голову, разрывая связь между ними, как будто это для него ничего не значило. – Сэмми, мне долго ждать? – Мне их только выдали, они нам могут понадобятся, - возмутился темноволосый парень, стоя у дверей. -/ Опасность возросла, и каждому, кто работал в этом доме, ища зацепки, выдали наручники для общей безопасности. Многие знают, что убийца в доме, и уж лучше наручники будут в кармане. – Позже возьмём мои, они в моей комнате. – Откуда у тебя наручники? – О, а ты хочешь узнать, мальчик? - спросил он. Сэм закатил глаза и сунул руку в задний карман, вытащил металлические оковы, парень покрутил их в руке и со вздохом кинул на кровать рядом с парочкой. Александр быстро прицепил её руки к изголовью кровати и встал с постели, наблюдая за результатом работы и недовольным лицом Агаты. – Ну, и зачем вы мне всё это сказали, а потом просто запретили ехать с вами? - недовольно пробубнила девушка, пытаясь снять холодный металл с рук, что никак не выходило. Цепочка на руках слегка билась и создавала звук лёгкого цоканья. Чем больше она тянула их, тем больше они стягивались на её запястьях. – Мы держим тебя в курсе, - сказал Нильсен. - Тем более тебе идут наручники, - сказал он, приподнимая один уголок губ вверх. – Я пойду заведу машину, - последнее, что сказал Сэм перед тем, как скрыться за дверью, оставляя их один на один. Парень, немного постояв, сделал пару шагов, оказывая вплотную у постели, где в таком уязвимом положени была одна из красивейших, по его мнению, девушек, и всё это результат его действий. Он был бы рад остаться здесь и взять её прямо сейчас... да даже просто наблюдать за ней. Он опустил руку к её лицу, поглаживая её щеку и скулы, большим пальцем гладил её губы, желая прикоснуться к ним своими. Он раскрыл её губы, опуская нижнюю губу вниз, оголяя её зубы. Парень воспользовался тем, что она открыла рот и сунул палец, который она лизала во рту. Алекс просмотрел ей в глаза, где увидел пылающий огонь неприкрытого возбуждения, стоило ему представить, что вместо пальца будет его член, ему сносило крышу. Подняв руку, он облизал свой палец, пробуя её вкус, опустил голову вниз, оказавшись в миллиметре от её губ. Их дыхания слились в едино, и всё вокруг начало медленно исчезать, остались только она, он и его прикосновения. Когда Агата захотела поцеловать его, приподнявшись на лопатках, он не дал ей это сделать и поднялся, играясь с ней и её желаниями. Она хотела большего. Гораздо большего. – Не сейчас, детка, - прошептал он у её рта. Ещё одна попытка поцеловать его обернулась неудачей, когда он выпрямился и начал уходить. – Стой, Алекс! - крикнула она, заставляя его остановиться у двери. – Я сделаю всё что угодно, только сними наручники и дай мне пойти с вами, - наручники прозвенели, когда она трясла их над головой. – Всё что угодно? - спросил он, почти смеясь, – Нельзя мне такое говорить, малышка, ты даже не знаешь, что я могу сделать с тобой, - сказал он, закусывая губу, когда картинки в голове с ней в разных позах начали меняться один за другим. В последний раз окидывая её взглядом, рассматривая с головы до ног, он произнёс. - И дам тебе ещё один совет, я не оставлю девушку в постели в наручниках одну... если мне это не будет угодно.

