Пятьдесят оттенков Тоберта

Роберт любил яркость. Он и сам был ярким, и позволял сиять с собой лишь немногим. Ему не стоило позволять сиять Тому рядом с ним. Просто потому, что его свет мог бы быть таким же. Мог бы. — Знаешь, фейерверки такие красивые. Я рад, что мы можем смотреть на них почаще. Это было на фестивале, который предложил организовать именно Роберт в качестве благодарности коллегам из далëкой Азии. Том считал, что превращать весь город в Чайна-Таун неразумно, но у Роберта душа была шире. И сейчас, смотря в многоцветное небо, Том радовался, что не стал останавливать Роберта. Азиатские коллеги должны быть в восторге. Да и Том не хотел сводить взгляд. — Мы сами как фейерверки, не думаешь? «Я думаю, ты слишком сентиментален». Роберт может себе это позволить. А вот Том… — Может быть. …наверное, тоже. Хотя бы с Робертом. — А ты один из самых ярких! — Я не совсем понимаю твоих метафор, — вздохнул он. А как увидел поблëкший взгляд, дополнил: — Просто они все тут такие яркие… Я не понимаю, куда смотреть. Роберт улыбнулся. — Давай лучше смотреть дальше. Я могу показать, где будешь ты. — Я думаю, что и сам смогу это определить, — сказал Том с улыбкой. В ответ Роберт улыбнулся тоже. И встал как будто поближе. Тому очень хотелось повернуться к нему, но что ещё он увидит в его глазах? Он ведь сам смотреть в ответ не будет. Вспышки цветов ему интереснее. Их не увидишь каждый день. Поэтому Том смотрит дальше, думая лишь о том, сколько пепла и газообразных соединений потом останется в небе и куда подует ветер, чтобы это добро не обрушилось на город до того, как одно из изобретений Роберта не очистит воздух. А раз так, то, ладно, можно полюбоваться и искрами. Их ведь… Тоже не увидишь каждый день. И не каждый день почувствуешь такое тепло. — Смотри, смотри! Сейчас большой-большой будет! «…последний», — подумал Том с сожалением, которого совсем не ждал. После самого-самого большого нет смысла пускать что-то ещё. Даже толпа внизу затихла в ожидании. Том не ожидал такого взрыва. Он заслонил собой почти всë небо, и исчез за считанные секунды. Том не смог бы описать его, ведь смотрел он только на Роберта вопреки всякой рациональности. В его глазах фейерверк выглядел ярче. А теперь в (не) его глазах лишь страх. Не стой рядом с огнём, Боб, даже если это хлопушки! И не волнуйся, Боб, Диктор плавить твои глаза не будет! Слишком они похожи. Более того, Диктор милосерден. Он помнит о том вечере. Он даст шанс выжить. И ведь дал, в самом деле дал! Пусть лишь и для того, чтобы в нём пробудилась сила, которая обратила его в пепел. В газообразных соединениях остался лишь кристалл. …и вопрос, зачем он вообще об этом вспомнил. Но озвучивать его совсем не обязательно.