Правило игры

      — Это турбаза автобусного парка?       — Да, только заброшенная, — отвечает Глеб и останавливает автомобиль. Выходит из машины и открывает мне по-джентельменски дверь.       Мы вновь держимся за руки и идём в сторону заброшенного здания, больше похожего на склад, но только оно очень уж огромное по масштабу. Повсюду серые обшарпанные стены, лужи в выемках бетонного пола, старые разрушенные автобусы, разбитые окна и запах сырости. Ко всему прочему, тут ни души, даже нет человека, который бы за всем этим следил, особенно за тем, чтобы не шастали тут всякие «любопытные Варвары».       — Ты, наверное, не была в подобных местах, — усмехнулся блондин, заметив моё отвращение к обстановке.       — Почему же, в Штатах таких районов полно. Бывало, ходила по таким, но еле ноги уносила от неприятностей.       Оглядываюсь по сторонам, а мы всё идём и не останавливаемся. Да куда он меня тащит? Он точно что-то недоброе задумал. Я начинаю его боятся. Глеб словно айсберг, большая часть которого находится под водой. И такой же холодный и непроницаемый.       Наконец, мы останавливаемся посреди огромного зала, где нет машин, а всего лишь лежат их куски по углам. Солнце всё ещё пробивается сквозь грязные стёкла, а вот небо окрасилось в оранжевый блеск.       — Здесь я проводил много времени в детстве, когда хотелось побыть одному и подумать, — промолвил Глеб и отпустил мою руку.       Парень отошёл от меня на несколько шагов и повернулся лицом. Я не сдвинулась с места, продолжая поглощать информацию с его уст.       — О чём думал?       — Обо всём, что меня тревожило.       — Получалось прийти к какому-то логичному выводу?       — Да, в большинстве случаев, — он пожал плечами.       Я смотрю Голубину в глаза, в которых угадываю опасность и обещание. Он тоже смотрит на меня, следит за каждым моим шагом.       — Зачем ты меня сюда привёз?       Мне всё ещё не понятно, какого чёрта я здесь делаю.       — Хотел показать тебе другой мир. Знаешь, это как две стороны одной медали. Люди твоего круга знают об этом моменте, но никто не желает даже взглянуть на всё с совершенно другой стороны. Меня жутко бесит, что люди натирают до блеска только одну сторону, не заботясь о другой, которая покрылась гнилым мхом. Понимаешь меня?       Я кивнула, понимая, к чему он клонит.       — Я хочу изменить этот мир, но переделать его весь мне не под силу, как и многим другим. Но я буду счастлив, если вложенные мной силы внесут большой вклад в развитие этой жизни.       — Ты — идеалист?       — Хм, скорее реалист, стремящийся к идеалу.       Глеб делает кошачьи шаги ко мне, не спуская глаз, будто перед прыжком на жертву. О да… я жертва, которая хочет попасть в его сети и полностью отдаться его воле. Но что-то внутри меня бунтует, сопротивляясь чарам парня до последнего.       Он останавливается и притягивает меня к себе за талию. Я упираюсь в его грудь руками, пытаясь сохранить дистанцию, что была между нами. Сумочку свою я оставила в Гелике, потому как нужна она мне была лишь для носки телефона и помады. Но сейчас мне ни то, ни другое не требуется. Мне достаточно только тонких рук, сжимающих мою талию.       Я смотрю в его страстные решительные глаза… Я задыхаюсь, его рот приблизился, и он неистово поцеловал меня... Наши зубы на секунду ударились друг о друга, затем его язык проник в мой рот. Желание взорвалось в моём теле с такой силой, как салют на день города, и я ответила на его поцелуй так же страстно, как и он. Мои руки вплелись в его волосы и потянули за них... Это, должно быть, причиняло боль. Он простонал низким сексуальным звуком из глубины его горла, который эхом отозвался глубоко внутри меня... Его руки скользнули вдоль моего тела к бёдрам, его пальцы впились сквозь материал платья в мою плоть. О, Боже мой... Я вложила в этот поцелуй все свои страхи и своё неистовое желание вечность так целоваться... прижимая его к себе...       Задыхаясь, он прервал поцелуй... Его глаза светились потребностью, подогревая и так уже разожженную кровь в моём теле ещё больше... Мой ослабевший рот пытался втянуть в лёгкие такой нужный глоток воздуха.       — Будь моей, — прорычал он, делая ударение на каждом слове, и продолжал удерживать меня в своих объятьях, теряясь взглядом в районе моей шеи.       Я запрокинула голову назад, пытаясь прийти в себя, контролировать буйную реакцию своего организма и вернуть своё внутреннее равновесие.       — Глеб… ах, я не м-могу. Так неправильно…       Рэпер обнажил клыки, чуть хихикнув, и приподнял голову. В тот момент мне показалось, что он сейчас бросит меня. Скажет, что-нибудь гаденькое и пошлёт на три буквы. Колени дрожат, мысли не слушаются, а щёки горят, как дрова в камине.       — Правильная девочка, — прошептал он и склонился к моему уху, мазнув кончиком языка мочку, отчего хотелось рассыпаться, как драже. — Я тебя испорчу.       Мне ничего не удалось придумать, чтобы ответить ему. Глеб воспользовался моей растерянностью и вовлёк в поцелуй, но тот уже был нежнее. Я ликую от его мягких тёплых губ, активнее отвечая ему. Я чуть ли не падаю на этих каблуках, но парень вовремя подхватывает меня под ягодицы. Мне страшно и в то же время хочется укрыться в его капкане, доверившись ему без остатка и чувствуя себя в полной безопасности.