***

Она потеряла счёт времени, не знает сколько сейчас и сколько пролежала прикованной к кровати. Но одно она знала точно. Даст по назойливой улыбке Алекса, как только сможет освободить руки. Он заставил желать её невозможного, вынуждал желать его до безобразия, всё её тело загорелось из-за него, а он просто взял и ушёл, бросив её до безумия возбуждённой. Харрис надеялась, что не прошло минут 15 с тех пор, как ушли парни, это могло бы значить, что ей осталось ещё ой как долго, а руки уже затекли. Они были выше головы и просто висели в наручниках, металл впился в кожу, оставляя глубокие вмятины на её руках, из-за чего приходилось поднимать и без того ослабленные руки. Агата закрыла глаза, надеясь уснуть, что было маловероятно в её неудобном положени. Девушка могла бы кричать, может кто-нибудь пришёл и освободил бы её, но в таком дорогом доме была хорошая шумоизоляция, о которой позаботилась тётушка. В этом доме было настолько же много секретов, как и в её умершей родственнице, потайные ходы и секреты. Но кто бы пришёл к ней? Ей не совсем хотелось, чтобы кто-либо видел её в таком виде. Она застонала от каши в голове и всего упавшего на неё за последние несколько дней. Ей нельзя было оставаться одной, она начинала слишком много думать, а что ещё хуже, накручивать себя. Харрис начала бояться, что сама могла убить Аннет, если ходила во сне... Послышался скрип пола и она распахнула глаза, чувствуя чьё-то присутствие в комнате. Парень в голубой рубашке, навалившись на шкаф и скрестив руки на груди, рассматривал её, она поджала ноги от его немного пугающего взгляда, и он хмыкнул. Девушка сразу изменилась в лице, ощущая всю злобу, направленную на этого парня, которая накопилась за время нахождения в комнате. – Какого чёрта ты здесь делаешь? - выплюнула она, почти крича. – Я ожидал более мягкого визита. Хотел освободить тебя, но не смог устоять и насладился твоим великолепным видом, - сказал он с ухмылкой. – Насмотрелся? А теперь выпусти меня! - крикнула она, тряся оковы над головой, и зашипела от боли в запястьях. – Оу, ты такая злая, - сказал он, приближаясь к ней. Сел на корточки, почти ровняясь с ней. – Может, мне оставить тебя одну, успокоишься? - он поднял руку и дотронулся до оголившейся талии из под свитера, играясь с её кожей, кружа пальцами, парень чувствовал как она напряглась и покрылась мурашками. Агата не понимала, как ему удавалось делать это с ней, её дыхание стало сбивчевым и более глубоким. – Нет, нет, нет... Не уходи, - проскулила она, пытаясь поймать его взгляд. – Расскажи, что вы нашли, - она решила отвлечь его и своё внимание, он посмотрел на неё, на мгновение улыбнувшись, резко встал и оказался над ней, прижимая её к матрасу. Её план не удался. Агата даже не успела моргнуть, как его тело оказалось над ней, а она в его ловушке из крепких рук по обе стороны от её головы, и испустила рваный вздох, ловя его взгляд. Её лицо мгновенно покраснело и стало невероятно горячим, живот завязался в узел, который тянул вниз, вынуждая скрестить ноги. Она ничего не могла поделать, когда так сильно на него реагировала. – Информацию нужно заслужить, - он опустил голову к её лицу, еле касаясь её губами, Александр проводил носом по её скулам и шее, громко вздыхая, как будто пытался наполнить её запахом свои лёгкие. Он заставлял её медленно сходить с ума, не давая ей то, чего она так резко и сильно захотела. Парень рычал возле её шеи, оставляя лёгкие поцелуи на ней, под ухом он оставил теплую дорожку его губ, под которыми она таяла, и всё тепло расходилось по телу, и он завис над её губами. Агата не могла больше терпеть, открыла глаза, которые закрылись от малого блаженства, который он ей дал, и поднялась, пытаясь сократить расстояние между