Правило игры

      — Есть сигнал? Слышишь меня? — спрашивает паренёк с внешностью айтишника. Мне сказали, что это Андрей.       — Да, слышу, — поправляю наушник у себя в ухе и прядь волос. То же самое сделал другой парень, который пойдёт вместе со мной. Его зовут Игнат.       — Вы будете слышать меня, я буду слышать вас, — продолжал наставления Андрей, держа в руках ноутбук. — Если что-то пойдёт не так или вас засекут, я выведу вас через безопасный выход.       — Ок, — сказал Игнат и положил маленький макбук в свой рюкзачок.       — Игнат, ты же помнишь о том, что ещё ты должен взять в хранилище?       — Помню.       — Так стоп! О чём речь идёт? — возмутилась я. — Нужны только файлы.       — Конечно, я о них и говорю.       — Андрей, не надо делать из меня дуру! Сейчас же говори, что тебе нужно?!       — Деньги, — отозвался Глеб, который сидел за рулём и смотрел в окна.       Я вздохнула, осознавая насколько люди могут быть мелочными, что им нужны только эти деньги. Так, с моралью современных людей потом разберусь, сейчас все мои мысли занимает только один человек. Герман. А если его пытают, а если его бьют... Ему больно, страшно, противно. Бедный мой мальчик! Я вытащу его любой ценой.       — Доминика, ты когда-нибудь была в том сейфе?       — Нет, но знаю, как он выглядит. Однажды видела схемы здания у Кирилла на столе.       — Ладно, я всё равно буду вас двоих направлять. Удачи!       Мы с Игнатом вышли из машины, что была припаркована на соседней улице, и побрели прямо ко входу в главный бизнес-центр Москвы. Паренёк всё же не удержался от поднятия головы вверх на столь высоченное здание. Он облизнул пересохшие губы, и мы вошли в холл. Я старалась вести себя уверенно, тумблер «Жена состоятельного человека» моментально включился. Свет в холле преломлялся сквозь игривую отделку стёкол, выделяя высокие белые колонны, а затем можно увидеть несколько лифтов, ведущих прямиком наверх.       — Если нам нужно в подвал, зачем подниматься наверх? — шепнул Игнат, как только звонко закрылись двери лифта.       Я молчу, усмехаясь, а в наушнике стал слышен голос Андрея:       — Ох, Игнатик, для особо одарённых объясняю: карта даёт доступ в тот лифт только с того этажа, где была зарегистрирована. Лифт этот ты в холле не увидишь.       — Ладно, хрен с вами! — прошипел Игнат, продолжая удерживать рюкзак на плече.       На сенсорном экране появилось число 95-го этажа, и через секунду двери лифта открылись перед нами, пропуская внутрь. Теперь на наших глазах появился типичный офис Москва-Сити, ничем особо не отличающийся от остальных. Панорамные окна в пол, стеклянные двери, отделяющие рабочие зоны сотрудников, которые усердно пялились в экраны компьютеров. Работа кипела в прямо смысле этого слова, всё-таки сегодня тендер у Кирилла. Никто пока здесь не знает, что мы разводимся, потому что Кир слёзно просил меня не объявлять во все услышанье о разводе до тендера. Такую помощь я решила ему оказать.       Несколько менеджеров в деловых костюмах с галстуками бегали с кипой бумаг, некоторые сотрудники носились к кулеру и жадно глотали воду. Казалось, что к нам сейчас явится налоговая инспекция. Возможно, Кирилл всех напряг и опять пригрозил увольнением, если они не подготовятся как следует для участия в тендере. Поэтому все сейчас на нервах сидят в ожидании результатов.       Во всей этой офисной суете никто даже не заметил моего появления, тем более с таким невзрачным парнишкой, что переминался с ноги на ногу рядом. Только пройдя к кабинету Кирилла, через который следует пройти к нужному лифту, я увидела секретаршу Зою, что так же, как и все, кропотливо сидела над компьютером, протирая уставшие под очками глаза. Но мимо проскочить мне так и не удалось, она меня заметила.       — О боже, Доминика Ярославна, здравствуйте! А Кирилл Константинович сейчас…       — Я знаю, Зоя, можешь не вставать, — я вытянула руку, останавливая девушку. Она села обратно в кресло и боязливо на меня посмотрела. — Кирилл меня просил проверить кое-что, но это должно быть конфиденциально. Нам не нужны лишние глаза и уши.       — А, конечно, я могу чем-то помочь? Ой, и… может быть, чай или кофе? — у девушки затряслись губы. Конечно, она ведь влюблена в Кирилла, но воспитание хорошей девочки не позволяет ей запрыгнуть в постель к женатому человеку. — Молодой человек, а вам?...       — Нет, ничего не нужно. Я только проверю функционал.       — Но ведь на это нужно специальное разрешение.       — Кирилл лично распорядился, а также просил меня тебя предупредить. Кирилла беспокоить сейчас не стоит, я ему сама всё сообщу. Ты сиди, работай.       — Как скажете, Доминика Ярославна. Если что-то понадобиться, непременно скажите.       Я улыбнулась, расправив плечи, как законченная стерва, и наконец вошла в кабинет пока ещё супруга. Всё, как и всегда. Педантично до тошноты. Строгий порядок на рабочем столе, потрясающий вид из окна, от которого может закружиться голова, кресло на колёсиках, небольшая тумбочка и вешалка для верхней одежды. Подхожу к столу и сажусь в кресло Кирилла. М-да, никогда в нём не сидела, да и не собиралась особо. Меня никогда не волновал его бизнес, поэтому в суть я не вникала. Обо всех его контрактах и сделках я знала поверхностно, только вот само здание центра мне показалось любопытным. Поэтому я выучила здесь каждый закуток.       — Нам туда? — Игнат указал пальцем в сторону серого лифта, что стоял в стороне, как портал, ведущий в преисподнюю.       — Да, сейчас, — я быстро собрала мысли в кучу и заглянула в ящик стола. В нём есть второе дно, об этом я узнала случайно год назад, когда Кирилл в рассеянности забыл его закрыть, когда мы собирались ехать домой.       Внутри лежал маленький блокнот, в котором хранились все коды, открывающие нужные двери. Я взяла его с собой, положив в сумочку, что всё это время была у меня в руке, и пошла прямиком к лифту. Приложив серебряного цвета пластиковую карту к считывателю, я открыла двери лифта. Мы с Игнатом зашли туда и отправились прямиком на -2 этаж. С 95-го этажа спускаться довольно долго, поэтому Андрей решил нас развлечь.       — Беркут, Беркут, приём! Меня слышно? Ах-ха-ха.       — Заткнись ты уже, а! — вспылил Игнат, который и так весь на нервах. Конечно, всё-таки мы не в гольф играем, а офис с деньгами грабим.       — Да ладно, у вас всё в порядке? А то я так пересрал с этой секретаршей.       — Всё нормально, — сказала я и вспомнила одну важную деталь. — Андрей, хочу предупредить, что слышать мы тебя не будем, так как стены хранилища не дадут пропускать звук.       — Блять! Ладно, но скажите, как только услышите, хорошо?       — Хорошо, и прекрати играть в шпиона.       Смех Андрея прервался, как только мы спустились на нужный этаж. Двери раскрылись и нас встретил холодный воздух подвального помещения. Нет, крыс, бегающих вдоль тёмных стен, здесь нет. Это всего лишь ещё один офис, только в виде коридоров.       — Чистое везение, — прошептала я, когда поняла, что у стойки, где обычно восседают охранники никого нет. Стоит стакан с недопитым кофе, возможно, персонал отлучился в туалет.       Посмотрев по сторонам, я заметила, как видеокамеры в каждом углу включены. Ну что ж, если меня посадят за это, ну и пусть. Гера мне дороже всего!       Дальше по коридору был слышен стук моих каблуков; чем сильнее мы с Игнатом приближались к сейфу, тем мощнее к горлу подкатывали комки при мысли о том, что невинный мальчик попал в сети алчных лицемерных взрослых, жадных до денег. Как же он там? Кто эти люди, мне так и непонятно. Меня бросает в дрожь при одной только мысли, что Герману может быть сейчас больно.       — Вот он, — тихо говорю пареньку, завернув за угол.       Перед нами стоит огромная коробка из сверхпрочной стали с раздвижной дверью и маленьким синим экраном. Сжав зубы, достаю из сумки блокнот Кирилла, нахожу нужную последовательность цифр и набираю на экране, затем запрашивается идентификация карты. Прикладываю пропуск, и дверь отодвигается, пропуская внутрь.       — Ебаный в рот! Охуеть! — не удержался от комментария Игнат, когда увидел пачки денег самых разных мастей, что представляли огромный куб метром в высоту. Большинство купюр составляли американские доллары, лежащие в стопках друг на друге. Картинка, как в швейцарском банке. — Андрей говорил про чеки…       — Какие чеки? Вот деньги, берите! — разочарованно взмахиваю рукой. Затем поворачиваюсь к дверям и закрываю их изнутри, чтобы нас не заметили. Хотя, может, уже заметили и сюда направляется наряд полиции с автоматами, чтобы задержать злоумышленников.       — Ебать, я это не унесу ему! Пиздец! Доминика, тут же есть чеки или облигации?       Я пожала плечами, а потом подошла к установке с ещё одним сенсором. Набрала необходимый код и ноутбук сервера выдвинулся вперёд на полочке.       — Действуй! — говорю парню, и он скорее достаёт свой ноут.       Работа настоящего хакера предстала передо мной во всей своей красе, как в голливудских боевиках. Парень надел чёрные перчатки и начал клацать по клавиатурам двух ноутбуков. Меня покорила скорость стука по клавишам. Игнат и впрямь талантливый программист, потому что он очень быстро открыл файлы сервера. Просто Кирилл как-то говорил по пьяни, что он приводил в хранилище одного хакера, чтобы проверить систему и тот не смог взломать сервер. А Игнат, похоже, смог, судя по его довольной улыбке с каждым новым витком битов. Одновременно на двух компьютерах появилась одна и та же картинка по типу пяти колбочек, что наполнялись синей жидкостью. Похоже, так выглядит скачивание файлов. Я не задавала вопросов, не отвлекала Игната, который с упорством всматривался в экраны и кусал губы.       Я решила посмотреть ячейки, которые здесь были. Хм, все пусты. Никаких облигаций, чеков. Всего лишь сервер с данными и куча свежих купюр, ни разу не тронутых. Даже не чувствуется, что я совершаю преступление. Для меня это то же самое, что прийти в банк и сказать, что я хочу получить доступ к своей ячейке.       — Готово, — сказал Игнат. — Осталось замести следы, погоди немного.       — Угу, — я поджала губы.       Спустя пару минут парень уже выключил свой ноут и положил в сумку. Я сделала всё те же махинации с системой, задвинув ноутбук сейфа обратно в установку. Игнат отдал мне чёрную флэшку со всеми файлами, которые уничтожат Кирилла раз и навсегда. Затем подходим к дверям, чтобы выйти, но я оборачиваюсь.       — Деньги брать будешь?       — Да пошёл нахуй этот Андрей, я эту кучу не понесу. Перебьётся!       — Ладно, я сама дам ему деньги, если они ему так нужны.       Набираю код, прикладываю карту. Готово. Двери открылись, и мы вышли наружу. Я так же закрыла сейф, а потом пошла к лифту. Двери звонко распахнулись, но тут я услышала шаги и скорее впихнула в лифт Игната. Прыгнула в него сама и дрожащими руками нажала кнопку "95".       — Стоять!!! — крикнул охранник, но не успел. Мы уже поднимались наверх.       «Я не боюсь упасть, я боюсь лишь не подняться»       — Теперь они врубят сигнализацию, — спокойно говорю я, смеясь неизбежному, как полный псих.       — Твою мать! — задрожал Игнат, потирая щеки. — И чё теперь делать?       Я пожала плечами:       — Узнаем у Андрея. Андрей, ты меня слышишь?       — … ептвою … слышите меня? — надрывный голос в наушнике.       — Да, говори.       — Блять, они сигнализацию врубили, через главный вам не выйти. Так что слушайте меня, я вас проведу. Всё поняли? — орал Андрей.       — Да, — ответили мы оба.       Как только мы поднялись на нужный этаж, мы вышли в кабинете Кирилла, где стояла обеспокоенная Зоя.       — Доминика Ярославна, всё в порядке? Сигнализация сработала…       — Не волнуйся, всего лишь перегруз сети. Сервером занимаются специальные люди. Успокойся!       — Нужна лестница, — сказал Андрей в наушнике.       — Лучше скажи, где тут лестница?       — А лифт?       — Зоя, — прошипела я на девочку. Она тут же очнулась.       — Эм, в северо-восточном крыле, идёте вдоль стены и направо увидите в конце.       — Отлично, спасибо.       Так и оставив глупышку в оцепенении, мы двинулись к лестнице.       — Идите к лестнице бегом! — шипел Андрей.       Мы нашли нужную и стали по ней спускаться вниз.       — Спуститесь на три пролёта вниз и выйдете в дверь слева.       — Ясно.       Выполняю указание, а испуганный до чёртиков Игнат бежит за мной.       — Вышли? Отлично. Теперь видите коридор, идите вдоль него, не привлекая внимания, и увидите ещё одну лестницу в конце. Спуститесь по ней ещё на один этаж. Затем увидишь дверь со знаком креста, зайди туда. Доминика, ты слышишь?       — Ты ума лишился?! Там всё под напряжением, — шиплю на парня, пока иду по коридору и заворачиваю на лестницу.       — Это единственный выход, заходите.       Блять, если эта херь рванёт, на куски распадёмся не только мы с Игнатом, но и порядка тысячи человек в здании. Но образ Геры заставляет меня идти вперёд, не думая о жизнях других людей.       — Тут щитки электричества и сигнализация, — говорю Андрею. Тот сразу реагирует.       — Сейчас попробую отключить.       Вскоре световые линии исчезают, пропуская нас в ещё одну дверь. Мы выходим в коридор, где виден лифт.       — В лифт, бегом! — кричит Андрей.       Мы спешно залетаем в него и нажимаем на кнопку первого этажа. Игнат уже весь потом покрылся, когда мы спустились вниз и увидели свет через окна, выходящих с другой стороны здания.       — Боже, воздух, солнце! — выдохнул Игнат, не веря тому, что мы выбрались из здания.       — Андрей, вы всё там же находитесь?       — Да, скорее к проспекту, заберём вас на развилке.       Спустя пять минут бега-ходьбы к месту встречи мы с парнем залезли в машину Глеба и уехали. Игнат громко матерился на Андрея, что тот не предупреждал его о куче денег. Но Андрей, похоже, и сам не знал об этом, поэтому тоже расстроился. Я предложила ему дать столько, сколько он захочет, но тот отказался. То ли из непонятно откуда взявшегося благородства, то ли что, я не поняла и даже не хотела об этом думать.       Из-за того, что я сидела на заднем сидении, лица Глеба я не видела, но всеми фибрами чувствовала, как он взволнован. Андрей сказал, что сейчас будут копать, кто пробрался в хранилище по видеокамерам, но уверил, что Игнат сможет стереть нас с камер слежения.       — Не думал, что будет так легко, но адреналина я хапнул, — выдохнул Андрей.       Я фыркнула:       — Ты пересмотрел американских боевиков.       Вскоре мы с Глебом высадили Андрея и Игната, поблагодарив за помощь, и поехали спасать Германа. Я сидела уже впереди и смотрела в окно, как вдруг у блондина зазвонил телефон. Он включил громкую связь.       — Браво, Глеб! Так быстро, я приятно удивлён, — говорил мужчина с акцентом. — Можешь сказать спасибо, что верных псов на посту в подвале не было. Одному из них стало плохо, и напарник пытался привести его в чувство. Так что будьте с Соколовской благодарны.       Понятно, что речь обо мне. Вот почему охраны не было. Хм, у нас ужасная система безопасности.       — Где мой брат??? — Глеб был в ярости. — Дай мне с ним поговорить!       — Как только, так сразу. Так ведь у вас в народе говорят?! Приезжай в старый гаражный кооператив. Там и рассчитаемся. Адрес вышлю смс.       Звонок прервался. Глеб метал молнии глазами, которые были на мокром месте. Я тоже сижу, как на пороховой бочке, и зарываюсь руками в волосы.       — С ним же ничего не сделают? — пищу, еле сдерживая слёзы.       Голубин повернул голову ко мне и сжал челюсти:       — Если уже не сделали. Таким людям доверять нельзя.       Я всхлипнула и вспылила в сердцах:       — Зачем ты вообще с ними связался?! Подставить Кирилла? Что он тебе такого сделал, чёрт бы тебя побрал?! Из-за ваших игр теперь страдает невинный парень! Твой брат, между прочим, — вытираю слёзы и шмыгаю носом. — Господи, да что вы все такие идиоты?!! Только и можете, что желать управлять жизнью людей, когда не следите за своей собственной. Я, кстати говоря, тут сложила дважды-два и поняла, почему ты так внезапно стал ухлёстывать за мной. Тебе нужна была эта карта, чтобы пробиться в хранилище, так ведь? Интересно, а секс наш — это тоже часть плана? Отвечай, Голубин!       Но он молчит. Ничего не отвечает, даже не смотрит на меня. Это убийственно для моей психики, моих чувств. Тысячи вопросов без ответов, но уже и не надо что-то говорить. Сердце глухо стучало в ушах, лицо горело огнём. Всё тело била крупная дрожь, как при температуре под сорок. Боже мой, только бы успеть, чтобы с Герой ничего не случилось.