ними. Александр успел приподняться на руках. – Да поцелуй ты меня уже, - выпалила она от злости. – Пожалуйста, - ему не нужно повторять дважды, он соединил их губы в поцелуе, прижимая её к подушкам. Алекс не давал ей вздохнуть, глубже погружаясь в неё, она начала отвечать на его поцелуи с той же страстью, наручники зазвенели в попытке прижать его ближе. Он разорвал их поцелуй также резко, как и начал его, теперь оба набирали как можно больше воздуха в лёгкие, рвано дыша. – Это всё, что ты хотела? - спросил он, надеясь что это не так. – Нет, не останавливайся, - молила она, глубоко дыша. - Я хочу большего. – Ты знаешь, на что идёшь? - спросил Александр, в последний раз проверяя её уверенность, хорошо помня последний раз. Она тоже его помнила. Перед ужасом, произошедшем в этом доме, они были на какой-то встрече, где, как и предполагалось, пили абсолютно все. Агата, перебрав с алкоголем, позвонила Алексу, с которым их познакомила тётя пару дней назад. Он не думал отказываться и примчался к ней как можно быстрее, ведь ответственность за её задницу висит на нём. Если быть честным, Агата не умела пить, но и не теряла связь с реальностью, полностью осознавая происходящее. Весь путь домой она всячески соблазняла его, после чего он понёс её на руках через дом в его комнату. Алекса всё это больше заводило, хоть и где-то в разуме что-то пыталось его остановить. Его комната наполнилась стонами в ту ночь, когда он трахал её в своей постели. Агата не могла больше высунуть его из своей головы, Александр всегда был в её сознании, напоминал о себе на общем завтраке, обеде и ужине, притворяясь, что ничего не было. Она стала зависимой от него, как от наркотика, желая принять ещё хотя бы одну дозу. Стала зависимой от него до мозга костей. – Да! - он схватил её за подбородок, надавив на скулы, чтобы рот открылся, и грубо поцеловал её. Она дала разрешение, а он уже не хотел останавливаться. Алекс пробовал её изнутри, проходя глубже по всем закаулкам её бархатного вкуса, напиваясь ей, как самым крепким скотчем в баре. Он облизал её губы и укусил нижнюю, потянув на себя и снова примкнув к её губам, слыша стоны и ни одного намека на протесты, он понял, что ей это нравится, и вновь целует, будто делает это в последний раз. Его рука опускалась ниже к её талии, он гладил её, поднимая свитер вверх, оголяя всё больше и больше её кожи. Немного переместившись, он оказался между её ног, она прижимала его к себе ногами так сильно, что он прорычал ей в рот, упиваясь животной страстью. Она почувствовала у себя между ног, как сильно он её хочет, и всё напряжение внутри неё накалилось, в животе пылало настоящее пламя желания. Оголившеяся кожа покрылась мурашками, когда Агата чувствовала ткань его одежды. Чувствовать, что вас разделяет всего пару кусков ткани, взрывало их головы. Ей до безумия хотелось запустить руки в его волосы и притянуть к себе, снять его рубашку и почувствовать его напряжённые мышцы под пальцами, но наручники не давали ей это сделать, а их звон звучал как издевающийся смех. Александр отпустил её, дав обоим отдышаться, и приступил к коже на её шее, целуя и покусывая, оставляя красные пятна на ней, пока она хныкала и извивалась под ним. – Блять, ты такая вкусная, - сказал он напротив её кожи, сильно укусив. - Я хочу оставить их на всём твоём теле, - после нескольких поцелуев ему удалось оторваться от её кожи, он поднял её свитер, сворачивая его вверх, пока он не закрыл ей глаза, и снова опустился. Алекс буквально пожирал её, оставляя укусы на её груди и спускаясь ниже, заставляя её прогнуться в постели и следовать за его ртом, поднимая то, где она больше всего его хотела. – Непослушная девочка, вижу тебе не хватает порки, не так ли? - парень одним движением