***

      — Сиди в машине! — сказал Глеб и открыл двери автомобиля, когда мы остановились между старых закрытых гаражей за МКАДом, где наверняка стоят только дедушкины жигули и банки с солениями.       — Нет, я пойду с тобой, — возразила я и собиралась выйти, но взгляд блондина меня остановил.       — Я. Сказал. Сиди. В машине. Флэшку, — он протянул руку, и я отдала ему флэшку с файлами.       От такого тона мне стало не по себе, но я и впрямь буду мешаться там. Глеба же я не пустила в здание офиса. Око за око.       Я вытерла глаза влажными салфетками, привела себя в порядок и продолжала сидеть в Гелике, постоянно вглядываясь в обстановку со всех сторон, то и дело поворачиваясь к окнам. Но никого не было видно, даже когда мы проезжали пост кооператива, что представлял из себя небольшой вагончик на кирпичах. Не удивлюсь, если здесь призраки обитают.       Спустя долгих пятнадцать минут, которые показались мне вечностью, я увидела через зеркало заднего вида, как Глеб идёт к машине с Германом на руках.       — О Господи! Гера! — я выскочила из автомобиля и подлетела к парням. — Что с ним? Он жив?       — Да, тихо, открывай заднюю дверь, — сказал рэпер. Я тут же исполнила приказ.       Гера выглядел ужасно. Синяк на скуле, в уголке губ скопилась засохшая кровь от удара, из-под белой школьной рубашки виднелся синяк на рёбрах. Сама его одежда была вся испачкана в земле, пыли, траве. На висках тоже были следы крови, отчего я чуть не завизжала, и приложила руку ко рту.       — Он без сознания, его чем-то накачали, — голосил Глеб, пока загружал Геру на задние сидения машины. — Не бойся, думаю, серьёзных повреждений нет. Скорее всего брыкался, вон у него костяшки на руках разбиты.       — Ты отдал им флэшку? Они больше не придут?       — Флэшку отдал. Никому не пожелаю того, что испытал я за эти минуты.       — Ему в больницу надо, я сяду с ним, — спохватилась я и забралась на заднее сидение.       Глеб скинул с плеча в багажник рюкзак Германа, сел за руль и дал по газам, выруливая на дорогу, потому что Гере как можно скорее нужна медицинская помощь. Пока мы ехали я положила голову мальчика себе на колени и гладила его по спутавшимся волосам. Потом спускалась руками на грудную клетку и шептала надрывные фразы о том, что мы его спасём, что всё будет хорошо. Гера так и не приходил в себя, а я нещадно лила слёзы от осознания, что его избивали, что он сопротивлялся, но ему всё равно делали больно. Это всё из-за меня. Этому Кемалю нужен был крах Кирилла, а Гера был приманкой, средством для нападения и запугивания.       Я влюбилась в этого мальчишку!       Такой красивый, такой нежный, такой чуткий, умный, добрый, внимательный, заботливый…       — Глеб, пожалуйста, быстрее! У него опять кровь течёт, — всхлипываю, прикладывая запястье к виску Германа.       — Я гоню, как могу, — голос блондина за рулём был хриплым. Наверное, он тоже задыхался от эмоций. — Блять, уйди! — орёт он на подрезавшую тачку и сигналит.       — Мальчик мой, — шепчу тихо-тихо, другой рукой ведя по щеке малыша. — Скоро всё будет хорошо, ты будешь жить! Прости меня! Прости…