снял её лифчик, начиная сосать её сосок и работать с другим рукой, из неё вырвались самые непристойные звуки, она начала стонать и сжиматься под его напором. Агата потянула наручники и взялась за цепочку, чтобы держаться. Это подстигнуло его ещё сильнее, ему чертовски нравилось ощущать, как она разваливается на кусочки и кричит из-за него. Он сосал её грудь, слегка касаясь её зубами, отпускал и переходил к другому соску. Александр выпустил один с громким чмоком и подул на него, заставляя его медленно затвердеть, а её кричать от резких ощущений. То, как она сжимала его бёдра своими ногами, сводило его с ума, и ему нужно было снова почувствовать полную власть над ней. – Не так быстро, малышка. Александр поднялся и перевернул её на живот, поднял её на колени, чтобы её голова упала лицом в подушки. Он снял с себя верхнюю одежду, а затем приступил к её юбке, срывая её с неё. Ему чертовски нехватало пары секунду насладиться её положением под ним, прежде чем он увидел, как она заманчиво виляет попкой, и сильно шлёпнул её по мягкому месту, сжимая её в крепких ладонях. – Хочешь отвлечь меня? - она вскрикнула от резкой боли и наслаждения на своей заднице. Он погладил её спину, ощущая нежную кожу под пальцами, решая оставить его метки. Алекс целовал и покусывал её, медленно поднимаясь к шее. Его тело начинало нависать над ней, касаясь голой кожей к её. – Вовсе нет, - хихикнула она. Александр улыбнулся ей на кожу, снова начиная кусать и зализывать, обратно спускаясь по спине и оставляя мокрую дорожку. В джинсах становилось чудовищно тесно, он прижался к ней, чтобы она почувствовала, что на самом деле это она имеет власть над ним. Так сильно он реагирует на неё. Поскорее хотелось избавиться от тесной ткани, которая не давала ему свободы. Парень взял её за волосы, наматывая на кулак и потянув к себе, нажал на спину, чтобы она прогнулась как можно ниже, а другая рука легла ей на задницу. Он сжимал её так сильно, гладил, будто затишье перед бурей, и шлёпал так, что останутся синяки. Ещё и ещё, Алекс переходил с одного места на другое, полностью покрывая её нечастыми, но сильными шлепками. Он остановился в одном месте, резко сжав её и снова ударив по разгорячённому месту. Обоюдно с его шлепками, она вскрикивала, сжав губы, но некоторые стоны всё же громко вылетали из её рта. Это было на грани блаженства и боли, он так мастерски это делал, что она наслаждалась каждым. – Тебе нравится? Или мне остановиться? - спросил он, подняв её за волосы к себе на столько близко на сколько позволяли наручники, поцеловав за ушко. – Не останавливайся, - сказала она, расплышвись в улыбке. Он отпустил её, начиная поглаживать ноющие покрасневшие места, но, неудержавшись, шлёпнул ещё раз, от неожиданности она дёрнулась всем телом. – Может проверим, насколько тебе нравится? - Александр подвинул руки к её трусикам, разорвал их, ненавидя этот маленький кусочек ткани, который вечно мешает. Он погладил её ягодицы, опустив руку ниже, и прошёлся пальцами по её складкам, вырывая из неё стон. Парень убедился, что ей это нравится также сильно, как и ему самому, когда пальцы утонули в её влажности. Найдя её клитор, он сделал пару круговых движений и сразу почувствовал, что её тело поддается его движениям и начинает напрягаться. Она была такой мокрой, и всё это для него. Нильсен резко сунул в неё два пальца, надавливая изнутри, она громко застонала, глотая ртом воздух, и сжала его, он начал медленные скручивающиеся движения в ней, а большим пальцем тёр её клитор. Агата чувствовала, что не выдержит долго, все его поцелуи, укусы, как он обращался с её телом, лишь подталкивало её. Волна возбуждения собралась у неё в животе, ей казалось, что она так близко. Сжимала губу меж зубами, терзая её до крови. Она потянулась к нему ближе, желая, чтобы он дал ей то, что она хочет. В тот самый момент, когда она была на грани оргазма, он почувствовал, как она начинает напрягаться, сжимая его пальцы, и вынул их, не давая ей кончить без стимуляции. Она сжалась и не почувствовала ничего, злясь как маленький ребёнок, не получивший желанную сладость. – Нет, нет, нет, нет... – Не так быстро, - посмеялся он над её ухом. Всё тело вибрировало от его прикосновений, будто только он сейчас может дать ей желанный плод. Каждое касание заставляло её дрожать под твёрдыми пальцами, она поддавалась каждому его движению, когда тело тянулось к нему. – Ты не кончишь, пока я тебе не разрешу, - скомандовал он, - Повтори. - его пальцы вновь заполонили её обоюдно с её вздохом и проклятием. Он медленно проникал и высовывал пальцы, вращал их, когда её глаза закатывались, а мурашки бегали по разогретому телу. – Я не слышу, - напомнил он, вытащив пальцы полностью, и она приследовала их бёдрами. – Я не кончу, пока ты мне не разрешишь, - повторила она хриплым голосом. – Молодец, хорошая девочка. Она слышала, как гремит бляшка его джинс, и представила, что она почувствует, когда он будет в ней, от таких мыслей её мышцы напряглись, и он это заметил. Александр расстегнул джинсы, припуская их вниз. Агата ощущала как он упирается в неё, такой сильный и крепкий, если бы не наручники, она поиграла бы с ним, как и Алекс с ней. Он резко и грубо вошёл в неё до самого конца, из девушки вышел один из самых громких криков. Она сама была удивлена, что может так, и сжала его, ощущая его длину в ней. – Чёрт, - простонал Александр, он крепко сжал её бёдра, медленные толчки набирали обороты, становясь быстрыми и глубокими. Наручники звенели, когда Агата тянула их, чтобы удержаться и не упасть в бессилии. Кровать скрипела, наполняя этим звуком комнату, вместе с громкими стонами девушки, заставляя усомниться в качестве шумоизоляции. Она не хотела, чтобы это заканчивалось, он заполнял её снова и снова, с каждым разом будто заходил глубже. Ей вряд-ли удастся описать, как она себя чувствовала, но ей было невероятно хорошо. Сердце в билось бешеном ритме, могло с лёгкостью сломать её рёбра и выпрыгнуть наружу. Каждый её вздох заканчивался стоном или криком, и это была музыка для ушей парня. Александр сходил с ума от её стонов, это чертовски заводило его. Нильсен взял её за волосы, начиная ускоряться, и потянул её на себя, заставляя её подняться на трясущихся ногах. Он грубо трахал её, толкаясь всё глубже, пытаясь насытиться ею, но ещё не знает, что ему никогда не получится это сделать. Другой рукой он держал её за живот, чтобы она не упала, продолжая вбиваться в её тело. Он опускался ниже, поглаживая живот, дальше, пока не нашёл её клитор, начиная медленно кружить. Девушка поняла, что не выдержит долго, держась из последних сил. – Алекс, я не смогу, - ей кажется, что она сейчас взорвётся, если он не разрешит ей кончить. – Нет! Ты знаешь, что тебе нельзя, – Александр продолжал, он знал, что она сильная, поэтому ему и понравилась. Власть над ней имела магическую силу притягивать его к ней и доводила до белого коления, когда она не слушалась. Ему всегда так сильно хотелось наказать её, порка немного его расслабила. Каким бы любителем он не был в бандаже, связывании и всех остальных предметах ублажения, он всё же предпочитал плётке свою руку. Так он чувствовал больше контакта между ними, кожа к коже, особенно это жжение в руке и точная копия ладони на её заднице, как знак, кому она принадлежит. Стек он мог использовать в крайнем случае, когда его главная задача не ублажать, а наказать и испытать, не касаясь её. Александр вдыхал через раздутые ноздри, толкался в неё, наполнял её, доставляя максимум удовольствий. – Я так близко... - пищала она, с поднятой вверх головой, когда он тянул её за волосы. – Кончай, малышка, - скомандовал он, и она тут же взорвалась, громко выкрикнув его имя. Агата получила оргазм, который никогда не имела до него, он был такой сильный и интенсивный, заставляя биться в конвульсиях. Волна прошла по всему её телу, от головы до кончиков пальцев, ей казалось, она видела салюты перед глазами. Александр зажмурился, когда почувствовал, как сильно она сжала и тянула его внутри. Сделав ещё пару уверенных толчков, он кончил, рыча ей на шею и наполнив её, когда она высасывала из него всё без остатка. Парень провёл языком по её коже, собирая капли пота, вгрызаясь в её кожу, когда он до сих пор пульсировал в ней, и оставил небольшой укус. Александр осторожно опустил её на мягкие простыни, смотря на её блаженное лицо, отходящее от оргазма, и упал рядом. Они пролежали так пару минут в полной тишине, восстанавливая дыхание, пока он не услышал звон металла, когда она переворачивалась к нему. Парень потянулся к карману джинс и достал оттуда ключи. Щёлкнув два раза, он освободил её руки и бросил наручники на тумбочку. Его глаза мгновенно упали на её запястья и глубокие красно-фиолетовые линии. Что бы он не совершил сейчас, всё же почувствовал вину за свою нелепую жестокость. – Прости, я был слишком груб, - сказал он и притянул её руки к лицу, оставляя на каждой мягкий поцелуй. Агата, открыв тяжёлые глаза смотрела на него, он выглядел таким милым и чрезвычайно невинным. Она улыбнулась и подняла руку к его волосам, заправляя выбившуюся прядь обратно. – Не нужно, мне понравилось, - сказала она с лёгкой улыбкой. Александр ухмыльнулся и нагнулся к ней, расставляя руки по обе стороны от её головы, и поцеловал её в губы, и она сразу же ответила. Напоследок он оставил поцелуй на её лбу, достал одеяло, накрывая их в кровати.

***

Агата свернулась в постели, сложив руки на его груди, ногу закинув ему на бёдра, и мирно сопела. На улице уже было довольно темно, что погружало в сон весь город. В её комнату попадало лишь немного света от луны, но этого было достаточно, чтобы Александр смог видеть её прекрасное лицо. Он массировал и целовал её запястья, возможно, извиняясь, хотя он сам не понимал почему ему хотелось продолжать это делать, пока она не уснула. Алекс убирал прядки волос, которые падали ей на лицо, восхищаясь её видом, когда она не зла и не ненавидит его. Агата что-то пробормотала во сне и крепче сжала его, и он ухмыльнулся на секунду, но позже напрягся, когда услышал стук в дверь, недоумевая, кто мог придти к ней в столь позднее время. Он нахмурился, осторожно убрал её руку и ногу, тихо вставая с кровати и натягивая боксеры. Парень пошёл к двери по холодному паркету и открыл её. Там стоял Сэм. Его раздражение на лице сменилось в самодовольную ухмылку. – Чего тебе, Сэмми? - спросил он и абсолютно бесстыдно навалился на дверную раму. Сэм отвернулся в коридор. – Хоть бы прикрылся, - пробубнил он, снова возвращая свой взгляд к полуголому ухмыляющимуся парню перед ним. – Что-то не нравится, пупсик? - спросил он. – Как бы тебе не нравилось пялится на меня, но я всё ещё не услышал ответа на вопрос. – Наручники. – О да, точно, - Александр прошёл через всю комнату к тумбочке, взял наручники с ключами, возвращаясь обратно, и выдохнул, когда за весь путь не было не одного скрипа или шума. Он кинул их в Сэма, тот еле их поймал. – Это всё, я так понимаю? – Ты сказал ей? - неожиданно спросил парень. Александр замер и опустил глаза в раздумьях, он обернулся, рассматривая спящее тело сквозь темноту комнаты. – Нет. Завтра. Сегодня ей стоит отдохнуть перед тем, как она узнает, - сказал он, продолжая смотреть на неё через плечо.